Григорий + Антитезис

— Хартог, ты точно уверен, что это место полностью изолировано??? — с нескрываемым скепсисом в голосе, я спросил главу клуба самодельщиков, разглядывая творение его рук и рук остальных членов кружка «DIY». Сегодня мне открылась великая тайна: в казематах комитета, на самом деле, не так уж и много места! Подземный этаж был создан для временного содержания особо буйных студентов, а также тех немногих, кто не побоится нарушить правила и устои Академии Ёкай. Вот только сегодня особенный день — впервые за существование комитета общественной безопасности все темницы оказались забиты членами банды демонов-полукровок. И из-за данной оказии некоторым «счастливчикам» пришлось делить одну камеру на двох. А мне ещё с каждым из этих леммингов предстоит иметь дело, оформлять на них целую кипу бумаг и, в довесок, допрашивать. Не в стиле злобного Одзаки Кёи, который мог сжечь нахер «виновника», а где-то на уровне качественного запугивания — за полноценное членовредительство Микогами может и спросить. Ну а на фоне творящихся событий мне откровенно не хочется возиться с этой полусотней идиотов и тратить уйму времени на допрос всех и каждого… От троицы «радиоактивных нелюдей» я тоже не услышал ничего нового или полезного. Близнецы Тамура и то больше знали, в отличие от этих… В какой-то момент, когда я активно думал, как быстро и качественно разговорить нужных языков, в моей голове прозвучала слегка изменённая фраза, которую я когда-то видел в мемах: «Фэнтезийные проблемы требуют фэнтезийных решений!». Ухватившись за мысль, я моментально прикинул варианты и имеющиеся у меня возможности, в результате чего пришёл к идее о создании пары «особых» помещений для пыток и допросов. Не рядовые комнатушки, которые я частенько видел в кино и сериалах, а до специально оборудованные помещения для самых отмороженных или несговорчивых мудаков: один поход в такое место и у всякого нарушителя порядка напрочь пропадёт желание творить херню, идти против правил академии и… бесить меня! Нет, ну надо же додуматься! Бездумно ломануться на клуб, где обитают последователи Укура, не усомнившись в приказе лидера до самого последнего момента! Да ещё и после того, как чуть не сожгли Гина, а меня с Мокой попытались «проучить», добавляя к получившемуся коктейлю попытку ментальной атаки на мой разум при помощи цикла смертей и изнасилований во сне… А ведь Изгои просто могли не соваться ко мне и ничего бы с ними не случилось! Стремясь как можно быстрее реализовать свою идею, я обратился за помощью к тем, кому подобные «задумки» вполне могут оказаться по силам, а именно к Хартогу и его людям. Плюс именно эти ребята вполне смогут реализовать мою идею в самые сжатые сроки. И, собственно, вот — первая «допросная» (комната пыток и наказаний)! Она оказалась готова настолько быстро, что я даже не успел толком прийти в себя, выпить кофе и состряпать директору вменяемый отчёт о том, «откуда на клуб „DIY“ готовилось нападение!». Спустя, где-то, полтора часа влетел в рабочий кабинет, отрывая меня от попытки родить уже шестой рапорт о поголовном самовыпиливании полусотни изгнанников и обрадовал новостями… Не поверив огру, я спустился следом за ним в приёмную и завернул направо, распахивая дверь «допросной», что некогда была каморкой Фуджиракавы и которую тому пришлось спешно покинуть в угоду реализации моего проекта. В комитете ещё хватает места и для этого парня мне не жалко выделить полноценный кабинет, в котором тот сможет не только хранить свою химию, ветошь и прочий хлам, а также превратить его в личную зону отдыха. В общем, когда я помогал Таске с переездом, ребята Хартога принялись за дело, а ёкай-тапок осыпал меня столькими благодарностями, что их бы хватило и моим внукам. Глава самодельщиков лично распахнул дверь допросной, показывая мне обновлённую