Требую реванш!

— Чёрт! Не такой он видите ли! — ругается Попов, заходя в подъезд. Из-за таких скромных мальчиков, как например сегодняшний, ему приходится идти домой в ужасно сильном возбуждении. Хорошо, что живёт он на первом этаже, и лестницы его не пугают своими ступеньками. Когда он оказался в квартире, сразу услышал какой-то шум. Но у него нет питомцев, что могли греметь в квартире чем-либо. На звук идти как-то стрёмно, он решил спрятаться за шкафом, подловить гостя. Как и предполагал Арсений, незванный посетителей пришёл к двери, там то он на него и набросился! Вор не успевает открыть дверь, его настигает хозяин и вжимает в дверь, хватая руки. — Попался! — адреналин туманит разум. Может парень вооружён? Но уже поздно, Попов вступил в этот бой. — Я ничего не украл! — кричит парень. Он не сопротивляется, не пытается оттолкнуть голубоглазого. — Просто так залез в квартиру? — Это всё выглядит не так! — А как? Ты в моей квартире, пойманный, — Арсений прижимается ближе. Его дыхание обжигает кожу нарушителя. Арсений уже придумал наказание для парня. — Не трогай меня! Я не забрал ничего! Проверь всю квартиру… — просит возможный вор. — Я лучше проверю кое-что другое, — он сжал ягодицу, перехватывая две руки в одну свою, поднимая над головой. Вор всхлипнул, такого поворота он не ожидал. Хозяин квартиры не послушает его. — Это конечно не мои методы, но ты оказался не в том месте и не в то время. Я обычно долго ухаживаю, балую подарками, никого даже на первом свидании не целовал, — но сейчас мужчина мацает его попку, проверяя, кого он поймал в сексуальный плен. Пойманный парень ему очень нравится. — Я не вор, и не гей. Я тебе не нужен! — он хочет увильнуть от чужих пальцев, но те каждый раз находят его мякоть и лапают. Попка отличная, возбуждение затуманивает разум. — Ещё как нужен после двухчасового поцелуя. НужЁн мне, — его стояк подтверждает слова. Ком в горле не даёт младшему дышать. Арсений сегодня нализался и натерся сполна, а вот как дела серьёзнее намечались, так пассив засобирался срочно домой, причём без Арса. — Отпустите! — прерывает писклявый голос воспоминания о неудачном свидании. Сколько можно ходить вокруг да около, не давать столько? — Зовут тебя как? — спрашивает голубоглазый. Не может он в трусы лезть, не зная имени. — Антон… — Я Арсений, — после знакомства рука Арса пролезает между телом и дверью, расстегивая ширинку молодого вора. Антон хочет уйти от руки, отодвигается назад, но сзади сильная грудь и колом стоящий член. Попов улыбается, ему так даже нравится, а вот Антон сейчас заплачет, когда одна рука снимает с него джинсы, хватает за член. — Меня пацаны заставили, я не сам. Говорят, вон форточка открыта, ссышь залезть? — пытается оправдаться шатен. — Я, конечно, люблю разговоры во время секса, но ближе к теме давай. Расскажи, что нравится? — прерывает оправдания старший. Ему их хватило, когда в самый важный момент любовники соскакивали с крючка. — Нравится, когда спрашивают мое разрешение. И не насилуют! — Хитрый мальчик, а мне полюбились те, кто ломаются, а потом слезть с меня не могут, — всё это время Антон дрожал от страха, а Попов дрочил ему, представляя, как тот сопротивляется. Но все его сопротивление оказываются бесполезными, секс у них всё равно будет. Парень хочет выждать момент, сбежать от насильника, поэтому пока что бездействует. Его джинсы упали на пол, руки крепко прижаты сверху. Арс скоро от возбуждения потеряет бдительность, тогда Шаст и оттолкнет его от себя, сбежит. — Зачем Вы меня раздеваете? — без одежды он чувствует себя незащищённым, ему плохо. — А ты знаешь способы трахаться через одежду? — в ответ тишина. Рядом выключатель, Попов врубает свет. — Покажи личико, — мужчина его разворачивает к себе, смотрит на юношу, не выпуская из своих рук. Джинсы, упавшие вниз, образно связывают ноги. Кисти рук уже достаточно болят из-за Арса. Его тело продолжает вжимать в дверь, а глаза жадно изучают