Игры богов

                  Pov. Эрида       Не ожидала я, что Локи будет настолько жесток. Мало того, что он одним движением руки сломал мне плечо, так ещё и решил поиздеваться. Сначала поцеловал, а когда я отказала, разоблачив его маленький спектакль, взбесился. Неужели так трудно было признать, что я ему нравлюсь? Зачем эти запугивания и причинение боли? Наверное, он думал напугать меня, рассчитывал, что я сдамся, откажусь от своей затеи быть его компаньонкой, попрошу, чтобы меня обратно отправили на Землю. Но, он пока не знал, что не на ту напал, ему ещё предстояло удивиться, узнав, что я богиня хаоса. А пока он, похоже выживал меня из Асгарда. Непонятно только зачем ему это? Его же без моего надзора отправят обратно в темницу.       Мы сидели за обеденным столом, молча поглощая пищу. Я предпочитала не смотреть на принца. До сих пор ещё немного ныла рука от его издевательств, и мне совершенно не хотелось смотреть в глаза этому садисту. А их на своём долгом веку я поведала немало. Только вот меня простым переломом плеча не напугать. Было и похуже. Я ухмыльнулась, вспоминая, что сделала с одним из последних моих обидчиков.       — Что тебя так рассмешило, смертная? — трикстер, по всей видимости, не сводил с меня глаз, — или хочешь что-то сказать? Может недовольна чем-то?       — Ну и зачем ты пытаешься быть хуже, чем есть? — спросила я, проигнорировав его вопросы, — поверь, я много в своей жизни видела, ты не самый худший представитель челове…       — Я не человек, — Локи надменно поднял голову вверх и посмотрел на меня так, что будь я чуточку слабее, несомненно провалилась бы сквозь землю от того, что чуть не назвала его человеком, — не смей сравнивать меня с собой! Ты предо мной ничтожна! — разорялся он, — зря ты затеяла всё это. Зря согласилась быть моим надзирателем, — трикстер наклонился в мою сторону и через стол продолжил говорить, уже угрожающим шёпотом, — я могу сделать так, что эти шесть месяцев покажутся тебе самым настоящим адом. Я не представляю, что могло случиться у тебя там, в Мидгарде, что ты решилась «исправить» Бога, но ты пожалеешь о своём решении очень быстро, — бросил он мне в лицо все эти угрозы. Я же даже жевать не перестала, прекрасно осознавая, что принц не сможет меня убить, а пытки я вытерплю. Любые.        Мне нужно было поговорить с ним. А пока он ведёт себя столь агрессивно, его морок, наложенный на нас, будет выглядеть подозрительно. Его просто скрутят быстрее, чем я смогу хоть что-то объяснить ему. На комнату Фригг наложила заклинание, так что Хеймдалль видел, что Локи скрывал нас. Значит, придётся как-то располагать принца, чтобы смотрелось естественно наше исчезновение под мороком, чтобы хранитель не вздумал лезть. Он точно не потревожит нас, если будет думать, что мы заняты сексом, поэтому к нему-то и надо прийти. Постепенно. Будет крайне подозрительно, если я сейчас ни с того, ни с сего предложу Локи себя. Тем более, что буквально несколькими часами ранее, отвергла его. Наигранно показывать ему мой страх не было смысла, ведь тогда он будет и дальше, ещё более изощрённо издеваться надо мной, но и слишком дерзить нет смысла — так мы никогда не придём к диалогу.       — Локи, не вижу смысла нам с тобой враждовать, — я отложила столовые приборы и начала говорить примирительным голосом, — не хотела тебя обидеть, назвав человеком. Даже в мыслях не было, но нам не обязательно быть врагами, мы могли бы попытаться подружиться… — я вздрогнула и замолчала от его резкого выпада. Принц схватил меня за ладонь и дёрнул в свою сторону.       — Хочешь меня унизить? — он сжал мои пальцы так, что они хрустнули, я дёрнулась, но не издала ни звука, опять терпя боль, — ты посмела начать говорить со мной о какой-то дружбе? — почувствовав, что он сломал мне два пальца, я открыла рот и резко выдохнула, — запомни, смертная — ты никто и звать тебя никак!       — Если я уйду, — сквозь слезы прошептала я, — а ты ведь этого добиваешься? — он ухмыльнулся, — тебя снова посадят в темницу, — боль пульсацией отдавала не только в пальцы, но и пошла выше по руке, — поэтому вылечи меня и отпусти, я… — в этот момент Локи с садистским удовольствием сломал мне ещё два пальца, и я почти задохнулась от боли. Слезы градом покатились из глаз, я закусила губы, но не сводила с мучителя своего взгляда. Он ехидно улыбнулся, и я почувствовала облегчение. Локи начал заживлять мои переломы, — Зря ты так. Я не враг тебе, а хочу помочь, — успела произнести я, прежде чем он снял морок и отбросил мою ладонь.              