of bells, coffees, and love in between

      Год пролетел быстро. Осматривая заведения, дегустируя торты, подбирая идеальный цвет скатертей, подбирая красивые цветочные композиции, выбирая кольца, и все это время продолжая руководить и работать в кафе, Чуя даже не заметил, как пролетели месяцы, приближая тот самый день, к которому они готовились. Так было до сегодняшнего дня, когда он стоял перед зеркалом и смотрел на себя в белом костюме, белой рубашке, черном жилете и черном галстуке-бабочке, увенчанный белой шляпой с прикрепленной к ней маленькой вуалью.       Наконец-то настал день их свадьбы.       Все произошло так быстро. Они с Дазаем встречались меньше месяца, помолвлены уже год, и скоро, через несколько часов, станут мужьями. Все произошло быстро, но несмотря на кажущуюся поспешность, Чуя чувствует, что готовился к этому дню очень долго. Вероятно, это потому, что он познакомился с Дазаем в свадебной рекламе, снялся с ним в роли невесты, шел к алтарю рядом с Дазаем, а затем тот ждал его у алтаря в качестве жениха. Хоть в те времена он ни разу не думал, что все закончится именно этим — настоящей свадьбой, на которой они будут женихами, все равно кажется, что это правильно.       Возможно, Чуя совсем не нервничает из-за того, что он уже бывал в подобной ситуации, но часть его знает, что это потому, что он женится на Дазае; на человеке, который боялся потерять его, на человеке, который сделал ему предложение после пробуждения, даже не приготовив кольцо, потому что он хочет просыпаться и видеть рядом с собой Чую каждый день, человеке, который открыл ему свои чувства, несмотря на то, что ему было тяжело, и человеке, которому Чуя доверяет, который не причинит ему боли.       У него есть много причин верить Дазаю и брюнет много раз доказывал ему это.       Дазай сказал, что Чуя — первый человек, который заставил его улыбнуться, когда им было еще по пятнадцать (что его забавляет, потому что кто в здравом уме будет улыбаться после того, как его ударили?), который заставлял его смеяться даже в плохие дни (Чуя получил ответ на вопрос — Дазай сказал, что его улыбки, когда они с Чуей вместе, искренние и спросил почему Чуя вообще сомневался?), человек, который заставил Дазая осознать, что он способен на чувства, и первый и последний человек, в которого он влюбился.       Как он вообще может быть не уверен в Дазае, когда он говорит такие вещи?       Сначала Чуя был немного ошеломлен, потому что как может человек, который говорит, что у него не все в порядке с эмоциями, дарить ему столько привязанности и любви? Более того, Дазай признался в этом, когда они были на той вилле во время отпуска, всего через неделю после того, как они начали встречаться. Для него это стало неожиданностью, но поразмыслив, он понял, насколько Дазай искренен. И Чуя решил, что он тоже будет дарить ему столько же привязанности и любви. Поэтому, когда Дазай сделал ему предложение, он не задумываясь, ответил да.       У него также не возникло сомнений, когда сестра спросила его, уверен ли он, сказав что кажется, им еще рано жениться. Когда он сказал, что никогда в жизни не был так уверен, Ане-сан не возражала. Но она подчеркнула, что если Дазай когда-нибудь причинит боль Чуе, его ждет нечто худшее, чем смерть. Она намеренно указала глазами на свою катану, висевшую на стене у нее дома, когда Дазай и Чуя пришли навестить ее, чтобы официально сообщить о своей помолвке. Он помнит, как тяжело сглотнул Дазай и как он старался не вздрогнуть от угрожающего взгляда Ане-сан.       Но сегодня этот взгляд далек от смертельного, его сестра стоит у него за спиной в зеркале и улыбается своему отражению, а в глазах у нее нежность и… неужели в ее глазах стоят слезы?       — Ане-сан, не плачь! Твой макияж будет испорчен! — Чуя поворачивается к ней лицом и тут же достает салфетку, чтобы вытереть слезы, которые уже текут по щекам.       — Но мой младший брат скоро женится, как я могу не поддаваться эмоциям?       — Ты скорбишь, потому что я выхожу замуж за Дазая?       Сестра грустно улыбается ему, — Да.       — Ане-сан, — равнодушно произносит Чуя.       — Я шучу. Я приняла его, когда ты сказал, что уверен в нем. Просто… Я та, кто вырастил тебя, и теперь ты будешь чьим-то мужем, и я знаю, что ты уже не ребенок, но я просто…       — Ане-сан, он не собирается забирать меня с собой в далекую страну или что-то в этом роде. И я все еще твой младший брат, а ты всегда будешь моей старшей сестрой.       — Я знаю, — говорит сестра, поправляя на нем галстук-бабочку, — Просто обними меня, Чуя, — он обнимает свою сестру, и ему вдруг тоже хочется заплакать, — Я рада за тебя, Чуя.       Через минуту Ацуши стучит в дверь и спрашивает, готовы ли они, потому что церемония скоро начнется.       Чуя думал, что дорога к алтарю будет такой же, как и раньше, но теперь он понимает, что все совсем по-другому. Украшения могут быть похожими, но есть много отличных вещей; рядом с ним идет его сестра, в уголках глаз которой все еще стоят слезы, церковь заполнена всего несколькими близкими друзьями, которых они пригласили, но все они очень важны для Чуи и Дазая, и больше всего отличается его жених. В буквальном смысле, это тот же самый Дазай Осаму, с которым он когда-то снимался в рекламе. Но выражение лица Дазая сейчас совсем другое, он не улыбается на камеру из-за какого-то сценария. Вместо этого на его лице искренняя улыбка, а из глаз уже бежит слеза, которую он тут же вытирает. Чуя не может сдержать улыбку, потому что Дазай плачет на их свадьбе, и даже раньше Чуи.       Дазай, человек, который сказал ему, что у него не все в порядке с чувствами, с эмоциями, теперь плачет на их свадьбе, глядя, как Чуя идет к алтарю.       Увидев это, Чуя, возможно, тоже прослезился. Дазай дразнил его, что он плакал как ребенок, когда делал предложение, но сейчас именно Дазай плачет как ребенок, так что Чуя будет дорожить этим моментом и, возможно, когда-нибудь в будущем подразнит Дазая по этому поводу. Потому что, несмотря на то, что Дазай милый, он все еще любит дразнить Чую по любому поводу, и теперь у Чуи есть чем подразнить его в ответ.       Но не сегодня, потому что прямо сейчас он просто хочет утонуть во всех эмоциях, которые испытывает, и запечатлеть в памяти то, как Дазай смотрит на него с мягкой улыбкой, словно Чуя — самый дорогой человек в мире.       Когда они добираются до того места, где стоят Дазай и Ода-сан, его сестра обнимает его еще раз, прежде чем тоже обнять Дазая. Затем они с Дазаем направляются к алтарю, он держит его за руку, и оба они почти на грани того, чтобы разрыдаться, но оба с теплыми улыбками на лицах.       В конце концов, это начало их вечности.

***

      Прошло несколько месяцев после свадьбы, а Дазай все еще не может поверить, что Чуя теперь его муж. Каждый день он просыпается и проверяет их одинаковые кольца на пальцах. Затем он целует Чую, желая ему доброго утра, обнимает его, пока тот готовит им завтрак, и делает с ним все остальные домашние дела.       Это кажется сюрреалистичным, но в очень хорошем смысле.       Еще одна сюрреалистичная вещь заключается в том, что теперь он может выходить на улицу без того, чтобы люди толпились вокруг него. Он может свободно пойти с Чуей в супермаркет, остаться в кафе и доставать его весь день, посмотреть с ним фильм или просто поесть на улице, не беспокоясь о папарацци и камерах и о том, что скажет Мори.       Некоторые люди все еще узнают его, но в отличие от того что было раньше, они просто попросят сфотографироваться с ним и все. Больше никаких вопросов о его жизни, никаких слухов, никаких притворных улыбок.       Он все еще не нашел то, чем хотел бы заниматься; он пытался найти работу, которая могла бы ему понравиться, пытался устроиться на нее, но в итоге так и не убедился, что это то, к чему он стремится. Несмотря на это, Чуя все еще очень терпелив с ним, говоря, что у него есть целая жизнь, чтобы разобраться в этом, так что Дазаю не стоит слишком беспокоиться по этому поводу.       Поэтому он этого не делает. Тем более, что сейчас он доволен. Ему уже нравится то, где он находится, то, чем он занимается — помогает Чуе управлять его кафе, помогает ему открыть новый филиал, является мужем Чуи. Некоторые люди могут сказать, что он должен найти что-то для себя, но сейчас этого достаточно. Чуя — достаточная причина для того, чтобы продолжать жить, быть счастливым. Ему не нужно просить большего.       