каморку… Помещение диаметром, примерно, где-то в полтора квадратных метра, внутри которого помимо самой пустой комнатушки, состоящей из стен, потолка и пола был одиноко стоящий посреди каморки деревянный стульчик и грустно свисающий с потолка патрон с лампочкой. Причём я сам не могу понять, почему от лампочки исходит ощущение тоски и грусти? Хотя чего тут спрашивать? Укурыши же постарались! Кстати, забыл сказать, те же стены, потолок, пол и глядящая внутрь каморки сторона двери оказались обклеенными пожелтевшими газетами… — Как говорят твои друзья-дворфы: «Бородой клянусь!», — довольно заулыбался огр, при этом умудряясь держать сигарету краешками губ. — Ты просил изолировать помещение — мы это сделали! — Слушай, а чего это лампочке грустно, и я могу это отчётливо ощущать? Ну а текст на газетах — которые явно когда-то принадлежали моему клубу! — постоянно изменяется? При одном взгляде я уже несколько раз успел заметить, как одна статья прямо на ходу переписывает саму себя, превращаясь в совершенно другую работу. — Причуды маны покровителя, — буднично пожал тот плечами с видом, словно подобные выверты для него уже успели стать обыденностью. — Скажи спасибо, что газеты не начали создавать странные письмена на каком-нибудь забытом языке, проклиная прочитавшего их разумного или вызывая у того импотенцию. Хотя после первой поклейки парни умудрились сделать способные переставлять слова из ближайших статей обои, и эти самые «обои» чуть не переманили моих ребят на какую-то «тёмную сторону»! Один почти согласился, но я вовремя заметил неладное, дал новичку затрещину и содрал эту хрень, пока она ещё кого не надоумила на что-то недоброе. Блин! Мне бы очень пригодился листок такой «газетки»: его можно брать с собой и пользоваться предложенным ею текстом, словно шпаргалкой, переманивая к себе всех, кого только возможно. Хотя, если данное «изделие» может только перетягивать на сторону сил тьмы и зла, то вряд ли обрабатываемый объект согласится работать на меня… Эх, а ведь такой классный артефакт мог бы получиться! — От той газеты ничего не осталось, — неожиданно заговорил глава самодельщиков. — Что? — слегка подвис я. — Ты что мысли… — Нет, не читаю. Просто у тебя и так всё на лице написано, — пояснил он. — Ты лучше работу прими уже. Послушав совет, я ещё раз оглядел первую из двух будущих допросных, что отныне будет носить название «жёлтая комната». Внезапно у меня возникло ощущение, будто я оказался дома у своего дяди — ему ещё мой дед помогал клеить газеты, вот только до самих обоев дело так и не дошло: обошлись поклеенными газетами. А так… ну… на первый взгляд всё смотрится довольно аскетично, даже как-то слишком — почти по-спартански. Только не стоит обманываться внешним видом и мелкими причудами помещения — внутри ощущается внушительная концентрация маны Укура! Просто так я бы не решил называть это место жёлтой комнатой. Решив сконцентрироваться на ощущениях и оценить степень воздействия божественной маны на простого смертного, я специально закрылся в каморке изнутри и ощутил довольно весомое давление силы Древнего бога — причём смог его выдержать и не поехать кукухой, что уже плюс! Можно сказать, что уже имея дело с данным божеством и его последователями, я чувствовал себя здесь довольно спокойно. Думаю, неподготовленному тут будет крайне неуютно или даже слегка поплохеет — над этим пунктом ставлю галочку. Теперь остаётся надеяться, что фонящее маной помещение никак не повлияет на… Перейдя на магический спектр восприятия, я чуть было не ослеп: со всех сторон виден настолько ярко-жёлтый цвет, что не зажмурься я сразу, то точно потерял бы возможность видеть где-то на половину дня, если не дольше. Ужас! Сенсорам и просто чувствительным демонам тут вполне может снести крышу или на время лишить одного из органов восприятия. Да