Капли кровавой росы

Перед глазами всё плыло. То тут то там вспыхивали какие-то непонятные огоньки, размывавшие реальность ещё больше. Белые похоронные одежды кружились подобно шёлку, пляшущему среди снежной вьюги. Желудок скручивался от болезненных спазмов, пока последние силы медленно покидали стремительно слабеющее тело. Се Лянь смог лишь на момент сконцентрировать зрение, но этого хватило, чтобы чётко увидеть перед собой ужасающе-невинную, на первый взгляд, белую маску: одна ее часть смеялась, а вторая - плакала. На ней был чёткий бардово-чёрный отпечаток, оставленный окровавленной ладонью. Безликий Бай. Эта богомерзкая тварь, сломив волю принца, кружила его в смертельном танце по огромному залу дворца Небесного Императора. Нити крови, опоясывающие всю руку начиная с перерезанных запястий, срываясь вниз под ноги, подобно каплям дождя, покрыли белые одежды и нефритовый пол россыпью из мелких камней граната. Это ужасающе-прекрасное зрелище походило на звёздное небо, усеянное молочным вспышками. Се Лянь чувствовал, как медленно кровь покидает его тело, подобно взвеси в песочных часах. Он чувствовал себя куклой в чужих руках, заставлявших виться в вальсе со смертью. Чувствовал, как животный страх пожирает его изнутри, потихоньку лишая тело тепла и надежды. Бай Усянь продолжил, невзирая на болезненные всхлипы и стоны, кружить по залу, залитому алыми вспышками крови. Его белые похоронные одежды были покрыты россыпью мелких рубинов и беспорядочных мазков кисти. Пальцы Белого Бедствия до боли впились в талию, оставляя мерзкие лилово-фиолетовые следы на непорочной божественной коже. Наследный принц Сяньлэ чувствовал себя жалкой марионеткой в руках жестокого кукловода. Ощущения медленно покидающей организм крови и остывающей кожи впились в плоть, пропитывая кости ужасом. Пальцы дрожали, без разбора хватаясь за чудовище перед ним. Безликий Бай, Белое Бедствие, Несущий беду в белых одеяниях, Бай Усянь, Наследный принц Уюн. Столько имён у одного единственного монстра, способного выжрать тебя изнутри, обернуть союзников врагами, тысячи раз пронзить чёрным лезвием Фа Синя чужими руками, уничтожить целую страну без зазрения совести. Се Лянь сжался в беспомощный комок, испуганно зажмурив глаза. Всё его тело тряслось от страха и безмолвных рыданий. Горло жгло желчью от безостановочных болезненных криков. Голос уже давно пропал, поэтому беспомощное божество лишь одними губами произнесло: — Помогите… больно. Резко удушающий холод сменился приятным теплом, а болезненные прикосновения Белого Бедствия заменили ласковыми поглаживаниями. Безумный смех, звеневший в висках стих, уступая место мягкому обеспокоенному слегка охрипшему голосу. — Ваше Высочество. Взволнованно позвали над ухом. Кто-то ласково погладил волосы принца, спускаясь к мокрой от слёз щеке и аккуратно вытирая влагу. — Гегэ, открой глаза, пожалуйста, посмотри на меня. Вопреки грызущему страху, Сяньлэ распахнул глаза. В попытках сфокусировать взгляд, он зацепился за кленово-красные простыни, смолянисто-чёрные волосы, слегка растрепавшиеся после долгого сна и ясный угольно-серебристый глаз, слегка прикрытый пышными ресницами. Человек перед ним, приподнявшись в постели, нежно водил прохладной ладонью по дрожащему от рыданий телу. — Сань Лан! Неожиданно вскрикнул Се Лянь, бросаясь в объятия непревзойдённого демона. Тот на мгновение удивлённо замер, но, опомнившись, ещё сильнее прижал Наследного Принца к себе. Хуа Чен чувствовал, как божество продолжало мелко подрагивать в его руках, поэтому стал успокаивающе водить по фарфоровой спине, помогая напряжённым мышцам расслабиться. — Всё хорошо, я рядом. Ласково произнёс Хуа Чен, оставляя быстрый поцелуй на тёмных волосах. Он продолжал шептать какую-то сладкую чушь, аккуратно водить по молочной коже руками и покрывать её короткими мягкими поцелуями. — Моё Высочество, посмотри на меня… Я тут, с тобой. Никто и никогда не посмеет тебя обидеть, я не позволю. Я твой преданный раб. Что бы не произошло, я всегда буду рядом с тобой. Даже если Небесная столица падёт, если сгорит весь Призрачный город, если развалятся сотни государств, я буду рядом, гордо нести почётное звание твоего последователя.. Се Лянь прервал Хуа Чена настойчивым поцелуем, который закончился так же неожиданно, как и начался. Непревзойдённый демон удивлённо замер и внимательно посмотрел на божество в его руках. Наследный принц хихикнул и ответил: — Ты мой муж в первую очередь. От этой простой фразы, взгляд демона смягчился, а уголки губ поползли вверх. Он хмыкнул и хрипло произнёс: — Как скажет мой Гэгэ. Но сейчас ложись спать, до рассвета ещё несколько часов. Окончательно расслабившись, Се Лянь поудобнее устроился в родных руках, положив голову на широкую грудь своего мужа. Сердце демона не билось, а грудная клетка не поднималась, даже кожа была прохладной, но это не мешало ощущать всю ту любовь, которую его Сань Лан вкладывал в каждое своё действие. Прикрыв глаза, Сяньлэ наконец смог спокойно отдохнуть в объятиях любимого человека.