Трещина или разлом?
28 апреля 2024 г., 23:07
Она отстёгивает ремень безопасности, прогибая спину, и практически сползает с сидения, открывая дверь. Голова гудит после удара, подбородок неприятно покалывает. Дорожная пыль остается на ее ладонях, когда Рея опирается на них, присаживаясь прямо на проезжей части. Сердце бешено стучит, грозясь выскочить из грудной клетки. Девушка прикрывает глаза, когда Эрик становится перед ней. Он высверливает ее лицо убийственным взглядом, грозясь вышвырнуть к изгоям. Толкает это тело ногой, чтобы увидеть, что кукольная оболочка не скопытилась. Рея открывает глаза мгновенно, мысленно ломая его нос одним ударом.
— Ты такая жалкая! — Эрик не церемонится, тянет ее за плечо, заставляя подняться на ноги, и картинка вокруг сужается до ее зрачков. — Если бы не твои прежние достижения, которые так ценит Макс, я бы пристрелил тебя прямо здесь.
— Тебе кто-нибудь раньше говорил, что ты полный ублюдок? — брюнетка наклоняет голову вправо, ожидает ответа, но Младший Лидер молчит, поэтому она заканчивает свою фразу. — Ублюдок в чистом виде, так сказать, без примесей.
Эрик запихивает ее на пассажирское сидение, излишне сильно сжимает женские плечи, так что на них остаются красные следы от пальцев. Ему похуй. Кристаллически поебать. Рея не спешит протестовать, потому что за руль в таком состоянии ей садиться нельзя. А еще она остро чувствует, что закрыть рот будет безопаснее. На полном ходу вылететь из транспорта не хочется. Колкости временно прекращают сыпаться из девичьего рта. Остаток пути Бесстрашные едут молча, в сопровождении тишины. Посадки Дружелюбия заканчиваются резко. Картинка становится сжатой и пасмурной, мрачной.
Рея заваливается в свою комнату ближе к пяти вечера, втискивая свое тело в помещение, как маленького ребенка втискивают в неудобную одежду. Валится на кровать, ведя взглядом в сторону прикроватной тумбочки, на которой в рамке стоит только одна фотография. На изображении ее родители и младший брат. Карл младше девушки на целых шесть лет. В июле ему должно исполниться пятнадцать. Рея прикладывает к подбородку лед из морозилки. Он есть в каждой квартире этой фракции. Потому что тащиться к душному Кеву в не менее душный медицинский блок из-за обычных синяков никому не хочется. Брюнетка уделяет особое внимание пустым полкам холодильника, уже зная, на какой склад отправится. Проверяет баланс карты и находит в своем длительном пребывании на больничном плюсы: прошлая зарплата практически не потрачена.
Бесстрашная настраивает воду, загоняя себя в душевую. Горячие струи лупят по телу и лицу. Она просто стоит под ними долгих сорок минут, будто перерождаясь. Напоминает себе о тренировке. Фор назначил ее на девять вечера. Есть целых три часа для решения бытовых проблем. Свободная футболка мешковато висит на женских плечах.
Рея щелкает выключателями. Желтый теплый свет заполняет пространство. Еще не стемнело, но солнечные лучи уже не проникали в комнату.
Девушка приходит на склад, где ответственная Бесстрашная со скучающим лицом заполняет список поставок продовольствия с фракции Доброжелательности. Брюнетка стучит по столу, отвлекая ее от занятия. Затем зачитывает наименования продуктов, которые ей необходимы. Только сейчас вспоминает, что не взяла сумку для еды. Пакетов на складе нет, только коробки. Рея поддерживает картон снизу ладонями, не давая ему провалиться под тяжестью груза. В коридоре встречается с Луной. Блондинка помогает дотащить ее «непосильную» ношу до квартиры. Но заходит в свое жилище брюнетка одна, потому что дома бардак, а слой скопившейся пыли раздражает настолько, что находиться в помещении неприятно даже ей самой. Но все это отмазки. Бесстрашная просто не хочет пускать кого-то в свою крепость. Маленькая комната дает Рее чувство безопасности. И впервые она задумывается над этим вошедшим в оборот речи популярным выражением.