и я ещё с мысли сбился! — Да уж, хорошее местечко вышло! — кивнул я, возвращаясь в приёмную и закрывая за собой дверь. — Прямо чувствуется дух Укура! Тут не только… После того, как дверь оказалась закрытой, я перестал ощущать ауру Древнего. Шикарно! Ребята даже смогли хорошо всё изолировать! Вот только обернувшись, я заметил кое-что… любопытное… И замер. — Цукуне? — поняв, что что-то не так, глава самодельщиков неуверенно окликнул меня. — Хартог… — Да? — А это что? — я недовольно указал на простенький позолоченный дверной крючок, что сильно выделялся на общем фоне. — Замок-печать, — невозмутимо ответил глава самодельщиков. — Мужик, это, мать твою, самый обычный крючок! Ты что, совсем уже ебанулся?! — в очередной раз меня одолел душевный порыв. — Да любой кретин сможет выбить дверь или, имея когти, вообще подденет его с той стороны! На такую хрень я там разве что какое-нибудь совсем уж тупое животное смогу закрыть, а не кого-то более-менее разумного! — В таком случае лучше проверь всё сам, если не можешь поверить моему слову, — довольно скалясь, огр вновь предложил мне посетить каморку, подходя поближе и открывая дверцу. — Вот сейчас и проверю! — недовольно булькнул в ответ, входя внутрь. Будда, он бы ещё присобачил сюда кольцо и железку с вырезом под это самое колечко и запирал сие творение на палочку читоса!.. Дверь за мной закрылась. Хартог захлопнул её и запер на тот самый злосчастный крючок. Сейчас я покажу этому обдолбанному шаману — выломаю дверь, а затем всё ему выскажу! Слегка размявшись и помассировав плечи с руками, насколько это позволяло помещение, я влетел в дверцу плечом. Ноль реакции! Может он с той стороны привалился, чтобы поиздеваться? Да нет — это уже какой-то бред! Окей. Попытка намба ту… Упёрся о противоположную стенку и упорно принялся долбить ногой по облепленными жёлтыми газетками деревяшке. Удар. Второй. ТРЕТИЙ! И тут нихрена — даже ни одной газетки не сорвал или загадил! И что-то меня в данной ситуации немного вывело из себя, что я принялся со всей дури молотить берцами по двери… получая в ответ лишь пуд презрения от самой дверцы. Да как так-то?! Мне что, реально придётся использовать метаморфизм дабы превратиться в Гри-тана и с его наполовину урезанной силой выбраться отсюда? — Эй, Хартог, хватит уже придерживать дверь — это совсем не смешно! — тут же недовольно выкрикнул я. Вдруг он на самом деле прикола ради принял свою истинную форму и сейчас приваливается к двери с другой стороны? — Вообще-то я сейчас на диване сижу, Цукуне! — довольный тон огра послышался откуда-то из приёмной. — Это так, чтобы ты не подумал лишнего и не начал катить на меня бочку. Ага, как раз уже подумал… На всякий случай, ещё раз ударил ногой со всей силы, не получив при этом хотя бы ощущения, что дверца хоть немного начала поддаваться. То есть вы серьёзно говорите, что какой-то тоненький крючок способен задержать полноценного демона или ёкая?! Продолжая не верить в данную чепуху, я достал катану из сумки с расширением и попытался просунуть её кончик через небольшой зазор между дверью и боковой стенкой…, но и тут вышла лажа! Остриё клинка тупо застряло где-то на середине и никак не собиралось проходить сквозь зазор, сколько бы я не пытался протолкнуть лезвие — оно наглухо застревало и ни в какую не хотело двигаться дальше! Зато обратно вынималось с небывалой лёгкостью! Да что за подстава?! — Хартог! — Да-а-а-а? — снаружи раздался ещё более довольный голос огра. — Что за дичь?! — Начнём с того, что это не дичь, а именно то, что ты попросил у нашего клуба. — Что-то я не помню, чтобы просил об установке крючка вместо нормального замка! — Как там было? Ах, точно: «полностью пропитанное маной нашего покровителя изолированная комната, откуда сможет выйти лишь крайне сильный демон, что не побоится столкнуться с