Часть 11
19 апреля 2024 г., 14:40
@Он предстал, стоя в отдалении, Архитектор улыбался, ненадолго задержав своё внимание на мне, тот повернул голову в сторону некого объекта с барельефом, что уютно расположился в укромной выемке, явно созданной под его уникальные грани.
Архитектор: Ты уже ведаешь о том? Как «Власть» преобразила тебя и твоё тело?
Крюк: Здравствуй Архитектор, кажется, в этот раз ты начал с главного? («И тебе не хворать наследник, именно так») Давненько же мы с тобой не виделись, («Всё в твоих руках, в моих же лишь знания, и они ждут») вот оно как? Что ж, я читал некоторые заметки, но не думаю, что они передавали всю суть.
Архитектор: Тогда внимай, (Крюк кивнул) исток бывает разных начал, и формируется на основе жизненного пути существа, то есть на его образование влияет история, события, всё, что «Сотворило» из него бытье, на момент пробуждения.
Крюк: Получается, исток, это что-то интимное для каждого, кто обладает им?
Архитектор: Так оно и есть, исток говорит о многом об своём носителе.
Крюк: Но я другой.
Архитектор: Бывают вещи, которые не вписываются в устоявшиеся нам правила, «Предельная Бесконечность», тому грандиозный пример, - будто бы нарушая уготованный порядок, даруют иную, от предполагаемой судьбу.
Крюк: Отнимают старую…
Архитектор: И даруют новую жизнь. («Не кто не спрашивал меня об этом») Ну, мы всё равно не знаем, вдруг и спрашивал, в любом из случаев, - обернуть вспять, невозможно, так оно не работает.
Крюк: Я понимаю, на самом деле я где-то в глубине сознания даже рад тому, что оказался на этом месте, возможно оно и к лучшему.
Архитектор: Это мы успеем увидеть, но вернёмся к отложенному вопросу, - после «Пробуждения», образуются квази эфемерные органы, их система в совокупности и зовётся истоком.
Крюк: (Указывая) И это?
Архитектор: «Исповедальня», некогда намучился с ней, - они врали, и ложь их была ядовита, тебе же, не придётся проходить через мои трудности. Модифицировав исток, я убрал шероховатости, правда испытать новшества придётся тебе уже лично.
Крюк: Кто они?
Архитектор: Те, сущности, что уже успели попасть в круговерть, но не потеряли своей идентификации с прошлым, то есть полностью не фрагментировались.
С каждым словом Архитектора, Крюк ощущал, как что-то животрепещущее и дарующее блаженство, вливалось в его нутро и расходясь пульсировало, словно наилучший нектар.
Крюк: Какова твоя цель архитектор? Я уверен, всё не просто так и явно не бесплатно.
Архитектор: Тебе будет сложно понять, но обрывку, что ты видишь перед собой, интересно движение, точнее закон сущего, что его провозглашает и последствия этого движения, («Я не понимаю») ты хотел причину, одна из них теперь принадлежит твоей памяти, когда-нибудь ты поймёшь и может мы вместе с тобой разразимся хохотом в твоём воображении.
Крюк: И каким образом это движение, связанны со мной? («Не притворяйся глупым, ты и сам прекрасно понимаешь, что унаследовал») Ты не ответил. Твой выбор, как преемника моего истока, интересен, твоя история интересна и этого достаточно дабы возлагать чаяния на тебя, как на орудие способное поменять ход истории.
Крюк понимал, что время в этом странном месте не безгранично, а человек перед ним имеет доступ к тем знаниям, что сокровенны для него настоящего и являются не менее бесценными, чем каждый день здравия под смрадным гнётом трущоб и расспрашивать его вопросами, ответы на которых он не даст, - глупо и бессмысленно.
Крюк: Правда за тобой «Архитектор», (Задумавшись) скажи, почему мой исток, совсем не похож на те, что приведены в известной мне литературе?
Архитектор: Странно, что ты задаешь, настолько очевидные вопросы, («Мои мысли, - не твои») верно, что ж, дело в уникальности, встретить оригинальный исток достаточно редкое событие, в абсолютном большинстве используются реплики и они, как правило, имеют свою явные плюсы.
Крюк: Что за реплики такие?
Архитектор: Ну смотри, есть общность людей, которая обучается по одним и тем же материалам и имеет схожее житие, то есть исповедует один «Быт», рано или поздно большинство из них пробудит исток, что характерен для их общности, - следовательно пробудит реплику, копию.
