мириады звезд в твоих глазах

День, так раздражающе похожий на все остальные, вновь подходит к концу, пока люди не успели и глазом моргнуть. Для всех это было уже обыденностью, выйдя на улицу и вглядываясь в чужие лица, (или же маски лиц(?)) сложно было различить хоть какую-то эмоцию или крупицу света. Может это и иллюзия? Вдруг они теплят внутри ту самую искреннюю любовь, про которую все говорят, чтобы всю ее без остатка отдать родным людям, ждущим в теплом доме, заранее приготовив ушедшему его любимые блюда и кучу счастливых улыбок? Был ли даже в этом всем смысл? Никому, видимо, не суждено было ответить на самые простые, но самые разумные, вроде как, вопросы. Возможно это все было даже к лучшему, никогда ведь не знаешь. Парень устало выдохнул и провел ладонями по лицу, опираясь локтями на свой рабочий стол. Нежно-персиковый свет заходящего солнца красиво освещает простенькую, ничем не примечательную комнатку со следами жизнедеятельности человека в виде небольшого беспорядка. Пара кружек из-под кофе на столе, рядом стопка документов с работы в следственном отделе бухгалтером, несколько ручек и простой карандаш, коробочка от лапши быстрого приготовления, не заправленная кровать с тумбочкой рядом, небрежно брошенная на стул одежда, потертый ковер болотного цвета, черный шкаф и вечная пустота. Больше не было ничего особенного в единственной комнате маленькой квартиры на пятом этаже. Не сказать, что место необычайно приятно для времяпровождения или же наоборот, отталкивающее, просто… никакое. Все как-то спокойно существуют и все. Что-то выдающееся происходит здесь крайне редко, если вообще происходит. Даже мелкая кража обычной пятидесятирублевой купюры - уже удивительной новость, да и людей не так много и все друг друга знают, поэтому никто и не осмеливается прославляться чем-то плохим. Брюнет вышел с помещения на балкон и, оперевшись о перила, всмотрелся в пейзаж двора. Детских голосочков не было слышно, площадка неподалеку и вовсе пустовала. По тропинке одиноко прошла миловидная девушка с коляской, то и дело поглядывая на свое чадо, где-то внизу раздалось жалобное мяуканье котенка, деловито прошли несколько мужчин в костюмах и один пьяненький старичок. Как удивительно… Желтовато-янтарные глаза красиво сверкают под угасающим светом летнего солнца, апатично разглядывая этот вид. Голова набита ненужной информацией с работы и привычными навязчивыми мыслями. День за днем ходить на одну и ту же нелюбимую работу, что когда-то выбрали ему предки, было обыкновенной необходимостью. Хочешь хорошо питаться и засыпать в уютной постели - будь добр, работай на государство, а как ты хотел? Деньги с небес подают только избранным, а не «рабочему классу». Вполне логично. Каково же быть частью обычной серой массы людей, ничем не отличимых друг от друга? Если так порассудить, эта масса живет ради численности населения земли, как песок на дне реки, среди которого можно найти маленькие крупицы золота. А что самое интересное, вопросом оставалось осознание этими людьми собственного положения в жизни. Ладонь скользнула в карман черных домашних брюк и вытянула пачку дешевых сигарет и зажигалку. Прикурив одну, парень поднял голову к закату и выдохнул дым. Почему-то именно это время суток наводило чувство тоски больше всего, из-за чего стало нелюбимым. Августовская жара заставила изрядно вспотеть, ведь кондиционера не было, а вентилятор плоховато справлялся со своей работой. Хотелось с головой окунуться в прохладную воду, прямо как сейчас в высоту здания с балкона. Хаджиме ловил себя каждый раз на этой мысли, когда выходил сюда. Может это казалось каким-то спасением? Человеку ведь рано или поздно надоедает однообразная жизнь, будь она даже в роскоши. Нельзя на свете прожить без света теплых воспоминаний, не будет в таком существовании радости. А эта самая радость напрямую зависит от людей, что тебя окружают, и туго придется, если за всю жизнь так и не найти хотя бы одного человека, который бы стал тебе близок, кому можно всецело доверить свои мысли и чувства. Проблема в том, что найти такого человека - это как выиграть в лотерею, а Хината никогда не был сильно удачлив. Он задумывался над тем, что другим просто не нравится сама его личность, но как объяснить то, что ему самому еще никто не нравился? По крайней мере в памяти не отпечаталось чувство простейшей симпатии к кому-либо, не говоря уже о самой любви. Даже родители к нему ничего не чувствовали с самого рождения. Это взаимно, но так было не всегда. Просто тянуться за вниманием было не в кайф. Когда же появились брат и сестра, все стало еще хуже. Вся работа, в том числе присмотр за детьми досталась Хинате, а младших лелеяли, пытаясь выполнить любой их каприз, что сделало из них крайне избалованными. Дошло даже до издевок в виде намеренного наведения