маной Укура и будет способен продавить её своей демонической энергией». Как-то так. И не буду напоминать, что ты хотел получить данное помещение в кратчайшие сроки, при этом соглашаясь с любым нашим «архитектурным решением». Да будь у вас воля и без ограничений по времени, вы бы наверняка смогли накурить книгу про волшебника из страны Оз, потрясти её и достать гору жёлтого кирпича! А далее уже какая-нибудь запитанная маной древнего цементная смесь и всё — они реально возьмут и построят мне пыточную где-нибудь рядом с комитетом и там даже представить страшно, что будет твориться… — К сожалению, я не знаю точного предела прочности данного помещения… могу лишь примерно предположить, что сия конструкция какое-то время сможет выдерживать буйство Акашии или Ямаути. Естественно, при условии, что первая ещё не научилась концентрировать свою бешеную силу в одной точке, а второй окажется без своего оружия… тогда где-то часа два-три простоит. — Хартог… — К тому же тебе не стоит забывать, что с подобной концентрацией божественной маны, что мы смогли сюда вложить, внутри будет подавляться большая часть сил тех, кто не ходит под благословлением нашего покровителя. Думаю, большинство студентов вообще не бу… — Хартог! — уже крикнул я и ещё раз долбанул кулаком по двери. — Что? — с лёгким недовольством из-за нагло оборванной речи отозвался тот. — Всё это, конечно, очешуеть как полезно и крайне занимательно… НО ВЫПУСТИ УЖЕ МЕНЯ ОТСЮДА! — А, точно! Из головы вылетело… — послышался извиняющийся тон огра. Раздались шаги, а за ними последовал лёгкий звон снятого с петли и бьющегося о дверь крючка, после чего дверца с лёгкостью мной распахнулась. Я вновь выбрался в приёмную, обошёл дверь и, взглядом уставившегося на компьютер неандертальца, глянул на «замок». Вот вам и «очумелые ручки»! Вроде придурки-растаманы, а вроде и мастера-артефакторы, что вполне способны на мане Укура и подходящем материале сделать полноценную комнату, идеально подходящую как для пыток и допросов, так и для изоляции особо буйных студентов! И причём неясно, есть ли у их навыков хоть какой-то потолок и какую хрень они ещё способны отчебучить и собрать буквально на коленке? — Ну как? — донельзя довольный вопрос Хартога вывел меня из раздумий. Я обернулся и уставился на его скалящуюся физиономию. — Знаешь, мой дорогой и не в меру креативный друг, я сильно удивлён! — честно признался ему, до сих пор находясь под глубочайшим впечатлением. — Прошло меньше двух часов, а вы уже закончили работу! Тупо мана Укура, газеты и замок-крючок! Такой херни я просто не ожидал, но она почему-то работает… Мне кажется, что когда ребята Хартога обдавали газеты дымом с маной и мазали их непонтной липкой дрянью для папье-маше, а затем клеили их на стены, то в тот момент здравый смысл спасовал и тупо на эту комнату повесил табличку «РАБОТАЕТ И НЕ ИПЁТ!», после чего удалился в далёкие дали. В запой! Мне самому сложно поверить в увиденное, поскольку у меня изначально было чёткое представление, что тут потребуются подходящие материалы, магические камни, исписанные рунными цепочками или заклинательными символами стены, но уж точно не это… — Цукуне, помещение небольшое — тут едва поместится один монстр, поэтому и работы не так уж и много. Хорошо ещё, что среди нас есть представители иных рас подходящих размеров, а некоторые из них, даже к моему удивлению, обладали навыками к поклейке обоев! Короче, дружище, твоя личная курилка готова! — … — услышав последнее, я охренело вылупился на него. — … — он недоумённо на меня уставился. — Курилка?! — удивился я. — Какая, к Владыкам, курилка, Хартог?! Это допросная! — Допросная?! — глаза огра стали квадратными. — Допросная! — кивнул ему. — Ты же сейчас пошутил, да? — кисло улыбнулся он, явно надеясь на то, что я сейчас сообщу ему о грандиозном розыгрыше, в