Скажи мне "да"!

— Ты напрасно переживаешь, Драко, — Панси Паркинсон, как могла, пыталась поднять подруге настроение. Та весь день просидела в своей комнате с кислой миной, не желая подпускать к себе кого-либо из членов семьи или знакомых… Не говоря уже о том, что этих самых знакомых и так можно было пересчитать по пальцам! Война принесла с собой множество бед, о которых учащиеся старались не упоминать, опасаясь того, что призраки прошлого снова всплывут наружу… Волдеморт был повержен. Гарри Поттер вновь спас всех и вся… Переживать больше не о чем… И всё же поводов для этого у личности такого масштаба, как Драко Люциус Малфой, было хоть отбавляй! Конечно, Драко всегда любила приукрашивать события… Порой она действительно сгущала краски, к примеру, когда речь заходила о Мальчике-Который-Выжил. Драко утверждала, что возненавидела его с первого дня. С того самого момента, как ненавистный мальчишка отказался пожимать ей руку на глазах у всех. Поначалу Панси верила в эти россказни, но любой дурак догадался бы, что почва для так называемой «ненависти» возникла не просто так… Нельзя было допустить, чтобы кто-нибудь вытащил на свет постыдную правду! Именно поэтому они с Блейзом смиренно держали язык за зубами, и даже Драко не догадывалась, что они уже в курсе насчёт её чувств… — Напрасно? То есть, по-вашему, у меня нет никаких поводов для волнений?! Блейз вызывающе кашлянул, но Драко и ухом не повела в его сторону, продолжая вещать о том, как ей осточертело сидеть в четырёх стенах; о том, что ученики Хогвартса встретят её как злейшего врага, помня о том, на чьей стороне дочь Малфоев сражалась в минувшей битве; о том, как она сожалеет о поступке отца и как сильно хочет загладить его вину перед общественностью… — Это же замечательная мысль, Драко! — обрадованно воскликнула Паркинсон, предупреждающе глянув на скучающе зевающего Забини. — Ты сможешь подружиться с Поттером… — Я?! Подружиться?! — от истошного визга у всех волшебников, проживающих неподалеку от поместья, наверняка заложило бы уши… — С Поттером?! — Ну да, — спокойно произнёс Блейз. — По-моему, это не так уж и сложно! Он ведь спас тебя, разве нет? Драко вмиг покрылась румянцем. Разумеется, она помнила подвиг героя и неустанно благодарила судьбу за то, что она послала ей спасителя в облике зеленоглазого юноши… Наверное, именно тогда она впервые почувствовала что-то, похожее на… любовь? Разговоры о чувствах в доме Малфоев строго-настрого пресекались. Несмотря на то, что Драко была девочкой, отец воспитывал её, как мальчишку, прививая ей допустимые нормы поведения в магическом обществе… Мать же, напротив, принимала свою дочь такой, какая она есть, но беседы о мальчиках и красивых нарядах злили ту куда больше, чем напутствия главы рода! Быть может, отчасти поэтому Драко избегала мужчин. Со временем избегание превратилось в настоящую боязнь — любое неосторожное прикосновение, любое неосторожное слово вызывали панический ужас… В Хогвартсе она старалась не пересекаться с однокурсниками. Но некоторых лишь раззадоривала неприступность девушки… Тогда она пробовала отбиваться от них с помощью магии, но это нисколько не усмирило чересчур навязчивых «поклонников», которые не упускали возможности задеть её достоинство — акцент чаще всего делался либо на внешность, либо на умственные способности, что нередко доводило юную мисс Малфой до слёз… Единственным мужчиной, который не попадал в этот список, по праву можно было назвать Блейза Забини. С ним было комфортно и безопасно, и Драко была на все сто процентов уверена, что тот ни под каким предлогом не причинит ей существенного вреда. В их троице не было главарей. Все трое придерживались нейтралитета, поддерживая и подбадривая друг друга… Если они и ссорились, то только по пустякам, вроде той же расчёски, которую Драко как бы «одалживала» у лучшей подруги… Можно сказать, они прошли сквозь огонь, воду и медные трубы! И вот… Последний рывок! Восьмой курс! По правде говоря, Драко смутно представляла свое ближайшее будущее… Да, она, несомненно, была умна (что бы там ни говорили эти придурки, чьи интеллектуальные способности не дотягивали даже до уровня амёбы!), что не единожды подтверждали результаты экзаменов… Но как ей обрести свой собственный путь? Чем заняться, если не знаешь, к чему лежит душа? При одной мысли о том, что в случае жизненного провала ей