Григорий + Антитезис

— Здравствуйте директор… — кисло выдавил из себя, стараясь держать на лице некое подобие дружелюбной улыбки. Полундра! Пришёл тот, кого бы я вообще не желал видеть прямо здесь и сейчас! А учитывая максимально доброжелательный тон голоса Микогами, кажется, совсем скоро меня будут карать раскалённой кочергой… Когда я наконец-то обернулся в сторону незваного гостя, то встретился с довольно высоким мужчиной, одетым в самую простую белоснежную монашескую рясу, середину которой стягивал широкий тканевый пояс. На голове красуется скрывающий волосы и также верхнюю половину лица кишина белый клобук. Благодаря спадающей на лицо тени я могу видеть лишь самую добрую в мире улыбку — чуть ли легендарную улыбку самого Дукалиса. От одного взгляда на неё мне стало откровенно не по себе… Также хочу отметить, что свет в помещении должен падать прямо на физиономию гостя, но всё равно никто ничего не может увидеть. Даю руку на отсечение, что этот клобук является зачарованным предметом! Так скрывать свою физиономию — это уже талант. Ну и главной изюминкой данного «персонажа» будет свисающий с шеи и красующийся на его груди христианский крест. Вот уж точно, что будет крайне сложно воспринять носимым каждый день элементом гардероба… пардон, элементом гардероба, носимым нечистью. Из-под тени клобука на меня смотрела пара светящихся потусторонним светом точек, не предвещая мне ничего хорошего. И вот этот товарищ является действующим директором Академии Ёкай, а также одним из Трёх Владык демонов — Тенмэй Микогами собственной персоной! — И я вас категорически приветствую, глава комитета общественной безопасности! — его речь звучала настолько приятно, что с каждым произнесённым словом я чувствовал, как мои булки сжимаются всё крепче и крепче. Заслышав тон директора, девочки уже не просто побелели, а окончательно стихли, стараясь всеми силами скрыть своё присутствие. Я бы тоже старался прикинуться ветошью, чтобы не попасть под раздачу, будь у меня такая возможность. Темный Лорд слегка дёргано покрутил головой в разные стороны, будто силясь что-то или кого-то углядеть. Так и не заметив или ощутив чего-то, демон облегчённо выдохнул, после чего снова обратил на меня своё пристальное внимание. — Похоже, что вы, Цукуне Аоно, Юкари Сендо и Куруму Куроно, сегодня смогли освоить один очень важный урок, гласящий: «Магия призыва — детям не игрушка!». — он заглянул мне за плечо, замечая начерченный на полу круг призыва Евангелистов и немного поёжился. — Особенно пункт про сомнительные эксперименты, в котором чётко говорится, что не стоит коверкать рабочие магические круги… Учитывая, что Юкари стерла память себе и Куруму, девочки не совсем могут понять слова Микогами. Счастливые! И даже так они всё равно с испугом смотрели на ничего не предвещающую «добродушную» улыбку директора, боясь, что тот сейчас либо испепелит их, либо накажет ещё более изощрённым способом. — Товарищ директор, — я обратился к кишину, вновь приковывая к себе его внимание, — понимаете, эксперимент слегка вышел из-под контроля… Причём до такой степени, что я чуть не устроил в мире самый натуральный апокалипсис в стиле «ЛЮБОВЬ И МИР! ~». — Да неужели? — хоть он и смог мастерски изобразить удивление, но я прямо-таки ощутил всё море сарказма, что Владыка демонов старался так тщательно от нас скрыть. — Правда! — кивнул ему, прямо говоря, что мы не просто облажались, а конкретно так обосрались. — Мы не думали, что явится… — Советую. Даже. Не. Говорить. Об… ЭТОМ… — Тёмный Лорд сильно скривился в лице, выцеживая каждое слово. — Полностью с вами согласен, товарищ директор, — кивнул ему, безо всяких вопросов принимая его позицию. Широ, в своё время, тоже от имени Хапса не был в восторге. Одним его упоминанием или фоткой, походу, вообще можно высших демонов пугать. — В общем, после контакта с «объектом» под кодовым именем «мистер Крыс», у девушек случился не просто культурный шок, а буквально нервный срыв в результате осознания тёмной стороны мироздания… Мне показалось или сейчас Микогами реально глянул на девчат полным сочувствия взглядом? Конечно, сложно судить лишь по одной нижней части лица, но почему-то мне привиделось, что директор был готов прямо сейчас отправить девочек в санаторий с дополнительной услугой в лице частного психолога — при этом оплачивая их пребывание из своего кармана. — В результате «разрыва