«Мой дом — моя крепость», — звучит в голове. Только от кого ей нужно себя защищать, Рея до сих пор не понимала. Эрик, безусловно, одна большая проблема на некоторый промежуток жизни, но его присутствие рядом является временным. Навредить ей в полном понимании этого слова он не может. Во всяком случае, как оказалось, убивать ее нельзя из-за запрета Макса. Сложные схемы бьются внутри сознания, пытаясь выстроить логическую цепочку, но попытки не приводят к успеху. Еще некоторое время она втыкает в одну точку, думая и силясь вспомнить хоть что-то, но сталкивается с пустотой, которая подобна белому шуму. Рея не без усилий вытаскивает свое бренное тело из квартиры, направляясь в тренировочный зал. Из-за туго завязанных шнурков обувь неприятно сдавливает ноги.
Младший Лидер настигает ее у входа. Мужчина в привычной издевательской манере сообщает Рее о том, что Фор не появится до завтрашнего утра.
— Но я потрачу свое время и проведу тебе персональную тренировку. — Бесстрашный скалится, обнажая зубы.
Рея уверена, что сегодняшний день она запомнит надолго. Ведь, в конце концов, не зря тянущий ее сейчас в помещение мужчина вызывает у каждого человека во фракции бурю эмоций. В основном, отрицательных. Но брюнетку не так просто запугать. Ее лицо, словно каменная маска, не имеет эмоций. Все начинается с классической разминки, и Бесстрашная успевает облегченно вздохнуть, остервенелыми ударами вбиваясь в грушу. Но когда Эрик говорит забраться на ринг, Рея понимает, что пиздец начался.
Они бродят в оборонительной стойке, периодически покачиваясь с пятки на носок и обратно. Разного цвета глаза ширяют по мимике и телу мужчины в попытке проанализировать его дальнейшие действия. Брюнетка кидается первой, совершая череду ударов. Эрик не отвечает, только ставит блоки, подсказывая одним лишь взглядом, куда ей нужно бить. Но она перестает следовать его подсказкам, подачкам. Пытается сделать подсечку, в очередной раз доказать ему, что попытки сделать ей плохо бессмысленны. Предательски поскальзывается, падает на пол. Она смешна в своих стараниях до оголенных, вывернутых нервов. И ничтожности в ней гораздо больше, чем в недавно прошедших инициацию новичках. Младший Лидер протягивает свою руку по направлению к девушке, которая необдуманно вкладывает свою ладонь в его. Эрик опускает ее на пол так же быстро, как поднял несколько секунд назад. Лопатки касаются деревянной поверхности. Она взвизгивает, когда мужчина давит согнутой в локте рукой на ее горло, нависая сверху.
— Знаешь, не так давно, когда ты ещё валялась в мед блоке с перебинтованной головой, на Совете решалась судьба одного паренька из Искренности. — он проходится языком между сухими губами, неотрывно глядя на пытающуюся сдвинуться с места девушку, — Так вот, у вас с ним подозрительное сходство. Вроде его звали… Как-то на К. — Эрик пытается насладиться резкой сменой настроения, застывшими на месте тонкими пальцами, что несколько секунд назад пытались убрать его руку. — Он оказался дивергентом. Если бы ваша тупая мамаша не решила обратиться за лечением воспаления легких мальчишки к Эрудитам, то он остался бы жив. — Младший Лидер склоняется ниже, опаляя шепотом ухо брюнетки. — Твой брат мертв, Р-е-я, — он с садистским наслаждением растягивает буквы ее имени.
Рея не может в полной мере поверить в правдивость его слов. Вбивается кулаком в его ребра, шипит. Сквозь слезную пелену смотрит в серые глаза. Эрик просто перекатывается, спускаясь с ринга. Брюнетка бежит следом за ним, бьет по короткостриженному затылку, получая в ответ по икрам с разворота. Слезы потоком катятся по лицу, она размазывает их ладонью. Тяжелая подошва давит на лопатки. Бесстрашный самодовольно ухмыляется, глядя на то, как Рея падает, снова льнет к полу, впечатывается лицом в еще влажную и пахнущую хлоркой поверхность. Но ожидаемое наслаждение от её реакции не накрывает его. Эрику никак. Где-то на отголосках сознания бьётся причина.
Мужчина тащит ее по коридору в диспетчерскую, пресекает попытку вырвать руку, стальной хваткой сдавливает локоть. Рея не успевает. Ноги задевают друг друга. Брюнетка практически падает, влетая в помещение. Эрик вышвыривает из диспетчерской рядового, сажает девушку перед монитором и включает запись. Ему мало того, что она просто знает — ему нужно, чтобы она видела, чтобы слышала последние слова Карла. Рея отворачивается от экрана, видя знакомую фигуру, но пальцы Младшего Лидера захватывают волосы на затылке. Он подталкивает ее голову ближе к монитору.
