Тайна закрытого клуба

Эркюль Пуаро сидел за своим рабочим столом в кабинете и разбирал утреннюю почту. Мисс Леман уехала в отпуск к сестре в Уэльс, оставив мужчин на целый месяц без своей поддержки. Гастингс с ролью секретаря справлялся из рук вон плохо, но очень самозабвенно, поэтому Пуаро приходилось отгонять его от картотеки почти насильно, занимая менее разрушительной работой. Пуаро разбирал почту и увидел письмо со знакомым адресом. Заметив его заинтересованный взгляд, Гастингс подался вперед. — Вам интересно, что пишут, Гастингс? — Пуаро, как всегда, угадал, о чем думает друг, и продолжил: — О, ничего таинственного. Мой старый приятель из военной академии в Бельгии сообщает, что его сын Шарль приедет в Англию, чтобы провести несколько дней в Лондоне, он просит встретить его и принять у себя. Шарль приезжает уже завтра. Поедете со мной на Кинг-Кросс? — К сожалению, Пуаро, не получится. Мне тоже пришло письмо от моего приятеля из Сассекса, и он настойчиво приглашает нас с вами к себе. Но раз у вас будет гость, придется мне поехать одному. Пуаро только облегченно вздохнул. Толпу народа в своей квартире он не любил. А Гастингс еще и устраивает полный хаос в доме, когда мисс Леман отсутствует. — Что ж, mon ami, тогда придется Пуаро встречать гостя самостоятельно, — наигранно расстроился сыщик, но Гастингс ему не поверил.

***

Через день Пуаро стоял на вокзале, встречая поезд с молодым бельгийцем, который за время в пути смог очаровать половину вагона с чопорными англичанами. Он громко рассказывал истории, приключившиеся с ним, с неожиданными финалами, чаще всего смешными. Барышни весело хихикали, а мужчины улыбались в усы. — Дядя Эркюль, — прокричал Шарль и заключил невысокого сыщика в объятья. Пуаро отвык от такого обращения, поэтому слегка смущенно похлопал его по плечу и вынес еще пару минут объятий от неугомонного молодого человека. — А вы совсем не изменились, дядя Эркюль, — усмехнулся юноша и отпустил, наконец, детектива. — Предлагаю заехать в ресторан и плотно перекусить, а вещи попросим доставить прямо домой. — Конечно, — мягко улыбнулся Пуаро и взмахнул рукой, чтобы поймать такси. — Я пошел по вашим с отцом стопам и работаю в полиции Бельгии, — спустя час рассказывал Шарль, сидя в уютном ресторанчике неподалеку от квартиры Пуаро. — Конечно, там довольно скучно, шумных дел, о которых пишут в газетах, почти нет. Да и то, новичкам вроде меня такое и не поручают. Но недавно отравили богатую мадмуазель прямо в ее квартире. Вот только убийцу так и не нашли, — печально закончил молодой человек. — Значит, плохо искали, — высказался Пуаро. — Не бывает идеальных убийств. Всегда остаются следы. Он хотел поподробнее узнать, что же там было за дело, но Шарль посмотрел на часы и воскликнул: — Ох, дядя Эркюль, уже так много времени. Я обещал сегодня к шести прибыть в клуб *** для встречи с сокурсниками по университету. Нужно еще привести себя в порядок. — Да, конечно, пойдем, как раз познакомлю тебя с моим добрым другом, пока он не уехал в Сассекс.

