Великая Империя. Книга вторая. Миланья. Часть 1

Глава 13       Шёл третий день полёта. Милли чувствовала себя одиноко. Эд находился в другом конце корабля – в своих комнатах. Плюс был опять чем-то занят. Ей не хотелось навязываться, и она коротала часы у себя, изучая новые традиции и требования этикета.       Неожиданно в её каюту прошли без стука мистер Дак, стражники и несколько людей в униформе медиков.       – Леди Миланья, – начал Дак без приветствия, – нам нужно взять у вас несколько анализов. Пожалуйста, отнеситесь с пониманием.       Милли сидела за чтением на висевшем в воздухе кресле. После прибытия гостей она по инерции встала.       – Что за анализ? – недоверчиво спросила она.       – Так, чистая формальность, – елейный тон Дака должен был усыпить бдительность.       Милли ничего не имела против анализов и даже бы согласилась, но! Зачем такая толпа? И еще стражники! Нахрена?       – Позовите сюда Эда. – Милли быстро и незаметно послала парню сигнал с панели, делая вид, что она просто закрывает открытые в окнах тексты. – Без мужа я ничего сдавать не стану.       – Леди Миланья, – тон Дака поменялся на приказной, – не создавайте сложностей. Я выполняю приказ. Это всё, что вам положено знать. – Стражники обступили девушку с двух сторон. Пока не трогали, но находились близко. – Будьте добры, выставите вперёд левую руку и закатите рукав до локтя.       Милли огляделась. Их много, слишком. И ничего под рукой нет! Ни ножа, ни палки какой. Да что за засада!       Она послушно протянула руку, задрала рукав. Один из медиков поднёс к внутренней стороне запястья аппарат, чем-то напоминающий большой шприц. Только шприц этот слишком большой и с металлическим корпусом. Толстая игла вытянулась из тела аппарата. Её остриё уже почти коснулась кожи, но тут Милли резко схватила аппарат за корпус, вырвала его из рук медика и направила иглу ему в живот. От неожиданности, а ещё, вероятно, и от боли, врач скорчился и сжался пополам. Миланья ясно увидела, что из иглы в живот медика перенеслась какая-то круглая штука. Анализы, да! Воспользовавшись образовавшимся хаусом, Милли ловко и быстро проскочила между людьми в комнате и выскочила в коридор. Но далеко не получилось уйти. За дверями тоже стояла охрана.       – Взять! – приказал стражникам Дак и Милли оказалась поваленной на пол. Ей жёстко скрутили руки за спиной. Вырваться было невозможно. Далее её перетащили обратно в её комнату.       – Положите её лицом в пол и держите руки, – скомандовал Дак. – Так надёжнее. В аппарате ещё есть бусины? – Обратился он к медикам.       – Да, мистер Дак. Аппарат перезаряжен, готов к работе. – ответил один из врачей.       – Тогда действуйте!       Милли не могла ничего видеть. Её голова была плотно прижата к полу и вывернута вправо. Она лишь могла чувствовать, как её левую руку вытянули вперёд, развернули вверх внутренней стороной. Вот-вот игла должна войти в кожу. Как же беспомощной она сейчас себя ощущала!       – А ну прекратите! – Милли услышала голос вбегающего в каюту Эда. Ну наконец-то! – Что вы творите! Как посмели! Мистер Дак, я требую объяснений!       Эд сразу же оказался рядом с Милли. Стражники тотчас отпустили её и отошли. Она быстро поднялась на ноги и инстинктивно стала позади мужа. Сейчас только он мог её защитить.       – Итак, господа, я жду ответа! – требовал объяснений Эд. Милли ещё никогда не видела его таким решительным. Гордая осанка, горящий взгляд –настоящий красавчик! – Как вы только посмели тронуть мою жену, да ещё и на пол её повалить! Вам надоело служить мне и вы все за борт захотели? Желаете в космосе полетать!? Так я это вам всем утрою!       – Ваша жена навредила медикусу. – пытался оправдаться один из врачей. – Она выпустила бусину браслета прямо в живот несчастному. Его уже увели в мёд отсек. Неизвестно, чем это теперь обернётся.       – Чем обернётся? – продолжал всех строить красавчик-муж, – Увольнением для вас всех обернётся! Покатитесь в другие области вместе со своими семьями служить другим господам! Вы совсем берега попутали? На кого руку поднимаете? Да если моя жена пожелает голову вашу на блюде получить, вы должны отрезать и подать, понятно?!       – Да, господин, конечно, господин! – быстро затараторили служащие. Похоже, угроза увольнения действительно являлась чем-то страшным.       – Господин Эдуард, – подал голос Дак, до сих пор стоявший молча. – я понимаю, что представшая перед вашим взором сцена была весьма некрасива. Но и вы поймите, мы вынуждены так поступить. Ваша жена проявила непослушание. Вместо того чтобы спокойно подчиниться, устроила целую драку.       – Подчиниться? – переспросил Эд. – Что вы имеете в виду? Хотя, я и сам уже понял. У вас аппарат для установки рабских браслетов. И как вы только посмели без моего ведения вытворять подобное?       – Это приказ лорда Крафта. – невозмутимо ответил Дак. – Не поймите неправильно. У меня чёткие инструкции.       – С каких это пор дядья распоряжаются жёнами племянников? Только я могу разрешить или запретить ставить ей браслет. А я ничего подобного не приказывал!       – Вы собираетесь проявить неподчинение воле дяди?       – Моя жена принадлежит только мне! И при всём уважении к дяде я не позволю ему распоряжаться ей. Так что убирайтесь отсюда все! И чтобы больше ничего подобного не было! Иначе ваши головы полетят далеко и насовсем. Это я обещаю!       – Что ж, – опять спокойно сказал Дак. – Если вы, господин Эдуард не желаете подчиниться воле дяди, дело ваше. Только не забудьте, что за непослушание придётся платить. Последствия будут обязательно. Но это ваше с дядей дело. Сами между собой разбирайтесь. Я умываю руки.       И всё служащие, в том числе и Дак, покинули каюту Милли.       Как только посторонние вышли из комнаты, Милли тотчас бросилась на шею Эду и плотно к нему прижалась.       – О! Да ты вся дрожишь! – парень обнял девушку в ответ.       – Мне страшно, Эд. – не отрывая голову от его плеча ответила она.       – Вот это да! – он нежно погладил её по волосам. – Разве такое возможно? Разве ты чего-то боишься? Ты же такая смелая.       – Боюсь, Эд, конечно боюсь. Все боятся, если, конечно, они не сумасшедшие. Просто я делаю над собой усилие, стараюсь перешагнуть через страх и выполняю то, что требуется в той или иной ситуации. Но я боюсь. И сейчас мне очень страшно было. Их налетело так много... Если бы не ты... – Милли чуть поменяла положение, обвила руками шею и заглянула прямо в глаза, – Эдик, пожалуйста, давай жить в одной комнате. Традиции – традициями, но мне без тебя плохо.       – Давай, – улыбнулся он своей светлой сияющей улыбкой, – я только за. Тем более, что это не та традиция, которой нужно следовать буква к букве.       Милли стояла плотно прижавшись к Эду. И вот внизу живота она почувствовала его желание...       – Прости, – он перестал её обнимать и отошёл на шаг назад.       – За что простить, Эд? – она подошла к нему сама и снова обняла. – Это же абсолютно нормально. Тем более, что мы женаты. Я уже волноваться начала. Столько времени прошло с момента подписания контракта, а ты всё не проявлял ко мне интерес. – она запустила пальцы в его светлые длинные распущенные волосы, портя укладку. – Я уж боялась, что не достаточно красива для тебя.       – Ты очень красивая! – он с новым жаром обнял её, хотел ещё что-то сказать, но Милли не дала. Девушка сама первая приблизилась и страстно поцеловала мужа.       Через довольно длительное время Милана и Эдуард наконец оторвались друг от друга. Они лежали рядом на кровати на белоснежных простынях, уставшие, но счастливые.       – Слушай, – она ещё не восстановила дыхание и говорила прерывисто, – я и не знала, что может быть так... Так хорошо...       – Тебе понравилось? – он лёг на бок и повернулся к ней.       – Ещё бы! – она с удовольствием выгнулась, перекатилась на бок и тоже повернулась к нему лицом. – Где ты такому научился? Дядя присылал учительниц? Или ты сам находил Гурий для практики?       – Да, дядя приглашал для меня любовниц. – Эд взял пальцами выбившуюся прядь её волос и начал играть с локоном. – Он, признаться, очень беспокоился на мой счёт. Я долго не проявлял интереса к противоположному полу. И великий лорд опасался что я из "этих", с другого лагеря. Или же с моим здоровьем что-то не то. Но он ни в первом, ни во втором случае дядя был не прав. Мне нравятся женщины. Однако я не считаю разумным тратить на них много ресурсов, в виде времени и сил. Бесполезное непродуктивное занятие. Периодических встреч с дамами, приглашёнными дядей, мне оказалось более чем достаточно. Да и чувств я к ним никаких не испытывал. Получалась приятная, но тупая механика. Другое дело – ты. Иногда, оставаясь один, я доставал твою фотографию, ту самую, ты помнишь. Вот. Доставал фото и...       – Подробности не обязательны! – она прервала его, – Я всё поняла. Теперь, – Милли провела рукой по его щеке, – больше никаких фотографий и встреч самим с собой. У тебя есть оригинал – пользуйся!       – Э-э-э... Ты подумала... – он чуть засмущался, – Нет. То, о чем ты подумала, тоже бывало. Но я о другом. Я изучал теорию. Знаешь, ведь мужчина и женщина устроены по-разному. Чтобы достигнуть состояния финиша, мужчине порой достаточно двух минут, а иногда и меньше, женщине же требуется на порядок больше времени. И дело тут даже не в минутах, хотя и в них тоже. Женский организм имеет куда больше нервных окончаний. У вас удовольствие не сосредоточено только в одной точке. В организме слабого пола имеется несколько эрогенных зон. Вы можете испытывать самую разнообразную гамму чувств, в зависимости от произведённых настроек. И чтобы знать женский организм, понять, где какие кровотоки, сосуды, нервные окончания, я много научных и не очень научных материалов изучал. А твоя фотография... Я просто доставал карточку, любовался тобой и мечтал, что когда-нибудь по-настоящему доставлю тебе самое невероятное удовольствие.       – И у тебя получилось! – Милли притянулась к нему и нежно поцеловала. – Я никогда и близко ничего подобного не испытывала. Но Эд, – она поставила руку на локоть и положила на неё свою голову. – если ты так трепетно столько лет чтил мою фотокарточку, то... Получается... Я тебе давно нравлюсь?       – Не просто нравишься, – он перевернулся на спину и уставился в потолок, – я люблю тебя. Вот... Я это сказал. Хотя думал, никогда не решусь.       – И как давно ты это понял?       – Сразу. Как только увидел. Я полюбил тебя ещё тогда, в студенческом парке, когда ты тех двоих однокурсников прогнала. Ты стояла там такая красивая, такая живая, с чудесными зелёными глазами, горящими так ярко...       – Очень красивая! – усмехнулась Милли. – В кепке, в бесформенной одежде, с палкой в руках. Красота, ничего не скажешь!       – Вы, женщины, ничего не понимаете в привлекательности! – с видом знатока заявил Эд. – Какой настоящий мужчина станет смотреть на одежду? Мы смотрим, а вернее, представляем то, что под ней. Да, модные вещи способны привлечь внимание, но и только. Если дама некрасива, то даже самое дорогое модное платье это не исправит.       – Эд, ну как же так? – она приблизилась к нему и положила голову парню на грудь, как бы смотря искоса сверху вниз. – Ты столько лет любишь меня и так долго молчал? Ничего не говорил! Почему?       – Боялся, что ты скажешь "нет", отвернешься от меня, уйдёшь.       – И ведь в конце концов я ушла! С Маркусом. И чуть не сломала себе жизнь из-за него! Милый мой мальчик, если бы ты сказал раньше, все сложилось бы совсем по другому!       – Да, я трус!       Эд попытался перевернуться на бок в противоположную от Милли сторону, но она силой его вернула, поставила выпрямленные руки ему на грудь и прижала к матрасу.       – Никогда так не говори, понял?! – она снова смотрела на него сверху вниз и пряди её распущенных волос забавно свисали,– Ты самый лучший парень из всех, что я знаю. Ты очень хороший! И ты не трус! Ты же недавно так рьяно защищал меня против мистера Дака! Даже гнева дяди не побоялся! Нет, так трусы не поступают.       – Кстати о дяде, – Эд пытался заправить выпавшие пряди ей за ухо, – мне это всё не нравится. Он слишком заинтересован тобой и я понятия не имею, почему. Может лучше вернёшься назад, на Альфу? Пока ещё не слишком поздно.       – Ни за что не вернусь! Особенно теперь, когда точно понятно, что твоему дяде от меня что-то нужно! Я не успокоюсь, пока всё не узнаю! За меня не бойся! Я умею за себя постоять. Достаточно того, что мы вместе в одной каюте будем жить.       – Но я же не смогу постоянно находиться рядом!       – На этот случай принеси мне пистолет и нож. Да не смотри ты так! Я поставлю мощность заряда на оглушение. Никто не умрёт. А нож... Это так, на всякий случай.       – Как скажешь, милая. – Маркус резко приподнялся, схватил её, зажал и повалил на матрас. Теперь он смотрел сверху вниз. – Тебе не кажется, что мы слишком заболтались? Перерыв затянулся!       И он не дал ей ответить, закрыв рот поцелуем.       Последующие дни полёта прошли спокойно. К Миланье больше никто не лез, да и наличие оружия придавало уверенности. Девушка старалась провести время в пути с пользой. Кроме получения новых знаний, она вернула тренировки. Теперь каждый день пару часов проводила в спортзале. Что-то ей подсказывало, что хорошая физическая форма будет на Септимусе очень кстати.