Любовь девяти жизней

Подбежавший парень ударил второго мужчину, который стягивал с Юны джинсы.Хоши не отцеплялся от третьего, издавая рычание, которым был наполнен переулок. Девушка встала на ноги и побежала к своей собаке. Те двое скрылись, оставив третьего приятеля. Когда Ахико удалось оттащить Хоши от нападавшего, защитник нанес несколько ударов ему по лицу. Из ноги злоумышленника сочилась кровь. Он достал из куртки нож и выставив его перед собой, попятился назад, пока не скрылся в темноте.Пасть Хоши тоже была в крови. Юна взяла пса за поводок, опустилась на колени и заплакала. Слеза текли не переставая, а собака вилась у ног, словно говоря: «Все впорядке. Со мной все впорядке». На плечи Юны легла рука парня. Она повернулась и увидела того, чье появление спасло ее. Ойкава. Рядом с ней на корточках сидел Ойкава Тоору. Губа шатена была рассечена, на лице несколько кровавых ссадин, а на кулаках виднелись раны. Юна снова подумала, что все это какая то выдумка. Она не могла попасть в такую ситуацию.На нее не могли напасть в переулке, по которому она каждый возвращалась домой. Ее не мог спасти человек, который буквально растоптал ее 6 лет назад. Все это просто не увязывалось в голове. Успокоившись, Юна начала вытирать салфетками кровь с пасти Хоши. Она благодарила Тоору, стараясь не смотреть ему в лицо -Нужно обработать твои раны, я умею перевязывать и у меня есть все необходимое. -Я в норме. Беспокоиться сейчас нужно за тебя, а не за меня. Как можно было вообще выходить в такое время на улицу одной? А средства защиты? Выглядишь немаленькой, а в голове бог знает что.Провожу тебя до квартиры, нам в любом случае по пути -Если не обработать, может произойти заражение Шатен ничего на это не ответил, они шли до дома молча. Остановившись у квартиры Юны, девушка открыла входную дверь, указывая на парадную. -Входи -Я же сказал, что. -Сказала я. И я сказала «выходи». Девушка буквально силой запихала Ойкаву в квартиру, прошла в ванную и начала мыть лапы Хоши. Собака немного скулила, стараясь сдерживаться. Он тоже получил травмы, защищая Юну. -Прости, милый. Прошу, прости Девушка произносила эту фразу все время, которое они, вместе с Хоши, находились в ванной. Выйдя на кухню, пес побежал к лежаку и забрался, укладываясь поудобнее. Юна пошла на кухню к Тоору, который сложив руки, ожидал ее. Достав из аптечки антисептики, Юна наносила каждый на ватный диск, аккуратно касаясь кожи волейболиста -Ашшш. Щиплет Ахико дула на раны, стараясь уменьшить боль. Она чувстовала вину перед всеми. Перед Хоши, который пострадал из-за нее, перед Тоору, который ввязался в драку, защищая девушку. В какой то момент свет во всей квартире потух. Юна недовольно цокнула и пошла в сторону холодильника.На нем должна была стоять свеча. К сожалению, ее поиски не увенчались успехом. Подойдя к окну, Ахико заметила, что в соседних домах тоже нет света. Наверное, произошло нарушение на какой то из подстанций. -Юна, я хотел. Тоору начал предложение, но оборвал сам себя на полу слове. Девушка развернулась к нему -Я не называла своего имени -Я помню его со старшей школы. Ты правда думала, что человека можно забыть за 6 лет? Особенно, такого человека? Ты очень изменилась, не спорю. Длинные волосы теперь едва доставали до плеч, а темные волосы стали окрашены в белый. Характер Ахико тоже поменялся, но принципы остались неизменными. Юна не знала, что ему ответить. Если все действительно так, то зачем весь этот цирк? Зачем он делал вид, что незнаком с ней? Зачем заступился? Зачем вообще как либо с ней взаимодействовал? Или он хочет снова сделать ей больной? -Я и переехал сюда лишь потому, что узнал о твоем местожительстве. Я виноват перед тобой. Безумно виноват, Юна. После случившегося в старшей школе, не проходило и дня без терзающего чувства вины. Я поступил тогда, как животное. Подлое и низкое животное. Даже в первые годы после выпуска я особо не вспоминал о тебе, пока не стал перебирать старые вещи, когда вернулся домой к родителям. Там была твоя записка. Когда я снова прочел ее, мне показалось, что меня укутали одеялом. Мягким и теплым. А следом, почувствовал себя куском дерьма. Голос у ойкавы дрогнул, и при свете луны были видны слезы на карих глазах -Наверное, я разошелся в повествовании. Все, что я хотел сказать можно было уложить в пару слов. Прости меня, Юна. Прошу. Я пойму, если ты выставишь меня за дверь. Это будет справедливо. Но когда я увидел тебя сегодня вечером в этом переулке, понял лишь одну важную вещь. Я не просто чувствую себя виноватым, я люблю тебя, Ахико.Я хочу защищать тебя, хочу видеть тебя рядом с собой, всегда. Обнимать и каждый раз убеждаться в том, что ты моя. Тоору не успел договорить. Юна накрыла его губы своими. Мягкие и нежные. Губы Ойкавы были податливыми, но обманчивыми. Казалось, что поцелуем управляет Юна, но в какой то момент у руля чудным образом оказывался Ойкава. Он не торопился, переходя от нижней губы к верхней. Казалось, что он изучает Юну. Изучает ее вкус, запах, умение целоваться.Последнее, кстати говоря, хромало. Поцелуи Юны можно было пересчитать по пальцам, поэтому девушка двигалась неуверенно. Рука Ойкавы гуляла по телу Ахико. С тонких плеч она скользила к талии, возвращаясь на начальную точку.Он не позволял себе ничего лишнего. В его движениях не было похоти, лишь нежность и трепет. От этого сердце Юны улыбалось. Она любит его. И любила по сей день, пытаясь убедить саму себя в обратном. -Юна, твое предложение о девяти кошачьих жизнях все еще в силе? -Сегодня, благодаря тебе, на одну «кошачью» жизнь стало больше. Простить — значит, подарить себе свободу — свободу выбросить обиду и злость из головы. Прощение помогает нам избавиться от тяжести прошлого и дает нам свободу двигаться вперед, с миром в сердце. Я прошу вас не забывать об этом, мои милые читатели!