Право на любовь

Как предсказуемо и тривиально заглушать удушающие чувства алкоголем. Но что поделать, если это действительно помогает? Давно ведь доказано, что спиртное влияет на центральную нервную систему, вызывая общее возбуждение и способствуя возникновению ощущения отрешённости от всех проблем. Тэхён, в надежде испытать эти самые ощущения, уже третий час не отходит от барной стойки, вбрасывая в свой организм любимую текилу, наслаждаясь её сладковатым и мягким вкусом с нотками ванили. Он просто пьёт, не отвлекаясь на развернувшуюся за его спиной вечеринку. Ему не мешает ни громкая музыка, ни постоянно снующая туда-сюда толпа танцующих людей. Он полностью погружен в свои мысли, которые, к сожалению, пока не удалось заглушить изрядным количеством выпитого алкоголя. Они всё блуждают и блуждают в его голове, заставляя Тэхёна заниматься тем, чем ему прямо сейчас совсем не хочется — рефлексировать. Тэхёну всегда казалось, что окажись он в ситуации, когда ему изменят, для него не составит никакого труда расстаться с изменщиком и поставить точку в отношениях. Измена не прощается. В парадигме его жизни это устоявшееся убеждение: то, что не подлежит доказыванию, то, что не имеет иной альтернативы. Потому что измена — вынос энергии из пары, истончение связи и обрыв нитей, которые вас связывали. Тогда почему сейчас он оказался совсем не готов сделать то, что считал единственно верным и правильным в этой ситуации?Почему вместо того, чтобы отпустить и забыть, он продолжает насиловать свой мозг бесконечными мыслями о случившемся, задаваясь вопросами, ответы на которые он просто не способен получить от самого себя? Он перебрал в своей голове множество сценариев, из-за чего эта измена могла произойти. Чонсок его любит. Тэхён уверен в этом также твёрдо, как и в том, что он любит Чонсока. Они встречались достаточно долго, чтобы он мог понять природу тех чувств, которые испытывает к нему его жених. Да и Тэхён не из тех людей, которым можно было бы легко запудрить мозги или притворяться другим человеком в попытке впечатлить. Значит дело не в том, что Чонсок его разлюбил. Может, тогда ему наскучила их сексуальная жизнь? Может, Тэхён перестал вызывать в нём прежнюю страсть и желание? Но Чонсок мог просто поговорить с ним об этом, обсудить. Они всегда решали любые проблемы в своих отношениях разговорами, как два взрослых и зрелых человека. А может, всё дело в том, что из-за постоянного стресса на фоне подготовки к свадьбе, его жених просто не выдержал и решил именно таким способом справиться с тревожным состоянием? Да, Господи! Почему он вообще пытается оправдать его? Тэхён зол на самого себя за эту слабость. Ему ведь изменили! Возможно, даже не один раз и не с одним человеком. Его предали, растоптали, сравняли с землёй его чувства, одним поступком перечеркнули всё хорошее, что между ними было. Это не оправдать. Это не простить. Через это не переступить. Никакая любовь не в состоянии заставить вновь доверять тому, кто однажды предал. А без доверия нет никакого светлого и счастливого будущего. Хватит! Тэхён должен заставить себя перестать ковыряться во всём этом. Он отвлекается на очередное уведомление на своём телефоне и недолго думая выключает его, решая, что не будет включать ближайшие пару дней точно. И абсолютно плевать, что завтра, когда он не явится на собственную свадьбу, его начнут искать всем Сеулом. Тэхён не готов отвечать на вопросы, не готов выслушивать оправдания, не готов становиться объектом жалости родных и близких. Он просто хочет исчезнуть для всех на какое-то время, чтобы привести в порядок мысли, разобраться с чувствами и подумать над своими дальнейшими действиями. Но это всё потом. Сейчас же он заказывает ещё одну текилу, выпивает её почти залпом, всё ещё надеясь испытать хотя бы мимолётное расслабление. Однако вместо этого до его ушей доносится чей-то голос.

ﮩـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ

— Джин, твоя звёздная болезнь когда-нибудь доведет нас до гроба. Ну узнали нас и узнали, нахрена ты предложил им «порвать в клочья этот танцпол»? — делая кавычки пальцами, цитирует его Намджун, когда они вваливаются в своё бунгало. — Я чуть лёгкие там не оставил, клянусь, — опустошая уже вторую бутылку воды признается Хосок. — Вы, ребята, как кучка престарелых дедов, — саркастично заключает Сокджин, как ни в чём не бывало присаживаясь на диван. — Хотя вам ещё даже 35-ти нет. — Хён, да не обращай на них внимание, — подбадривает друга Чонгук, попутно стягивая с себя промокшую насквозь футболку, чтобы переодеться в сухое. — Лично мне всё очень понравилось. Я уже забыл, когда в последний раз так отжигал. — Ещё бы тебе не понравилось, — многозначительно отзывается Юнги. — Я видел, как ты прямо во время танца умудрялся со всеми заигрывать. — Наш Чонгук-и, как всегда, в своём репертуаре, — без удивления в голосе констатирует Хосок. Чонгук на это ничего не отвечает, поправляя на себе одежду и приглаживая волосы руками. — Я так понимаю, ты сейчас патлы свои причесал и чистенькое надел, чтобы пойти обратно и найти себе кого-то? — наблюдая за действиями младшего, догадывается Юнги. — Именно. Всё, я пошёл. Не ждите меня, но дверь не закрывайте на всякий случай, — на выходе просит Чонгук. — Иди уже, Казанова. Презервативы дать? — с заговорщической интонацией и поигрывая бровями, спрашивает у него Сокджин. Чонгук на это лишь закатывает глаза и выходит, спешно вышагивая в сторону клуба, молясь всем богам, чтобы тот загадочный незнакомец всё ещё был там. Он даже толком не успел разглядеть его. Тот не отходил от барной стойки, только пил и изредка поворачивался в сторону танцпола, с отрешённым видом наблюдая за происходящим. Но Чонгуку повезло оказаться на достаточно близком расстоянии от него, чтобы успеть оценить его внешность и сдаться в плен его красоте. Он готов поклясться, что ещё не встречал настолько красивых людей. Чонгук уверен, что у каждого человека, безусловно, есть что-то особенное и уникальное, что выделяет его среди остальных. Но есть люди, которые всё равно сияют намного ярче, чем другие. И этот парень, несомненно, из их числа. Его внешность, словно сошла со страниц модного журнала: идеальные пропорции тела, выверенные до мельчайших деталей черты лица. У него перед глазами до сих пор эти невероятные раскосые глаза с карамельной радужкой и пухлые, блестящие от постоянного облизывания, губы. Он обязан, как минимум, ещё раз полюбоваться ими. Оказавшись на месте, Чонгук тут же цепляется взглядом за чей-то светлый затылок возле барной стойки и сто́ит тому мимолётно повернуть голову в бок, он узнаёт того, кого искал. Немедля ни секунды, он сокращает расстояние до бара, присаживаясь рядом. — Красивый, — произносит Чонгук и только потом понимает, что сказал это вслух. — Простите? — вопрошает тот, повернув голову в его сторону, и Чонгук начинает всерьёз задумываться о реальности существования этого человека, потому что даже его голос звучит по-особенному — приятный и мелодичный, словно музыка. — Я бы хотел составить тебе компанию. Не против? — режим самца, вышедшего на охоту, активирован. — Почему бы и нет, — после небольшого мыслительного процесса отвечают ему. Чонгук не знает, что именно заставило этого парня так быстро согласиться, но он определённо рад, что не пришлось применить весь свой богатый арсенал подкатов. — Что будешь пить, …? — интересуется Чонгук, подзывая рукой бармена. — Тэхён, — представляются ему, замечая замешательство на его лице. — Мой лимит на сегодня исчерпан. Закажи только себе. — Я не пью алкоголь. Очень приятно, Тэхён, я Чонгук. — представляется он в ответ, протягивая ладонь для рукопожатия. — Отдыхаешь? — решает завязать беседу Чонгук. — Можно и так сказать, — без особого энтузиазма отвечает ему Тэхён. — Я давно тебя заметил, кстати. По моим подсчётам ты сидишь здесь, как минимум, часа два. — Три, — поправляет его Тэхён. — Стесняюсь спросить, а ты следил за мной? — Можно и так сказать, — возвращает ему его же слова Чонгук с лёгкой улыбкой. Тэхён на это тоже приподнимает уголки губ в улыбке. — Сталкеринг — уголовно наказуемое деяние, ты