***

К десяти часам вечера, поужинав, они с Гастингсом разошлись по своим комнатам. Пуаро устроился в своей теплой уютной кровати с новой книгой и погрузился в историю с головой, пока не услышал настойчивый стук в дверь. Подумав, что это вернулся Шарль, Пуаро запахнулся в халат поверх пижамы и вышел в коридор. На пороге стоял инспектор Джепп. Завидев Пуаро в домашней одежде, он немного смутился, но все же прошел внутрь, не дожидаясь приглашения. Пуаро тоже был немного смущен, но быстро взял себя в руки и предложил инспектору присесть. — Что привело вас сюда, старший инспектор, в столь поздний час? — в голосе детектива не было порицания, только интерес. — Убийство. Очень странное и совершенно без улик. Так что очень прошу вас поехать и посмотреть, пока тело еще не увезли. — Конечно, инспектор. Звучит очень интересно для моих серых клеточек. Я только переоденусь. — Пуаро вышел из комнаты, не заметив, каким взглядом смотрит ему вслед инспектор Скотланд-Ярда. На месте преступления они оказались ближе к полуночи. Это был ничем не примечательный переулок, где от стены до стены было всего около трех метров. Жертвой оказался молодой человек, около тридцати лет, темноволосый, красивый. Можно сказать, даже ухоженный. Документов или каких-либо особых примет на теле не было. Инспектор сообщил, что личность пока установить не удалось, но, судя по одежде и внешнему виду, можно предположить, что он из высшего общества. Сначала Пуаро не заметил рану и только потом увидел, что низ белоснежной рубашки и брюки залиты кровью. Но на земле крови не было. — Вы тоже заметили, Пуаро? — спросил инспектор, от которого не укрылось задумчивое выражение на лице сыщика. — Удар повредил артерию, но ни на стене, ни на земле крови нет. — Вы правы, дорогой инспектор, — проговорил Пуаро. — Похоже, жертву убили где-то в другом месте. Он вдруг замолчал, присмотрелся и увидел, что недалеко от тела лежит что-то блестящее. Он достал белоснежный платок и поднял вещичку. Это оказалась золотая запонка с двумя стрелочками, смотрящими наконечниками в одном направлении, и с пересекающимися снизу кругами. Джепп протянул руку и Пуаро опустил ему в ладонь запонку, тот повертел её и наклонился к телу: — Обычная запонка, ничего не дает для дела. Пуаро покачал головой: — Не будем торопиться, дорогой Джепп. Вы позволите забрать её на день, завтра же я верну вам её в целости и сохранности. Джепп кивнул и Пуаро вновь положил запонку в чистый платок и убрал находку в карман. Когда Пуаро и Джепп вышли на улицу, стояла глубокая ночь. Джепп вздохнул: — Уже поздно, подойдете завтра в Ярд, чтобы обсудить это дело? — Мой дорогой старший инспектор, я сейчас все равно не усну, не хотите ли зайти и выпить чего-нибудь успокаивающего, заодно и поговорим? — предложил Пуаро. Джепп оживился и кивнул. Они сели в такси и в полном молчании поехали к дому Пуаро. Пуаро молчал, потому что обдумывал детали дела, а Джепп — потому что устал после трудного дня. Гастингс уже спал, ведь ему нужно было рано вставать, но в гостиной развалился в кресле Шарль, потягивая из бокала бренди. Увидев Пуаро, он поставил бокал на столик и радостно вскочил ему навстречу. — Дядя Эркюль! — сердечно приветствовал он Пуаро, невесомо дотрагиваясь до его рукава. — А я вас жду! Затем он удивленно уставился на вошедшего следом Джеппа. — У вас гости? — Сын моего коллеги из бельгийской полиции Шарль Госсенс! Старший инспектор Джепп, — представил друг другу мужчин Пуаро. Джепп нахмурился, сухо кивнул и пожал руку Шарлю. Было заметно, что присутствие молодого человека не привело его в восторг. Он снял шляпу и опустился в низкое кресло. Пуаро вспомнил о своем предложении и направился в кухню. — Вы работаете в Скотланд-Ярде? — попытался завести разговор Шарль. Джепп кивнул, не снисходя до ответа. — Ведете с дядей Эркюлем какое-то дело? — не оставлял свои попытки молодой человек. В ответ Джепп вынужден был бросить сухое «да», а потом прикрыл глаза. Ему казалось, что он достаточно четко дал понять назойливому юнцу, что не расположен с ним болтать, но Шарль не унимался: — Я слышал, дядя Эркюль пользуется в Британии большой популярностью. — Кхм… Да, — раздалось из глубин кресла, и Джепп снова замолчал. Шарлю несколько поднадоело общаться со столь нелюбезным собеседником, и он счел, что лучшим вариантом будет пойти на кухню и помочь хозяину. Он помог принести поднос и удалился, догадавшись, что будет лишним при разговоре Пуаро и его гостя. — Какой бесцеремонный молодой человек, — проворчал Джепп. — Вы, Пуаро, совсем не такой, хоть и бельгиец. — Да, Шарль довольно живой и веселый, — добродушно произнес Пуаро, — но надо сделать скидку на его возраст. К тому же он всегда отличался непосредственностью, не вините его за это. Джепп промолчал и тут же сменил тему. — Итак, Пуаро, я заметил, что у вас появилась какая-то идея. — Верно, старший инспектор. Но для окончательного решения мне необходимо еще раз съездить на место преступления. Как вы заметили, убийство произошло не там, где нашли тело, утром нужно внимательно все осмотреть. — А я в свою очередь узнаю, не заявлял ли кто о пропаже молодого мужчины, — кивнул Джепп. Пуаро вздохнул: — Жаль, что в карманах не оказалось ничего, что помогло бы узнать имя пострадавшего. На ограбление не похоже, часы и бумажник остались у него. — Кстати, Пуаро, покажите мне еще раз запонку, которую вы нашли. Джепп протянул руку, ожидая, пока Пуаро вытащит изящный аксессуар из кармана. Инспектор повертел запонку перед глазами, провел пальцем по черно-золотому рисунку из эмали и вернул Пуаро. — Не понимаю, почему вы придаете такое значение этой безделушке, на запонке нет инициалов владельца, она никак нам не поможет. — Как знать, дорогой старший инспектор, как знать, — зеленые глаза Пуаро блеснули, и он совершенно по-кошачьи прижмурился. — Возможно, эта запонка приведет нас к разгадке. Джепп устало поднялся из глубин кресла: — Пора ехать, надо хотя бы немного поспать перед службой. Пуаро тоже встал и ободряюще улыбнулся, мимолетно дотронувшись до рукава инспектора: — Вам обязательно нужно отдохнуть, дорогой Джепп! Завтра, после осмотра места происшествия, я приду к вам и расскажу, что нашел. Мы решим это дело. Джепп кивнул, чуть улыбнувшись в ответ и почувствовав, как, несмотря на усталость и заботы, его охватывает эйфория от легкого прикосновения Пуаро, от его искреннего участия. Но, как обычно, он скрыл эмоции за грубоватой деловитостью и, попрощавшись, зашагал домой. Он уже давно и бесповоротно был влюблен в маленького бельгийца. После раннего завтрака Пуаро, как и обещал, вышел осмотреть место происшествия. С видом праздного зеваки он не торопясь фланировал по улице, цепко окидывая взглядом окружающие дома. Переулок представлял собой образец викторианской застройки, дома красноречиво говорили о респектабельности своих владельцев. Не было и намека на вульгарные заведения вроде современных баров, варьете и театров низкого пошиба. Это был тихий богатый район. Пуаро нахмурился, задумчиво постукивая тростью по булыжнику, затем, увидев, как из дома вышла пожилая дама, направился к ней, приподняв шляпу, и с мягкой улыбкой что-то спросил. Она не очень охотно ответила ему, но ответ, видимо, удовлетворил сыщика — он довольно улыбнулся и, откланявшись, поспешил на более оживленную улицу, остановил такси и отправился в Скотланд-Ярд. Пуаро нашел старшего инспектора Джеппа в кабинете, тот заканчивал разговор по телефону и махнул рукой, указывая на стул. Положив трубку, он вопросительно посмотрел на бельгийца: — Что-нибудь нашли? — К сожалению, старший инспектор, не могу вас порадовать. Я надеялся найти в переулке какое-нибудь подозрительное заведение, где могли бы веселиться представители высшего света, но район отличается крайней благопристойностью, там находятся только жилые дома, которые населяют почтенные семейства. — А не могли ли тело привезти на машине из другого района? — подавшись к Пуаро, сделал предположение Джепп. — Нет, не думаю, отмывать машину было бы очень хлопотно, потому что кровь шла весьма сильно и залила бы не только сиденья, но и пол. К тому же машина ночью в таком тихом переулке сразу привлекла бы внимание, а я расспросил местную жительницу, не помнит ли она вечером шум машины неподалеку. Она категорически утверждала, что с семи вечера до полуночи по переулку проехали только две машины ее соседей. А около полуночи она слышала, как подъехала машина и около часа оставалась неподалеку. Это та самая машина, на которой мы приехали, так что ее словам и наблюдательности можно доверять. — Значит, убийство произошло в одном из этих респектабельных домов? — Именно так, старший инспектор, — кивнул Пуаро. Раздался звонок, и Джепп схватил трубку. Его собеседник, видимо, говорил что-то важное, потому что брови инспектора взметнулись вверх, а глаза загорелись. Он схватил карандаш и начал что-то быстро писать на листке бумаги. — Опознали труп! — сообщил он Пуаро, положив трубку. Пуаро в волнении сжал ручку трости и едва усидел на стуле. — Кто же это? — Рауль Делакруа. Набирающий популярность барристер из коллегии адвокатов. Сам он из состоятельной семьи, его отец пришел с заявлением о его исчезновении, и по моему распоряжению его тут же провели на опознание. Джепп поднялся: — Сейчас пойду побеседую с ним. Вы со мной, Пуаро? — Разумеется, старший инспектор! Надеюсь, беседа с родственниками поможет прояснить ситуацию.

***

Из секционной вышел бледный мужчина и подошел к молодой девушке. Это были отец и сестра Рауля Делакруа. По бледному лицу мужчины стало понятно, что тот опознал в убитом человеке своего сына. Инспектор Джепп подошел к нему, произнес несколько соболезнующих слов и объяснил, что хочет выяснить несколько моментов для расследования. — Вы знаете, где нашли вашего сына? Что он мог там делать? — Рауль уже несколько лет живет отдельно, и чем он занимается в свободное время, мне неизвестно. Шарлотта, ты не в курсе? — обратился он к дочери. — Иногда брат ходит… ходил на встречи с друзьями, но куда именно, он не рассказывал. — А у вашего брата есть невеста, мадмуазель? — встрял Пуаро. Инспектор посмотрел на него с сомнением: уж не подозревает ли он невесту Делакруа. Шарлотта слегка замялась, немного подумала, но все же ответила: — Рауль встречался с одной девушкой и вроде даже собирался на ней жениться, но официально они не объявляли о помолвке. — Благодарю, мадмуазель. Пуаро узнал все, что хотел, и отошел в сторону, дав возможность старшему инспектору закончить допрос. — Почему вам стало интересно узнать про невесту, Пуаро? — с любопытством спросил после инспектор. — Это я вам расскажу чуть позже, мой дорогой старший инспектор, — ответил Пуаро и отправился по своим делам.