который тот попался. Стоп! Хартог что, реально подумал, что я попросил его сделать для меня персональную курилку в комитете?! — Слушай, Хартог, — с серьёзным выражением на лице обратился к нему. — У меня в казематах сидит почти полсотни изгнанников и на всех банально не хватает места. Надо что-то с ними делать попутно быстро доставая из каждого придурка информацию… Подожди! Ты что, всё это время думал, что я… там курить буду? — Знаешь… что-то мне уже стыдно стало… — Хартог отвёл взгляд и с некоторой нервозностью скрестил руки. — Понимаешь, Цукуне, паршивое утро, уйма разом навалившихся проблем и тут ты просишь сделать тебе изолированное помещение, где будет фон из маны Укура — чем не курилка? Решил, что ты захотел избавляться от стресса прямо на месте и не тратя время на регулярные походы к нам… — А просьба сделать замок с внешней стороны тебя совсем не смутила? — Вдруг ты решил перестраховаться на случай, если замахнёшься на более крепкий табак и тебя реально накроет от маны Укура, ну а тут тебя можно будет закрыть, пока сам не успокоишься… — продолжил объяснять Хартог с видом подростка, что прикрутил полку лицевой стороной к стене. Самое пугающее, что в его словах была логика! — Вот я и ещё раз подумал, и решил, что ты хочешь перестраховаться или вообще познакомить Акашию с Великим благом, ну и взялся за работу. — Если я когда-нибудь попытаюсь дать Моке «затянуться» от сигареты с маной Укура, боюсь после такого я больше никогда не сниму с неё печать, ибо за подобное истинная сущность Акашии выскажет мне всё, что обо мне думает вместе с занесением своего кулака в мою грудную клетку… — Согласен! — поморщился Хартог, неосознанно представив ситуацию и с болезненной гримассой положив руку себе на грудь. — Зря я об этом вообще подумал. — Вот именно! — Кстати, Цукуне, раз из этого ты собрался устроить допросную, то, учитывая размеры помещения… как ты собираешься переговариваться с «заключёнными»? Начнёшь перекрикиваться через дверь или сразу примешься перестукиваться? — Скорее просто промариную «преступников» пару часиков внутри, а потом выпущу. Столько времени им наверняка хватит, чтобы дойти до нужной кондиции, после чего они сами пойдут на сделку со следствием и расскажут всё, что знают, а также ещё и в грехах покаются до кучи. — Жёстко ты! — хохотнул огр, оценив мою идею. — Это то ли гениальная идея, то ли задумка реального отморозка! Думаю, тебе не нужно объяснять, что адептов Укура и наш клуб местные побаиваются по каким-то надуманным причинам, а после знакомства с тобой они скоро от одного лишь вида жёлтого дыма ходить под себя начнут, если вовсе не научатся бесследно исчезать, аки киношные ниндзя. — Ну я не виноват, что силы Укура обладают каким-то случайным эффектом и из-за ряда таких же «случайных» совпадений последователей пути «Великого Блага» начали бояться окружающие. Ну а то, что я такой «интересный» — так тоже совпало. Кстати, забыл спросить о главном: сколько эта комнатушка сможет просуществовать? Можно ли как-то её подзаряжать? И вообще, как ухаживать за помещением? — Хм-м-м-м… — откровенно задумался глава «очумелых ручек». — Думаю, где-то на месяц-полтора вложенной маны хватит, если никто не будет подпитывать комнату. До самого опустошения запаса энергии она будет способна на постоянной основе подавлять силы слабых монстров и какое-то время удерживать более сильных. Насчёт подзарядки всё довольно просто: либо разок в неделю сливай в неё ману Укура прямиком через себя, либо пару раз за это же время используй данное помещение по моей изначальной задумке — как курилку. Газеты сами впитают сигаретный дым, тем самым восполняя запас энергии. — Звучит как-то… просто что ли? — А зачем заморачиваться? — усмехнулся Хартог. — Пусть другие мастера создают крутые барьеры, изолируют помещения всякими