У меня есть одно слово для тебя - мы.

      После того, как Тома упала в обморок, и Николай, пытаясь привести ее в чувства, поцеловал ее, отношение девушки к нему кардинально изменилось. Несмотря на то, что раньше Тамара и Николай испытывали взаимную неприязнь, теперь Тома начала посматривать на него с интересом, и Николай отвечал ей взаимностью.       Тамара ловила себя на мысли: «Какое же все-таки вредное существо этот Николай Иванович. Но ведь его, по сути, никто и не приголубит.»       И вот, как ни странно, Тамара влюбилась в него. Николай также понял, что испытывает то же чувство к Томке.       В очередной раз, когда Николай и Тома ссорились, Коля, будучи выше ростом, возвышался над «грозной» Тамарой и она в этот момент выглядела очень мило. — А вы ничего так вместе смотритесь, — вмешалась в их ссору Рая. — Рая! — воскликнули Тамара и Николай в один голос.       Прошло немного времени и они продолжили спорить. Тартакова толкнула Тамару, та потеряла равновесие и начала падать. Николай молниеносно среагировал и подхватил ее на руки. Тома смялась и сердилась одновременно. Николай не выдержал и поцеловал ее. Тамара растерянно смотрела на Николая. Она не понимала что происходит и в ее голове царил полный хаос. С одной стороны, она злилась, с другой — была смущена.       Николай вскоре отстранился. — э-это что б-было Камышов?! — пребывала в недоумении и шоке Тамара.       Николай подхватил Тому на руки и понёс в беседку. На улице шёл холодный дождь, небо покрылось мрачными красками, на нём красовались чёрные тучи, и казалось, что вот-вот громыхнёт. Молния стрельнула в дерево, находящееся над беседкой, что очень напугало Тамару. — всё хорошо, Тома? — Это был риторический вопрос. — Тома прижалась к груди Николая. Тамару начало потряхивать. — [так, а вот это уже не очень хороший признак], — про себя подумал Коля.       Николай снял куртку и одел Тому, он понёс её через дождь. — Коля, одень куртку! Ты же простудишься, — упрашивала несущего её на руках Николая.             Николай принёс Тамару на подстанцию, к Ольге Кирилловне, так сказать «отогреть», пока сам стоял весь мокрый.