Silence

Тишина. Бомгю стоял по среди мрачного и грязного тоннеля. Было тяжело дышать из-за температуры воздуха…Стоял ужасный холод, на столько морозный, что ресницы Бомгю склеились в маленькие льдинки, кончики пальцев покраснели, а ног он вовсе не мог почти чувствовать. Порванные джинсы и толстовка никак не спасали ситуацию. Все тело погрузилось в пугающий холод и лишь горячий воздух говорил о том, что Гю еще жив. Темнота впереди, темнота сзади, но самое пугающее — это тишина. Не единого звука вокруг, даже не слышно ни одной проезжавшей машины, неужели рядом нет дороги? А если туннель не у дороги, а в лесу, почему тогда не слышно щебета птиц? Что это за место? Почему я здесь? Все эти вопросы сидели в голове Бомгю, он не могу понять, как он тут оказался и что ему делать. Как отсюда выбраться? — Один, два, три, четыре…, — Бомгю начал считать вслух и медленно двигаться вперёд. Ему стало интересно сколько он продержится в таком холоде. Тишина вокруг была мучительной, поэтому он продолжал считать, — пять, шесть, семь, восемь… … — Пятьсот шестьдесят восемь, пятьсот шестьдесят девять…, — казалось, что конца и вовсе нет, лишь пугающий холод все идет с ним в обнимку и не отпускает. Бомгю вспомнил занятия по физики, где учитель рассказывал, что на станциях метро всегда можно ощутить ветер: «Поезд мчится по тоннелю, который по сути является гигантской трубой. При этом, вагон, подобно огромному поршню, толкает перед собой воздух, которому из этой трубы деться некуда. И вот поток, гонимый составом, достигает станции...». В туннеле не было рельсов, а поездов Бомгю и вовсе не мог наблюдать, но этот холодный и так ощутимо колющий кожу воздух явно вел его к выходу. Сколько еще идти? Если выход и правда есть, где-то там в темноте, то, как скоро он к нему доберётся и не умрет ли раньше времени? … Одна тысяча шестьсот двадцать два…, одна тысяча шестьсот двадцать три…, одна тысяча шестьсот двадцать чет..т..рр… я больше не могу…, — Бомгю упал на колени так сильно, что если бы он хоть что-то чувствовал, то мог бы заорать на весь этот туннель. Но это не случилось, он совсем не чувствовал ни одной части своего тела. Конец был близок, Бомгю лежал на холодной земле, теплый огонь внутри него постепенно погасал. Он умрет? В этом темном туннеле, бесконечно длинном туннеле и в этой ужасающей тишине? — Бомгю! Бомгю! Бомгю-я! Я здесь! Я рядом…пожалуйста…пожалуйста…ответь мне! Гю неподвижно лежал уже на чьих-то коленях, голова была в объятьях чужих рук, а теплое дыхание продолжало доходить до него каждый раз, когда кто-то кричал «Бомгю!». — Бомгю, я буду рядом…я буду продолжать говорить пока ты не очнешься! Слышишь? — Гю ничего не понимал, стоял ужасный звон в ушах, он был в полуобморочном состояние, но одно он знал точно, человек рядом с ним его спаситель. — Бомгю! Бомгю! Ты меня слышишь? …Бомгю…Вставай, идиотина! — Стоп, что?