шаблона», студентка Сендо неожиданно поняла принцип работы высокоуровневой магии забвения, в результате использования которой стёрла память себе, а также студентке Куроно. Ну и в последствии откатила своё сознание и сознание подруги на некоторое время назад, тем самым забыв, как пользоваться заклятием. — Прискорбно в одночасье обрести и лишиться специалиста, который освоил столь полезную магию. Полагаю, это было малой платой за возможность забыть увиденное и сохранить свой рассудок в целости и порядке, — понимающе закивал директор. — Что ж, в таком случае, Сендо, Куроно — вы можете быть свободны! Микогами указал девочкам на дверь. — Н-но… — Директор… — Не бойтесь! — дружелюбно улыбнулся кишин, заставив ведьму с суккубой вздрогнуть лишь от одного её вида. — Я всего лишь украду у вас Аоно на некоторое время. Обещаю, что верну этого пс… юношу в целости и сохранности. Ещё немного поглядев на красноречивую улыбочку Тёмного лорда, девчонки решили не испытывать судьбу и оставили нас. Мудрое решение. Конечно, где-то в глубине души хотелось назвать их предательницами, оставившими ягнёнка один на один с волком, вот только улавливая настроение Тенмэя и ощущая лёгкое давление с его стороны, думаю, сейчас я и сам был бы не прочь свалить куда-нибудь подальше от него. Да и вообще, своим любимкам я желаю всего лучшего, так что пусть я получу по шапке, чем они. Как только дверь закрылась, и мы перестали слышать звуки снаружи, а сам директор, видимо, кого-либо ощущать, мужчина провёл по закрытому проёму пальцем, что-то очерчивая, после чего шлёпнул в ладоши. На том месте зажегся неизвестный мне символ, а затем возникло лёгкое ощущение, словно мы с директором оказались внутри какого-то барьера. — А теперь, Цукуне Аоно, я тебя внимательно слушаю… — глаза под его клобуком на секунду очень ярко блеснули. Я нервно сглотнул. — Что вы тут устроили и почему ЭТО, — с отвращением проговорил мужчина, указывая на круг призыва, — начерчено здесь? — Товарищ директор, вы не поверите… И дальше я поведал кишину о назначении комнаты, плане допроса и участии в нём Куруму с Юкари. Ненадолго я забыл о недавней просьбе Тёмного Лорда и чуть было не произнёс имя Хапсиэля, как Микогами чуть не заорал в ужасе, а затем самолично прикрыл мне рот рукой, начав панически оглядываться по сторонам. Охренеть у него уровень паники, если честно. Если уж один из Трёх Владык демонов до усрачки боится великого Евангелиста, то я не просто чудом умудрился пройтись по охуенно тонкому льду, а в самом прямом смысле отработал на нём целую танцевальную программу с элементами нижнего брейка. Зато теперь стало понятно, почему Микогами оказался прямо здесь после того, как Нэдзумиэль с Морохой свалили восвояси — тут любой струхнул бы, поняв, что неподалёку от тебя внезапно объявляется последователь культа ЛЮБВИ И МИРА! Директор выслушал всю историю, связанную с этим помещением, «мистером Крысом» и Морохой. Я говорил без утайки, ибо с такими вещами и ТАКИМИ МОНСТРАМИ лучше не стоит шутить. Рассказал про контракт с Евангелистом, про его помощь в доработке круга призыва, да и в целом поведал о своём изначальном проекте в виде создания двух особых помещений, в которых я смогу разговорить даже немых демонов, что не умеют писать и никогда не слышали о языке жестов. Про «жёлтую комнату» рассказал не так много, поскольку Микогами больше интересовался местом, где совсем недавно один жрец ЛЮБВИ И МИРА обращал бедного изгнанника в свою веру особо жестоким образом, о котором лучше не говорить личностям со слабой психикой и тонкой душевной натурой. Как только я со всем закончил, директор первым же делом постарался стереть круг призыва Нэдзумиэля. Причём я отчётливо слышал: «Я больше никогда не позволю этой ереси явиться в этот мир!». Учитывая, что в тот момент с его лица пропала хоть какая-то ухмылка, особенно когда тон голоса стал не просто серьёзным, а угрожающим, — я сразу понял, что дело пахнет керосином. Возможно, у Тенмэя уже когда-то был контакт с этими фриками, и он ему совсем не понравился. Кишин не рискнул притрагиваться к столь специфическому магическому конструкту — точнее директор откровенно боялся подхватить какую-нибудь гадость лишь от одного соприкосновения с ним. Мало ли вдруг случайно призовёт кого-нибудь из «этих» или сам внезапно захочет нести окружающим мир да любовь. Первым делом Микогами прокусил палец и вычертил своей