18:8

— Терминатор! — Назад в будущее! — Звёздные войны! Том молча ищет кассету на стеллаже, молча вставляет её в видик, пока все остальные спорят. На экране появляется сова и имя: «Дэвид Боуи».

Всего лишь вечность — Не так уж и долго Я потерян и одинок!

Парни поворачиваются, Георг задумчиво лезет рукой в коробку попкорна, которую держит Том. — Это чё? — спрашивает он. — Фильм, который мы смотрим сегодня. — А как называется? — «Лабиринт». Никто больше не спорит — парни разваливаются по местам, придавливая Билли со всех сторон. Том отталкивает Густава ногой, чтобы сесть рядом с мальчишкой, рукой отпихивает Георга: — Ты его задавишь, идиот. И вот, наконец, Билли садится удобно, подтянув ноги, и погружается в кино. Вкусно пахнет попкорном, от плеча Тома очень тепло. За окном идёт дождь — на экране тоже.

— Кто-нибудь, спасите! Заберите меня из этого ужасного места!

А потом появляется он — король гоблинов. Ветер шевелит его плащ, волосы начёсаны, прямо как у Билли, воротник загнут.

— Что сказано, то сказано, — говорит он, складывая руки на груди.

И Билли смотрит, раскрыв рот. Том, заметив это, с ухмылкой пихает в него попкорн. — Я же говорил. Георг начинает смеяться — до него, видимо, тоже доходит. — Похож, — одобряет он.

— Чтоб тебя лягушки покусали!

— Как приятно быть твоей шляпой!

— Амброзиус, ты меня позоришь!

Билл немного боится гоблинов, но не может оторвать глаз. Особенно — от короля. В нём что-то знакомое — печаль и боль, обречённость и безнадёжность. И опасность, и властность, и много неясных, но гипнотических чувств. Ливень за окном не прекращается, сделав всё тёмно-серым. Изредка раскатывается, рычит в небе гром. Билли рад, что смотрит фильм не один, а в компании старших — так хотя бы не очень страшно.

***

Билли идёт в свой корпус, в спальню, в свою кровать, а в сердце застряло, а в голове:

Всё, что я сделал, Я сделал для тебя!

Он ложится спать и просыпается с этими словами, ложится и просыпается — и так много-много дней подряд.