Mr. Yeager

— Я сказал тебе сменить охранную систему, — Зик открывает ноутбук, и Эрен садится справа от него вместе с Леви, а с другой стороны — офицер полиции. — Все произошло гораздо раньше. И да, прости, что копался в вашем грязном белье, но я все не могу отпустить эту ситуацию, — Зик находит дату. Они смотрят, как Мередит моет пол, а затем исчезает на кухне. Она режет овощи и мясо, бросает их на сковородку, и Леви понимает, что это день его похищения. Они все смотрят, как Мередит выключает мясо и уходит в гардеробную, разбирая их вещи для стирки. Она уносит белые рубашки в постирочную, когда они слышат звук открытия двери. Конечно, на ней платок, очки и перчатки. Но Леви тратит лишь пару секунд, чтобы узнать ее, а с губ Эрена соскальзывает ее имя. — Микаса? — Звук его голоса тусклый и безжизненный. — Я до последнего не хотел говорить, что она к вам приходила вот так, думал, она хотела увидеться с тобой или вроде того, но… — Зик выдыхает, открывая следующую запись. Микаса заходит в гардеробную и прячется за вещами, пока Мередит одевается и уходит за продуктами. А затем… Она достает из кармана пакеты для мусора, заталкивая туда все вещи Леви. И Эрен не выдерживает. Он встает, просто потому что этой ярости, этой ненависти нужно найти выход, но она растекается по телу, сжигая все живое на своем пути. — И почему ты говоришь об этом только сейчас? — Эрен говорит тихо. Слишком тихо для того, кто понимает, что дважды облажался. Кто понимает, что его обманули, как слепого котенка. — Потому что взломать твою систему охраны, когда ты удалил меня из доступа, заняло время, — Зик кривит тон, и Эрен думает о том, чтобы разбить ему лицо снова. — Эрен, — и он замечает Леви. Похолодевший морозный взгляд неотрывно следит за действиями на экране, и Леви закрывает рот рукой, дрожа всем телом. Эрену приходится согнать полицейских, чтобы сесть и увидеть, как его сводная сестра добывает одну из его рубашек, когда все вещи Леви собраны и вынесены так, будто их и не было, а затем прижимается к ней носом. Она оставляет отпечаток помады на ней, и, пока Эрен остается у экрана, Леви и Мередит идут в гардеробную, и Эрен слышит, что Леви устраивает там погром. Он возвращается с рубашкой, сжимая ее так крепко своими тонкими дрожащими пальцами, и Эрен видит крошечный красный отпечаток. И кадр на экране сменяется. Микаса. Это была Микаса. Все это гребаное время Леви был прав, и Эрен знал, что все факты были правдой, но не мог додуматься проверить чертовы камеры немного до похищения. Он зажмуривается, растирая лицо руками, будто надеясь снять с себя кожу. Он ужинал с ней стейком и своим любимым вином, пока по ее приказу Леви там истекал кровью, как стейк на его гребаной тарелке. Руки дрожат, а ненависть и тошнота сжимают виски и давят, душат и ломают. Он слышит, как полицейские вздыхают, будто теперь это работа точно для них. Эрен вглядывается в кадры, и тошнота достигает ее пика. Горло сдавливает, в голове сплошное месиво из фактов, что не сложились гораздо раньше. Они все смотрят на то, как на записи с камеры наблюдения Микаса достает боксеры Эрена из шкафа и медленно, слишком медленно для того, кто правда спешит скрыться, прижимается к ним всем лицом. Она вдыхает так глубоко, что на камерах видно движение ее грудной клетки. Она будто разрешила себе все это, и на ее лице застывает чистое наслаждение, пока Эрен не хочет на это смотреть, но и оторвать взгляд невозможно. А затем кадр сменяется и Микаса быстро пихает боксеры в карман и открывает дверь для грузчиков. Эрен думает, что его вот-вот вырвет. Он думает о том, что нужно найти Микасу и убить, но омерзение накатывает и накатывает, и он не знает, куда от него деться. — В ее доме ничего не было, потому что она просто отчисляла этим парням деньги и приходила проведать своих жертв, только когда их накачивали снотворным, — Зик отправляет записи в полицию и закрывает ноутбук. — Хорошо, что все жертвы не провели там больше месяца, что означает, что ваша сестра сошла с ума не так давно, — офицер полиции ознакомился с их делом и говорит это так, будто это в порядке вещей. Эрен пытается контролировать свои реакции, но стакан в руке дрожит, и он ставит его на стол. — Мистер Йегер, я прошу прощения, что не заметила этого, — Мередит выносит всем напитки, и Эрен качает головой. — Это только моя вина, — Эрен говорит это тише, и она кивает и уходит с пустым подносом. И наступает тишина. Зик переговаривается с офицерами, рассказывает о том, что по факту не нарушал закон, когда взломал систему охраны, пока Эрен заполняет бумаги. Подписывает заявление, подписывает подтверждение о том, что видел видеозапись, подписывает, подписывает, подписывает, подписывает, теряя нить, но зная, что так правильно. Когда он поднимает взгляд, осознавая, что все ушли, взгляд мечется в поисках Леви.