— Смотри! — Эрик пытается насладиться текущими по её щекам солеными реками, расширенными в испуге глазами, которые отражаются в окне. Он убежден в своей потребности заткнуть темноту разума её воплями. Но потребность остается неудовлетворенной.
Рея не идеальная жертва, но все же жертва.
«Твой брат мертв», — звучит в голове снова и снова при просмотре. Младший Лидер будет перематывать запись на начало еще несколько раз, пока жидкость на ее лице не перестанет чертить путь до подбородка, падая на полированный стол. Пока девушка не начнет дышать через раз. Подросток на записи просит только об одном, когда видит тянущего руку к кобуре незнакомого для брюнетки Бесстрашного.
«Передайте Рее, что я больше не обижаюсь на нее».
Эрик выполнил последнюю просьбу вместо палача. Ему не сложно. Благодетель.
Он оставил ее в диспетчерской, потому что больше на сегодня не заинтересован в ее персоне. Первая трещина. Дальше — больше. В Эрике практически нет сострадания, и вопрос касаемо наличия души отпадает сам собой.
Такая жизнь в Бесстрашии кажется чем-то невозможным. У этих двоих свой мирок. Они травят шутки, рассказывают сюжеты недавно прочитанных книг, Кев каждый вечер говорит о медицине. Одержимый Айболит. И бегущей строкой в голове брюнетки проносится вопрос: как этих двоих занесло в эту фракцию?
Брюнетка чувствует себя живой ровно наполовину. Она сидит с друзьями, смеется и ест печенье, что крошится на стол под монотонное «ну ты и мышь!», сорвавшееся с уст Кевина, но внутренний голос стыдит за то, как быстро девушка смирилась с утратой.
— Ты не помнишь этого, но когда-то ты так смачно треснула мне по лицу за неудачную шутку, — блондин ставит на стол чашку с горячим чаем, пододвигает к брюнетке сахарницу, — меня аж припечатало. Луна сначала испугалась, а потом вы обе начали ржать как ненормальные.
— А что за шутка была? — Рея улыбается, обжигая язык небольшим глотком напитка.
Кев сводит брови к переносице. Делает вид, что пытается вспомнить, отмахивается.
— Да там ничего смешного…
Из приятной атмосферы ее вырывает телефонный звонок. Макса необходимо отвезти в Эрудицию. Девушка наспех накидывает олимпийку. Когда Рея добирается до парковки служебного транспорта, Старший Лидер уже ожидает ее рядом с машиной.
Запах мокрой дороги проникает в автомобиль через открытое окно, мелкие капли бьют по стеклам, смывая ранее осевшую пыль. Боковым зрением Рея замечает напряженное лицо Главы Бесстрашия, но не придает этому особого внимания. Девушка выворачивает руль, паркуясь, глушит машину. Макс поворачивается к ней.
— Мне нужно тебе кое-что рассказать. — мужчина тяжело вздыхает, щелкая пальцами. — Недавно твоя мать обратилась для обследования твоего брата в…
— Она обратилась к умникам, Карл оказался дивергентом и его больше нет. — Рея перебивает Бесстрашного, слушать растянутую речь про смерть одного из членов семьи брюнетка не хочет. Слишком остро и болезненно отзывается каждое напоминание. Девушка нервно дергает плечами, смотрит перед собой, практически не моргая.
— Эрик? — Максу не трудно догадаться, кто и в какой примерно форме преподнес Рее эту новость.
— А у нас есть кто-то более беспринципный? — Рея нервно посмеивается, откидываясь на спинку кресла. — Пожалуйста, давай больше не будем затрагивать эту тему. Мы живем в системе, в которую не все вписываются. Об этом говорят в школах, на инициации и на Церемонии Распределения. Эту банальщину знают все.
Старший Лидер дергает ручку двери, выходя из машины, и оставляет брюнетку наедине со своими мыслями на долгие три часа.
Собственную театральную паузу, сложенную из раздумий и сожалений, Бесстрашная завершает только дойдя до общей столовой. Завтра ранний подъем, готовить дома означало поспать на пару часов меньше. В ее случае, здоровый и долгий сон был важен, поэтому поужинать девушка решила вместе с большим количеством софракционников.
Её глаза, словно сверло, ввинчиваются в широкие плечи. Рея намеренно выбирает самый дальний стол, откуда ей абсолютно не будет видно Эрика. Мужчина, в свою очередь, отмечает, что ему не нужно поворачивать голову к дверям помещения, чтобы понять, чей взгляд он ощущает спиной.