***

А вечером детектива снова выдернули из постели телефонным звонком. — Просыпайтесь, Пуаро. У нас еще один труп. Я предполагаю, убийца тот же. Выслал за вами автомобиль, — проговорил Джепп на другом конце провода. — А место преступления то же? — уточнил Пуаро. — Нет. В этот раз мужчину убили в его доме. Поэтому мы уже установили личность убитого. Его зовут Артур Уинсфорд, он помощник судьи в Редбридже. Остальные подробности при встрече. Когда это было необходимо, Пуаро мог собраться очень быстро и к приезду машины был уже полностью одет. Всю дорогу он задумчиво смотрел в окно, казалось, он начинает дремать, но, как только они подъехали к месту преступления, Пуаро живо вышел из машины и направился к Джеппу. — Добрый вечер, старший инспектор! — Скорее уж доброй ночи, Пуаро, — проворчал Джепп. — Пройдемте в комнаты, посмотрите, что и как. Они вошли в подъезд дома и поднялись на второй этаж. — Как видите, пострадавший не бедствовал, — поделился своими соображениями Джепп, — и преступление совершено явно не с целью грабежа. Беспорядка нет, похоже, все ценности на месте. Пуаро вошел в квартиру и оглядел ее цепким взглядом. Комнаты были обставлены с претензией на роскошь: старинные картины, табакерки, напольные вазы, добротная и красивая мебель. Осмотрев обстановку, Пуаро направился к трупу. Первое, что он сделал — присел, осмотрел манжеты его рубашки и удовлетворенно хмыкнул. Затем поднялся и спросил у инспектора: — Характер и расположение ран совпадают с ранами предыдущей жертвы? — Да, полностью. Пуаро задумчиво покачал головой, но ничего не сказал. В комнату вошел полисмен в сопровождении заплаканной женщины. — Это мать пострадавшего, миссис Уинсфорд, — вполголоса пояснил Джепп. Пуаро тут же подбежал к ней и мягко заговорил: — Мы чрезвычайно опечалены случившимся и выражаем свое соболезнование. Надеюсь, вы найдете в себе силы ответить на несколько вопросов? Голос его журчал так успокаивающе, что дама перестала плакать и дала усадить себя в кресло. Пуаро взял стул и сел рядом. Инспектор Джепп не стал садиться, он подошел и оперся о бюро. — Итак, мадам Уинсфорд, были ли у вашего сына враги? — Нет-нет, — снова давясь слезами, ответила дама, — у него нет ни одного недоброжелателя. — Возможно, ваш сын давал кому-то в долг или, наоборот, был должен? Он играл в карты или в рулетку? — включился в беседу Джепп. Убитая горем мать снова покачала головой, ничего не произнеся. — Вы не могли бы сказать, было ли что-нибудь украдено из дома? — инспектор привык к подобным проявлениям горя у родственников жертвы, поэтому не забывал о работе. Пуаро помог даме подняться, и она медленно пошла по комнате, осматривая ее. Подошла к бюро, открыла его, вытащила шкатулку и снова зарыдала. Детектив открыл шкатулку, в которой лежали купюры, и деликатно напомнил: — Итак, мадам, все ли на месте? — Да, все ценности на месте, наличные деньги на текущие расходы — тоже. Все остальное сын хранил в банке. — Последний вопрос, мадам, — произнес Пуаро, — ваш сын окончил Кембридж? — Да, — кивнула миссис Уинсфорд, — он учился на юридическом факультете. — Не можете ли вы назвать его друзей времен учебы, с кем он поддерживал бы отношения? Женщина задумалась. — Он общается в основном с двумя своими сокурсниками, Гарри Найтоном и Раулем Делакруа. Услышав последнее имя, Пуаро посмотрел на инспектора, в глазах его блеснули искорки. — Итак, старший инспектор, что мы знаем о жертве? Артур Уинсфорд работал на хорошей должности, был весьма обеспечен, долгов не имел, не был игроком. Ограбление исключается, возможна месть. — Или какой-то сумасшедший, — тяжело вздохнул Джепп. — У таких нет никакой системы, и поймать их трудно. — Но система есть! Вы разве не слышали имя друга мистера Уинсфорда? — Да, я помню, это имя предыдущей жертвы. — Но есть еще совпадения! — воскликнул Пуаро. — Обе жертвы учились на юридическом факультете Кембриджа. — Тогда, возможно, в этом и разгадка, — Джепп тоже увлекся этим фактом и не менее горячо продолжал: — Возможно, они совершили нечто во время учебы, и пострадавший теперь мстит им? — Возможно… — задумчиво произнес Пуаро. — Держу пари, что у вас возникла какая-то идея! — воскликнул Джепп. — И не одна, дорогой старший инспектор. Мне нужно подумать. Они вышли на улицу и подошли к машине. Пуаро дотронулся до плеча Джеппа и участливо сказал: — Может быть, по уже сложившейся традиции заедете ко мне, выпьете что-нибудь? Несмотря на напряжение и усталость, инспектор почувствовал, как теплое чувство разливается в груди. У Пуаро нечасто проявлялась необходимость в тактильном контакте, поэтому каждое его прикосновение было счастьем. Джепп согласился было поехать, но неожиданно вспомнил об осложнении, которое в последнее время сильно его беспокоило. — А что, этот ваш сын коллеги все еще гостит у вас? — ворчливо осведомился он у Пуаро. — Да, Шарль планирует пожить еще неделю. Но чем вам досадил этот приятный молодой человек, дорогой Джепп? Он очень хорошо воспитан и тактичен. Джепп отвел глаза. У него было совершенно иное мнение об этом навязчивом молодом человеке, который, кажется, положил глаз на Пуаро. И он был крайне раздражен тем, что этот юнец находится с ним в одном доме. Но не признаваться же в этом детективу. — Нет, Пуаро, у меня еще много дел, нужно составить отчет для начальства, да и поспать, в конце концов. — Я вас понимаю, мой друг! В таком случае пожелаю вам удачи и откланяюсь. Я завтра хочу предпринять кое-какие действия по нашему делу, если будут результаты — позвоню. Джепп хмуро кивнул, повернулся и вошел в дом. Пуаро понимал, что инспектор чем-то недоволен, но не мог найти причины для такого поведения. Не мог же он так странно относиться к Шарлю, которого, по сути, не знал. Возможно, это уже профессиональная привычка никому не доверять, и он опасается за имущество Пуаро. Вздохнув, детектив посмотрел вслед старшему инспектору и сел в машину.