кровью вокруг круга призыва цепочку то ли из рун, то ли из текста какого-то неизвестного языка. Потом он разложил бумажные печати с кучей письмен и соединил их полоской крови между собой. Далее кишин сложил руки, сконцентрировал силы и призвал, как я понял, какую-то высокоуровневую печать. Конструкт засветился и образовал видимый купол из магической энергии: в каждой его точке светились письмена и формулы, а также крутились магические круги поменьше. Данная образина постепенно начала уменьшаться, медленно подбираясь к кругу призыва… Вместо запечатывания или стирания круга, печать зашла на территорию совместной работы ведьмы и Евангелиста, после чего стала испаряться в виде розово-фиолетовой дымки, где-то по средине пути принимая формы сердечек. — Охо~~! — донеслось от круга. Увидев реакцию призывного конструкта-стирателя и услышав «это», Микогами отскочил от круга Евангелистов как ошпаренный… И ПЕРЕКРЕСТИЛСЯ! ПЕРЕКРЕСТИЛСЯ, МАТЬ ВАШУ! Теперь я точно видел многое… После того, что случилось, директор вовсе откинул мысль о физическом уничтожении печати. Мужик банально не хотел рисковать и узнавать, что может случиться при самом худшем исходе. Почему-то он сразу начал думать именно с негативной стороны. На счёт магического воздействия на круг тоже было сложно что-то сказать. Возможно, у Тенмэя и есть какое-то сильное колдунство, вот только один из Трёх Владык демонов вряд ли будет применять его в столь людном месте, опасаясь случайных жертв. Вся наигранная весёлость на пару с хитрым выражением морды окончательно слетели с лица кишина, а хоть какого-то позитива на видимой части физиономии директора почти не осталось. Показалось, что он так сильно напрягся, словно вновь вышел биться с Алукардом — хотя в манге Микогами даже в той ситуации оставался с довольным оскалом… Мужчина достал из-под рукавов рясы пачку печатей и не дал крови на пальце затянуться, принявшись возводить барьеры уже в самом помещении. Микогами усердно обклеивал комнату своими талисманами-печатями и вырисовывал алой жидкостью уже совсем иные магические цепочки, возводя барьеры один за другим. Помимо всего, кишин также применял какую-то особую магию… В какой-то миг я из любопытства переключился на магическое зрение и чуть не сломал себе мозг. Так много цепочек, рун, письмен и формул, что можно тронуться умом, если попробовать их прочесть и осознать. Плюс кругом возник сильный фон из демонической энергии Владыки демонов. Причём без переключения на магический спектр казалось, что директор делал лишь какие-то простенькие фокусы, а на деле выяснилось, что в данной области кишин достиг определённого успеха. Вторая допросная постепенно начала сиять как новогодняя ёлка и если бы я был хорошим сенсором, то наверняка бы ощутил приличный магический фон. Минут через двадцать Микогами закончил установку, как он сказал, пятидесяти различных барьеров и печатей. От его слов я лишь присвистнул и больше не решил воздержаться от взгляда на законченное творение через магический спектр восприятия. Хочется в ближайшее время побыть зрячим, а не поселяться в комнате, учась ориентироваться на слух и остальные органы восприятия. Я ж наверняка ослепну на неделю минимум, если гляну хоть одним глазком… Тенмэй принялся объяснять, что целая тройка из наложенных барьеров скрывает остальные, дабы никто не мог заметить письмена с талисманами и ощутить общий магический фон. Ещё один барьер будет защищать кровавое художество с бумажками случайных прикосновений. Также директор установил парочку видимых печатей-переключателей на стене, что будут изолировать звуки и ауры внутри помещения, попутно ограждая всё внутри от любопытных глаз, а также ограничивая выход живых существ за пределы допросной. В целом почти каждая печать или барьер создавали в помещении особый комплекс, изолирующий, скрывающий, подавляющий и не дающий чужеродной ауре и энергии выйти наружу За такое директору только спасибо сказать хочется! Как-никак, а именно Микогами довёл подвальную комнату практически до идеального состояния, чтобы можно было проводить «усиленные» допросы студентов, не опасаясь их побега или утечки информации. Однако, будь у Тёмного Лорда возможность избавиться от круга призыва, не думаю, что он бы столь любезно «прокачал» помещение… Даже хорошо, что Микогами настолько глубоко ушёл в работу, забыв о том, что недавно собирался то ли наказать, то ли