беспорядка и постоянных колкостей. Мальчик вначале отчаянно искал внимания и любви, ведь видел, как счастливы старший брат и сестра, но в конце концов попытки прекратились. Постепенно угасло все стремление добиваться желаемого, а все мечты исчезли без следа, даже заветная детская стать ветеринаром, чтобы спасать попавших в беду зверюшек. Наверное это и называется «перегореть»… В нем не то что не видели никакого потенциала, само существование ребенка еле было заметно, причем не только дома. Так как полностью замыкаться в себе было так себе идеей, у мальчика имелось множество приятелей, но, к сожалению, говорить с ними можно было только обо всем и ни о чем. Ну, главное была какая-никакая социализация, и на том спасибо. На самом деле события детства давно уже запрятаны в чертогах разума, растворившись среди полной забот взрослой жизни, вспомнить их можно было только если хорошо постараться, да и не хотелось если честно. Кто знает, возможно от того времени ничего и не осталось, кроме монотонного черно-белого обрывка старого фильма. Жить настоящим, помня о прошлом и смотря в будущее, значит? Что ж, возможно эта мысль и мудрая. *** Близился час ночи, но сна не было ни в одном глазу, хотя по идее утомления от работы за день было достаточно. Ленивые переворачивания на кровати не помогали никак. Подобная бессонница переодически мучила парня уже как год, решением было просто лежать дальше, что он собирался делать и сейчас. Прошли десять минут, пятнадцать, тридцать, час, но Хаджиме еще оставался в сознании. Гадство. Все таки кофеин в крови сделал свое дело. Как назло, завтра нужно будет рано вставать. В принципе ничего нового, но тело от усталости сводило уже сейчас. Не зная что же еще делать, Хаджиме все же нехотя встал, пару минут нервно походил по комнате, но и то никак не спасало. Прекрасно. Просто предел мечтаний - ходить целый день как мертвец, при этом пытаясь справляться с привычными делами. Стены со всех сторон давили, будто пытаясь как можно больше усугубить ситуацию, так еще и кислорода будто было недостаточно. Парень накинул на себя ветровку и вышел в подъезд, где с перебоями светила желтоватым светом лампочка, освещая загрязненные стены, покрытые местами отвалившейся бледно-голубой краской. Вокруг не было ни звука, даже шаги эхом отдавались в этом полупустом пространстве, а единственные признаки жизни подавали мошки у лампочек и сверчки снаружи, чьи звуки были слышны даже здесь. Простая дверь дома открылась, давая легким вдохнуть свежий ночной воздух, пропахший дождем. Мелкие капли воды не спеша сыпались на землю, что придавало всему особую атмосферу. Откуда-то послышался тихий звук, что был успешно проигнорирован. Парень устроился на скамейку, освещенную фонарем рядом, и поджег одну из сигарет. Дерево сверху зашумело листьями от легкого ветра. На месте растворившегося дыма стала видна детская площадка, на качелях которой неподвижно сидела какая-то фигура вроде бы взрослого человека, которую было не разглядеть от темноты. Хината решил не обращать на это внимания и оперся локтями на колени, выпуская очередную порцию дыма. Глаза болели от перенапряжения, голову мучила мигрень, а каждая мышца молила о пощаде и просила об отдыхе. Парень устало потер глаза левой свободной рукой и медленно выдохнул. Спереди донеслись тихие шаги, на что пришлось настороженно поднять голову. Сонливость, видимо, взяла свое, ведь страх почувствовался слишком приглушенно, чтобы встать и сделать с потенциальной опасностью хоть что-то. Тем временем фигура неспеша вышла на свет, будто бы боясь спугнуть. Сейчас уже можно было определить высокого парня с накинутым на голову капюшоном черного худи, что смотрелся неуместно большим по размеру, маской на нижнюю часть лица, обычными джинсами и староватыми серыми кедами. Уже более уверенно незнакомец подошел к Хинате и остановился в метрах двух от него. - Тоже не можете уснуть? Можно я к вам присоединюсь? - прозвучал к удивлению довольно нежный и приятный голос. У маньяков-убийц ведь не бывает такого голоса, да? Или бывает?… К тому же Хината мог поклясться, что где-то его слышал, наверное один из тысячи знакомых незнакомцев. - Я не против. Присаживайтесь. - как-то сухо и безразлично кинул Хаджиме. К сожалению, несмотря на поздний час, спать не хотелось, что и заботило его прямо сейчас. - Могу я поинтересоваться, почему вы сейчас не дома в постели? Середина ночи ведь. Я, кстати, мог оказаться преступником, а вы и глазом не повели. Нехорошо. - неловко хихикнул парень. Стало как-то тошно от мысли, что придется поддержать разговор ради приличия, ибо оставлять человека, который явно чем-то обеспокоен, не хотелось. Мало ли. Да и не кажется он страшным, жалко же. - Отчего-то уснуть не могу, вот и вышел. Да и плевать мне на жизнь. Ну убил бы ты меня, что бы изменилось? Может