не трогайте меня, вороны

воля в кулаке мысли в разные стороны по моей комнате гуляют черные вороны

кевин сидит на кровати с учебником истории, когда рико появляется в комнате. морияма берет с пола у двери сумку дэя и кидает на постель, задевая его ногу. — вставай, у нас тренировка. — нас не предупреждали, — кевин цепляет на край страницы закладку и убирает книгу на тумбочку. — теперь я оповещаю тебя об этом. у тебя пять минут, — и выходит из комнаты. кевин вздыхает, берет спортивную сумку, клюшку и уходит.

не сошел с ума и вполне осознанно я вдыхаю этот яд вместе с воздухом туман не уходит с возрастом я ищу я кричу охрипшим голосом

кевин не кричит, но его душа воет от боли, когда рико грубо выворачивает ему руку в ходе тренировки. неслучайно, конечно. конечно, он привык к любого вида травмам. с воронами нельзя не привыкнуть к такому. дэй не пытается возражать рико и препятствовать ему. это бесполезно. и более травмоопасно. рисковать дэй не намерен. они продолжают тренировку, и спустя полчаса кевин оказывается у командного медбрата, джозайя, чтобы забинтовать руку. — порядок? — играть смогу.

эти полосы черно-белые я нашел любовь но потерял в нее веру

отношения кевина и теи длятся уже полгода, и он думал, что по уши влюблен. да, он считает ее красивой. да, у них много общего, если углубляться в детали, а не смотреть на поверхности, где из сходств только любовь к одержимость экси. но.. кажется, сейчас кевин чувствует, что просто отвлекается на нее. казалось бы, когда в команде запрещена любовь в любом проявлении, и связь двух людей небезопасна, построить отношения решится только отчаянный влюбленный. не кевин дэй, собственно. когда тея говорит о свидании, кевина воротит буквально, и он делает все, чтобы отвязаться не столько от ответственности хорошего бойфренда, сколько от нее самой вместе со всей этой излишней и глупой романтикой. к черту, окей?

болит голова но нет аспирина так зачем же я пью эти таблетки от кашля?

у кевина все тело ломит от десятичасовой тренировки. он привык к подобной нагрузке с детства, но когда ты едва держишь клюшку, потому что капитан король вывернул тебе руку пару ночей назад? хер там. — ты в норме? — жан почти шепотом спрашивает на французском, оказываясь рядом на трибуне, — выглядишь неважно. — а кто из присутствующих вообще выглядит в порядке? — кевин поворачивается к моро и сразу опускает взгляд, — включая тебя. — я твердо стою на ногах, кев. — половину ночи ты посидишь в медпункте у джозайя, пока он не закончит с твоими кровавыми гематомами снова. себя хоть не обманывай. — вам нужно на вашем ебаном французском сказать, чтобы вы не разговаривали на этом языке, пока находитесь здесь? — рико оказывается рядом слишком резко, жан даже вздрагивает от неожиданности испуга, — встали и продолжили тренировку, — морияма бьет жана клюшкой по голени. моро морщится от боли и уходит к сокомандникам.

есть болезнь от которой нет лекарства

дэй устал. не просто устал, он истощен абсолютно. физически, морально. еще чуть-чуть, и он почти уничтожен самим королем. каждый раз день игр делится на две фразы — «кевин дэй лучший игрок воронов» от прессы и «сми пиздят о твоем таланте, ты ни на что не годишься» от рико. это выводит из себя, эти слова заставляют его тренироваться не десять часов, а пятнадцать, и спит он теперь по два часа в день, а не четыре, как остальные. он почти повержен.

мне нужен свежий воздух и мне не страшно билет на поезд куда — не важно

кевин лежит на полу посреди зала, кинув клюшку рядом. его глаза закрыты, дыхание сбито. ему так осточертело нахождение в гнезде. ему хочется наслаждаться игрой, а не разрушать себя ею. дэй не сомневается в том, что выбрал экси. он сомневается в себе и в том, что вороны — то, что ему нужно.

секс расслабляет но не дает покоя раньше я был хороший теперь скажи какой я?