проучить меня. — Вот как-то так… — довольным проделанной работой голосом проговорил мужчина, скрестив руки на груди и ещё раз окинув помещение оценивающим взглядом. — Надеюсь, этого хватит, чтобы ты мог спокойно работать и, в случае чего, не дал «чудовищу» вырваться отсюда либо задержал его на какое-то время… Почему-то мне хотелось добавить, что задерживать «монстра» я должен не для того, чтобы Владыка демонов подоспел на помощь, а успел собрать чемоданы и свалил куда подальше. Возможно, в соседнюю звёздную систему. Микогами прошёлся до стены, где успел оставить несколько видимых печатей, назначение части которых успел мне объяснить. Он указал на одну, напоминающую смесь из различных мелких переплетённых между собой магических кругов. — Это сигнальная печать. Если вдруг «оно» решит покинуть комнату и… — директор дёрнулся, боязливо повернув капюшон в сторону круга призыва. — нести «своё учение миру», ты будешь должен немедля коснуться этой печати и направить в неё ману. Я тут же получу тревожный сигнал… — И разберётесь с проблемой? — радостно спросил я, надеясь, что мои опасения оказались неверными. — … — его лицо никак не изменилось, но мне показалось, что Микогами отвёл глаза в сторону. — Директор? — теперь я уже насторожился. — Я свяжу «чудовище» более сильными печатями, тем самым выиграв время на то, чтобы вывести всех студентов с работниками из барьера, а затем запечатаю это измерение или вовсе уничтожу. Отрежу все связи с реальным миром! — мрачно проговорил глава Академии Ёкай. — Если придёт «ученик» или «послушник», то у меня ещё будут шансы на победу, но если вдруг явится ОН, тогда проще будет отказаться от академии и забыть о её существовании существование… И он улыбнулся, словно стараясь найти в данном решении что-то хорошее: — Всегда можно найти подходящее место и на нём построить новую академию! Она будет больше, лучше и технологичней предыдущей… — Дела… — было всем, что я мог сказать. Причём Микогами тоже можно понять — хоть он и один из Трёх Владык демонов, вот только кишин здраво оценивает свои силы и возможности. Тенмэй лучше спасёт всех и пожертвует замком с многовековой историей, чем выйдет сражаться с кем-то сильным, точно не зная результатов боя. Плюс он может случайно зацепить кого-то из учеников во время «подавления». И да, беру слова назад. Микогами если и сбежит, то постарается при этом спасти как можно больше нелюдей, а не будет заботиться исключительно о собственной задницей. И ведь понимаю, что в такой ситуации любой разумный заботился бы в первую очередь о собственном благополучии… — Цукуне, — обратился ко мне Тёмный Лорд. — Да, директор? — Пожалуйста, постарайся использовать эту комнату как НОРМАЛЬНУЮ пыточную — развесь инструменты всякие, достань нужное оборудование, найди специалистов своего дела, — услышав его предложение, я слегка выпал в осадок. Владыка демонов предлагает мне пытать студентов! Кажись, телесные истязания и моральные мучения ему кажутся куда более жалостливой мерой, чем привлечение Евангелистов к делу. — И лучше прибегай к услугам данных «личностей» в самом крайнем случае. Я не хочу, чтобы эта зараза случайно просочилась в мир и… Он не стал договаривать. Смысл я уже понял и мысленно вздрогнул, представляя, как явление самого Хапсиэля может повлиять на мироздание. Боюсь, там даже Алукард самоликвидируется, дабы не проходить все те «мучения», что предложит ему главный проповедник пути ЛЮБВИ И МИРА. — Также, Аоно, оставь вопрос с исчезновением заключённых на меня. Я разберусь с этим… — И как же? — теперь мне стало интересно. — Есть множество способов запудрить мозги родителей, не прибегая к менталистике, а также всяким игрушкам, артефактам и магии, влияющей на память, — вновь хитро заулыбался мужчина. — Например, новости об отправке того же Накахары на долгосрочную практику или стажировку в другую страну. Родителям радость, а мы на какое-то время уходим от неудобного разговора. А дальше уже фабрикование дела, подделка бумаг и… кхм, думаю, как глава комитета ты скоро сам начнёшь разбираться в подобном. — Как его бывший глава? — я выгнул бровь. — Поверь, Аоно, — его улыбка стала ещё шире и опаснее, — пусть Одзаки почти не занимался соблюдением порядка в академии, однако при этом он смог преуспеть во многих теневых делах. Все рано или поздно все с этим сталкиваются… — Видимо, в этом плане люди и демоны чем-то схожи, — уныло