к лучшему даже… - закурил Хината. - Не скажите, не знаете ведь наверняка. Как можно так небрежно относиться к своей собственной жизни? - прорезалось возмущение в тоне парня. - Она ведь дарована мне, разве не мне же решать что с ней делать? Да и смотрю, вы слишком любопытны. - Возможно, но… Пожалуйста, расскажите, если не секрет, почему вы так думаете? Что-то произошло? - настаивал парень - В том-то и дело, что ничего не произошло. Вообще. - Как же… - Не представляю, как люди умудряются не обращать внимание на всю серость картины вокруг… Хех, думаю, мир можно сравнить с кукольным представлением, где ты сам выбираешь, быть тебе марионеткой, кукловодом, или же одним из кучи безликих и невзрачных зрителей. Как считаете, кем являетесь вы? - ухмыльнулся Хината и выдохнул дым последней затяжки, бросив окурок куда-то в траву - Ну… Сказать честно, я даже не знаю… - Говорите что надо ценить свою жизнь и сами же беззаботно разговариваете с незнакомым человеком. Я ведь тоже могу оказаться кукловодом, что может убить. Или это простая детская глупость, или часть вашей манипуляции. Однако я уже сказал, что мне без разницы на последствия, так что можете делать что угодно. - В одном вы ошиблись… Но все же, думаю мне суждено быть одним из толпы, по правде говоря, не хочется брать на себя ответственность за плохие поступки кукловода, но я был бы счастлив, если кто-то вроде меня принес какую-то пользу в роли марионетки. И… Нет, я пока не планирую умирать, просто ищу предназначение вроде? Надежда еще толкает меня, правда, неизвестно куда, забавно, не так ли? - широко улыбнулся парень, судя по закрытым в форме полумесяца глазам. Хината только сейчас поднял взгляд на того, кто оказался более похожим на него, чем казалось. - Дождь прекратился… Только посмотрите на небо! - восторженно воскликнул новый знакомый Хината поднял голову, чтобы увидеть всю красу звездного неба, которое застал впервые. Разве оно всегда было вот… таким? Небом, признаться, Хаджиме не часто любовался, лишь у себя на балконе, предаваясь мыслям, но вот так целенаправленно и впервые. Раньше он не замечал ничего, что могло бы зацепить в таком простом и незаурядном занятии, но сейчас будто в прострацию впал. Где же мысли, которые обычно занимали большую часть работы мозга в такие моменты?… Непривычно как-то… Будто провалился в бездонную яму, где даже не отличить реальность ото сна, а сознание плывет на автопилоте - Изумительно… Вся та же красота осталась неизменной. так и смотрел на нее вечно… - Хаджиме повернулся на голос, наконец, придя в себя, и тут же встретился с парнем взглядом. Глаза цвета зеленого моря неописуемо красиво отражали свет звезд, так же завороженно смотря в ответ. К сожалению, только они и были видны, но и этого хватило, чтобы с еще большей силой заставить парня забыть обо всем на свете и думать только о том, что видит прямо сейчас. Будто мир вокруг завис. Хочется еще.. Чуть-чуть…. Самую малость… Секунда. Когда уже сознание снова вернулось, Хаджиме увидел парня, который был уже дальше и опирался локтем о скамейку, а ладонью держал не успевшую опуститься маску, и собственную руку, так и застывшую в воздухе. Осознание произошедшего словно под дых ударило, заставив замешкаться и немого покраснеть от стыда. - Простите, простите пожалуйста… Я не должен был… Вы как?… - спросил Хината и помог встать - Ничего, я в норме. Спасибо. - смущенно ответил парень. Брюнет облегченно выдохнул и вновь оперся локтями о колени, зарываясь лицом в ладони. Это надо же такое вытворить. В трезвом уме он бы себе никогда не позволил нарушать личные границы. Голова трещала по швам. - Вы… Вы выглядите уставшим, могу я помочь? Извините, что отвлек вас своей болтовней, я… - Нет, все нормально. Спасибо вам, но правда, мне не нужна помощь, я не хотел показаться слабым или что-то в роде того. Пожалуй, я пойду спать. - отрезал Хаджиме и тут же встал и двинулся в сторону дома. - П-постойте! - позвали его сзади. Шаги прекратились, и Хината обернулся. Рука парня застыла около его рукава, а сам он теперь стоял перед ним - Я беспокоюсь за вас… Вы ведь не больны, я надеюсь?… - Да нет же, сказал ведь, что ничего мне от вас не нужно. К чему вы так приелись, не пойму? Мы ведь даже не знакомы. Вы сами-то случайно не больны? Идите уже к себе. Парень отпустил свой опустевший в миг взляд и застыл. Почему-то каждое слово било с такой силой, что еле хватало сил не закричать что есть мочи, вязким ядом растекаясь в сознании. Горло сжимало будто тисками, не давая вымолвить и слова, только приложив все усилия он связал что-то внятное. - Да… Да, вы правы… Прошу меня извинить, я… пойду… Спокойной ночи На последней фразе голос будто еле дрогнул, сам незнакомец в маске же отвернулся от Хинаты и поспешил удалиться. Брюнет устало вздохнул и направился к себе в квартиру.