пассива. — Симпатичный, мне повезло такого сладкого урвать. — Я не сладкий! — Антон хочет вырваться, понимая, что Арсений не шутит. Его кисти лишь сильнее прислоняются к двери. Свободная рука лезет сзади в трусы, сразу между ягодиц. Как бы младший не хотел сжаться, у него не получалось. Сильнейший мужчина смог вставить в него пальцы, несмотря на мольбы. Дырочка без смазки плохо растягивалась вокруг пальцев, а парень начал плакать от жжения сзади и осознания, что убежать не изнасилованным не получится. — Такому симпотяжке могу предложить щадящий режим со смазкой и игрушкой, — он вытащил пальцы, зная, что Антон согласится. Да, сначала повыебывается, что он не хочет, но когда пальцы грубо войдут полностью вновь, надрывая нежное место, начнет молить выебать его со смазкой и в теплой кроватке, а не на полу около двери в прихожей, как планировал Арс. Попов потащил парня в спальню. Младший уже знаком с этой комнатой. Арсений держал его руки, немного толкал, чтобы тот передвигал ноги, на которых снизу свалившиеся джинсы, быстрее. Брюнет толкнул его на кровать, сдёрнул мешающие спущенные джинсы с парня. Арс достал ремень. Неужели он будет пороть юного преступника? Антон испугался. Спинка кровати позволяла привязывать. Собственный ремень послужил вместо веревки. В какой-то мере Шаст даже обрадовался. Опять руки младшего тесно связаны, задраны вверх. Арсу повезло, что на жертве сейчас флисовая рубашка. Он легко расстёгивает пуговицы, по одной, медленно, издеваясь над психикой парня. Голубоглазый уселся, удерживая его ноги. Пытаться сбежать уже не стоит. Лампа на прикроватной тумбочке освещала происходящее. Теперь они могут разглядеть друг друга нормально. Антон видел мужчину, понимал, что он сильнее его. Он взрослый, спортивный, ухаживающий за собой. Свою рубашку он тоже снимает, сидя сверху. Шастун смотрит, как оголяется его тело, с какой грацией он раздевается. Это немного завораживает, отвлекая от мысли, что он здесь не по своей воле. Отрезвляет его сознание звон пряжки ремня, Антон невольно дёргает руками, сжимается, почти не дышит, когда брюнет наклоняется к его лицу. — Только не кусайся, — говорит в сантиметре от губ и целует. Хоть он этим и занимался два часа сегодня, без этого процесс не представляется. Антон хочет отвернуться, но руки обхватывают лицо быстрее. Попов не садист, измываться над юношей не будет. Ему особенно приятно, когда партнёр доволен. Шаст плотно стискивает губы, не пропускает чужой язык. Брюнет настоял, приложил усилия, чтобы поцелуй сделать французским. Сразу чувствуется вино, которое он пил в ресторане. Только сейчас парень начинает ощущать запах одеколона, явно дорогой и элитный, приятный и пьянящий, как и алкогольный напиток. — Мне пятнадцать! — находит уловку Антон. Ему уже гораздо больше на самом деле. — С каких пор пятнадцатилетние мальчики курят и открыто носят с собой сиги? — такая нелепая ложь веселит его. Арс знает, что подростки сейчас парят и дудят, а этот молодой человек придерживается классики. Явно он соврал о возрасте. Пачку брюнет прощупал в кармане джинс, когда раздевал в прихожей. Да и Антон немного пахнет табаком, явно курит с капсулой, потому что чувствуется какой-то ягодный шлейф. Хозяин квартиры хочет расслабить его, целует грудь, открывая рубашку. Потихоньку он сползает ниже, целуя уже живот, тянет боксеры. Он помнит о своём обещании, срывает трусы с парня, но не смотрит, чтобы не смутить взглядом. Его размеры он узнал ещё в коридоре, даже смотреть не надо, чтобы убедиться. Ему нужно взять всё необходимое, чтобы прошло всё мягко, без боли и рыданий. Пока он встаёт, заодно и снимает с себя нижние элементы одежды. Антону страшно смотреть. Шастун привыкает лежать голым, но ему всё равно хочется закрыться. Даже клетчатая рубашка нараспашку ничем не сможет ему помочь. Арсений достает смазку и пробку. Даже страшно представить, где она побывала до. Младший мельком смотрит на готового мужчину, выбритого во