***

На следующий день Пуаро приступил к выполнению своего плана. Он дождался, когда Шарль выйдет к завтраку, и как бы между прочим заговорил о временах его учебы в Кембридже. — Я думаю, ты скучаешь по своим студенческим годам, Шарль? — спросил Пуаро. И хитро улыбнулся: — Вы наверняка занимались не только учебой, признавайся? Шарль почему-то смутился, но ответил: — Всякое бывало. Конечно, развлекались, когда была возможность. И в барах сидели, и на скачках теряли деньги, и за актрисками волочились. Есть что вспомнить! — Да, я тоже помню свое студенческое братство, — мечтательно протянул Пуаро. — Казалось, мы жили одной жизнью и действительно ощущали себя связанными родственными узами. У вас тоже наверняка было такое товарищество? Шарль сделал вид, что поглощен содержимым тарелки, но, понимая, что Пуаро ждет ответа, все-таки поднял голову: — Да, были всякие кружки и общества, так много, что и не упомнишь. — Расскажи о самых интересных. Может быть, есть такие, которые и сейчас собираются? — Нет… Не знаю… — сухо ответил Шарль, замолчал и стал усиленно работать вилкой. Атмосфера за столом сгустилась, повисло молчание. Шарль потерял свой обычный жизнерадостный вид и не поднимал головы от тарелки, а Пуаро, забыв о завтраке, внимательно смотрел на юношу. Он понял, что Шарль что-то знает, и это, возможно, как раз то, что необходимо для раскрытия дела, но ничего сейчас не расскажет, а давить на него Пуаро не хотел. Днем детектив принял двух посетителей, затем поехал к ювелиру. Вернувшись к вечеру, он увидел, что Шарль, обретший свое обычное благодушное расположение духа, весело насвистывая, куда-то собирался. Пуаро улыбнулся, предположив, что речь идет о любовном свидании. Наконец юноша вышел из комнаты при полном параде. — Посмотрите, дядя Эркюль, все ли нормально? Он, подняв руки, медленно закружился на одном месте, довольно поглядывая на Пуаро. Но вместо одобрения увидел в его глазах недоумение, перерастающее в ужас. Пуаро быстро подошел к нему и схватил за руку: — Что это на тебе за запонки? Откуда они? Шарль вырвал руку и удивленно уставился на сыщика: — Что с вами, дядя Эркюль? Эти запонки я купил в честь окончания Кембриджа, что в них странного? Пуаро уже пришел в себя и спокойно ответил: — Извини, я напугал тебя. Мне показалось, что я видел такие же у… Неважно… Ты собираешься на встречу с сокурсниками? — Нет… — помедлив, ответил Шарль. — Будет только один мой друг, он пригласил свою девушку и ее подругу, и мы решили отправиться по злачным местам Лондона. От Пуаро не ускользнула наигранная веселость юноши, но он не стал настаивать и кивнул: — Желаю весело провести вечер! Затем он с улыбкой посмотрел на Шарля и прошел к себе в комнату. В ту же минуту он стал серьезным и решительным. Быстро открыл ящик стола, достал оттуда что-то в небольшой коробочке и опустил в карман пиджака. На лице его снова появилось выражение беззаботности и добродушия, и он вышел в коридор. — Я, наверное, приду поздно, дядя Эркюль, — немного смущенно сказал Шарль, — не волнуйтесь за меня. — Или очень рано? — засмеялся Пуаро. — Или так! Спасибо вам за то, что вы такой понимающий, дядюшка Эркюль! — Конечно, все мы были молодыми! Веселись, пока есть возможность. Шарль обнял Пуаро, явно пребывая в приятном предвкушении от будущего вечера, и выскочил за дверь. Пуаро тотчас же схватил трость и, прикрыв за собой дверь, стал тихо спускаться по лестнице. Он слушал шаги сбегающего вниз Шарля и, как только стукнула дверь подъезда, тут же зашагал быстрее и не так осторожно. Пуаро выглянул из подъезда и, увидев, как Шарль сел в машину, мгновенно подбежал к проезжей части и поднял руку, останавливая такси. Он приказал таксисту держаться синего «остина» и стал внимательно смотреть в окно. Как он и предполагал, машина ехала в район Хэмпстенда, где произошло первое убийство. Заметив, что «остин» с Шарлем притормозил, Пуаро тоже остановил такси, вышел и, стараясь остаться незамеченным, подошел ближе к Шарлю. Уже темнело, что было ему на руку, но Пуаро боялся, что потеряет Шарля из виду. К счастью, ему повезло, на улице почти не было прохожих, и он, сливаясь с тенью домов, продолжал идти вслед за юношей. Они быстро продвигались по тихой улице, которая проходила параллельно той, где было найдено тело бедного Рауля Делакруа. Внезапно Шарль остановился у одного из домов и трижды постучал в дверь. Ему открыли, и Пуаро увидел, как Шарль вытянул вперед руку и продемонстрировал стоящему в прихожей мужчине свои запонки. Хмурого вида мужчина положил ему в руки что-то — что именно, Пуаро не мог разглядеть, — и дверь закрылась. Сыщик задумался, затем вытащил из кармана коробочку, в которой оказались запонки, подобные той, которая была найдена на месте убийства Рауля, надел их и подошел к двери. Он также трижды постучал в дверь, куда минутами ранее постучался Шарль. Ему открыли, и он увидел неприятного вида мужчину, выше Пуаро на целых две головы. Тот безучастно скользнул взглядом по сыщику и спросил пароль. Пуаро тут же протянул руку с запонкой на манжете. Мужчина только кивнул и вытащил черную маску, гладко прилегающую и закрывающую верхнюю часть лица, оставляя открытыми только глаза и губы. После того, как Пуаро надел маску, его пропустили внутрь. Комната, в которую прошел детектив, напоминала закрытые мужские клубы: там было все прокурено, дым стоял плотной завесой, в разных уголках комнаты попарно или небольшими компаниями сидели только мужчины, пили и разговаривали, кое-где раздавались смешки. Ничего особенного вроде бы и не происходило, но Пуаро прекрасно видел, что поведение посетителей выбивалось из обыденного. Те мужчины, что сидели только вдвоем, общались слишком интимно для обычных дружеских разговоров. Головы были близко наклонены друг к другу, плечи и бедра соприкасались. За масками сложно было точно определить, кто именно скрывается под ними, но Пуаро узнал Шарля в компании из четырех человек. Чтобы не привлекать внимания, сыщик подошел к барной стойке и заказал бокал бренди. Бармен приветливо улыбнулся и спросил: — Впервые здесь? — Так заметно? — усмехнулся Пуаро. — Еще бы, вы нервно озираетесь и не знаете, куда себя деть. Тут это частое явление, скоро вольетесь. Не так тут и страшно, — и налил сыщику бокал за счет заведения. А после к нему подошел элегантный мужчина. По открытым частям лица можно было судить, что он примерно возраста Пуаро. Он назвал свое имя — Чарльз — и прошептал: «Для вас просто Чарли». Пуаро, конечно же, своего имени не назвал, так как понимал, что очень многие его знают. Единственное, что пришло ему на ум, это назваться Джеймсом. Чарльз приветливо улыбался и обходительно пытался ухаживать, отчего Пуаро чувствовал себя немного неловко, но вскоре смог перевести разговор в более спокойное русло. Обсудили последние новости и погоду в Лондоне. Вдруг одна пара поднялась и пошла к двери, ведущей на второй этаж. — А там что? — как можно непринужденнее поинтересовался Пуаро у собеседника. — Приватные комнаты, — завлекающе сказал Чарльз. — Интересует? — подмигнул он. Пуаро даже поперхнулся от этого прямолинейного вопроса. — Не так быстро, — только и смог выдавить он. — Ну только если заглянуть туда одним глазком. — Пойдемте, проведу для вас экскурсию. Они поднялись и направились в сторону лестницы. Пуаро почувствовал себя немного смущенным, однако мужчины даже не повернули к ним головы, занятые только своими делами. На втором этаже оказалось пять комнат. Две двери были чуть приоткрыты, что означало, что они свободны. На двух других были вывешены галстуки, это означало, что они заняты парочками. И на одной висела табличка: «Закрыто». — Почему тут висит эта табличка? Неужели там может быть что-то сломано? — Обычно это может быть техническая неполадка, например, в ванной комнате, или термостат сломан. Но, говорят, в этой комнате нашли труп. Только тс-с-с, это я вам по секрету рассказал, — заговорщически подмигнул Чарльз и прижал палец к своим тонким губам. Пуаро задумчиво посмотрел на запертую комнату и хотел продолжить расспросы, как вдруг по лестнице, перепрыгивая через ступеньку, взлетел юноша, подбежал к парочке, невнятно извинившись, схватил Пуаро за рукав, отволок в угол и зашипел: — Какого черта вы тут делаете, дядя Эркюль? — Шарль… — удовлетворенно произнес Пуаро. — Я не удивлен. — Как? Почему? — забормотал молодой человек. — Вы следили за мной! — наконец возмущенно воскликнул он. — Нам надо поговорить, давайте пройдем в укромное место. И Шарль направился к одной из свободных комнат. Пуаро обернулся и увидел, что его недавнего собеседника уводит невысокий полноватый брюнет. Чарльз повернулся, посмотрел на Пуаро, пожал