придётся выйти замуж за какого-нибудь урода со Слизерина, её охватывало уныние вперемешку с лютым негодованием… Почему отец так суров с ней? Почему не может понять, что девушка (пусть даже из чистокровной семьи!) способна решить сама, что подходит ей лучше всего?! — Да… Ну и что? — как же её бесило одно только упоминание об этом безгрешном, всеми обожаемом… Да и за что, собственно, его обожать?! Ну и что, что он безумно красив? Ну и что, что у него целая куча поклонниц, мечтающих о том, чтобы он взял их в жёны? Что с того, что он за всю свою жизнь совершил столько подвигов, сколько в его возрасте не совершал никто? Подумаешь! — Враждующих сторон больше нет, не вижу причин для ненависти, — с едва заметной ухмылкой добавил Забини. — Я его не ненавижу! — ну вот, опять она завелась из-за этого тупого очкарика… Она — наследница величественного рода, смущалась от одного имени несносного полукровки… Позор! — Я не утверждал, что ты его ненавидишь. Ты боишься! Сам того не ведая, Блейз нанёс сокрушительный удар. Возможно, бессмысленно было скрывать от друзей свои страхи… Рано или поздно они всё равно заподозрили бы неладное… — Это же нелепо! С чего мне бояться какого-то Поттера? — Драко и сама сознавала, что несёт полную околесицу. Блейз с Панси лишь сочувственно переглянулись. Не хватало только, чтобы они начали её жалеть! — Он же просто очередной гриффиндорский выскочка… Думает, что лучше всех! Нет, вы вообще замечали, как он одевается?! У него же совершенно нет вкуса! — Но тебе же он нравится, — бездумно ляпнул Забини. — Что за дикость? — Ты не ори, а подумай логически, — отлично, и этот туда же… Сколько раз ей намекали на недостаток ума, и всё потому, что ей «посчастливилось» уродиться блондинкой! Можно подумать, в Хогвартсе дефицит блондинок… но на роль «козла отпущения» выбрали отчего-то именно её… — На занятиях с Гриффиндором ты вечно смотришь на него, и не думай, что я не знаю, что ты рисовала в тетради, — черт! Как же так?! К горлу девушки подступил ком. Ещё секунда, и она бы непременно пустила слезу… Но это исключено! Малфои не плачут. Отец учил её сдерживать эмоции. К тому же, что может быть хуже, чем плакать из-за мальчишки?! Уж точно ничего хорошего в этом нет! — В каждой нашей беседе ты говоришь о нём, мне иногда кажется, что я слышал его фамилию чаще, чем собственное имя… Я уже не говорю про твою необоснованную злость по отношению к Джиневре… И то, как ты готова была сцепиться с Чжоу! Помнишь, на четвёртом курсе ты выслеживала его, когда он встречался с Седриком? Не ты ли стояла в первых рядах, когда Поттер при всех сражался с драконом? Не ты ли втайне приносила ему домашку по зельям, когда он отлеживался в больничном крыле? А твои тихие вздохи по ночам даже мёртвого поставят на ноги… — Ты подслушивал?! — Уж извини, но ты всякий раз забывала поставить заглушку, а без неё, знаешь ли, ночной сон сразу же становится достоянием общественности… Кошмар! Значит, её однокурсники слышали, как она произносит имя Поттера по ночам? Что если они давно всё знают и втихаря смеются над ней?! — Блейз, ты ни капельки не помогаешь! — недовольно процедила Паркинсон, сгребая хрупкое трясущееся тельце в охапку. У Паркинсон была в меру стройная фигура (за прошедшие год-два она несколько вытянулась и скинула вес до нормальных значений, что изрядно прибавило ей внимания со стороны парней), у Драко же отчётливо проступали рёбра, за что однокурсники прозвали её обидным прозвищем — «доска». Маленькая грудь и узкие бёдра не прибавляли ей привлекательности, но Панси уверенно отмечала, что Драко — красотка, а однокурсники травят её только потому, что у них нет ни грамма мозгов… — Встречаемся возле магазина мадам Малкин, — Драко испуганно вздрогнула, что не укрылось от пристального взгляда Забини. — Договорились! Негромко препираясь между собой, лучшие друзья покинули мрачный особняк. До каких пор отец будет устраивать этот цирк?! Не успела Драко привести себя в порядок (из-за слёз тушь на ресницах потекла, но одного взмаха волшебной палочки было достаточно, чтоб замести следы непозволительной слабости), как её, словно обухом по голове, настиг звонкий окрик отца — наверняка тот опять задумал что-то недоброе! Так оно и есть! За столом сидел никто иной, как Гарри-Его-Величество-Поттер! — Драко, поздоровайся с гостем, — поздороваться?! Да что здесь вообще происходит? Худшие