всех местах. Ну да, он же готовился к свиданию с продолжением. — Будь послушным, прошу, — мягко говорит Арс. Он раздвигает ноги парня, сопротивления толком не замечает. Можно спокойно работать, наливать лубрикант и готовить. Со смазкой пальцы зашли легко, было даже приятно. Мужчина трахал пальцами и лизал соски, пока у Шаста не встал окончательно. Было приятно дрочить член, возбуждённый и немного намокший. Физиология брала своё. Одиночество тоже. — Я сам не могу найти отношений, как и ты. Прекрасно понимаю, какого это, когда долго в поисках, а рядом никого, — признается младший. Это просто голодуха, а не мастерство актива так возбуждает. Попов хочет его поцеловать и вставить пробку. Антон с некой жадностью отвечает на поцелуй. Он искал секс, желание сбылось немного не так, но всё равно исполнилось, пусть и его руки крепко связаны. Арсений не похож на безумного маньяка, он просто по весеннему голодный мужчина, уставший проходить свидания, которые ни к чему не приводят. — Хорошо целуешься, — хвалит Арсений. Ему нравятся эти поцелуи, зная, что продолжение у них есть. Парень уже получает анальную пробку, немного стонет, когда она входит полностью и давит. Попов продолжает лапать парня, а тот отзывается на его действия. Антон всячески хочет получить больше, подставляет себя под руки, выгибаясь. Что поделать, если уже связан и раздет? Смириться и принимать как плюс. От пальцев старшего грудь стала чувствительней, теперь когда он не крутит соски, очень этого хочется. Ещё пару минут он щипал его грудь, грубо дрочил и кусал его тело. Настолько он был голоден до тела юноши. Мужчина решил воспользоваться беспомощностью парня. Ему лет сто никто не делал минет, а он так это любит. Развязывать парня он не собирается, просто упирается коленями по обе стороны от груди. Антон понимает, с какой целью так сел Арсений, невольно облизнулся, сводя с ума своим язычком. Попов поднял его голову, придерживая шею, рукой направил член сразу в рот и протолкнулся глубже. Антон сомкнул губы вокруг и покорно принимал движения. Слюны было много. Когда он вытаскивал, нити слюны тянулись от губ к члену. Арсений водил головкой по губам, надавливал на высунутый Антоном язык. Арс кайфовал, когда вставлял полностью, а младшего это не смущало. Шаст втягивал щеки, сам насаживался, причмокивал, когда актив давал ему поработать с головкой. Попов чувствовал эту узкую глотку, хотел трахать её каждый вечер. Вот бы этот ротик был всегда доступен ему. Он бы приходил с работы, до ужина парень бы стоял на коленях перед ним, а после ужина тоже на коленях, только раком в кровати. Потом брюнет вспоминал мягкую попку, эти раскрасневшиеся сосочки от лёгких манипуляций. Он вспоминал эти ножки, раздвигающиеся для него. Этот парень его очаровывал, сам насаживался ртом на член, без пауз на воздух и отдых. Милое лицо, ловкий язык и такие сладкие стоны… Попов крепко схватил его волосы, вставил максимально глубоко и кончил… Только когда он отошёл от оргазма понял, что кончил так быстро. Шастун проглотил его сперму, улыбался влажными губами, ожидая продолжения, но для этого продолжения нужен минимум час. Вот так устроен организм Арсения. Он знает, что так сразу не встанет, хоть дрочи, хоть порно смотри. Ему становится стыдно. — Ты так хорош… — он не находит слов. Попов развязывает ремень, руки парня свободны, но он уходить не хочет. — Стыд… Связал тебя, а сам кончил через пять минут… — он не хочет встречаться с ним глазами. — Я могу насосать новый стояк, хочешь? — спрашивает Антон. Он тянется руками к опавшему члену, но Попов останавливает его. У Арса нет настроения. — Или буду работать рукой, она же у меня свободна? — предлагает Шаст новый вариант, но и от него старший отказывается. Он бегом одевается, находит одежду парня и просит его уйти. — Чёрт! Скорострел попался! — ругается Антон, идя домой. Он возбуждён. Во рту ещё вкус Арса, чувство незаконченности. Ну почти же получилось найти мужчину!

