Кровавый старт

Саша скомковала страницы, дабы не привлекать к ним большого внимания и крепко сжала их в руке, а сама тем временем понеслась к остальным. Теперь ей уже было плевать на камеры, снимающие её, на людей, которые полчаса назад видели её в истерике и жаждали задать множество вопросов. Трусова увидела первого близкого по душе человека – Женю Медведеву. Ей не терпелось рассказать ей о находке и быстро бежать по написанному адресу. Но неожиданно чья то рука опустилась на Сашино плечо, она дрогнула и быстро обернулась. Там стояла Этери Георгиевна, которая была рада видеть Сашу в хорошем состоянии. Она потянула Трусову к себе, от чего Саша отвлеклась от цели. – ты быстро успокоилась. Молодец! Больше не чуди особо на камеру, награждение скоро, – наклонившись сказала тренер. Но Трусова словно пронесла её слова мимо ушей. Она повернулась в сторону, в которую шла изначально, но Жени уже там не оказалось. Теперь ей нужно было найти хоть кого нибудь. Вторая в поле зрения появилась японка Каори. Но рассказать ей она никак не могла – мешал языковой барьер. Хотя, может это и к лучшему. Она, конечно, помогала делу, но доверие к ней было слабое. Все вокруг сфокусировали взгляд на Саше. Она, как никогда, выглядела безумно растерянной. Её глаза бегали туда-сюда и искали знакомые лица, сердце сильно стучало, заглушая шум в ушах, а ладошки вспотели из-за бумаги, которую она держала все время. – кого-то потеряла? – донёсся голос за спиной. Трусова обернулась, а там стояло её спасение от неловкого положения – Марк. А сзади него стояла Щербакова, которая осуждающе смотрела на зеленоглазую девушку. Радость внутри начала бушевать. Саша решила им показать находку не при всех, мало ли наснимают чего, а потом красоваться будут в интернете. Тут лишний взгляд не нужен. Она схватила Марка и Аню за запястье, но Щербакова жёстко дернула руку из её хватки. Разбираться и мириться уже было некогда, Трусова просто пошла быстрым темпом к туалету. Там их снимать не должны. – что происходит? – сказал Марк, догоняя Трусову, которая с каждым шагом повышала темп. – сегодня мы, возможно, найдем Камилу И Щербакова, и Кондратюк тогда были ошарашены. Они немного не поверили в услышанное, им скорее хотелось услышать подробности. Саша подошла к женской кабинке, открыла дверь и сказала: – заходите. – а я? – спросил Марк, кинув на Трусову недоумевающий взгляд – а тебе отдельное приглашение нужно что-ли? Заходи ты тоже. – так это женская кабинка. – ничего себе, не знала! – ну Саш, а если кто-то снимет меня, про меня потом такое написать могут. – если ты будешь меньше выеживаться и быстрее зайдешь, то не снимут. В итоге Трусовой удалось уломать Марка и они поместились в одной кабинке. Было немного тесно, но как говорится: "в тесноте, да не в обиде". Трусова развернула листки и начала разъяснения. *** – столько времени прошло с этой записи, надеюсь, что с Камилой все хорошо, – сказала Аня, разглядывая записи внимательнее. – сегодня после награждения быстро идём по этому адресу. Осталось рассказать об этом Жене и Каори. Лучше взять с тобой перочинный нож или ещё что нибудь острое, – ответил Марк. Саша согласилась с их высказываниями и молча кивала. Когда нужно было выходить из кабинки, Марк осторожно промелькнул из помещения, дабы не привлекать внимание людей. Теперь у спортсменов была цель рассказать обо всем Жене и начинать морально готовиться к сегодняшней ночи. Она обещает быть яркой и незабываемой. Марк ушел искать один, а Саша и Аня вновь остались вдвоем. Между ними словно пропала былая связь, они до сих пор чувствовали симпатию друг к другу, но топили её внутри себя. Они насильно хотели показывать полное безразличие, но изменяли собственным чувствам. – Ань, прости меня, я погорячилась и была на эмоциях, – нарушив тишину, произнесла Саша. – я принимаю твои извинения, но не прощаю. Я продолжу с тобой общение только на поиски Камилы. Я долго была в раздумьях и решила, что нам лучше расстаться. У нас разные взгляды на жизнь. Этой фразы Трусова никогда не боялась, потому что была уверена, что не услышит её. Но в миг сердце чуть не остановилось. Ком подступил к горлу, а слезы начали наворачиваться. Но все таки Трусовой удалось держать себя в руках, и не подать виду. Но это задело и Щербакову. "Неужели ей настолько все равно?"