Литературная формула

Технарь никогда не ходил по таким местам, но его позвал Гуманитарий. Конец года, видимо, покоробил Гуманитария. Если он раньше не ходил по таким местам. Это был какой-то дешёвый бар. Как вообще туда пустили несовершеннолетнего? Зайдя туда, он не мог найти Гуманитария. Технарь подошёл к барной стойке и наконец увидел его. Он подошёл к Гуманитарию и сел рядом. "Когда он уже успел напиться?" – Подумал Технарь. – Извините, – обратился он к бармену. – Он заплатил за то, что выпил? – Пока ещё нет, – отозвался тот. – Сколько? – Спросил Технарь и достал кошелек. Бармен назвал сумму. Это были почти все деньги Технаря. Сколько же выпил Гуманитарий на такую сумму? Технарь запрокинул руку Гуманитария себе за плечо и поднял его. Они вышли из бара и пошли в направлении дома Гуманитария. – Ты где живёшь-то хоть? – Спросил Технарь. – Пушкина 56. Технарь еле разобрал слова, голос желал лучшего. – А знаешь, – сказал Гуманитарий уже более четко. – Ты мне так нравишься. – Технарь остановился. – Мне нравится в тебе все. Твои глаза такие красивые. Когда я их вижу, думаю, что ещё чуть-чуть и я растаю. А волосы. Волосы! Они крашеные или это натуральный цвет? Такие красивые, так и хочется погладить. Когда ты меня поцеловал, я думал, что у меня инфаркт случиться. Знаешь, говорят "Сложно смотреть на губы, которые не можешь поцеловать"? Так вот это про меня. Правда, ты меня поцеловал. Это было так волшебно. А когда я почти тебя поцеловал, сердце обещало выпрыгнуть и броситься тебе в руки. Я влюбился ещё тогда, когда сбил с тебя эту маску. Она, конечно красивая, но под ней скрывается такое красивое лицо. Не носил бы ты ее, девушек было бы не отбить от тебя. А кроме меня, кто ещё знает о твоих глазах? Наверное, родители. А в школе ты снимаешь маску? Или только я из школы видел? А? – Гуманитарий посмотрел на Технаря. – Ещё Илья, – сказал Технарь и пошел дальше. Ему вдруг захотелось этим с кем-нибудь поделиться. Все равно не вспомнит на утро. – Он насильно снял с меня маску и назвал мои глаза уродливыми. Я тогда чуть без глаз не остался, так мне хотелось их вырвать. Спасибо, что ты говоришь, что мои глаза красивые. Но я знаю, что это не так. – Твои глаза – это лучшее, что я видел в жизни! – Переубеждая, выкрикнул Гуманитарий. – И я буду это говорить, пока ты сам это не поймёшь. – Мы дошли. – Сказал Технарь и остановился перед дверью. – Этот дом? – Этот. Технарь позвонил в дверь и ему открыла женщина, видимо, мама Гуманитария. – О Господи, Гуманитарий. – Сказала женщина и подхватила сына. – Вы, наверное, друг моего сына. Спасибо, что дотащили его. Не хотите попить чаю? – Нет, спасибо. Я пойду домой. И посмотрите за ним, – Технарь указал на алкашню. – Чтобы он не ходил по барам. – Он был в баре!? – Да, но только не ругайте его. У него, видимо, что-то случилось. Просто поговорите с ним. Ему есть что рассказать, я думаю. – Хорошо, спасибо. Как тебя зовут-то хоть? – Технарь. – Сказал он и пошел домой.