***

Арсений страдал от стыда, но отговорки себе не находил. Голодный скорострел, что с него взять. Особенно когда такой хорошенький парень попался. Ну грех не кончить в его горячий ротик. А хотя можно было его повертеть на кровати, уложить на живот и проникнуть полностью. Можно было его заставить умолять трахнуть, хотя парень и сам бы начал просить. Он так не хотел уходить, даже жалко его. Можно было хорошенько наказать нарушителя, чтоб до дрожи и до оргазмов, чтоб сидеть не мог, тем более не смог бы лазить по окнам. Но наказать не получилось. Сутки Попов изводил себя, потом лег спать. Отопление в доме ещё работает, от жары не спасает даже сон в трусах под лёгким одеялом. Арсению снился приятный сон. Откуда ни возьмись появился Антон, причём сразу в кровати и без одежды. Он стянул лёгкое одеяло, начал приставать, трогая тело. Руки в этот раз свободны, он может себя не сдерживать. — Что ты здесь делаешь? — не понимает голубоглазый. — Требую реванш, — уверенно отвечает Шастун, наглаживая член через трусы. Он откликается на поглаживания. — Даже во сне снится мой позор! Ужас… — сон постепенно превращался в кошмар. — В твоём сне я могу делать так? — Антон достал член из трусов и сразу в рот, глядя снизу на мужчину. Теперь он сам управлял процессом, целуя и облизывая венки, обводя кончиком языка головку. Арсений завыл. Но Шастун не продолжил. Он уже был голым и готовым, оседлал мужчину. Попов потянулся поцеловать, поднимаясь с постели. Руками схватил талию, жадно впился в губы, потом в шею. Руки обводили талию, переходили на бёдра, ягодицы. Парень не сидел ровно, каждый раз задевал член, провоцируя его. Неугомонную попку хотелось шлёпнуть. Во сне можно всё, а стон вышел как настоящий. Громкий и эмоциональный. Обе руки схватили ягодицы, начали мять со всей силы, до синяков. Парень стонал, ласкал себя, всем телом показывал своё желание. Времени мало, он может в любой момент проснуться. Нужно сразу переходить к делу, трахать парня, пока сновидение не испарилось, только проверить готовность парня пальцами. Арсений хочет найти его дырочку, лезет пальцами между ягодиц, а там кристалл от пробки. Он слегка его тянет, потом обратно засовывает в юношу. — Я требую не только реванш, но и вытащить из меня пробку и трахнуть! Она во мне уже сутки, я готов к тебе, оседлать твой член. Обещаю, не смогу с него слезть, он мне так нравится, — Арсений понимает, что это не сон. — Я точно не сплю? — уточнил Попов. — Нет, не спишь, — в подтверждение Антон его укусил в плечо. Лёгкая боль от острых зубов даёт полное пробуждение. Шатен кусает и его шею, жмется ближе к мужчине. — Как ты здесь оказался? — Как и вчера, через окно. Вот только с пробкой лезть в форточку такое себе… Может, достанешь её? А после выебешь нарушителя? — такие разговоры возбуждают Арса. Он тянет то, что вчера вставлял в парня. Шаст стонет от облегчения, но тут же ищет член мужчины. Дырку нужно заполнить. Попов сам войдёт в него, направит головку и вставит полностью. Парень стонет. Непонятно, почему он ломался вчера, а сегодня вернулся, чтобы оказаться на хуе. Арсений пока об этом не думает. Антон двигается сам, повалив Арса на спину. Он упёрся в его плечи, двигается вперёд и назад, пока Попов сжимает его бёдра. Он боится кончить на первых минутах от такого потрясающего наездника. Парень узкий, влажный внутри, такой приятный и красивый, сейчас нельзя думать о всех его достоинствах, чтобы не было раннего выстрела. Шаст сладко стонет, трахает себя в любимом темпе, закатывая глаза так часто. Арс подставил свою руку под его член, каждый раз младший толкался в кулак и насаживался задом при движении. Антон часто наклонялся для поцелуев, и чтобы Арс ущипнул его соски. Они соскучились за пальцами Арса. Шаст раньше не знал, что это может доставить ему удовольствие. И что ему нравится боль от связанных