– подумала про себя Анна. Казалось, что тишина будет давить до последнего, пока они опять не встретили Каори Сакамото. Она осветила их яркой и доброй улыбкой, поздравив их с новыми званиями. Анна хотела ей показать записки от Камилы, но когда она попросила их у Саши, то получила отказ. –Трусова, покажи ей записки, она нам помогала! – да не хочу я их показывать кому попало. Я не хочу её втягивать в это дело, вдруг ей же хуже станет или расскажет кому нибудь. Щербакова захотела сама забрать записки и когда потянулась к Сашиной руке, то случайно её поцарапала. Рука от неожиданно поступившей боли отпустила листки. – ой, извини, пожалуйста, – сказала Аня, глянув на царапину. Вроде она была не такая большая. – да ничего, просто не лезь до них. Саша вновь подняла их, попрощалась с Сакамото и ушла даже без Щербаковой. Каори, похоже, все поняла, но решила промолчать. – sorry, – пробормотала Анна и погналась за Трусовой. В то время, пока все искали Женю, она была с Тутберидзе. У них получилось помириться и они пытались наладить былые отношения, сидя в гримёрке и попивая горячий чай с конфетами. – вот и закончилась ещё одна Олимпиада. Спокойно она не прошла, – сказала Медведева. – есть такое. Только улетаем отсюда мы через неделю. Если в течении недели не найдут Камилу, то дело будет закрыто убийством. На самом деле, сейчас уже и так мысленно её похоронили. Просто остаются малейшие надежды. – а почему, если наняли лучших специалистов, они все равно её не могут никак найти? Значит не такие уж они и хорошие. – Жень, ну давай по честному. Если человека, допустим, убили, то искать уже и некого. – ты так говоришь, будто тебе её совсем не жаль. – ну приехали. Мне, как тренеру, очень тяжело и больно терять такую выдающуюся спортсменку. Никто такого не заслужил, мне искренне жаль, но я не обязана показывать это. – может ещё не поздно? Вдруг она жива. – её ищут по всем странам, а в Пекине осмотрели чуть ли не каждый угол этого города. Нет её нигде. Их диалог прервал стук в дверь. Женя открыла её, а там стоят Марк Кондратюк. – дело есть. Срочное. Медведева одобрительно кивнула. Перед уходом она кинулась к Тутберидзе в объятия, сказав ей: – прости, мне нужно идти, обязательно ещё посидим. Времени у нас много. *** Аня и Саша сидели на лавочке в раздевалке, ждав Медведеву и Кондратюка. За время ожидания они так и не поговорили друг с другом. Наконец ребята пришли и смогли все обсудить. – в общем, мы идём просто посмотреть, что это за место. Но кто знает, что там может быть? Поэтому нужно будет с собой взять нож, спички, фонарики. Также обязательно пофантазируйте, лишние вещи не помешают, – сказал Марк. – да, но если будете брать что нибудь, главное не попадайтесь никому на глаза, – произнесла Женя. – тогда в 22:30 выходим? – спросила Аня. Все согласились. Это было очень волнительно, а от одной мысли, что они все согласились на такое пойти, по телу поступали мурашки. Но назад пути уже не было, нужно было действовать. После тяжёлого дня все приехали в отель. Все безумно устали, тело ныло и жаждало отдыха. А мягкая огромная постель просто соблазняла. Но вместо отдыха ребята готовились к сегодняшней ночи. Трусова и Щербакова взяли с собой по острому ножу и фонарику. Оставалось определиться с одеждой. Аннушка надела черный свитер с приятной тканью, а сверху куртку и синие джинсы. Саша оделась в топ, сверху которого шла кофта и черные штаны. Осталось надеть куртку и выходить. Все незаметно вышли из отеля и встретились на детской площадке. Они решили обговорить детали и обсудить то, что у них имеется. Больше всего их поразило то, что Евгения взяла сковородку. – Женя? Ты сковородку взяла? – недоуменно спросил Марк. – ну да, а что? Подходит к тебе маньяк, а ты его как бам! И огрел хорошенько сковородой. Между прочим, если ударить хорошо, то мало не покажется. Ребята были серьезно готовы. Теперь у них был не страх, а скорее азарт. В глазах горели огни, они были уверены в себе. Пересмотрели детективов? Или же правда уверены в своих силах? Им это предстояло узнать. Их шикарная четверка, которая стала родной. Все знали друг друга много лет, а сейчас их объединял не только спорт, но и одна цель. Всю дорогу они пытались как то переговариваться между собой, немного отвлечься и надеяться на лучшее. Сейчас они найдут Камилу, затем все вместе вернутся домой и будут отдыхать. Возможно поедут компанией на море, где яркое солнце будет согревать их, они будут лежать на пляже и пить коктейль. А затем идти купаться в приятную воду, будут вместе брызгаться и смеяться. Но это, пока что, было только в их мечтах. В данный момент они шли по