ритуалами, пока мы сделаем всё куда проще и со вкусом! Оставшись довольным работой, я протянул ему руку. — Спасибо за помощь! — Ой, пустяки! — словесно отмахнулся огр, но руку пожал. — Тем более, всё это лишь удачное совпадение: неожиданный набег изгнанников, а ты со своим комитетом вроде как пришёл на подмогу, помог оттащить тела… плюс я всё равно думал намедни закупиться у тебя выпивкой, — деловито протянул глава самодельщиков, попутно намекая на валюту, в которой стоит оплачивать труды клуба DIY. — К тому же поставленная задача оказалась не такой уж и сложной… хотя попроси ты что-то покруче, то там бы уже мы сами отказались или предложили более простые варианты. — Так тоже вполне годится… — ухмыльнулся я, мысленно готовясь делать последний штрих, доводя жёлтую комнату до ума. — За выпивкой загляни попозже, но не раньше, чем через пару недель. — А чего так поздно? — с интересом спросил Хартог. — У тебя же «продукт» почти никогда не заканчивается. — Ага, только сначала надо нагнать этого «продукта», — лаконично отвечаю ему. — До сих пор удивляюсь популярности самогонки, что её по сей день продолжают скупать в огромных количествах. Ну а в связи с последними событиями и тем, что после каникул большинство студентов вернулись с деньгами, у меня выгребли почти все запасы. — Хех, а ведь до твоего появления всё доставалось исключительно из мира людей или демонов. Местные «производители» делали какую-то байду, которую осмеливались пить либо самые живучие, либо самые отчаянные. Не удивительно, что народ, попробовав нормальной выпивки, принялся разбивать копилки и зарабатывать деньги, едва смог добраться до дома — жить и учиться в демоноколледже стало куда интереснее! Поняв, что сегодня ему не удастся достать хотя бы ящичек горячительного, Хартог сгрёб разложенные на столе инструменты в сумку и направился к выходу. — И передай, пожалуйста, Сайдзо, чтобы он перебрался ко мне в комитет! — кинул ему вдогонку. — Можно вместе с Наамой, если ему так будет спокойней. До тех пор, пока конфликт с Изгоями не решится, Комии стоит находится под нашей опекой. — Если бы Гадриэль больше заботился о сохранности своей куклы, я бы с тобой поспорил на тему того, у кого безопаснее находиться… — с усмешкой в голосе кинул на прощение Хартог, закрывая за собой двери в приёмную. — А теперь ломай голову, как эту хрень чинить… — послышалось уже из коридора.

***

Весь последующий час я раздавал указания подчинённым: озадачил новоиспечённую «секретаршу» родить за меня хоть немного вменяемый отчёт о последних событиях, попросил собрать моих девчонок в комитете и рванул в комнату — надо забрать одну хреновину, которой наконец-то найдётся достойное применение. О безопасности девочек я реально беспокоюсь и как-то не хочу, чтобы посреди дня, пока я тут со всем пытаюсь разгрестись, одну из них похитили. Особенно Моку! Одно лишь её вампирское происхождение уже создало Акашии немало проблем. За ней я выслал команду Квила и усилил её грифоном-Такеши. Куруму с Юкари сейчас мне нужны для реализации проекта второй «допросной», так что их ко мне должны привести Кейто с Десико. Они обе вполне могут как постоять за себя, так и свалить в случае опасности: у Куроно крылья, а Сендо несколько месяцев назад уже продемонстрировала мне, как умеет летать на тазике… Что касается остальных… ну… они тоже какое-то время побудут под моим присмотром. Да-да, мне просто будет спокойней от того, что они рядом и всё с ними будет в порядке. Хотя что-то подсказывает, что Мизори либо сама придёт, либо просто обнаружится в каких-нибудь кустах где-то неподалёку от меня. Зато Ливия с Кейто уже под присмотром и пока что я стараюсь их никуда не девать — даже одну паучиху временно освободил от повинности… впрочем, как и остальных девушек. На данный момент все озадачены делом или отправились на