мелочи жизни

горячий кофе три в одном приятно грел руки. уже перевалило за полночь, но олег не спал. он сидел и смотрел в тёмное окно своего купе. его соседка, женщина лет пятидесяти, тихо похрапывала со своей полки, что не давало в полной мере насладиться моментом ночного единения и своими переживаниями. переживал олег о предстоящей долгожданной встрече. брат, с которым они не жили вместе почти пять лет, уже завтра с утра будет ждать его на казанском вокзале. с чемоданами и обещанием не натворить глупостей и идти до конца. раньше у них были довольно тёплые отношения. сейчас же олег не был уверен ни в чём. с тех пор, как саша уехал покорять столицу они часто созванивались, виделись на семейных праздниках, и младший даже жил у саши какое-то время в далёком 2013-м. но годы олегового подросткового возраста прошли, как прошли и десятки семейных встреч, на которых он уже был один. десятки разговоров с матерью о будущем, на которых уже некому было его поддержать. и те редкие единицы ночных истерик в подушку, никем не замеченые, отчего болевшие ещё сильнее. сейчас олег вырос, раздался в плечах, отпустил волосы в глупой надежде на привлекательность и сашин отъезд больше не колол в его сердце так сильно. тем более теперь, когда завтрашний день уже фактически стал сегодняшним и до столь желанных объятий оставалось всего несколько часов. часов, которые всё никак не заканчивались, заставляя олега ещё упорней тонуть в самокопании и воспоминаниях прошлых лет. как назло, его детская обида решила дать знать о себе именно сейчас. и олег раз за разом прокручивал в голове сценарии, где он, при встрече, выговаривает саше всё, что накопилось у него за эти годы одиночества и неприятия. всё, после чего их отношения, вероятно, разрушатся навсегда. может, и хорошо, что у него есть время подумать. пока сон съедала тревога, олег съедал заусенец на указательном пальце и репетировал наиболее благоприятную эмоцию для первого впечатления о себе. хотелось быть одновременно снисходительным и загадочным, да только саша наверняка лишь рассмеётся на такое поведение. они ещё не обсуждали, какой образ выберут для младшего на шоу, но в жизни, олег знал, он всё ещё остаётся неискушённым (во всех смыслах) цветком, которому сложно перебороть внутреннюю скромность. а оттого иначе как неловко стоящим и зажимающимся у перрона, он себя не представлял. сходил за новой порцией кофе. проводница, явно разбуженная, недовольно смотрела на него, пока заваривала напиток. вернулся в купе к своим самокопаниям и хропящей соседке. спать, до сих пор, не хотелось. олег открыл пинтерест и начал листать рекомендации, в которых саша поселился давно и уверенно. вообще все последние годы олега прошли в наблюдении за старшим братом с телеэкрана. быть ним или быть с ним? детское восхищение и искренняя вера со временем переросли в одержимость чужим образом. чутка нездоровую и явно нежелательную, но ничего поделать с собой олег не мог. следующий час пролетел в бездумном листании инстаграма, ещё несколькими часами позже олегова корзина на вайлдбериз оказалась под завязку забита разными амулетами, кольцами и разноцветными футболками с черепушками и розами (любовь к ярким принтам видимо передалась ему по наследству). в итоге заснуть ему так и не удалось. *** утро встречало олега красными глазами и затёкшей спиной. пока все суетились перед остановкой прошедшая ночь без сна надавила на него каменной усталостью. в итоге на перрон он буквально вываливается, еле собирая в кучу чемодан, ноги и мысли. огляделся вокруг в поисках знакомой физиономии, но саши нигде не было видно. олег уже было потянулся к мобильнику, но, наконец, немного протиснувшись сквозь толпу, наткнулся на взгляд льдистых глаз. брат стоял возле ларька с газетами и приветственно махал рукой. его волосы внезапно оказались выкрашены в темный цвет, а одежда больше напоминала некий образ готического вампира, что впрочем не удивительно, учитывая его клыки. подходя ближе саша улыбнулся ему своими винирами так ослепительно солнечно, что захотелось замереть в этом моменте встречи. боже, как же олег скучал. объятия выходят по мужски крепкими. они не виделись больше года и отстранившись саша с явным любопытством рассматривает его отросшие волосы и заострившиеся скулы. он даже взял его лицо в ладони и покрутил из стороны в сторону. — олежа, каким же ты вырос красивым. — саша смотрел ему прямо в глаза и олег поплыл от нахлынувшей ностальгии по времени, когда брат уверял что все невесты в классе точно будут у младшенького, ведь он вырастет настоящим принцем. в итоге он без боя отдал брату чемодан и позволил взять себя под руку, провожаемый до такси. в машине он стойко отвечал на все вопросы о дороге в поезде, пока они ехали сквозь стремительно таявшую весеннюю грязь столицы. олегу было уютно. он безумно скучал и сейчас ему даже не верилось, что они снова вместе, рядом, на расстоянии вытянутой руки. олегу очень хотелось эту самую руку протянуть и зарыться пальцами в родные волосы, снова обнять покрепче. но все условности уже были соблюдены, так что он просто с улыбкой наблюдал за мимикой старшего брата заново её запоминая. но дома олег всё же не выдержал и, как только за ними закрылась дверь, навалился на сашу сзади окольцовывая его предплечья и крепко прижимая к себе. всё-таки в семейных узах были свои неоспоримые плюсы. брат завёл руку за спину гладя олега по макушке. — ты так сильно рад меня видеть? — смеётся