выдохнул я. — Несомненно! — кивнул Микогами. — Кстати гвооря, также по поводу дела исчезновения твоих «допрашиваемых» можно будет добавить про их успеваемость в каком-нибудь деле и приплести к этому «делу» внезапную отправку на обучение к более компетентным специалистам, что смогут поднять его навык на должный уровень. — Хитро, конечно, но что будет, если тот же Мороха вернётся к родителям и начнёт говорить про… Микогами поднял руку, не давая мне закончить фразу. Насколько же сильно он боится Евангелистов, что даже лишний раз не хочет заводить о них речь? — Думаю, после подобной встречи, Накахару отпустят на все четыре стороны и попросят не беспокоиться о них. Поверь, Аоно… Далее слушать его я не стал. В любом случае, Микогами уж точно сможет навешать лапшу на уши окружающих покруче меня. Учитывая, сколько тут было пропаж, смертей и прочего, уверен, директор уже давно прокачал своё красноречие до 80-го уровня. Уж кто-кто, а он точно сможет отбрехаться так, что родичи погибших даже не подумают в его сторону и сторону демоноколледжа. Максимум, попытаются отомстить убийце или тому, кого кишин сделает козлом отпущения. Также я сделал пунктик, что при следующей встрече с Нэдзумиэлем надо будет того попросить ненадолго давать своим «ученикам» видеться с предками, чтобы те сразу всё поняли и не думали лишнего. Плюс, если верить словам Владыки демонов, после такого «воссоединения» предки сами соберут чаду чемодан любимого чата и пошлют куда его подальше, прося навещать их как можно реже… — Кстати, Аоно, — внезапно меня из раздумий вывел заинтересованный голос директора и его фирменная не обещающая ничего хорошего улыбка, — ты вроде как во время своего пояснения добавил про ещё одну допросную. «Желтая комната», верно? Не позволишь ли взглянуть на неё? Кря…

***

Коли Владыка демонов вспомнил про «жёлтую комнату», мне не осталось ничего кроме как гаркнуть: «Так точно, тарщ директор!» и отвести Микогами в приёмную. Мы покинули изолированную «розовую комнату», а следом за ней казематы и принялись подниматься… По дороге я заметил, как вернувшаяся хитрозадая улыбка Тёмного лорда вновь начала морщиться. Кажись, он наконец-то смог отойти от первого потрясения и почувствовал-таки ману Укура… Весь остаток пути мы, сохраняя молчание вплоть до назначенного места, зашли в приёмный зал, а затем я указал кишину на дверцу едва заметной каморки. Мужчина повернулся и, кажись, стал откровенно морщиться. Блин, сложно распознавать эмоции собеседника, когда половину его лица скрывает чёртова тень! — Знаешь, Аоно, что-то мне не очень хочется сканировать это помещение, если мелкую каморку уборщика вообще так можно назвать, — честно признался директор. — Я уже ощущаю настолько внушительный объём божественной маны, что если попробую применить хоть какие-нибудь способности, связанные с восприятием пространства или энергетики, то непременно испытаю сенсорный шок. Учитывая, что я сам чуть не ослеп, могу понять настороженность директора. — Скажи честно, Цукуне, ты решил воспользоваться своим положением и сделать себе личную курилку? — поинтересовался кишин, жестом намекая на мою связь с жёлтым табаком. — И вы туда же, Микогами?! — простонал я, приложив руку к лицу. — Почему все сразу думают именно об этом?! — Так это же элементарно, Аоно! — невозмутимо проговорил Тенмэй, при этом ещё и наставительно подняв указательный палец. — В академии уже не один десяток лет обитают жрецы твоего бога-покровителя. И как бы я не пытался бороться с этой напастью, вы всё равно остаётесь и пугаете своими «фокусами» окружающих! На данный момент главой дисциплинарного комитета стал более-менее «адекватный», если так вообще можно выразиться в вашем случае, представитель адептов «Блага». Не думаешь, что любой на твоём месте слегка злоупотребил бы служебным положением и не сделал бы для себя небольшое помещения для того, чтобы можно было проводить дымные обряды в своё удовольствие? — Вот вы сейчас всё это сказали и что-то мне теперь неудобно стало… — глаза сами собой опустились, а одна из рук уже потянулась к носу, чтобы почесать его. — Прошло столько времени, а я только сейчас вообще подумал про персональную «курилку» … — Знаешь, юноша, теперь мне даже стало интересно, кто ещё помимо меня принял это место за курилку? — Тот, кто делал эту… пыточную, — завуалированно ответил директору. Тут и ежу понятно, что напичканное