знал? — что ж, может быть, хотя бы дурацкие разговоры помогут ему отвлечься, раз любимая текила с этим не справилась. И действительно, его новый знакомый оказался вполне сносным собеседником. Парень как-то сразу понял, что Тэхён не особо охоч на разговоры, поэтому с удовольствием принялся рассказывать о себе и своей жизни. Иногда, правда, Тэхёну приходилось отвечать ему, когда тот спрашивал его о чём-то. Честно говоря, Тэхён не запомнил даже имени этого парня, да и слушал его вполуха. Спроси у него сейчас, о чем тот ему рассказывал, он ничего не вспомнит. Тем не менее, ему удалось на время перестроить мыслительный вектор Тэхёна в другую сторону. — Ты очень красивый, — в очередной раз за эту встречу делает комплимент Чонгук, когда на фоне начинает играть какая-то слезливая ретро песня. — Правда? — то ли с сарказмом, то ли искренне, интересуется Тэхён. — Правда. Разве тебе не говорит об этом каждый первый встречный? — Я обычно не обращаю на это внимания. Внешность — это всего лишь оболочка, которая рано или поздно утратит своё великолепие. Нет смысла восторгаться ей понапрасну, — удивительно, как им удаётся слышать друг друга, даже не пытаясь перекричать музыку. Возможно, всё дело в том, что в какой-то момент они оказались сидящими слишком близко друг к другу. — Не соглашусь, — возражает Чонгук. — Время не уродует наши лица и тела. Оно лишь трансформирует их в другой вид красоты. Совершенствует. — Тем не менее на каждого красивого человека найдется ещё более красивый. Любого можно заменить, — говоря это, Тэхён вновь чувствует укол обиды и разочарования. — Любого, но не всякого, — уверенно заявляет Чонгук и, приблизившись к его уху, добавляет: — Например, тебя нельзя. — Какая ирония, что именно сегодня мне доказали обратное, — подавляя в себе просыпающуюся злость, признается Тэхён. Как же легко, оказывается, заставить человека начать сомневаться в себе. Чонгук не может не чувствовать, как настроение его нового знакомого принимает негативный окрас. — Я сейчас не очень понял, что ты имел ввиду, но если кто-то заставил тебя усомниться в твоей привлекательности, то он либо глупец, либо слеп, — он смотрит прямо в чужие глаза, в которых отражаются блики цветомузыки. Завораживающе. — Ты невероятно красивый, Тэхён. До неприличия. И знаешь, что? Я прямо сейчас поцелую тебя, даже если после этого ты зарядишь мне кулаком в челюсть, — и не дав ему возможности осознать услышанное, обрушивается на манящие губы нетерпеливым поцелуем. Тэхён, кажется, перестаёт вообще что-либо соображать в этот момент. Он лишь ощущает, будто воздух вокруг них замер, а звуки окружающего мира стали тусклыми и далёкими. Этот поцелуй, который сначала застал его врасплох, сейчас пробуждает в нём неконтролируемую волну страсти и желания. Его губы сминают так нежно, будто пытаются распробовать на вкус. Чонгук, кажется, даже мычит от удовольствия, но не позволяет себе ничего лишнего, кроме запущенных пальцев в мягкие пряди на затылке Тэхёна. Они целуются неторопливо, даже как-то лениво, но так до одури приятно. Осознание происходящего приходит к Тэхёну только тогда, когда по ушам начинает долбить громкий бит сменившейся песни. Он тут же распахивает в немом ужасе глаза и с силой отталкивает от себя Чонгука. Тот отшатывается назад и по его глазам совершенно очевидно, что совсем не жалеет о своем поступке. Самого же Тэхёна начинает колотить, как в лихорадке. Как же так? Что на него нашло, чёрт возьми? У него же есть любимый человек! Он не может позволить себе целовать кого-то, кто не Чонсок, даже если сам Чонсок не разделяет его мнения, позволяя себе изменять ему накануне собственной свадьбы. Тем не менее это не отменяет того, что Тэхён до сих пор любит его, а значит, даже ничего не значащий поцелуй с другим человеком, которого он видит в первый и последний раз в своей жизни — это предательство по отношению к любимому человеку. Чонгук, замечая, как у парня напротив буквально дрожат руки, а глаза блестят от собравшейся в них влаги, не на шутку пугается. Он протягивает к нему руку, желая прикоснуться к его ладони, однако тот, мотая головой из стороны в сторону, резко вскакивает со стула, отступает назад и, развернувшись, бежит прочь, растворяясь в толпе.