Особое мясо

Антон сбился со счёта времени. Темно, страшно, тихо… Обнимал колени, как ребёнок, мысленно пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. Вечно сидеть так нельзя — телу нужен отдых после всего этого дерьма. На деле не прошло и суток. Есть не хотелось, хотелось домой, к Барсу. — Барсик… Прошептал, усталый голос. Голова уже почти не болела — слишком много всего. Даже если убьют, он снова проснётся. ꧁⪨☀︎⪩꧂ Наступил рассвет. Разбудил Арсения — Петух. Давно пора эту херню обезглавить. Хотелось снова закрыть глаза, но работа есть работа. Сенька вскочил с постели и начал разминку, иначе заснёт в машине или пока кур кормить будет. Музыки сегодня не хотелось, настроение на нуле. Мешок в руки — и вперёд. Мокрая земля хлюпает под сапогами. Взгляд мелькнул к сарайке. Может сейчас? Нет, рано ещё… В город за продуктами ещё не ездил. — Чипуси мои… Голос стал мягче, почти нежный. — Давайте, я вам еду, а вы мне яйца. Показывайте, кто что снёс! За годы одиночества Арс уже привык разговаривать с курицами. У каждой имя и фамилия. Любимка — Людмила Фёдоровна. Яйца несёт отменные, иногда два желтка в одном. — Людка, чем сегодня обрадуешь меня? Люда бежит со всех лап, словно понимает каждое слово. Арс зачерпывает пшено кружкой, высыпает дорожкой, сам тянется за яйцами. Всего две штуки — ладно, сегодня всё равно не будет варить яйца. Позади раздались возгласы. — Чё разбушевались тут, а? Тон грубый. Петух устроил драку. — Эт ты, пидорас, нового скоро куплю! Арсений отпинывает бедную курицу. Петух всё лезет и лезет. Тогда Сенька хватает его за шею, закидывает в курятник и хлопает дверью. — Вот и изолируйся, гад крашенный. Тяжёлый вдох. Пора уже машину нагревать и выезжать. ꧁⪨☀︎⪩꧂ Антон открыл глаза. Свет резал. — Мальчик мой, ты проснулся… Антон замер. Сердце колотилось. Молчал. — Все вы молчаливые… Даже грустно. Я думал, брюнеточка красотка… А на деле худощавая шпала. — Кстати, я Арсений. Тебе нравится комната? Я сам её делал. Кровать скудная, но выбора у тебя нет. Тебе нравится? Арс натянул перчатки, слегка огорчаясь, что собеседник молчит. — Я терпелив, разговорю тебя рано или поздно. Но сейчас мне одиноко. — Давай, скажи хотя бы «мяу». Антон в шоке. Зачем мужику перчатки? Что он несёт? Почему приближается? — Стойте! — вскрикнул, закрываясь руками. — Что? — Арс, изогнув бровь, переспросил. Ничего не сделал. Просто смотрел, словно пытаясь понять — опасность это или нет.