плечами и легко улыбнулся. Пуаро кивнул ему в ответ и, взяв Шарля под руку, повел его к запертой двери. — Сюда нельзя, — возразил Шарль. — Как ни странно, но мне пришла в голову идея осмотреть эту комнату. Зайдем, пока нас никто не видит. Пуаро достал что-то из внутреннего кармана пиджака и открыл дверь. — Удобная вещь, — хитро усмехнулся он, пряча отмычку, — хотя и не совсем законная. Оказавшись в комнате, он тут же стал осматривать мебель, провел рукой по поверхности секретера, затем, подстелив платок, опустился на колени и заглянул под кровать. Не отличавшийся выдержкой Шарль нетерпеливо притоптывал ногой, затем подошел к Пуаро и присел рядом с ним: — Черт возьми, ответьте мне наконец, что все это значит! Вы здесь, вы следили за мной! — повторил он. Внезапно он запнулся. На его лице проступило безграничное удивление, а затем он возмущенно произнес: — Или же все по-другому! Вы предпочитаете мужчин! А я-то, дурак, боялся вам открыться, чтобы не уронить себя в ваших глазах! Глаза Шарля сверкали из-под маски, по всему было видно, что он чувствует себя обиженным и уязвленным. Пуаро поднял голову и успокаивающе похлопал его по руке. — Мon ami, вы сделали неправильные выводы, я пришел сюда в связи с убийствами. Шарль тут же вскочил на ноги: — Теми самыми убийствами, которые вы сейчас расследуете? Но почему вы решили, что убийцу нужно искать в этом клубе? Уверяю вас, дядя Эркюль, вы ошибаетесь, здесь приличные люди, бывшие студенты, есть немало аристократов. Пуаро покачал головой: — Если бы вы знали, Шарль, сколько аристократов-преступников я повидал за время моей работы. — Но почему вы все же решили, что убийца связан с этим клубом? — продолжал допытываться Шарль. — Я не буду вам сейчас рассказывать о ходе своих размышлений, просто поверьте мне и дайте осмотреть комнату. Пожалуйста, возьмитесь за край ковра и помогите мне его отодвинуть. Под ковром показались деревянные доски пола, а на них — тщательно замытое, но тем не менее вполне различимое грязно-бурое пятно. — Да! — воскликнул Пуаро, наклонившись над ним и изучая половицу под лупой. Пинцетом он оторвал волокно дерева, завернул его в бумагу и спрятал в карман. Тяжело поднявшись, отряхнул колени. Глаза его блестели, он выглядел очень довольным. — Ну а теперь, мой друг, пора уходить. Вы пойдете со мной! Шарль попытался что-то сказать, но Пуаро его прервал: — Без разговоров! Здесь убивают, а я не хочу, чтобы следующей жертвой стал сын моего друга. Пуаро замолчал и прислушался. Приглушенный дверью, до них донесся странный шум: звенела посуда, раздавались крики. Внезапно дверь открылась, и в комнату ворвался старший инспектор Джепп собственной персоной. В первую секунду он застыл, переводя взгляд с Пуаро на Шарля, а затем приказал: — Именем закона, немедленно снять маски! И не отрывал взгляда от Пуаро, пока тот развязывал завязки. А потом возмущенно рявкнул: — Значит, мне не показалось! Из содомитского борделя я вас еще не вызволял. Вы превзошли самого себя, Пуаро! Как прикажете расценивать ваше тут присутствие? Джепп перевел взгляд на Шарля, и его лицо покраснело от гнева: — Так вы все-таки неравнодушны к этому молодому прощелыге? — Он с отвращением посмотрел на юношу, а потом — на Пуаро. В его глазах мелькнуло такое горькое разочарование, что детектив поспешил объяснить положение дел. — Вы совершенно напрасно обвиняете нас, старший инспектор! — с достоинством произнес он. — Мы с Шарлем пришли сюда, чтобы расследовать дела об убийствах. Проигнорировав недоверчивое хмыканье Джеппа, Пуаро показал ему запонку: — Смотрите, эту запонку я нашел у тела Рауля Делакруа, а позже увидел у Шарля. Тут Пуаро понял, что ступил на скользкий путь и может серьезно повредить Шарлю, если расскажет правду. Он постарался, насколько это возможно, минимально отойти от истины, но все же защитить сына своего друга перед полицией. — Шарль сообщил мне, что такую же запонку ему отдал один из однокашников и рассказал, что это пропуск в клуб, где можно повеселиться. Юноша благодарно взглянул на Пуаро, сообразив, что тот старается выгородить его, чтобы отмести подозрения в мужеложестве. — Я решил воспользоваться случаем, — продолжал Пуаро, — и проникнуть в этот клуб. Я понял, что нити надо искать здесь, ведь тело Рауля нашли на соседней улице, куда выходит черный ход. Лицо Джеппа просветлело, но он тем не менее проворчал, что уже устал вытаскивать Пуаро из всяческих двусмысленных ситуаций. — Выйти отсюда вам надо незаметно, — произнес Джепп, покидая злополучный номер и пропуская вперед Пуаро и Шарля. — Здесь вроде бы должна быть запасная лестница где-то в конце коридора. Спускайтесь, и встретимся на месте первого убийства, когда мы тут закончим. — Конечно, мой дорогой старший инспектор. Не хочется объясняться с вашими милыми офицерами. Джепп фыркнул, затем наклонился к Пуаро и шепнул на ухо: — Зря вы вводите меня в заблуждение, любезный Пуаро, я знаю, что означает рисунок на запонке. Это знак содомитов. Потому вы и спросили о невесте Делакруа. Не считайте полицейских недалекими. Затем он развернулся и вышел из комнаты, оставив Пуаро изумленно смотреть ему вслед. Он не ожидал, что и на этот раз Джепп окажется настолько лояльным к нему, не забрав в участок его молодого протеже. Выйдя из здания клуба, Пуаро с Шарлем направились в сторону переулка, где было найдено тело Рауля. — Расскажешь, что произошло? Почему молодой человек оказался в этом переулке? — В Кембридже я сначала сдружился с Раулем, так как на моем факультете он единственный говорил по-французски. Позже нас стало четверо — Артур и Гарри присоединились к нам. К концу второго курса наш кружок увеличился до восьми человек. Мы собирались в библиотеке по вечерам, зачитывались античными стихами. Устраивали дебаты, пробные суды. А потом Гарри обнаружили за непотребными делами с первокурсником. Вы должны знать, что в таких закрытых заведениях для мужчин гомосексуализм достаточно распространен. Гарри был из влиятельной семьи, профессора и студенты ему ничего не говорили, но первокурснику пришлось сносить насмешки. Рауль, Артур и еще двое ребят также участвовали в издевательствах. Спустя несколько месяцев он не выдержал и покончил с собой. Гарри сильно расстроился, думал, что его подвергнут остракизму, но наша дружба продолжалась. Однажды мы поздно вернулись в комнату, а там Артур и Рауль целовались на кровати Гарри, и их внешний вид явно давал понять, что все серьезно: на них почти не было одежды. Вот тогда Гарри закричал, какие мы все лицемеры и фарисеи. После этого он съехал в другую комнату, и общение прекратилось. В принципе, на этом наша история закончилась, однако в прошлом месяце мне пришло письмо от Гарри с приглашением на встречу выпускников, а к нему прилагались координаты заведения. Мы встретились всем нашим кружком, все восемь человек. На первом этаже также есть закрытая комната, для небольших компаний. Мы вспоминали прошлое, много пили, веселились, и вечер очень быстро прошел. Рауль засобирался первым, сказав, что идет еще на встречу, Гарри ушел следом, а потом и мы разбрелись. А наутро я узнал о смерти Рауля, ну а спустя пару дней погиб и Артур. Подробности никто не рассказывал. Думаю, про их смерти вы даже знаете больше меня, дядя Эркюль, — закончил рассказ молодой человек. У Пуаро в голове уже более-менее начала складываться картина преступления. Осталось уточнить несколько деталей и отбросить пару версий. Тут и инспектор Джепп подошел к ним. — Я отправил своих людей в участок. Человек пятнадцать задержали за гомосексуализм. Но с поличным пойманы только двое, им может грозить реальный срок. Ну что, Пуаро, вы уже поняли, кто убийца? — Я предполагаю, но нужны стопроцентные улики. Пока у меня лишь догадки. Но, инспектор, как же вы нашли данное заведение? — Не поверите, Пуаро. Нам поступил анонимный звонок. Начальство и отправило группу констеблей на облаву. — Хм, интересно. Мне нужно еще раз поговорить с родителями Артура. Завтра с утра я поеду прямо к ним. — Дядя Эркюль, позвольте мне поехать с вами? Я хочу посмотреть, как вы проводите расследование. — Я не против. Но не думаю, что ты увидишь процесс, — усмехнулся в усы Пуаро. — Давайте прогуляемся, и вы наконец поделитесь со мной своими умозаключениями. Мне не нравится, что вы держите полицию в неведении! — Джепп не мог сдержать недовольства, и Пуаро, заметив это, ответил самым добродушным и мягким тоном: — Ну что вы, дорогой старший инспектор, я ни в коем случае не хотел мешать следствию и скрывать от вас факты, просто я сам не был полностью уверен в своих выводах. — Да-да, вы всегда так говорите! — проворчал Джепп. — А потом оставляете полицию в дураках.