саша. олег бы с удовольствием продемонстрировал — насколько сильно рад его видеть, но это наврядли вызовет ответное радушие, так что он слегка отодвигает таз и взамен этому наклоняет голову и ведёт носом по сашиной шее вдыхая тёрпкий одеколон. вот что что, а пах саша охуенно. — ладно, кончай уже и иди мой руки. олег бы с удовольствием сделал и это, но саша, снова таки, не поймёт. так что олег разжимает объятия, раззувается и послушно идёт в ванну. благо он всё ещё помнит где здесь что находится. в ванной олег немного зависает, не без улыбки отмечая обилие уходовых средств и с интересом разглядывая разноцветные флакончики. заканчивая мыть руки и проходя на кухню, у него на языке вертятся пару смешных подколов, которые тут же испаряются, стоит ему заметить сашу в простой футболке. домашняя одежда делала его на пару лет моложе и олег будто снова вернулся в свои пятнадцать. тогда он тоже жил здесь какое-то время, но в квартире они были не одни. сейчас всё наверное будет совсем по другому. по крайней мере, олег на это очень надеялся. *** в первую ночь на старом-новом месте он долго ворочался пытаясь заснуть. даром, что прошлая ночь прошла в пустую. в голову лезла куча мыслей, олег раз за разом прокручивал все яркие впечатления за день, анализируя и сравнивая старого сашу с тем новым впечатляющим незнакомцем, которого он встретил на вокзале. благо отношение брата к нему осталось прежним. это он понял выслушивая тираду о том, куда ему засунут его разбросанные вещи, если таковые в гостиной появятся. они также успели обсудить временное трудоустройство олега в сашин сувенирный магазин и единственное, о чём они ни словом не обмолвились — это участие олега в следующей битве. самому олегу хотелось верить, что саша просто решил перенести самое главное на следующий день и свежую голову. с такими мыслями он наконец провалился в тревожный поверхностный сон. *** первые недели притирки друг к другу пролетели совсем незаметно. в конце концов, к хорошему привыкаешь очень быстро, а жить с сашей было даже слишком хорошо. брат в отличие от родителей был очагом вседозволенности и олег снова чувствовал себя нескладным подростком, которому вдруг разрешили не спать до часу ночи и есть всё, что душе угодно. никто после семнадцати ему это и не запрещал, но чувство всё равно было восхитительным. в магазине он пока успел побывать лишь единожды во время чего-то вроде экскурсии по центру, закончившейся в нескольких барах китай-города. но зарплату с барского плеча ему уже начали отстёгивать. и единственное, о чём олег беспокоился, это то, что они до сих пор не обсудили планы на скорое будущее. когда олег пытался расспросить брата о любых нюансах участия в битве экстрасенсов, тот либо отшучивался либо умело переводил тему. это нервировало олега до невозможности и в один из очередных вечеров культурного просвещения, когда они уже вернулись домой и стояли в прихожей пытаясь непослушными от алкоголя руками расшнуровать обувь, олег посчитал себя достаточно смелым для того чтобы зажать сашу в углу, обнимая, навалившись на него всем телом. — саша, я хочу с тобой серьёзно поговорить. по вмиг остекленевшим и расширившимся сашиным глазам олег понял, что его наконец слушают, хоть и почему-то немного напуганно. — ты же знаешь, что я тебя очень люблю. — слова сорвались с языка абсолютно естественно так, как были чистой правдой, а саша в ответ на это явственно сглотнул. — и мне хочется верить что ты любишь меня в ответ. — олегу и правда очень хотелось… — люблю. — ответное слово вылетело не менее легко ведь так же являлось правдой. саша поднял руку и приложил её к олеговой щеке, которой тот, не упуская шанса, сразу потёрся о предложенную ладонь. — а раз у нас с тобой всё взаимно — боже что он нёс — то, пожалуйста, научи меня… — олег уже и сам не был уверен, чему саша должен его научить. — чему я могу тебя научить? — саша сам тут же уточняет, облизывая пересохшие губы и олег невольно прослеживает это движение, рассосредотачиваясь. — научи меня… быть экстрасенсом. — олег окончательно завалился на сашу прижимая того к зеркалу на стене и почти шепча последние слова ему на ухо. — ты же обещал. — олег помнит, что саша обещал не только это и обещания своего он так и не сдержал. — олег, я не думаю, что сейчас подходящее время чтобы начать уроки актёрского мастерства. — по голосу слышно как саша усмехается. — а когда будет подходящее время? когда ты снова решишь уехать куда нибудь к чёрту на куличики. — обиду в голосе замаскировать нереально. олег так долго думал, что смирился и пережил, но сейчас, находясь в непосредственной близости от человека, который заварил всю эту кашу в его голове, все старые обиды вдруг напоминают о себе с новой силой. — олег, … — саше не хочется думать куда их может завести этот разговор. — знаешь, — доверительно перебил его олег. — я обычно всегда целуюсь с кем-то когда выпью. олег сам не знал, зачем он это сейчас брякнул. в обычной жизни он бы ни за что не признался саше, никогда бы не дал понять, что происходит, но почти литр разных фруктовых настоек и ликёра развязали его язык настолько, что теперь у него своё мнение на этот счёт. — теперь знаю, спасибо, что сообщил. — сашин голос в его левое ухо отдавал еле заметной грустью. олег поднял голову с сашиного плеча устанавливая зрительный контакт и сделал единственное логичное для его мозга в этой ситуации. закрывая глаза, крепко впечатался сомкнутыми губами в чужой рот.