донельзя маной Древнего Торчка помещение делал тот, кто хоть как-то может оперировать подобной энергией — то бишь та самая кучка укурышей-самодельщиков. — Любопытно… — проговорил Микогами, всё ещё не решаясь подойти к комнате даже на пару шагов. — Концентрация маны Древнего настолько велика, что наверняка в магическом спектре будет светиться ярче рождественской ёлки в людском мире. Так-так, а накопленная мана находится в спокойном состоянии и никак не влияет на окружающее пространство, что весьма похвально. Хо-хо-о-о-оу! — с некоторой интригой в голосе протянул один из Трёх Владык демонов. — Тут есть даже некое подобие запирающего артефакта-печати и имеется какой-никакой экранирующий барьер. Похвально-похвально! — он настолько увлёкся поверхностным изучением диайвайщиков, что уже успел приложить руку к подбородку. — Хотя для сильных сенсоров это место всё равно будет заметно, как чернильная клякса на чистом листе бумаги… — Уж простите, товарищ директор, но помещение делалось силами клуба самодельщиков, и они приложили максимум своих возможностей. Можно сказать, поработали на совесть! — Видно, что на совесть! — покивал Тенмэй, явно продолжая гипнотизировать взглядом изделие в виде замка-крючка. — Жаль, что эти юные дарования оказались связанными со столь… специфическим божеством, — покачал головой Тёмный Лорд, отвлекаясь от изучения работы Хартога и Ко. — Будь всё немного иначе, уверяю тебя, Аоно, им бы удалось не просто найти применение своим навыкам, но и под должным присмотром специалистов каждый из них добился бы куда большего успеха… — Может, в таком случае, вы и тут мне поможете? — нагло спросил я, пытаясь воспользоваться возможностью. — Ну, как с пыточной номер два. Экранируете, там… или ещё как оградите… — Боюсь, теперь у меня нет выбора, — слабо усмехнулся кишин, понимая, что ему теперь ему никак от меня не отвертеться. — Не хотелось бы, чтобы кто-то на фестивале почувствовал присутствие жрецов Укура. Думаю, парочка барьеров и несколько печатей легко с этим справится, поскольку юные специалисты, по мере своих возможностей, уже постарались не дать мане Древнего просочиться. Хе-хе, думаю, после шока в казематах, меня уже не сможет удивить какая-то фонящая камор… Продолжая говорить, Микогами сдвинулся с места, подошёл к двери и открыл её. Глянул внутрь и оборвался на полуслове… «А-а-а-а-а!» –в испуге прокричало находящееся внутри комнатушки копьё прямо у меня в голове. — А-а-а-а-а! — теперь уже животного ужаса выкрикнул директор, которого находка явно застала врасплох. …а ещё, кажись, он тоже услышал девичий визг Сайласса и не хило с этого перепугался. Дверь резко закрылась. Причём на крючок, хочу заметить! Поверх «замка» директор сразу же наложил почти десяток различных печатей-талисманов и ещё почти столько же было облеплено по периметру дверцы… Охренеть не встать! Микогами испугался Сайласса и одновременно с этим смог напугать того своим появлением, а затем в считанные секунды накинул целую дюжину барьеров! Хотя чего тут удивляться? Бог в копьё ослаблен и явно будет бояться даже кого-то уровня начинающего или младшего божества. Мало ли кто-то из них окажется специалистом по печатям, а также сможет упрятать повёрнутого говоруна на миллион-другой лет в какие-нибудь далёкие ёбеня? Окажись директор ещё и спецом, способным убить живущего в предмете бога, сейчас бы Сайласс молил о пощаде. Ну а что касается самого директора… Тут всё просто: кишин тупо не ожидал увидеть в какой-то, казалось бы, запыленной кладовке мифический артефакт, что будет способен ранить личностей, не уступающих по силе самой Одзаки Куно. …плюс я совсем забыл сказать ему, что фишка комнаты далеко не в мане Укура. Хотя Микогами тоже в этом виноват! Нефиг так сильно увлекаться работой артефакторов-самодельщиков и озабочиваться вопросом «розовой комнаты», что начинаешь пропускать всё мимо ушей. Я ведь говорил ему про Сайласса. Конечно, сделал это вскользь и туманными намёками… — А-А-Аоно-к-кун… — директор довольно быстро смог взять себя в руки и натянул такую лыбу, что мне резко захотелось дунуть косяк — так, на всякий пожарный! Просто мне что-то не очень понравились дрожащие нотки в начале его обращения. — Что это?! Палец Тенмэя указал уже на запечатанную дверь. Или типа запечатанную? Вдруг газеты из той каморки выберутся наружу, сожрут эти талисманы и эволюционируют? В деле замешана мана