Крюк: Значит если есть копия, где-то есть оригинал?
Архитектор: К сожалению, этот вопрос мной не был раскрыт, даже наоборот, у меня есть предположение о том, что реплика, есть незаконченное «Произведение» оригинала, которую возможно завершить.
Крюк: Как много оригинальных истоков ты встречал?
Архитектор: Самую малость, (Уверенно) могу предположить, что с большей вероятностью нынешнее человечество и не подозревает об их наличии, либо обладает единицами и таит их в секрете, дабы не навлечь беду.
Крюк: Ты так и не ответил, в чём главное отличие одного вида истока от другого?
Архитектор: Главное различие в происхождении, даже происхождениях, - в момент, когда физическая оболочка готова к рождению истока, появляется пространственно-временное «Окно» и первая энергия из окружающих, пробравшаяся внутрь этого окна, предопределяет принадлежность «Истока» к баннеру власти, таким образом, допустим единые мыслями, духом, верой и стремлением люди, практикующие один и тот же учебный материал, но находящиеся в иных точках концентрации различной энергии, приобретут один и тот же исток, принадлежащий к разным баннерам власти.
Крюк: Баннеры власти?
Архитектор: Верно, они представляют собой, различные стороны сущего, - жизнь и смерть, порядок и хаос, тьма и свет, список можно продлить, но суть от этого не изменится, каждая из представленных материй, служит источником своей специфической энергии.
Крюк: Значит, материя, имеет свою классификацию, это интересно.
Архитектор: Интереснее всего, то, что мои модификации действуют, ранее, получив одну из информаций подобного рода, ты бы впал в кому, «Предельная Бесконечность» не смогла бы переварить такой объём «Развития». *Смеясь* меня считали очень больным телом человеком в бытность моей юности, я периодически падал плашмя и чудом пережил ту чудную пору.
Крюк: Значит, я сейчас жив благодаря?
Архитектор: Моей модификации, «Предельная Бесконечность» хранит в своём «Хранилище» всю известную информацию и приступает к переработке лишь той части знаний, которую сумеет «Переварить», на том весь секрет и кончается.
Крюк: Ты сказал, что носители оригинального истока, привлекают к себе лишнее не нужное внимание, значит, лучше представиться владельцем другого истока? Но какого? И смогут ли его обнаружить его иначе?
Архитектор: Смогут, но сомневаясь, что ты встретишься в ближайшее время с подобными личностями. (Уверенно) Запомни, если кто-то неожиданно, начинает ломать всяческие законы людского быта, - набирать силу, богатеть, обзаводится сторонниками, либо иным образом становится «Необычным», знай, в его руках либо артефакт, либо знание. (Уверенно) Это совет, не выделяйся и будь «Незатейливым» как кольцо.
Крюк: Но вдруг, я всё же случайно встречусь с теми, кто сможет обнаружить мой исток?
Архитектор: Значит, такова твоя судьба, (Тяжело выдохнув) я же надеюсь, что к тому времени, ты сможешь за себя постоять, ведь иначе, это превратится в самую нелепую шутку, что известны мне на данный момент.
Крюк: Великолепно, теперь моя возможная смерть превратилась в остроумную шутку, (Тяжело выдохнув) Я последую твоему совету Архитектор, он по крайней мере кажется разумным, но у меня много иных вопросов, что накопились к тебе.
Архитектор: Понимаю, знания делают всё странное, - нормальным, обыкновенным, тебе стоит больше изучать и больше думать о вещах, которые тебе кажутся ненормальными, (Задумавшись) да и нормальными, в том числе, порою «Нормальные» вещи, скрывают тайны грандиозного масштаба, (Указывая пальцем) тебе ли не знать?
Крюк: Верно, (Нахмурив брови) это дельный совет, кстати, ты упомянул тайну, (Выждав) из-за которой оказался в таком состоянии, о чем она?
Архитектор: Ох, и откуда такой, голодный интерес?
Крюк: Тайна, - ценою в жизнь, это слишком соблазнительно, дабы получить её, не заплатив такую страшную цену, какую пришлось уплатить тебе.
Архитектор: (Удручающе) Я бы даже рад, но сущее, боюсь, что если поведаю об этом секрете, то оно сожрёт остатки моих воспоминаний, из чего я в общем-то и соткан…
Крюк: Я понимаю.
Архитектор: Представляю твоё желание и голод, - но каждой тайне, свое время. Не печалься, я поведаю тебе об этой возмутительной шутке, но позже, кажется время разлуки вновь наступило…
