Удар

В начале ноября вся школа находилась в взбудораженном состоянии. Начался квиддич. Каждый факультет, разумеется, болел исключительно за свою команду(ну или команду “находящуюся в содружестве”) , и многие ученики начали объединятся в группы болельщиков более или менее агрессивного типа. Гарри Поттер пошёл посмотреть на первую игру сезона Гриффиндор-Слизерин в порядке исключения. Ну, и чтобы знать все на будущее... С развлечениями в закрытой, в общем-то, школе было туго, и квиддич имел действие по схожести с лихорадкой. Остальное было большей частью запрещённое, ну или полулегальное... Процветали тайные клубы, ну или клубы с неблагозвучными названиями и с такими же целями. И был дико разочарован... *** Нет, сначала даже было интересно - все походило на смесь магловского футбола и бейсбола в воздухе. Но потом услышав от Невилла, что игра окончится только после поимки снитча одним из ловцом, и то, что ему присуждают сразу 150 очков, он разочаровался. Все усилия команд сводились на “нет” одним человеком. Бред же! Да и игра прошла откровенно грязная... Компанию ему составила Гермиона, резко подобревшая после того, что рассказал ей их староста - то, что именно Гарри Поттер вспомнил о ней как об отсутствующей. Ей тоже квиддич не пришёлся по вкусу... Но сейчас не это терзало парня - бывшего полковника. Вокруг неё, тьфу ты, него словно царил заговор - то и дело он слышал обрывки - шепотки о Запретном коридоре. Разумеется, он ознакомился с “содержимым” запертой, казалось, крепкой дубовой двери(на самое простое заклинание) - цербер, спящий на люке, свирепо на него зарычал. Но далее его вся мышиная возня не интересовала. Но кто-то вокруг этим явно не удовлетворился, и то и дело он слышал словосочетание “Запретный этаж”. И Хагрид... на одном из чаепитий ему буквально в руки была сунута старая заметка в газете об ограблении банка гоблинов. Которую он, разумеется, видел ранее. Им играют. *** Так незаметно промелькнул ещё месяц - и наступило Рождество с рождественскими каникулами. Большая часть школы уехала по домам, и Гарри вздохнул с некоторым облегчением. Маленький перерыв - все, что ему было нужно. В Сочельник Гарри проснулся рано - отправил своей опекунше подарок школьной совой, и, разумеется, отправил маленькие, но приятные подарочки своим друзьям. Воротившись, он заметил в гостиной ёлку с несколькими свертками. Так он, по сути, был тут один, и ещё один незнакомый ему райвенкловец со старшего курса, он подошёл к ней. Да, он прав - сверки с лаконичным «Поттеру Г. Дж» были именно здесь. Сначала он вскрыл свёрток от Гермионы. Книга по истории магии и законодательству. Ожидаемо, он как-то обмолвился ей, что хочет попасть в Министерство Магии, в судейскую систему. Однозначно ценная книга, берём. Так... сладости, новые перья, наборы для письма и приятные рождественские мелочи - хлопушки, петарды и открытки. Мило. Но последний свёрток... Он отметил его лёгкость. Развернув, его взор представилась мантия... Но какая... Мантия-невидимка! К ногам упала записка. Которая решила все. Прочитав её раз, и моментально поняв, кто являлся её автором, Гарри помчался в директорское крыло. В глазах вскипели жгучие слезы... Пусть это и не его родители, но несчастного ушедшего ребёнка и его мать было жалко до безумия. «... Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне. Пришло время вернуть её его сыну. Используй её с умом. Желаю тебе очень счастливого Рождества.» Счастливого??? Ах, счастливого?! *** Горгулья наотрез отказалась пускать его к директору без пароля. Послав её, Гарри просто забарабанил в дверь. Сначала руками, а потом и ногами. Он был уверен на сто процентов, что директор в столь ранний час да ещё и в праздник, был у себя. И он все прекрасно слышит. В итоге, он заорал так, что его явно было слышно отовсюду: – Будь ты проклят всеми богами, Альбус Дамблдор, тот, кто убил своим решением мою мать!!! Ненавижу тебя! Дверь ему так и не открыли... *** Вернувшись, и все еще полыхая от злости, Гарри решил успокоиться и просто почитать. Есть ему не хотелось - он вполне обойдётся сладким, что ему прислали друзья, и неожиданно чтиво, что называется, пошло - он разом одолел четверть книги, и отвлекся только на сигнал механических часов. Ужин. За столом, единым в этот раз, было людно. Но Гарри отсел на самый край - не хотелось ни с кем встречаться, ни говорить, ни радоваться. Мантия-невидимка была аккуратно уложена на самое дно сумки, её ткань жгла ему пальцы - чтобы больше не было искушений надевать её и вообще - Гарри намеревался положить её в сейф при первой возможности. Атомосфера царила радостная, но Гарри с трудом выдавливал из себя поздравления, намереваясь уйти при первой возможности... Впрочем, это не мешало ему толком поесть, впервые за этот день. На директора парень старался не смотреть - хотелось, прямо руки чесались, как встарь, достать пистолет или нож, а там посмотрим... *** Он не остался на пудинги, и первым, практически бесшумно, покинул стол. Сидя, уже позже, у горящего камина факультетской комнаты, она вспоминал о Смерти и её словах, касаемо Гарри Поттера. Несчастный ребёнок просто бы не потянул возложенную на него ношу и не смог бы разгадать полуправды. Точно, нет. Что-то есть в этом такое, роковое, что она честно платит, проживая его жизнь. А он пусть покоится в мире, с его мамой и папой, невинный ребёнок это заслужил... Написав на листочке три имени, он кинул их в камин, где их охватило жаркое пламя, и сожгло до пепла. Покойтесь в мире. Просто спите. А уж её дело - чтобы все заплатили за свои грехи. И она этого добьётся...