Рея смотрит на него с вызовом, собирая волосы в пучок. Босыми пятками чертит путь до кресла, где комком покоятся её вещи.
— Ты не останешься? — и после этого вопроса он чувствует себя внутренне опустошенным. Эрик предоставляет ей малую часть своей души, преподносит на блюдечке. Только ей плевать.
— Я привыкла оставаться на ночь только с тем, с кем наутро есть о чем поговорить. — Она собирает волосы, сплетая пряди в косу. — С кем-то, у кого есть душа.
— Хочешь сказать, у меня её нет? — Мужчина вопросительно выгибает бровь, тянет ее за низ футболки. Женский затылок на его груди. Он вдавливает сигарету в пепельницу.
— А у тебя хрен вместо неё, поэтому мы просто трахаемся. — девушка отвергает «подношение» одной фразой.
— Мерзость. — Лидер отталкивает её рукой от себя и кривит губы в отвращении. Но задерживает взгляд на изгибах точеной фигуры. Действительно, хороша.
А мужчине впервые с момента введения сыворотки было спокойно.
Воспоминания ебут голову Эрика. Те самые эпизоды жизни, которые были вырезаны из памяти брюнетки, крутятся на повторе. Занавес. Кусок пищи больше не лезет в горло. Он когда-нибудь сможет спокойно поесть?!
***
Брюнетка четвертые сутки не выходит из дома. Младший Лидер не дергает ее, потому что временно не нуждается в водителе. Да и в самой Рее тоже. Девушка не помнит, как выползла из помещения, усеянного мониторами. Как добралась до квартиры, оседая за закрытой дверью. Как горело и пекло все внутри от обрушившегося осознания. Не помнит, как ее трясло, словно осиновый лист. Раньше она ненавидела Эрика по умолчанию, потому что других эмоций он не заслуживал априори. Так говорили все вокруг. Но сейчас у Реи появилась личная причина для пожелания долгой и мучительной смерти Младшему Лидеру. День рождения Карла, его девятилетие. Мальчишка смотрит с восторгом, плещущимся в голубых глазах, на большой торт, который Рея держит в руках. Его сестра широко улыбается, говорит загадать самое заветное желание и задуть свечи. Карл задумчиво смотрит вверх, бегая глазами по декоративным трещинам на потолке… — Я загадал, чтобы ты всегда была рядом! Мысль пойти к Максу отметается сразу. Жаловаться не в ее стиле. Да и что она скажет? В этой системе, пускающей наружу кишки человеческому спокойствию, уничтожение дивергента не считается преступлением, скорее обыденностью. Она могла бы пожаловаться на моральное давление, но вряд ли это что-то изменило бы. Старший Лидер не дурак, прекрасно знает своего подчиненного. А ее стукачество могло бы обернуться для самой брюнетки печальными последствиями. Рассвет заползает в комнату еле слышно, оставляя свои отпечатки — лучи, раскидывая их по спальне. Рея треснула, как тонкая резинка для скрепления талонов, и разлом этот грозил вывернутыми внутренностями и обнаженной нервной системой. Не трогай — ебанет. Бесстрашная думает, что пора выползти из кокона во внешний мир. Во фракцию, где один из Лидеров — не более чем беспринципное животное, двигающееся в этой жизни исключительно на инстинктах. Девушка двигается рефлекторно. Огибая по дуге столовую, отправляется в ненавистную каморку диспетчерской, где запугивает бедного мальчишку, спокойно сидящего на стуле. Она смотрит камеры в режиме живой съемки, вылавливает знакомый силуэт, провожая взглядом мужскую фигуру. Он в баре. Собственно говоря, а где ему еще быть в восемь утра? Рея заявляется в бар, закидывая волосы на одно плечо. Опухшие от многочасовых истерик глаза смотрят по сторонам. Она просит у бармена штопор. Шаги даются сложно, ноги камнями врезаются в поверхность кафеля. Кажется, на ботинке развязался шнурок. И ее быстро движущаяся фигура больше не кажется Эрику смешной или нелепой. Мужчина заметно напрягается, когда брюнетка садится за его стол. Рея мысленно считает количество татуировок на его теле. Кончик штопора выглядывает из рукава. Эрик успевает отдернуть руку от деревянной поверхности прежде, чем брюнетка с зарождающимся в глазах наслаждением впечатает острый кончик штопора в стол. В серых глазах впервые что-то кроме презрения. Непонимание. — Неожиданно. — он прикуривает сигарету, выпускает клубни дыма в девичье лицо. — Уверен, когда-нибудь у тебя получится.***