улице, где было мало людей, а навигатор вел их все дальше. Они сами решили идти на это, никто не заставлял. Навигатор привел их к обычному жилому дому. Пару этажей, некоторые окошки светились, не всё ещё пошли спать. Рядом была обычная детская площадка, на которой было пару человек. Анна решила подойти и спросить их про этот адрес. – Could you please tell me what this address is? – можно автограф? – вы русский? – по национальности – нет, но русским языком владею. Он глянул на спортсменку, затем перевел взгляд на остальных ребят. – короче, автограф мы дадим, но при условии, что Вы нам расскажете об этом адресе, а также никто не узнает, что мы были здесь. Понятно? – сказала Медведева, подойдя к человеку поближе. Мужчина сделал шаг назад, но врезался в Марка. Его окружили. – никто не узнает, клянусь! – закричал молодой человек. Трусова протянула листок, на котором был указан адрес. – это же этот дом? Кто в нем живёт? – спросила зеленоглазая. – да обычный дом. Живу в нем несколько лет, соседи спокойные. Только в записке небольшая ошибка. Скорее всего имели ввиду дом 30. Потому что на этой улице нет 31 дома. – как это нет? – спросила Анна, – можете показать, где заканчивается улица? Мужчина привел их к концу улицы, именно там начинался парк. Команда быстро дала автограф мужчине и пошла осматривать аллею. Там не оказалось ничего необычного. Единственное, что их смутило, это было заброшенное кафе в другой стороне парка. Но как им объяснили, хозяева ресторана просто переехали, так и не смогли продать небольшой участок, потому что до этого здания мало кто доходил. Было просто не выгодно. Ребята не захотели осматривать это здание, так как не видели в нем ничего странного. Но сквозь ветки Евгения разглядела номер дома – 31. – Ребят, если меня не подводит мое зрение, то там написано 31? И улица эта же, – сказала Женя, не сводя взгляда со здания. – да, похоже это то, – сказала Саша. Вся уверенность резко исчезла. Они нашли то, что так долго искали. Но решительности переступить порог не хватало. Ладно. Идти нужно. Самый первый шел Марк. Он легонько загородил рукой девушек. С каждым шагом им казалось, что они тут не одни. Женя держала фонарь, но руки тряслись, что очень сильно мешало. Саша с Аней шли рядом не отставая. Трусова решила достать нож на всякий случай. В нос ударил запах сырости. В здании стояли столы, некоторые из них уже были перевёрнуты. Все они были в огромном слое пыли. На полу валялись банки и бутылки, а также стекла от разбитых окон. – вроде мы одни, – произнес Марк в пол голоса. Вроде это и хорошо, они, возможно, в безопасности. Но также Валиевой они так и не нашли. – пошли на кухню, посмотрим что там, – сказала Евгения. Они передвигались медленно и осторожно, от каждого шороха ветки за окном сердце готово было выпрыгнуть наружу. Но на кухне дела обстояли не лучше. Заброшенная техника, полки, на которых лежит грязная и побитая посуда. Но самое первое, что кинулось в глаза – это спуск в подвал. Раньше это был огромный погреб для продуктов и одновременно склад старой мебели. Огромное помещение, от которого стало вонять крысами. Они бы туда и не зашли, если бы не увидели Камилу Валиеву. Да. Это была та самая юная девушка, которая пропала без вести, её не мог никто найти и мысленно хоронили. Она лежала на холодном полу, вся грязная и бледная. Её руки, ноги и рот были связаны. Лицо её было бледное, а глаза заплаканные. При виде друзей слезы поступили к её глазам. Ребята тут же кинулись к ней. Саша подбежала к ней и освободила её от верёвок. Все сели возле Камилы и смотрели на её состояние. – бегите, – сказала Камила, закрыв лицо руками. Руки её были красные, натёртые от верёвок. Женя окутала её объятиями, а Ками воткнулась лицом ей в плечо. Она вся дрожала и по ней было видно, как она исхудала. – теперь все будет хорошо, нам нужно уходить, – сказала Саша, поглаживая Камилу по спине. Ребята помогли ей подняться, но она едва держалась на ногах. Марк в это время решил осмотреться. Действительно, очень большое помещение, в углу которого стояла миска, из которой, похоже, кормили Валиеву, коньки Камилы и ещё её пару вещей. Он взял все вещи и они собирались уносить ноги, как дверь в подвал захлопнулась. Он неожиданности Кондратюк выронил все вещи и кинулся к входу, но дверь было не открыть. – я же говорила бежать! Они здесь, они рядом, – сказала Камила. Она успокоилась, но все равно была обессиленной. – кто "они"? – спросила Саша. – меня