рук, наглые мацанья сзади он тоже не знал. Открытие для него и в том, что он возбуждается, когда его быстро волокут против воли в кровать, чтобы изменить эту волю. И его воля меняется, когда он привязан к кровати, Антон правда хочет быть подчинённым таким мужчиной. После поцелуев он немного увеличивал темп, больше поднимался и опускался, чем двигался вперёд и назад. По такой траектории член чаще задевал простату, Антон громче стонал и чаще сжимал дырочку. — Арс… Арс… — слишком часто срывалось имя с его розовых губ. Попов никогда такого не слышал, а теперь хотел постоянно слышать своё имя в его исполнении, вперемешку со стонами. Он и сам стонал, шептал его имя, стискивая его тело в своих руках. Попов скулил от этой узости, в такие моменты он не мог пошевелиться внутри, хотел кончить, но Шаст не позволял, продолжая медленные движения. Шатен снова возвращался к круговым движениям бедрами, возбуждая грациозными движениями. Арс не мог ждать. Он снова поднялся, схватил задницу руками и стал быстро поднимать и опускать любовника, трахая дополнительно снизу. Антон не мог прервать это, послушно прыгал на хуе и кричал, потому что это довольно грубо для него. Особенно больно было от пальцев, вцепившиеся в плоть. Но боль превращалась в наслаждение, а член крепко стоял, сочился от желания. Шаст подрачивал себе, привык к ритму, в котором его дерет актив. Арсений раздвигал руками ягодицы, каждый раз вдалбливался глубже, пока Антон не кончил ему на грудь, не задрожал от оргазма. Мужчина его обнимает и целует, мягко гладит его прямую спинку. От пальцев на позвоночнике появляются дополнительные мурашки, которые и так не покидали парня во время всего процесса. Попов не кончил. Он справился. Он еле держался, чтобы реванш был приятен для пассива. Шаст попытался встать с мужчины, но дрожащие ноги не смогли его поднять, он так и остался на члене, ощущая, как тот пульсирует и хочет излиться внутрь. — Вставай, — младший помотал головой в разные стороны, поцеловал мужчину, оставаясь на стволе. Арс перевернулся вместе с парнем. Теперь Антон лежал на кровати спиной, прижимая к груди согнутые ноги. Попову даже не нужно было входить повторно, чтобы начать трахать. Он упёрся о спинку кровати, к которой вчера привязывал парня, начал двигаться. Грубые толчки находили новые стоны парня, Антон не знал, как он будет завтра ходить после такого. Попов трахал без перерывов, разрабатывал его попку по полной. Ещё он издевался над сосками, продолжая их щипать раз за разом, наблюдая, как парень кусает губы, чтобы не вскрикивать. Больше Арсений не упирался о кровать, вместо этого навалился сверху на парня. Он обнимал его плечи, тянул за них ближе к себе, чтобы дальше вставить. Он же знает, что может быть глубже в нём. Член у него длинный, приятный Антону. Каждый толчок был попыткой достичь новых глубин и новых громких стонов. Медленные, но глубокие движения, разжигали иной огонь в парне. Он опять хотел кончить, его сердце билось ужасно быстро. Арсений сбавил темп, но не встал с парня. Он начал целовать его шею, проникая короткими движениями, которых явно мало сейчас, после глубоких. Поцелуи шеи всегда вызывали в нём мурашки, хотелось мурлыкать, когда свои поцелуи мужчина зализывал. Антон подметил, что брюнет его нюхает, зарываясь носом в ямку ключицы, в шею. Шаст отпустил свои ноги, руками проник в волосы, прижал Арса к своей шее ближе, чтобы тот ещё целовал. Зеленоглазый явно испортил его причёску, растрепав пальцами. Он залипал, когда старший откидывал волосы назад, а укладка мужчины после свидания была вообще огонь. Он бы точно возбудился, если бы увидел, как он после душа, в одном полотенце, укладывает влажные волосы. Брюнет дал парню пососать палец, чтобы тот напомнил о своём чудесном ротике. Антон естественно представлял орган, обхватывая губами. Он немного стонал, пытался сам