поиски своих подзащитных. Раз Мидо принялся творить херню, думаю, это уже можно счесть знаком того, что он начал действовать и наверняка успел подготовить поле боя. Если я прав, то уже через несколько дней всё разрешится, так что девочки не так уж и долго будут испытывать дискомфорт от того, что им придётся ходить группой и большую часть времени проводить под присмотром комитета… Да уж, хороший я начальник, раз, едва заняв должность, принялся нагло использовать полномочия главы комитета в угоду собственных потребностей. Хотя данный поступок тоже можно трактовать с выгодной для меня стороны: комитетчики, заметив, что девушки из моего круга стали пользоваться повышенным вниманием группы отморозков, решили приглядывать за ними, дабы сохранить общественную безопасность и не допустить кровопролития. Ага, а если я буду занят, а девчата захотят погулять, то компанию им составит ещё десяток комитетчиков, дабы, в случае чего, защитить их или отправить одного-двух ко мне с тревожными вестями. Добравшись до своей комнаты, я подскочил к постели, убрал покрывало и сунул руку под кровать. Вместе с натасканными Дэз косяками и её хрустальными перьями свету явилось «запечатанное» Копьё Карающего Света. До сих пор сложно поверить, что можно обмотать мифический артефакт с живущим внутри него божеством прокуренными жёлтыми газетами, дабы полностью подавить его негативное излучение… — Ну что, Сайласс, пришла пора отрабатывать должок натурой! — довольно протянул я, направившись обратно в комитет с закинутым на плечо артефактом. Уже на выходе из блока народ заметил меня с данной игрушкой, но не решился задавать вопросов, поскольку каждый в тот момент мог отчётливо ощутить исходящий от неё запашок маны Укура. Возможно, особо чувствительные ёкаи, смогли уловить просачивающиеся сквозь изоляцию крохи ауры ненавидящего нелюдей божества. Что так, что эдак — всё равно стрёмно! Хотя по лицам видно, что им любопытно узнать, что за оружие у меня в руках. Хотя униформа фюрера Аместриса довольно неплохо сочетается с оружием, что скрыто за фонящей божественной маной бумагой, но, если я всё-таки найду тут хотя бы одного попаданца, то надо будет прикинуться Кингом Бредли и посмотреть на его реакцию. Вернувшись обратно в комитет, я сразу же закрылся в каморке, методично принявшись снимать «подавляющую печать» с копья. Учитывая, что данное помещение изолировано, думаю, за толстым слоем маны Укура никто не должен почувствовать присутствие заточённого в оружии ослабленного божества. По крайней мере, я на это надеюсь, а то, в плохом случае, у большей части живущих в демоноколледже монстров возникнет ко мне куча неудобных вопросом… Интересно, что бы сказали сильные мира сего, увидев столь могущественный артефакт обёрнутым в какие-то газеты? Всё-таки столь опасная штуковина должна находиться под какими-нибудь запечатывающими артефактами или вообще стоит нанести на эту хреновину какую-нибудь печать Кромвеля. Хотя не знаю, заслуживает ли этот ушлёпок что-то получше газет или ссаных тряпок? Всё-таки он чуть не погубил меня и близких мне нелюдей. Раз на него так хорошо действуют газетки, то пусть радуется, что я его в чане с дерьмом не утопил или вовсе не выкинул в самое глухое болото! Сняв внушительное количество листов, словно обёртку, мне наконец-то предстал кусок самого копья… точнее в помещении помимо света от лампочки возникло небольшое мягкое белое свечение, исходящее от оружия. Я продолжил снимать печать, пока не убрал с артефакта последний газетный лист и ещё раз оглядел его. Копьё чуть больше метра в длину. Чисто-белое шершавое древко безо всяких узоров и украшений, гладкий обоюдоострый наконечник около пятнадцати-двадцати сантиметров длиной с довольно отличной заточкой. Никаких рун, клейм, зазубрин, письмен или царапин на артефакте не обнаружилось. — Ну