Стопки текилы одна за другой обжигают горло. Мужчина смотрит на пляшущую неподалеку толпу с отсутствием фокусировки. Все вокруг расплывается, небольшое скопление людей кажется черными мушками, что ритмично двигаются в разных направлениях. Эрик провел половину выходного в баре, силясь понять: то, что он совершил, пустило трещину или стало полным разломом брюнетки? Мужчине хочется верить, что всего лишь трещина. «По вонзанию ножей в спину Рея мастер», — думает Эрик. Ему ли об этом не знать. Бесстрашный смотрит через плечо, подзывая бармена к своему столу, и тот мчится туда на всех порах. Потому что этого татуированного черта лучше не игнорировать. А если этот черт еще и пьян… Обычно после таких одиноких посиделок мужчины работники бара собирали мебель, заказывали новые лампы и вымывали помещение всеми возможными средствами. Эрик помогал им сделать генеральную уборку — во всяком случае, так шутил Макс. Приступы Младшего Лидера, во время которых его можно было смело отправлять в атаку на изгоев, всегда сопровождались не самыми приятными для нормальных людей вещами. Но Эрик — псих, он не контролирует себя, даже не пытается, ну только если крайне редко и только потому, что Старший Лидер запретил прикасаться к девчонке. Именно так думает Эрик. Он отчетливо помнит, с каким адским рвением выколачивал из этого тонкого тела хриплые стоны боли. Карл действительно мертв. Лора, мать мальчика, была крайне обеспокоена его состоянием. После ухода Реи из Искренности родители с особой заботой относились к мальчику. Когда в родной фракции врач вынес диагноз, женщина записалась к лучшему доктору во всем Чикаго. Умники всегда проводили полное обследование пациентов. Лора просто не знала, что ее сын — дивергент. Церемония Распределения ждала Карла только в следующем году. Эрудит, увидевший результаты проверки, сообщил об особенности мальчика Джанин, а та, в свою очередь, Лидерам других фракций. Совет Глав Чикаго, где решалась судьба Искреннего. Впервые за несколько лет на этом совете решалась судьба подростка. Эрик втягивает носом воздух, глядя на несогласную с общим решением Джоанну. Даже Маркус признал факт оставления Карла в живых ошибкой, а эта упирается. Дивергенты вне системы. Не преступники, конечно, у тех хотя бы были шансы на тюремный срок или на жизнь в Долине Изгоев. У дивергентов был единственный путь — в могилу. Решением большинства мальчишку должны были лишить жизни. Рея решает, что сидеть в заточении стен больше не хочется. Она пожалеет себя когда-нибудь потом, а сейчас ей хочется понять, почему она общалась с Кевом и Луной, почему у нее горят глаза на совместных фотографиях с ними. Девушка натягивает длинную темную футболку, ткань которой заканчивается в районе бедер. Нагая кожа легко скользит внутрь одеяния. Затем залезает в темные джинсы свободного кроя. Рея собирает волосы в хвост. У Луны с Кевом в квартире невероятно светло. Мебель гармонично вписывается в помещение и прекрасно сочетается с цветом стен. Узкий коридор двухкомнатной квартиры, которую они получили после рождения ребенка, ведет прямой тропой в гостиную, где большой диван накрыт черным покрывалом. Рея сворачивает из коридора влево, следуя за блондинкой. Небольшая кухня с круглым деревянным столом, окна которой выходят на солнечную сторону здания фракции, наполнена светом. Холодильник с морозильной камерой стоит в углу, подпирая собой кухонный гарнитур, что выстилается вдоль одной из стен. У Луны на плите варится ужин, полы идеально чистые, в раковине ни одной тарелки. А сама девушка даже в домашнем костюме кажется недосягаемым идеалом. Ни одного пятнышка, ни одной крошки. Блондинка работает на полставки медсестрой, она рядом с мужем почти двадцать четыре на семь. И ничего ее не раздражает. Она относится ко всем хорошо, и все так же хорошо относятся к ней. Луна — мечта, которая досталась душниле Кевину, который, когда нервничал, сводил брови к переносице настолько сильно, что между ними образовывалась складка. Рея смотрит на их семейную идиллию и думает, что не смогла бы так жить.