заставили, меня шантажировали! Они откуда-то знали адреса моих родных. Я не хотела, чтоб их убили. Они просто хотели медаль! – Камила, кто это был? Но Валиева не ответила. Она схватила свою сумку, вытащила оттуда конёк и кинула в темный угол. Ботинок упал, но ничего не произошло. Анна стояла сзади всех, как вдруг её кто-то схватил за руку. Она подумала, что это Женя, но та стояла впереди. Щербакова резко обернулась, а там стоял высокий мужчина в капюшоне. Он потянул её, своей рукой закрыв ей рот. Все обернулись на шум, и прибыли в ужас. Некто неизвестный начал тянуть Щербакову за собой. Аня пыталась убрать его руку, но чем больше она сопротивлялась, тем сильнее становилась хватка. Казалось, что он вот-вот сломает ей челюсть. Женя и Марк кинулись к нему, а Саша осталась с Камилой. Трусова помогала ей подняться, чтоб как можно скорее убежать. Но Камила не сводила взгляда с угла, в который кинула конек. – скорее, пожалуйста, нам нужно бежать, – подговаривала Саша. Наконец они поднялись, Валиева старалась перебирать ногами из последних сил. Трусова одной рукой держала Ками, а в другой держала нож. – АЙ, – заорала Трусова и резко остановилась. Она почувствовала резкую боль в ноге. Что-то холодное и острое впилось в её кожу. Это был кусок стекла. По штанине разрасталось пятно крови. Она увидела черный силуэт сзади себя, поэтому сквозь боль быстро достала осколок и начала убегать. Тем временем кто-то тащил Анну, и резко кинул её на пол. Она упала и ударилась головой. В глазах потемнело, но она старалась остаться в сознании. Марк и Женя подбежали к ним, но резко остановились. Мужчина приставил к голове Ани пистолет. – ещё шаг сделаете, и будет минус Олимпийская чемпионка, – сказал он. Голос его был мерзким и грубым. Валиева слышала все это. – Саша, ты не стала Олимпийской Чемпионкой? Ты не исполнила пять квадов? – я думаю, что под ситуацию это неподходящий вопрос. Но я исполнила. Я вторая. Девушки подошли, но тоже остановились. Сзади подошёл ещё один мужчина. Они были окружены. Сделать хоть шаг или движение они не могли, ведь не хотели подставлять Аннушку. Неужели на этом все закончится? Не будет никакого моря и отпуска, все будет закончено. Саша смотрела на Аню стеклянными глазами. Они просто не успели поговорить, закончили все на плохой ноте, сделав вид "безразличия", когда в душе безумно любила её. У Жени болела душа. Она только недавно помирилась с Этери, поговорила с ней по душам. И ведь они даже не успели попрощаться. Марк так и не смог ещё найти свою вторую половинку. Он думал, что ещё вся жизнь впереди, успеет ещё. А Камила не получила ни любви, ни медали. Её пытались полностью сломать. Из тени вышла Каори Сакамото. Это человек, которого не ожидал видеть абсолютно никто. Она водила их за нос, обвиняла других людей. А ведь она реально попала в тройку. – вот же крыса, – крикнула Евгения. Японка начала плакать. – я не хотела! Меня заставили! – начала захлёбываясь говорить Каори. У всех глаза стали по пять копеек. – заткнись. Радуйся сиди, – рявкнул на неё один из мужчин, перейдя с английского на свой язык. – да чему тут радовать, пап? Я хотела получить медаль сама, своим трудом. Вы обещали, что не тронете их! – да заебала. Если не нравится, то присоединяйся к ним. Будешь изгоем семьи, вас после этого никто не найдет. Хочешь такого? – нет. Получается, что она не хотела этого делать, её заставили. Родной отец и, кажется, брат. – как ты узнала, что мы идём сегодня сюда? – спросила Женя. – я слышала о чем вы говорили в раздевалке и записала вашу речь. Извините... Её отец снял капюшон и не одобрительно на неё посмотрел. Похоже она хорошо знала этот взгляд, поэтому немного отошла и замолчала. Он был высоким мужчиной азиатской внешности, с большим шрамом на пол лба. Он жадно вдыхал воздух своими большими ноздрями, а от него самого сильно пахло табаком. Пока он отвлекся на Каори, Щербакова не растерялась. Она понимала, что эти сумасшедшие даже не побоятся убить их, а потом вовсе скроются и не вспомнят о них. Трясущимися руками она достала из кармана нож, ладони были потные, а вокруг себя, кроме звона в ушах она больше ничего не слышала. Нужно было быстро соображать. Не смотря на свой хрупкий вид, она прошлась ножом по его руке. Аня чувствовала, как глубоко засадила нож, но она ни капли не сожалела. Мужчина от шока и боли выронил оружие из руки, но пнул его в сторону Сакамото, чтоб его не взяли остальные. – тварь, – произнес он, оттягивая её за волосы.