Хорошая девочка

— Черт, Хенджин... — закатывает глаза Хан, раздвигая ноги шире, пока его сосед умело отсасывал член. Ему мало интересно откуда такие навыки, которые совершенно не вызывали подозрений, а зря. Лежит перед ним такой алмаз, а Хан из-за своей ориентации даже не хочет видеть очевидных фактов. — Только не смотри мне в глаза, это по-пидорски как-то. Хван на это закатывает глаза, но не от наслаждения большого члена у себя в глотке, а от дурацких комментариев младшего. Как зажимать на кухне и трогать пальцами между ног, оглаживая промежность — так это не по-пидорски, а контакт глазами, где Хану отсасывают — да. Интересная логика у Джисона, однако. Вынимает полностью член изо рта, по стволу стекала слюна и Хенджин хнычет от желания ощутить тепло внутри себя. И, похоже, не у одного Хвана. — Давай, детка, я же знаю, как ты хочешь сверху, — Хан привстает, откидываясь спиной о подушку на кровати, приманивая пальчиком Хенджина к себе. Хван фыркает, нависает сверху, вызывая очередную гей панику в виде замирания сердца. Ну не любит он парней, нет. Хван проскальзывает ладонью под подушку и достает презерватив, игриво швырнув в лицо Джисона. — Презерватив сначала надень. Ты же не хочешь стать молодым отцом? А я подавно не хочу молодой матерью, — повторяет не раз оговоренное правило, которое Джисон каждый раз забывает и до конца раскатывает колечко презерватива по стволу, многозначительно кинув взгляд старшему. Хенджин облизывается довольно, редко когда так можно покомандовать над брутальным-натуралом Джисоном, а потому в качестве награды слушается в ответ и устраивается на бедрах соседа. Толкается промежностью, проезжаясь половыми губами по члену и прижимая его к торсу Хана, стимулируя таким способом друг друга. Хенджин несдержанно стонет, скользя взглядом по крепкому телу, желая наклониться и впиться губами в грудь, жадно обсасывая. Но таким промышлял только Джисон, диктуя правила в постели. Ничего, скоро и Джинни сможет внести краски в их секс, показывая что простата есть не только у старшего. — Детка, запрыгивай на мой член, я хочу оказаться внутри тебя, — Хан кладет руки по-хозяйски на узкие бедра и помогает привстать, а затем и погружает свой член в разработанное влагалище. — Утренний секс пошел на пользу, не так ли? — Все равно двигайся по нарастающей. И массируй мой клитор, я хочу кончить с тобой. — Милашка, мы же договаривались... Скажи это и я выполню, что ты так хочешь. По-пидорски, по-пидорски, а как вести грязные разговорчики в постели, так это не пидорство. Хенджин не любит это произносить, но Хану каждый раз голову срывает от услышанного. Интересно, он каждую девушку так просит в постели? — Папочка, трахни мою узкую дырочку. Я очень хочу этого... Пожалуйста, папочка... — Умничка, хорошая девочка, — Хенджин не знает, что больнее: это ужасное, отвратительное прозвище или шлепок по округлой ягодице. Скорее первое. Большой палец Хана укладывается на клитор, предварительно смоченный слюной и ловко массирует набухшую горошину. Хвану много не нужно, лишь ощутить наполненность и умелые пальцы Хани. Тот хоть бестолковый дурак, но знал что нужно делать и как ублажить любую девушку, ну или парня с вагиной. — Джисон, черт... Папочка, так хорошо, мхх, — жмурится и двигается бедрами в том же темпе, что и палец на клиторе, стараясь успевать. То замедляется, то быстро скачет вверх-вниз, то водит тазом по кругу. Долго оргазма ждать не пришлось и Хенджин закидывает голову назад, сжимаясь на члене, кончая. Хан валит Хвана, вбивая в постель в комфортном ему темпе, пока разнеженный после оргазма Хенджин умолял прекратить трогать его клитор. — Да, моя девочка, да... Я... Я... — в такие моменты Джисон целовал Хенджина и, как думал старший, очень искренне. Сминал пухлые губы соседа, толкаясь языком в рот и вырисовывал те же движения языком, что он любил делать между ног. Черт. Хенджин под конец всегда плакал и, как думал Джисон, от оргазма. Но они оба были не правы.