— ты просто уйдешь? — тея смотрит на поднявшего с пола одежду кевина, — дэй, хватит молчать. ты правда собираешься просто уйти теперь? — рико будет зол, если узнает, что меня нет. — рико так важен? кевин поправляет футболку и смотрит на тею пустым, уставшим взглядом. уголок его губ дергается в неприятной ухмылке. — может, в твое время и было иначе, но вспомни, сколько дерьма он сделал и тебе. дэй убирает телефон в карман и молча уходит.

ноль эмоций на лице как из-под ареста я молча выхожу из ее подъезда все честно мы друг другу не обязаны но я чувствую себя разбитым и грязным

сигаретный дым летит в сторону. кевин ежится от холода, стоя на остановке. в голове только одна мысль — «все напрасно». и тея, и вороны, и чертов рико король. все напрасно.

мои руки связаны моими же руками

и кевин ничего не может поделать с бессмысленностью, которой окутана его жизнь сейчас, когда экси не приносит никакого удовольствия, а в его голове только бежать бежать бежать бежать напрасно.

стоя на краю я вспоминаю о маме

сидя на крыше, кевин сжимает в руке фотографию матери. он никогда не скучал по ней так сильно, как в это мгновение, когда совсем потерялся и потерял себя самого.

думаю я бы ее огорчил если бы покинул этот мир у нее не спросив

ему не хватает ее тепла, нежных рук вокруг своей талии и мягкого поцелуя в макушку или в щеку. ему не хватает ее присутствия и «кевин, милый, ты справишься, я рядом» из ее уст.

но воля в кулаке

рико заходит в комнату кевина посреди ночи и бьет своей клюшкой по бедру, буквально вырывая из сна, чтобы потащить на тренировку.

воля в кулаке

«тренировка» принимает другие обороты, и морияма толкает кевина на пол, когда они оказываются в зале. рико бьет его тупым концом клюшки, а из его рта вырываются громкие шипящие оскорбления.

ВОЛЯ В КУЛАКЕ

— если бы ты умер вместе со своей мамашей, никто даже не усомнился бы, что здесь только один король, — кевин даже ответить ударом не успевает: рико со всей силы бьет его по кисти. он слышит хруст собственных костей, когда его тело прошибает резкий холод, а рико стремительно уходит из зала, оставляя кевина в одиночестве сидеть на полу.

веришь я не сдамся этой тоске

кевин не взял с собой телефон, но знает, что рико никогда не возвращается в комнату сразу после тренировок. у него есть время. он оставляет сумку и, игнорируя искры перед глазами, плетется в комнату. бежать бежать бежать бежать отсюда и никогда не возвращаться иначе я умру здесь я умру так же как мама нужно уходить пока он не вернулся иначе мне конец прямо здесь и сейчас если он узнает если он черт возьми не дай бог узнает что я творю

мои мысли идите на четыре стороны ну не трогайте не трогайте меня вороны

кевин не берет из гнезда ничего, кроме номера телефона, записанного с открытки, которую тоже оставляет в одной из книг.

мне нужен свежий воздух и мне не страшно

— тренер ваймак? мне нужна ваша помощь.

билет на поезд куда — не важно

— ты сможешь выехать из эвермора сам? — да, я уже поймал попутчика, — кевин тревожно смотрит в окна, держа телефон в дрожащей руке, — тренер ваймак, можно попросить вас? мне нужен врач, когда я приеду.

я не боюсь потерять все начать заново оттуда куда занесет

— пожалуйста, не говорите им, где я, — кевин тяжело дышит, сидя в кресле и наблюдая за тренером, пока эбби осматривает его руку. — если они подумают связаться со мной, то пожалеют и, более того, — ваймак переводит взгляд на кевина и кивает, — они не узнают о твоем местоположении, пока ты сам не заявишь о себе и своем уходе. со мной ты в безопасности, понял? дэй вздыхает и кивает. он понимает. он знает, что в безопасности рядом с тренером ваймаком отцом.

воля в кулаке мысли в разные стороны по моей комнате гуляют черные вороны