***

С утра, быстро перекусив, Пуаро и Шарль отправились к дому Артура Уинсфорда. Его родители, одетые в траур, сидели на диване. Пуаро сел в кресло напротив, а Шарль опустился в соседнее. Его веселому характеру атмосфера траура была не по нутру. — Я ответила на все ваши вопросы в прошлый раз, — сказала наконец миссис Уинсфорд. — Мы мало знаем, что делал наш сын, когда уходил из дома. — А с друзьями своего сына вы знакомы? — С Раулем он общался довольно часто, и еще со Стивеном Парром. Они бывали у нас дома, остальных мы не видели, только слышали о них от Артура, — проговорил отец. — К вам в последнее время часто заходил Гарольд Найтли? — Гарри! — громко воскликнул Шарль. — Он не мог, в тот вечер мы с ним ужинали в Кройдоне. — Шарль, прошу, успокойся. Я его не обвиняю. — Гарольд? — мистер Уинсфорд задумался. — Кажется, это он отправил приглашение для выпускников Кембриджа. — В день смерти ваш сын не говорил, с кем встречался? — Нет. Он не назвал имени, но это был новый знакомый. Артур так и сказал, что он собирается провести время с новым другом и, возможно, заночует у него. — Вот как? — Пуаро задумчиво потер бровь. — Спасибо, вы очень помогли. Как только они сели в такси, чтобы вернуться в Лондон, Пуаро повернулся к Шарлю и спросил: — Ты помнишь имя того мальчика, который покончил с собой в Кембридже? — Нет. Много времени прошло, да мы и не общались. Я его видел-то пару раз: на праздничном ужине в честь первокурсников и тогда, когда мы застали их с Гарри. — Тогда можешь мне устроить встречу с Гарольдом? — Вы все же его подозреваете? — Я не думаю, что он убивает, но я думаю, что он знает того, кто убивает, а может, даже помогает ему. — Хорошо. Когда мы вернемся, я тут же назначу ему встречу. Уже в квартире Шарль позвонил Гарри и предложил встретиться вечером, а Пуаро позвонил инспектору Джеппу и объяснил, что они собираются встретиться с возможным подозреваемым. Вечером Пуаро с Шарлем подъехали к нужному дому на такси одновременно с инспектором. Шарль позвонил в дверной звонок, но им никто не открыл. Тогда неугомонный юноша начал стучать в дверь. Ответом ему была тишина. Шарль еще несколько раз постучал и в сердцах дернул за ручку. Дверь подалась. Она была не заперта. Джепп отодвинул молодого человека в сторону, достал оружие и зашел первым, Пуаро и Шарль поспешили следом. Казалось, что в квартире никого не было, свет везде погашен, стояла тишина, но, как только инспектор Джепп щелкнул выключателем, все увидели лежащее на полу тело. Это был Гарри Найтон. В руке у него было что-то зажато. Пуаро сначала метнулся к телу и, обнаружив, что оно еще теплое, подбежал к окну. Там мелькнул силуэт убегающего человека. Джепп сразу же бросился в погоню, а Шарль испуганно смотрел на своего мертвого друга. Похоже, он действительно никогда еще не сталкивался с убийствами. — Убежал, — доложил вернувшийся Джепп. — С чем мы имеем дело, Пуаро? Преступления на почве ненависти? — Нет, дорогой инспектор, на почве любви. Пуаро обыскал тело, нашел портсигар, дорогой, серебряный, со вставками из драгоценных камней, платок с вышитым вензелем, а на шее Гарри — медальон с фотографией внутри. С фотографии счастливо улыбался совсем молодой, со светлыми кудрями юноша. Вероятно, это и был тот первокурсник, что покончил с собой. Пуаро оценил его красоту, явно светлый, чистый характер и очень пожалел, что эта жизнь оборвалась так рано из-за жестокости людей. После этого он прошел на верхний этаж, чтобы обыскать спальню покойного. Личных вещей оказалось не так много, но все они были дорогие, выдавая этим статус хозяина. На прикроватном столике стояла общая фотография Гарольда и светловолосого юноши. Сыщик аккуратно разобрал фоторамку и вынул фотографию. Как он и предполагал, на обратной стороне были имена: Гарри Найтон и Алекс Брэдфорд. — Что-то выяснили? — настороженно уточнил инспектор. — Все.