Укура, а я уже знаю, что даже от впитавших её предметов можно ждать чего угодно. — В целом или по сути? — неуверенно ответил я вопросом на вопрос. Я ощутил на себе уже совсем недобрый взгляд Микогами. — Понял вас, товарищ директор! Отвечаю: в помещении лежит копьё. — Уже понятно, что не швабра!!! — недовольно крикнул мужчина, вновь указывая на дверь. — Лучше, молодой «человек», потрудитесь ответить, почему в каморке вашего приёмного зала стоит крайне опасный артефакт, внутри которого запечатано не самое дружелюбное к представителям иных рас божество? — Если скажу, что «поэтому так всё и произошло», вас это устроит? — я попытался выдавить глупую улыбку, но вышла кислая гримаса неумелого клоуна. — Аоно! — Микогами выпустил свою ауру, а я же ощутил невидимое давление на своих плечах. Блин, он уже закипает! — Помогите! — крикнул я. Просто крикнул. — На меня давят! — Прекращай уже со своими шуточками, юнец! — А вдруг кто-то откликнется?! — отвечаю Тёмному лорду, продолжая бороться с его аурой. — Я не хочу умереть молодым! Мужчина глубоко вдохнул и выдохнул… и сделал это ещё несколько раз, пока давление, исходящее от его присутствия, постепенно уходило. Вскоре стало так легко и свободно. А ещё мне почему-то зело как захотелось нырнуть щучкой в ближайшее окно и искать защиту в клубе самодельщиков. Он же не сунется к алтарю Укура, верно? Верно же??!! — Когда я намекал тебе научиться крутиться в колесе жизни и решить, как поступить с копьём, я не имел в виду вот это!!! — и указал пальцем на «запертую» дверь. — Ну уж простите! — обиделся я. — Я действительно смог найти достойное применение этому ебанутому божку, чтобы он мог приносить академии хоть какую-то пользу, а тут оказывается, что вам опять что-то не нравится и лучше бы продолжил держать эту божественную хрень завёрнутой в газеты под кроватью. Кажется, при сравнении столь могущественного оружия с хренью и хреновиной у Микогами дёрнулся глаз… — Применение? — кишин, похоже, всё-таки выслушал меня, а на начал истерить на тему свободно валяющегося в кладовке и способного выкосить почти весь демонический мир артефакта. — Копье излучает уйму негативной для нелюбой нечисти энергии, а также целую прорву ненависти и кровожадности, направленную исключительно на представителей иных рас. В прошлом Тодзё и Акашия сполна ощутили на себе ауру Сайласса. Я тогда был рядом и заметил, что представителям иных рас, в лучшем случае, будет неуютно находиться рядом с этой штуковиной. Теперь представьте, что будет, если их запереть в той комнатке наедине с копьём? — Я даже не знаю, что хуже: призывать «этих проповедников» или запирать наедине с готовым сжечь тебя в муках психопатом, умудрившимся стать Младшим Богом. Аоно, твои методы меня пугают!  — А что вы-таки хотели, товарищ Микогами? Вы видите, какой беспредел творит недоразвитая шантрапа из Изгоев? Взяли разбег на клуб самодельщиков, подняли хай и начали делать бедным комитетчикам работу — да им уже после такого на кладбище уже как 2 года прогулы пишут! Я, конечно, всё понимаю, но не до такой же степени!!! Поэтому, уважаемый директор, вы-таки поймите меня — отчаянные проблемы требуют отчаянных решений! Вот я и решил-таки немножечко попросить Сайлассика помочь мне с нелёгким дельцем — языки развязывать и делать так, чтоб шлимазлы сами всё говорили. — Аоно, перестань изъясняться как гоблин! — Как скажете, директор. Короче говоря, я додумался использовать эту хрено… кхм, этот артефакт в качества запугивающего инструмента. Часок рядом с желающей тебе смерти вещицей, которую даже тронуть будет больно и всё — пациент готов к сотрудничеству! Судя по нейтральному виду видимой части лица кишина, могу смело предположить, что ему явно не нравится мой метод пыток и допросов. Ну да, с одной стороны желающая твой смерти ковырялка, а с другой — ещё больший ужас, способный кардинально изменить твою жизнь. Как бы к концу года из моих казематов не начали выходить не демоны, а седые заики… не хочу становиться законодателем мод демоноколледжа. — Даже интересно, почему ты просто не решил воспользоваться копьём по назначению? — с любопытством и вернувшейся на лицо хитрой улыбкой поинтересовался Микогами. — Учитывая твоё происхождение, не думаю, что артефакт нанесёт бы тебе урон, а вот ты вполне мог бы с его помощью разить превосходящих тебя по силе противников среди представителей иных рас… — Чтобы вскоре все