Достаточно быть с Чуей.       Ранее этим утром он сказал Чуе, что просто останется дома и поработает над поиском подходящего места для нового кафе. Он поискал несколько хороших мест, выяснив демографические данные, конкурентов и другие важные моменты для открытия бизнеса. Он пишет об этом полный отчет и даже начал составлять бизнес-план для нового филиала. Он также занимает себя написанием отчета о бизнес-концепциях, анализе рынка и финансовом анализе. К тому времени как он закончил, был уже полдень, так что пришло время подготовиться к другой причине, по которой он на самом деле остался дома.       То есть приготовить для них ужин.       Обычно это делает Чуя, но сейчас Дазай хочет сделать ему сюрприз. Хотя Чуя сказал ему держаться подальше от кухни из-за того, что однажды Дазай чуть ее не сжег, но он по-прежнему не слушает. Сначала его муж будет хмуриться, но все равно съест то, что приготовил Дазай, и похвалит его за то, что он приготовил что-то съедобное.       Однако сейчас он нацелен не только на то, чтобы сделать что-нибудь съедобное. Он хочет приготовить что-то вкусненькое для Чуи. Он даже нашел несколько способов подачи, чтобы придать блюду презентабельный вид. Он также тщательно следует инструкциям по приготовлению любимого блюда Чуи, так что он сделает его идеальным.       Сегодня нет никакого особенного повода удивить Чую, ему просто хочется. И Чуя настолько особенный, что Дазаю не нужен никакой повод, чтобы делать это для него.       Он заканчивает готовить рано, пробует и напевает, когда блюдо ему нравится. Сначала он накрывает на стол, а затем садится на диван, решив почитать в ожидании Чуи. Когда он собирается положить книгу на столик рядом с диваном, то замечает там новую рамку с фотографией, сделанной всего несколько дней назад, на которой они вдвоем улыбаются в камеру на фоне городского пейзажа. Чуя любит вставлять фотографии в рамки и развешивать их по всему дому. Затем Дазай смотрит на фотографии, висящие на стене их дома. Сначала он смотрит на их свадебную фотографию; Чуя — тот, кто несет его в свадебном костюме, потому что, по его словам, у Дазая слабые руки, и Чуя не хочет, чтобы после их свадьбы у него сломался позвоночник.       Он смеется при воспоминании.       Несколько лет назад он просто разглядывал фотографии в квартире Чуи, мечтая оказаться там, а теперь в их доме много таких фотографий. В основном, только они вдвоем, некоторые с бариста Чуи, некоторые с ним, Чуей, Ацуши и Акутагавой, некоторые с Ане-сан, и даже некоторые с ним, Чуей и Одасаку.       При взгляде на них у него всегда теплеет на сердце.       — Я дома! — он слышит, как Чуя зовет его от входной двери, и Дазай встает, чтобы поприветствовать его.       — Добро пожаловать домой, Чуя! — он целует своего мужа, затем помогает ему снять пальто, прежде чем проводить его в столовую.       Чуя смотрит на него в замешательстве, когда видит на столе уже приготовленную еду, — Ты готовил?       — Да, — говорит Дазай, обнимая Чую сзади и кладя голову на плечо мужа, — Я также выполнил свое задание и составил твой бизнес-план.       Чуя находит бумаги на столе и просматривает их, Дазай все еще обнимает его, теперь осыпая затылок мужа нежными поцелуями, — Наш бизнес-план, — говорит Чуя, что заставляет Дазая замереть, — Ты уже помогаешь мне управлять кафе, а также помогаешь открыть новый филиал, так что это наше дело, верно?       В ответ Дазай крепче обнимает своего мужа, чувствуя, как его сердце наполняется радостью. Он останавливается только тогда, когда чувствует, что Чуя на пределе и он вот-вот ударит его локтем. Когда Чуя оборачивается, чтобы сердито посмотреть на него, Дазай тут же чмокает его в губы, — Давай поедим, мой чиби муж-коротышка!       Чуя сначала закатывает глаза, а потом тянет воротник Дазая вниз, чтобы тоже чмокнуть его в губы, — Отлично, мой забинтованный муж-ублюдок.       У Дазая в детстве никогда не было настоящего дома, даже с Мори и в роскошном пентхаусе он не чувствовал себя как дома. Но теперь, проводя вот так каждый день с Чуей, он думает, что наконец-то нашел свой дом.