двигаться, чтобы головка хотя бы раз надавила на простату. Попов не мог оставить юношу без второго оргазма. Вернув тот самый ритм, от которого звёздочки в глазах, он делал последние движения, наблюдая, как парня медленно накрывает удовольствие. Он проскулил, обнял Арса ногами и руками, прижимая к себе. Попов продолжал трахать, держа Антоновы бедра руками. Шаст сжимается вокруг члена, стонет. Ему нужен один грубый толчок, и он готов. Арсений грубо входит до предела, сам не может сдержаться и кончает, чувствуя, как парень под ним тоже получает оргазм. Расставаться не хочется. Шастун ждёт, что ему дадут салфетку, а потом попросят уйти. Арсений вытирает его живот, целует, благодарит. Поднимает с пола что-то, младший уже думает его одежду, но нет. Это лёгкое одеяло, которым он сейчас их укроет. — Сколько времени, я уже наверное пойду, — он тянется к своему телефону, оставленному на тумбочке заранее. — Нисколько, — брюнет не даёт посмотреть на экран. Возвращает парня в кровать и держит объятиями. Он гладит его ручки, целует, так не хочет отпускать. Почти засыпая, они слышат стук в дверь. Сначала игнорируют, но потом кто-то стучит повторно. Арсению лень вставать, искать халат, но он это всё-таки делает. Третий раз стук. Открывать надо, раз кто-то настойчивый. — Кто? — серьёзно спросил Арс, завязывая найденный халат. — Полиция, откройте! — приходится открыть. — Извините за беспокойство, соседи позвонили и сообщили, что в Вашу квартиру кто-то залез через окно. У Вас всё в порядке? — Ничего такого. Все в полном порядке. Может, кошки прыгают? Это они любят по козырьку подъезда, потом ко мне на окно, к соседям на первом этаже, — предполагает Попов с серьезным лицом, вспоминая, какая ласковая кошечка у него в кровати. — Но соседи описывали парня, худой, высокий, шатен приблизительно, — настаивает сотрудник полиции. — Такого точно не видел. А ночью может что угодно померещиться, — защищает до последнего хозяин квартиры. — Хорошо, мы просто должны были приехать на такой вызов. Ещё раз извините. — Ничего страшного, доброй ночи, — он закрывает двери и возвращается в спальню. Он так боится, что за это время Антон сбежал. По этой причине он и не ушёл в душ, не предложил даже парню воды после такой жаркой ночи. Страхи оказались напрасными, парень спит, накрывшись одеялом. Немного не дождался Арса. Утром он расскажет ему, кто приходил, угостит завтраком, а сейчас крепко обнимет любовника, чтобы тот точно не сбежал.

***

— Главное, чтобы твои соседи не вызвали их снова, потому что кто-то стонет, как будто насилуют и убивают, — смеётся Антон, зная об их совместных предпочтениях грубости в постели. Уже и Арс узнал, как громко может Антон себя вести. Мурашки пробежались от воспоминаний. — Это точно, — он целует его. — Или облаву на педиков не устроили, — смеётся Арс, обнимая нарушителя закона. — Я все никак не могу понять, почему нет решетки на окнах? Первый этаж. Мало ли какие извращенцы могут залезть. — Ага, залезут, а потом стонут «Арс… Арс…» — пародирует младшего. Антон краснеет, вспоминая, как он ночью был наездником, — А вообще, я недавно переехал. Скоро буду устанавливать, чтобы ты не сбежал. — Ты хочешь, чтобы я остался? — Хочу, я очень боюсь, что ты уйдешь. Боюсь обидеть и разочаровать, — признается Арс. Он поцеловал его так нежно, обнял крепко. — Тогда я тоже признаюсь. Я специально к тебе залез в окно. Неделю смотрел за тобой, ты мне понравился. На улице увидел, да и проследил. Прости, — парень не знает реакцию, но Попов реагирует положительно. Антон первый такой смелый молодой человек. — Теперь я точно поставлю решетки, — он снова его поцеловал. В его мыслях был план о будущем сексе на подоконнике, но не сегодня и не днём, чтобы никто не смог разглядеть его счастья, которое умеет залезать в окна и в кровать. Ну и без сомнений проникать в самое сердце.