***

После обыска они с Джеппом вышли из дома и направились к его машине. Шарля Пуаро уже отправил на такси домой, наказав отдохнуть. Они заехали в квартиру Пуаро, и тот сразу же прошел в кабинет, где стал перебирать какие-то книги и справочники. Спустя несколько минут он радостно вскрикнул, найдя нужную информацию. После чего подошёл стремительным шагом, несвойственным ему в повседневной жизни, подхватил инспектора Джеппа под локоть, чем сильно удивил его, попрощался с Шарлем и практически выбежал из квартиры, таща инспектора за собой. — Мы должны поторопиться, потому что сейчас опасность угрожает Шарлю. У машины Пуаро остановился и пристально уставился на инспектора, явно чего-то ожидая. — Поехали, mon ami. — Куда? — Ну как же? Арестовывать преступника. — Вы уже выяснили, кто он? — Да. — Тогда чего же мы ждем? — Когда вы заведете мотор. Они приехали к очень большому, но запущенному особняку, который выглядел так, будто в нем никто не живет. Но хозяин у дома был и даже жил в этом самом доме. Джепп несколько раз постучал, потому что звонок не работал, но никто им не открыл. Тогда инспектор достал оружие и толкнул дверь, та поддалась и впустила незваных гостей. Несмотря на осень, отопление в доме не работало, и даже в теплом пальто было зябко. Джепп правильно определил, где находилась гостиная, там они и обнаружили хозяина дома. Он сидел во всем черном у камина и завороженно смотрел на огонь. На скрип двери и появление чужих людей он никак не отреагировал. Но затем, через минуту, сказал: — Я знал, что вы придете. — Голос был скрипучий, как будто человек отвык от общения. — Знал, как только стало известно, что великий Пуаро взялся за дело. Мужчине было чуть за тридцать, но из-за ранних морщин и седых прядок в светлых волосах он выглядел старше своих лет. — Я ни в чем не раскаиваюсь, — уточнил хозяин. — Вы убили трех человек и не раскаиваетесь? — вскричал Джепп. — Человек? — хозяин хрипло засмеялся и вскочил с кресла. — Это не люди. Лживые двуличные твари. Они заслужили смерть. Я должен был убить и четвертого, этого Госсенса, но вы, мистер, уже сели мне на хвост. — Я сочувствую тому, что ваш брат погиб, — тихо произнес Пуаро. — Но это были глупые дети. Этому возрасту свойственна жестокость, к сожалению. Тем более не они одни издевались над Александром. — Брат? — уточнил Джепп. — Мистер Брэдфорд, старший брат Александра Брэдфорда, трагически погибшего в восемнадцать лет в Кембридже. Именно тогда там учились наши убитые. — Погиб? — опять хрипло засмеялся мистер Брэдфорд. — Моего брата убили. И никто не понес наказания. Я просто воздал им все, что они заслужили. — А где же вы были, когда над вашим братом издевались? Насколько я знаю, вы учились там же на последнем курсе. Я прав? — Правы, — весь запал ушел, и мистер Брэдфорд провел рукой по лицу. — Сначала я просто не обращал внимания на слухи, был занят учебой. Но потом игнорировать их было уже нельзя. Когда я увидел брата, то не узнал его. Светлый и наивный юноша исчез, вместо него я увидел нервного, затравленного человека. Но я был зол из-за того, что мой младший брат портит мою репутацию, и в сердцах все высказал ему. После чего он спрыгнул с крыши. Вы правы, я тоже виноват. Поэтому наказание должно быть для всех виновных. По лицу Брэдфорда струился пот, сам он был бледен и еле держался на ногах. Обессиленно рухнул в кресло и сказал, кивнув на пустой стакан: — Я вынес себе приговор и привел его в исполнение. — Что вы приняли? — спросил Пуаро, просчитывая, успеет ли приехать врач. — Какая разница, — проговорил Брэдфорд, — вы все равно не сможете мне помочь. Джепп побежал искать констебля, чтобы послать за врачом. Но когда он вернулся, то понял, что помощь врача опоздала. Брэдфорд был уже мертв. — Ну что же, — произнес Пуаро, когда тело Брэдфорда унесли, — дело можно считать закрытым. Преступник покарал себя сам. Джепп кивнул головой, но не мог не проворчать: — Закрыто для вас, Пуаро, а нам, полиции, придется бог весть сколько бумаг и времени истратить на отчеты. Пуаро дотронулся рукой до плеча Джеппа: — Имею честь пригласить вас на обед, который состоится послезавтра в честь дня моего рождения. Надеюсь, это примирит вас с неприятными перспективами. Джепп кивнул и спросил: — А как вы догадались, кто убийца? — Это очень просто, дорогой друг. Сначала я увидел запонку с изображением двух знаков мужского начала. Я прошелся по магазинам с запонками, но не нашел ни одного похожего рисунка. А продавцы отвечали, что такие не продаются. Я понял, что их сделали на заказ. Позже выяснилось, что жертвы — бывшие студенты Кембриджа, да еще и с одного курса. Увидев у Шарля ту же запонку, я решил проследить за ним. Мои подозрения подтвердились: рядом с переулком, где нашли тело Рауля, находится клуб для любителей мужской любви. Там же нашлась и комната, где убивали Рауля. Позже я узнал у Шарля трагическую историю любви их общего сокурсника Гарольда. А после выяснилось, что и саму встречу выпускников организовал Гарольд. Можно было бы предположить, что убивал именно он. Но он был с Шарлем в тот вечер, когда был убит Уинсфорд. Тогда я сделал вывод, что мстил родственник погибшего молодого человека. Единственного кусочка головоломки не хватало, чтобы раскрыть дело, — его имени. Но в доме Гарольда я обнаружил фотографию, где на обратной стороне было написано нужное нам имя. Я вернулся домой и поднял родственные связи семьи Брэдфорд. У Александра остался только старший брат. Дальше вы знаете. Эпилог Джепп позвонил в дверь, и на пороге почти тотчас же возник Пуаро. — Входите, друг мой, — радушно приветствовал он смущенно улыбающегося старшего инспектора. Джепп снял шляпу и прошел в гостиную. В ней блистал крахмальными салфетками и хрустальными фужерами накрытый к обеду стол. Пуаро засуетился: — Рад вас видеть, дорогой Джепп, прошу садиться! Джепп протянул сыщику руку: — Поздравляю, Пуаро! Примите небольшой подарок ко дню рождения! — и вытащил из кармана маленькую коробочку. Пуаро расплылся в радостной улыбке и развернул упаковку. В коробке оказались эмалевые запонки с изящным золотым вензелем «ЭП» на изумрудном фоне. Пуаро радостно воскликнул: — C'est magnifique! Это волшебно! Какие чудесные запонки! Он тут же схватил руку Джеппа и в восхищении стал ее трясти. — У вас великолепный вкус, дорогой старший инспектор! Это самый прекрасный подарок, который я получал с тех пор, как мне в детстве подарили железную дорогу! — Вот и пусть будет напоминанием о нашем деле, — отрывисто произнес Джепп, немного смущенный ярким проявлением эмоций экзальтированного бельгийца. Он надеялся, что его подарок придется тому по душе, но не ожидал такой непосредственной реакции. Джепп давно хотел сделать Пуаро особый подарок, который бы тот мог носить и постоянно вспоминать о самом инспекторе. И в то же время это должен быть такой подарок, который Пуаро, с его взыскательным вкусом, высоко оценит. Джепп долго выбирал предмет, соответствующий этим требованиям, но так и не мог найти, пока они не столкнулись с последним делом. И вот тут Джепп понял, каким должен быть презент. К тому же ему хотелось использовать возможность хотя бы немного намекнуть Пуаро о своем отношении к нему. Надежды на это было немного, потому что, даже поняв его намерения, сыщик мог в лучшем случае остаться равнодушным к ним, а в худшем — отнестись отрицательно. Но бездействовать Джепп больше не мог. Он тщательно готовился к визиту: надел синий парадный костюм, который очень ему шел, повязал подходящий галстук и, благодаря предвкушению встречи, выглядел довольным и даже привлекательным, не напоминая унылого замороченного пса, как обычно на службе. Джепп пока что мог гордиться своими достижениями: подарок несомненно понравился, вид