шо, Акакий — время срать! — процитировал я одного Доктора, пристраивая артефакт к одному из углов в помещении. — Привыкай теперь к своему новому рабочему месту… «Да как ты смеешь так со мной разговаривать, смертный?!», — раздался в голове возмущённый слегка визгливый мужской голос. — «Я Сайласс — Бог Карающего Света!». — Да мне глубоко похер, чего ты там бог — особенно, когда ты, сволочь такая, уже попытался испортить мне жизнь и явно не сулишь собой ничего хорошего, — хмыкнул ему в ответ. — Да и вообще, мне и так хватает общества одного молодого бога в лице директора шараги, в которой мне на данный момент приходится учиться, так что я не особо заинтересован в диалоге с таким мудаком, как ты. «Не смей так обо мне выражаться, ничтожество!», — истерично крикнул божок. Нет, с его голосом я не могу сказать, что данный вопль истерички на самом деле является «злобным рыком» негодующего бога. — «Почему ты вообще находишься на стороне порождений скверны и ошибок магической эволюции? Ты же человек! Я чувствую, что ты каким-то образом смог мутировать в гомункула, но даже так ты всё равно остаёшься представителем человеческой расы, не приняв сущность монстра!», — возразил мне бог в копье. — «Что сподвигло тебя стать грязным еретиком и прихвостнем свихнувшегося бога?! Почему ты не на стороне высшей расы?». Оу, что-то тут попахивает лютым расизмом… — А потому, что тут есть те разумные, на судьбу которых мне не плевать, — спокойно ответил ему, не понимая, куда правильней смотреть, дабы иметь с собеседником зрительный контакт. — И вообще, девушки-монстры также горячи в постели, как и людские, если не лучше! «Грязный ксенофил! Ты не достоин моей чистой силы!» — злобно прикрикнул Сайласс. — Ой, да больно надо! — отмахнулся от него, вставая со стула и открывая дверь. — Можешь ей подтереться или предложить ещё какому фанатику-идиоту… «Эй, смертный, куда это ты собрался?!» — Тебя я к делу пристроил, так что теперь можешь наслаждаться своим новым домом, а у меня ещё дела… «Ты с ума сошёл?!», — ошалевшим голосом взвизгнуло копьё. — «Тут кругом мана Укура! Мне плохо от нахождения рядом с такими её объёмами!». — Не мои проблемы! — я отмахнулся от него. — А теперь будь хорошим артефактным-копьём и заткнись! Оказавшись у самого выхода, я ощутил неприятную ауру Сайласса. Кажется, теперь он и мне желает смерти… «Ты ещё пожалеешь, что свя…». Я вышел наружу, быстро закрывая за собой дверь и закрывая её на крючок. Лучше перестраховаться, а то вдруг этот придурок сможет отпочковать от копья ещё одну святую нежить в доспехе, что попытается вытащить его оттуда. Вот будет умора, когда этот латник не сможет выбить дверь и со временем выдохнется от давления маны Укура! Зато, покончив с последним штрихом, я смело могу сказать, что первая допросная, также именуемая жёлтой комнатой, готова! Сначала «гостя» встретит запитанное маной Укура помещение, а затем оказавшегося внутри бедолагу поприветствует гостеприимный Сайласс, которому зело как нравится общество нечисти. Божок нехило так заведётся и заставит допрашиваемого расколоться в самые сжатые сроки. Интересно, он будет устанавливать контакт с жертвой или из принципа тупо задушит беднягу аурой ненависти? Судя по нашему непродолжительному разговору, он видел во мне что-то дельное, что всего лишь отвернулось от «верного» пути и которого вполне можно вернуть к «свету». Блин, теперь даже обидно, что Хартог избавился от газет тёмной стороны! Вдруг пара таких листиков смогла бы уболтать этого дятла отречься от своих принципов и стать просто божественным копьём, карающим как людей, так и прочую нечисть?.. Ладно, у меня полный подвал ждущих разбирательств заключённых, а готова лишь одна допросная! Надо торопиться и быстренько разобраться со второй комнатой и можно будет заняться пленёнными изгнанниками.