посчитали меня психом? — я с сомнением глянул на Владыку демонов. — Товарищ Микогами, я как бы нахожусь в академии для нечисти и ходить с такой «агрессивной» штуковиной будет не просто опасно, но ещё и безрассудно! Вдруг кто перепугается и позовёт родственников, и придёт ко мне в гости какой-нибудь около божественный дядя?.. Или тётя?.. Я поёжился, представляя, что в моей жизни может появиться ещё одна Куно… Спасибо, больше не надо! Одной извращённой озабоченной лисы хватило за глаза! — Но ведь орудуй ты этим копьём, то проблема с тем же Окуто мигом бы разрешилась… –Тёмный Лорд продолжил гнуть свою линию. — Товарищ Микогами, вот зачем вы меня пытаетесь склонить на тёмную сторону? — поинтересовался я, стараясь заглянуть ему под клобук. — Какой мне толк в пользовании предмета, который постоянно будет выедать мне мозг на тему того, что я не просто должен, а обязан прибить всех своих друзей лишь потому, что они являются нечистью? С подобной фиговиной я скорее намучаюсь, чем сделаю что-то полезное. Хм…, а может, товарищ директор, вы так хотите тонко намекнуть мне, чтобы я отдал вам копьё Карающего Света? Видимая часть лица Тенмэя поморщилась. — Боюсь, я даже при всём желании не смог бы спокойно взять столь ценный артефакт в руки — уж слишком враждебная у него аура! Ты правильно сказал, Цукуне, когда говорил о том, что обычному монстру будет невыносимо больно уже от легкого прикосновения к копью. Именно поэтому я опасаюсь к нему притрагиваться — как бы мне самому после непродолжительного контакта не сожгло ладони, надолго отправив на лечение… — В таком случае пусть копьё Карающего Света находится в этой комнате, — решил подытожить я. — Есть не просит, пить тоже — только гундит про свою высшую расу и всё. Плюс этот придурок изолирован маной Укура и вряд ли будет плохо себя вести. К тому же только безумец сунется в эту комнату, чтобы забрать копьё, так что можно сказать, что тут артефакт будет не только спрятан, но и надёжно защищён.  Мужчина задумался. — В твоих словах есть доля истины, — кивнул он, — но не будет ли лучше в таком случае запечатать столь опасный для демонического мира предмет? Ты же всё равно не желаешь им пользоваться. — Пусть лучше стоит там, собирает пыль и пугает студентов, — отмахнулся я от его предложения. — Может, когда-нибудь Сайласс сможет нам пригодиться или я найду для него лучшее применение, чем обычное пугало для нарушителей порядка. К тому же, я вот что-то совсем не уверен, что вам так легко удастся запечатать бога, особенно того, чья суть уже запечатана в артефакт. — Прощу прощения? — недовольно проговорил директор, чью гордость, как мастера печатей, я случайно уязвил. И это при том, что совсем недавно круг призыва Евангелистов мне ясно дал понять, что Микогами ещё есть куда расти… — Не думаю, что Владыка демонов сможет запечатать Младшего бога. — Хо-хо… — язвительно посмеялся кишин. — И откуда такие выводы, хотелось бы знать? — Мне кажется, что подобное будет по силам лишь Древним или Старшим Богам. К тому же, у вас что, где-то случайно завалялся какой-нибудь старинный свиток, на котором изображён готовый магический круг или схема запечатывания артефакта подобного уровня? Если есть, то думаю, вы бы уже успели сходить за ним, вернуться и припахали меня к процессу запечатывания — просто из вредности и отчётливо зная, что я всё равно ничего не пойму. Судя по приоткрытому рту Владыки демонов, мне удалось его слегка удивить. — Правда за тобой, Аоно. В какой-то мере мне хватит сил на то, чтобы частично подавить силу копья, — честно ответил кишин, слегка опустив голову. — К сожалению, я не знаю, как долго смогут продержаться мои печати на предмете подобного уровня. Также я могу запечатать помещение, но это точно не выход — взломать подобные «замки» сможет любой опытный мастер печатей, если тому дать достаточно времени. Тут уж действительно будет проще оставить всё как есть, ибо только безумец решит зайти в переполненную маной Укура комнату. — А если «воришка» попытается сломать стены или попробует проделать отверстие в полу? — Хе-хе, в таком случае, я пожелаю ему удачи, — коварно усмехнулся директор. — Удачи в лотерее под названием «воздействие маны Укура»! Он вернулся обратно к двери и снял с неё все бумажки: — Давай поскорее покончим с этим фарсом, Цукуне Аоно, и вернёмся к своим делам и заботам. — Всецело с вами согласен, товарищ директор.