Я вытерла слезы здоровой рукой и посмотрела на ту, что только что держал царевич. Боли не было, она даже синей не была. Никто ничего не заметит. Правда слезы придётся как-то объяснять.       — Я наелся, — Локи встал из-за стола, — можешь убирать и убираться к себе, — он сделал повелительный жест рукой, — до ужина я тебя видеть не хочу, — потом он резко повернулся и добавил, — и ужинать буду один. Я не собираюсь с тобой делить трапезу.       Я вздохнула, поднимаясь со своего места, собрала на поднос всю посуду и осторожно направилась в свою комнату, понимая, как нелегко мне будет. Уже около самой двери, я краем глаза увидела, как трикстер с помощью магии открывает мне двери — мимо меня пролетел зелёный сгусток энергии. Обрадовавшись наметившегося положительного сдвига и улыбнувшись, я шагнула за порог и тут же поскользнулась на чём-то. Не удержав равновесие, я грохнулась на пол. А падая, не удержала поднос и, вскинув руки вверх, вскрикнула, обливаясь остатками еды.       Лёжа на полу в соусе от мяса и салате, я услышала смех Бога лжи. Этот гад специально подстроил всё. Зря я поверила, что он услышал и понял мои слова. Дверь за мной с грохотом захлопнулась, и смех стал чуть потише. Мою комнату никакая служанка убирать не приходила, поэтому мне пришлось самой, как только боль в копчике, спине и затылке немного утихла, встать, переодеться и начать убирать лужу и кучу из еды и осколков посуды.       Тоже самое повторилось и после ужина. Я пришла за тарелками, проверив перед этим, что пол везде по пути моего следования сухой, открыла дверь, подперев её стулом и смело шагнула за порог. Локи хмыкнул, но не сказал ни слова, только вот, не успела я пройти и пары шагов, как опять наступила на что-то скользкое, но в этот раз сумела удержаться вертикально. Повернувшись, я улыбнулась мучителю, а он, как ни странно, ответил мне такой же улыбкой. Я цокнула, покачала головой и развернулась, чтобы пойти дальше. Но мой путь резко преградило мерзкое чудовище, выпрыгнувшее словно из неоткуда. От неожиданности я вздрогнула и попятилась, наступая опять на скользкую жижу. Руки взлетели вверх, ноги разъехались и я опять упала, снова роняя поднос с едой. Радовало одно — в этот раз моих тарелок не было.       Лёжа на полу, ощущая боль в теле, я оценивала ущерб для себя и опять слушала смех принца. Стало дико обидно. Не из-за боли, а из-за этого идиотского поведения с его стороны. Он таким образом решил извести меня? Глупый. Он мой шанс на отмщение Óдину, он моя надежда на обретение моего бессмертия! А значит, сдаться я точно не могу и не буду. Ставки слишком высоки, чтобы всё вот так бросить после пары неудачных попыток. Многочисленные жизни в людской оболочке научили меня не сдаваться. И хоть я и ненавидела уборку, пришлось мне второй раз за день драить комнату.       На следующий день я попросила каталку для того, чтобы возить еду принцу. Никто не стал возражать, видя осколки предыдущей посуды. После завтрака, на котором Локи оценивающе глянул на то, что придумала, чтобы не разбивать ещё один сервиз и даже не сделал никакой гадости, меня позвала в свои покои царица. Говорить со мной принц всё так же отказался, жестом выпроваживая меня из своих покоев.       Я нацепила на лицо самую дружелюбную улыбку и пошла за стражником, которого прислали за мной.       Комната Фригг отличалась особым шиком и богатством. Золотой цвет превалировал во всём — шторы, мебель, люстры, ковры, даже стены отливали золотом. Сама царица сидела в высоком белоснежном кресле. Она мягко улыбнулась и, кивнув на мой поклон, указала рукой на небольшую софу, стоящую напротив неё.       — Доброе утро, Эра, — начала Фригг, расправляя идеальное платье.       — Доброе утро, моя царица, — я притворно склонила голову и приняла приглашение, — вы желали меня видеть, ваше Величество?       — Да, — сразу посерьёзнела она, — я знаю о вчерашних неприятных инцидентах с посудой.       — Прошу простить меня, — начала я, но царица остановилась мои извинения рукой.       — Не надо, дитя, я знаю, что ты ни в чём не виновата. Это проделки моего сына, — она вздохнула, — ему тяжело признать в тебе равного и тяжело увидеть друга. Не скоро он успокоится, — она помолчала немного и с беспокойством в голосе спросила, — надеюсь, ты не передумала остаться? Я знаю, что мой сын не подарок, но он вовсе не такой плохой, как кажется.       Я вздохнула и показательно потёрла ушибленный затылок. Царица медленно подняла. Я хотела тоже встать, но она опять меня остановила. Подойдя к софе, мать Локи поднесла свои руки к моей голове и в секунду излечила от головной боли. Надо признать, я ей была благодарна за это. Ведь именно затылок болел больше всего.       — Спасибо, ваше Величество, — поблагодарила я, — я не думала отступать от намеченной цели. Принц Локи хоть и ведёт себя со мной ужасно, я останусь и доведу дело до конца, — мой голос звучал искренне. Правда, я не договаривала, какую именно цель я проследовала.       — Спасибо, — Фригг кажется облегчённо вздохнула, — я изучила твою жизнь, Эра, — женщина вернулась в своё кресло, больше похожее на трон, — ты правда очень целеустремлённая молодая девушка. Ты заслуживаешь уважения, а твоя жизнь впечатляет, — царица вынула из кармана платья небольшую подвеску, — это я сделала для тебя, — протянула её мне, — этот камень защитит тебя от моего сына. Пока ты его носишь на шее Локи не причинит тебе вреда.       — Спасибо, — я приняла украшение. Камень переливался всеми оттенками синего и фиолетового цветов. В моей руке он ярко засветился, блеснул один раз и замер, принимая только один цвет — аквамариновый.       Меня быстро отвели обратно к принцу. Я надела на себя подвеску и постаралась прислушаться к себе. Так ничего и не почувствовав, я приняла ванну и легла спать. А утром мой кошмар продолжился.       Надев очень красивое, но в тоже время удобное платье, я взяла каталку с едой и зашла к принцу. Он уже проснулся и сидел за столом с недовольным видом. Локи оглядел меня с ног до головы, задержавшись на груди, где увидел цепочку, спускающуюся в ложбинку между грудей. Декольте платья было не слишком большим и не позволяло рассмотреть подвеску. Я заметила, как любопытство мелькнуло в его глазах. Царевич дёрнулся и даже было открыл рот, чтобы что-то спросить, но тут же сделал вид, что зевает.       — Доброе утро, принц Локи, — я поставила завтрак на стол, при этом немного наклонилась, позволяя заглянуть в вырез платья, — я надеюсь, сегодня ты в добром здравии?       — Что это? — его рука потянулась ко мне и Локи аккуратно выудил камень, поддевая цепочку пальцем.       — Мама твоя подарила, — я попыталась встать, но трикстер схватил цепочку в кулак и потянул вниз, — ауч, — притворилась я, что больно.       — И почему мама так старается? — он заглянул мне в глаза, но цепь отпустил, а я мельком заметила на руке его небольшой порез, — пошла вон, — прошипел Лофт, — я не хочу тебя видеть. Никогда.       — Царица Фригг всего-навсего хочет, чтобы ты стал добрее, а это, — я взяла в руку камень, — это просто мера предосторожности.       — Странно, что после того, как ты нажаловалась, за мной не пришли ещё, — хмыкнул он.       — Я ничего не рассказывала, — спокойно ответила, — не надо было посуду бить. Это всё из-за неё.       — А при чем тут я? — Локи отпрянул от меня и взял в руки нож, — ты неуклюжая просто. Ходишь и спотыкаешься.       — Локи, мы оба знаем, что это не так.       — Ты не представляешь, что я хочу с тобой сделать, — он вдруг резко встал и схватил меня за руку. Но, чем больше он делал мне больно, тем сильнее сжимал челюсть, — пошла вон, — трикстер отпустил меня, отшвыривая мою руку. Тогда как на его ладони я заметила ожоги.       — Обязательно скажу ещё раз спасибо твоей матери за это, — улыбнулась, — больно? — я видела всю ту ненависть, что была в его глазах, — мне нисколько не жаль, Локи. Я не делала тебе ничего, чем могла заслужить такое отношение. Я думаю, что нам нужно познакомиться поближе. Если хочешь, я почитаю те…       — Пошла вон, я сказал! — закричал разгневанный Бог, — я попятилась, — будешь приходить в 9 утра, в 2 часа дня и в 7 вечера, чтобы принести мне еду! Через полчаса забирать посуду! В остальное время, чтобы не появлялась!       — Хорошо, — его тон и слава абсолютно не трогали меня, — я вижу, что ты не в духе? — подняла вопросительно бровь, — тогда, когда успокоишься — позови меня. Я тебе почитаю.