самого инспектора удостоился одобрительного взгляда Пуаро, этого чистюли и франта. Даже если он не догадается о значении подарка, то вечер все равно обещал быть приятным. Пуаро взял со столика округлый бокал со светло-коричневой жидкостью и протянул его инспектору: — Не выпьете ли перед обедом, дорогой Джепп? Они сели в кресла у столика и молча потягивали бренди. Пуаро время от времени бросал на Джеппа испытывающий взгляд, как будто решал сложную задачу. — Ну что, у вашего протеже, я надеюсь, все в порядке? — первым нарушил молчание Джепп, имея в виду, конечно, Шарля. Старший инспектор отнюдь не отличался прекрасными актерскими данными, поэтому не смог скрыть немного саркастический тон. Ответ Пуаро был миролюбив, как будто он ничего не заметил: — Да, вполне, он уже в Антверпене, ему предложили повышение. Кажется, он совсем оправился от мысли, что если бы не мы, то ему суждено было окончить свои дни в Лондоне совсем молодым. Пуаро снова внимательно взглянул на Джеппа, затем потянулся за портсигаром. Он достал свои любимые маленькие русские папиросы, щелкнул зажигалкой и, затянувшись, посмотрел на инспектора, чьи глаза были прикованы к рукам Пуаро, а затем к его губам. Пуаро чуть заметно усмехнулся, а Джепп, спохватившись, отвел взгляд. Они выпили уже по второму бокалу, когда Пуаро всплеснул руками: — Ах, какой же я рассеянный, я хотел примерить ваш подарок! Он встал и подошел к комоду, куда положил коробку, и, достав из нее запонки, снял свои и стал вдевать новые. На левой руке все получилось быстро и ловко, а с правой Пуаро возился какое-то время, пока не попросил Джеппа: — Мon ami, не поможете ли мне? Похоже, два бокала бренди сделали меня неуклюжим. Джепп подошел и, наклонившись, стал вдевать запонку в манжету рубашки. Несмотря на простое действие, руки у него немного подрагивали, но все же он почти сразу справился. И в ту же секунду почувствовал, как к его волосам что-то мягко прикоснулось. Это могли быть только губы Пуаро. Джепп застыл, пытаясь найти хоть какую-то мысль в разом опустевшей голове. Он выпрямился и заметил, как у Пуаро забилась на шее синяя жилка, а потом услышал его вздох. — Je suis fou… Простите меня, мой дорогой, я совсем сошел с ума. Ваши волосы были так близко, я не смог… Мне всегда нравился их цвет… Похож на античное золото. Джепп медленно, как старик, разогнулся и ошарашенно уставился на Пуаро. Он испугался, что все это были галлюцинации его затуманенного алкоголем мозга, но глаза Пуаро смотрели так ласково, а его пальцы так нежно поглаживали запястье Джеппа, что его отпустило оцепенение. Он робко поверил в чудо. Неужели не только его ушибло этими неправильными чувствами? Но слов и смелости не хватало, чтобы сказать что-то в ответ. А Пуаро оказался смелее, он мягко провел рукой по щеке Джеппа. — Вы ведь тоже, да? Надеюсь, вы не будете из ложного стыда отрицать, что?.. Пуаро не договорил. К Джеппу наконец вернулась решительность, и он произнес: — Нет, не буду. Он увидел, как вспыхнули зеленые глаза Пуаро, почувствовал, как тот подался к нему ближе. Джепп не считал себя особо эмоциональным человеком, скорее он был деловит и суховат в проявлении чувств, но сейчас его хладнокровие ухнуло в пропасть. Он не задумываясь наклонился и накрыл губами губы Пуаро. Все оказалось лучше, чем он предполагал в тех редких случаях, когда позволял себе помечтать о несбыточном. Губы Пуаро оказались более чуткими и мягкими, руки более нежными и смелыми. Джепп не заметил, как все сильнее прижимал к себе маленького бельгийца, как, забыв о возрасте и осторожности, целовался жадно и торопливо, будто в молодости. Пуаро тоже забыл о своей обычной сдержанности, он с жаром отвечал Джеппу, перебирал пальцами волосы на его затылке, крепко обхватив инспектора за талию свободной рукой. Оторвавшись от губ Джеппа, он блестящими глазами посмотрел на него и прошептал: — Мon сher… Это смело последние преграды, и старший инспектор немного неуклюже бросился целовать щеки, глаза и губы Пуаро, выдыхая бессвязно: — Милый, драгоценный… Внезапный звонок в дверь заставил обоих довольно жестко вернуться в реальность. Они застыли, надеясь, что произошла ошибка и визитер уйдет. Но повторный звонок лишил их этой иллюзии, и Пуаро торопливо направился к двери. Разочарованный Джепп подошел к столу, налил себе бренди и замер, прислушиваясь к голосам из прихожей и пытаясь понять, насколько сильно отвлекут Пуаро, как вдруг узнал голос Гастингса. Инспектор, конечно, был рад видеть старого приятеля, но только не в этот вечер. Разгоряченный поцелуями, он очень хотел их естественного продолжения, но появление гостя разрушило его планы. Поэтому, когда сияющий Гастингс вошел в комнату, старшему инспектору пришлось призвать на помощь всю силу воли, чтобы его лицо не испугало гостя сердитым и недовольным выражением. — Добрый вечер, старший инспектор! — Гастингс резво поспешил навстречу Джеппу, протянув руку для приветствия. — Очень рад, что вы зашли поздравить нашего дорогого друга с днем рождения! А я, как видите, тоже смог сделать ему сюрприз и приехал из Сассекса. Лицо Пуаро, показавшегося за спиной Гастингса, на секунду выдало его истинное отношение к этому сюрпризу, но он тут же взял себя в руки и приветливая улыбка снова появилась на его губах. Только внимательный наблюдатель смог бы увидеть, что веселье его несколько натянутое и излишне оживленное. Гастингс не относился к таким людям, поэтому не заметил слегка напряженной атмосферы. Он более, чем обычно, напоминал веселого песика и радостно рассказывал о своей поездке. Потом спохватился и спросил Пуаро: — А как вы провели эту неделю? Были какие-нибудь интересные дела? Пуаро и Джепп переглянулись. — Нет, дорогой Гастингс, совершенно ничего любопытного. Какие сложные дела могут быть, когда вас нет? Джепп не выдержал и ухмыльнулся в усы. Пуаро засуетился: — Присаживайтесь к столу, дорогой друг, а я пойду принесу ваш прибор. Гастингс опустился на стул и повернулся к Джеппу с намерением что-то сказать, но тот вскочил и со словами: «Пуаро, я вам помогу» — направился в кухню. Он прикрыл дверь, подошел к Пуаро, и тут решительность покинула его. Кто знает, может, маленький бельгиец уже жалеет, что проявил эмоции. Может, он считает появление Гастингса подходящим случаем сделать вид, что его поведение было последствием чрезмерного возлияния, и забыть этот эпизод. Но, словно отвечая на его мысли, Пуаро развеял все страхи инспектора, мягко обхватив его за шею и притягивая к себе для поцелуя. Теплые губы скользнули по усам Джеппа и прижались к его губам. От острого желания так повело голову, что тот не сдержался и немного грубо прижал к себе Пуаро, забыв, что в соседней комнате их ждет Гастингс. Пуаро отстранился первым, смущенно улыбаясь и показывая на дверь, Джепп, слегка задыхаясь, шагнул назад, в который раз костеря так некстати приехавшего гостя. Руки не хотели отпускать любимого человека, и Джепп медленно провел пальцами по рукаву пиджака Пуаро, пытаясь продлить прикосновение, и остановился на тыльной стороне его ладони. Бельгиец накрыл своей рукой руку Джеппа и невесомо погладил ее. — Я тоже хотел бы остаться с вами наедине! Надо немного потерпеть. Надеюсь, вы будете столь гостеприимны и пригласите меня после обеда домой. Пуаро лукаво улыбнулся, и лицо Джеппа просветлело. — Буду рад! Главное, чтобы этот чертов обед поскорее закончился! — не выдержал он и тут же спохватился: — Простите, Пуаро, я был резок, у вас ведь день рождения. Пуаро махнул рукой: — Честно говоря, мой дорогой, я готов сказать так же. Но не будем портить себе настроение этим маленьким препятствием. Чем больше трудностей, тем приятнее победа! Джепп согласно кивнул и протянул руку за тарелкой, которую достал Пуаро.