предположения девушки начали сбываться. Отец навряд ли бросит свою затею, раз уж он твёрдо решил выдать дочку за героя Британии… Месяц тому назад Гарри Поттер и Джинни Уизли расстались без ссор и скандалов. Но Драко и помыслить не могла, что она займёт место отважной гриффиндорки! Ведь они с Поттером — заклятые враги! Точнее, это она считает его заклятым врагом… На самом деле Драко никогда не отпускала шуточек и оскорблений в адрес гриффиндорца без верных подпевал в лице Панси и Блейза. Когда она оставалась с Поттером наедине, то не могла связать и нескольких слов… Поттер списывал это на излюшнюю застенчивость девушки. Его забавляло то, как Драко реагирует на него — казалось, в ней уживаются сразу две личности: одна из них отчаянно тянулась к свету, другая — изо дня в день пребывала во тьме… — В чём дело, Драко? — Мне нужно… в туалет! — в туалет? Серьёзно?! Она снова всё испортила! Снова не смогла совладать с бешено бьющимся сердцем и предательски трясущимися коленками… Переждав очередной приступ паники, Драко нерешительно прошествовала к столу. Люциус нетерпеливо ждал, когда его дочь займёт место рядом с матерью. Присутствие Нарциссы в какой-то мере поумерило страх — Драко самостоятельно разрезала еду на маленькие кусочки, делая вид, что для неё нет ничего важнее трапезы… Но Люциус легко распознал ее манёвр. — Что ж… Мистер Поттер, я очень рад, что вы почтили нас сегодня своим присутствием! — Для меня это огромная честь, — скромно ответил темноволосый юноша, встревоженно покосившись на давнюю соперницу, которая со всё нарастающим остервенением резала овощной салат, и делала это крайне неумело… До поступления в Хогвартс Гарри жил у своих родственников-магглов. Именно у них он научился всему, что было связано с готовкой. Но когда он предложил девушке свою помощь, та отшатнулась от него, как от прокаженного. — Драко, что за поведение?! — одернул дочь Люциус, в то время как Нарцисса лишь мягко коснулась её плеча. — Хватит! Т-ты вечно всё портишь… А я не хочу жить, как ты! — выпалив всё, что вертелось на языке, прямо в искаженное праведным гневом лицо аристократа, Драко пулей умчалась в комнату, по неосторожности забыв закрыть её при помощи заклинания. Она думала о том, что будет с ней дальше. Если отец не угомонится в своём безудержном стремлении выдать её замуж… Кто знает, как сложится её судьба? Впрочем, не об этом ли она мечтала? Совместная жизнь с национальным героем гарантировала ей счастливое будущее! Однако… Страх затмевал все надежды на долгожданное воссоединение. Рано или поздно Поттер бросит её, сыскав куда более раскованную и уверенную в себе девушку… под стать Джинни Уизли! А она останется в дураках… — Драко? — Нет, П-Поттер, — в голосе слизеринки прорезались истеричные нотки. — Стой там, где стоишь! — Хорошо. Как скажешь, — Поттер поднял обе руки в примирительном жесте. — Драко, нам нужно поговорить… — Не о чем болтать, шрамоголовый! — по привычке огрызнулась та, дивясь собственной смелости. Всё же она способна постоять за себя и без Панси и Блейза! — Держу пари, мой драгоценный папочка пообещал в обмен на женитьбу целую кучу денег… — Полагаешь, твой отец… выкупил тебя?! — ошарашенно воскликнул брюнет. — Нет… Каким бы снобом он не был, он — всё ещё мой отец, — сухо проронила Драко, стараясь смотреть куда угодно, только не прямо на Поттера. Но тот и сам держался от девушки на почтительном расстоянии… Судя по всему, опасался новых упрёков. Кто знает, что у этих девиц на уме? Не прояви он должную осторожность, та на всех порах побежит жаловаться мамочке с папочкой якобы на «грязную извращённую натуру» доблестного героя… — Чего ты боишься? Чего она боится? Физической близости? Общественного осуждения? Насмешек? Предательства? А может, всего сразу?! — Я б-благодарна тебе за спасение, Поттер… но дальше мы пойдём разными путями! — Очень жаль, — в каком смысле «жаль»? Неужто он и впрямь на что-то рассчитывал? Но это же полная чушь… Гарри Поттер не влюблен в неё, и потом, это слишком уж хорошо для того, чтобы быть правдой… Шаг вперёд — шаг назад… Они могли играть в эту игру вечно! Но Поттер оказался проворнее, сделав резкий выпад, от которого по телу девушки забегали волны мурашек… — Драко, — никогда до этого он не называл её по имени… Но после войны многие вещи в жизни волшебников подверглись изменениям! Враги становились друзьями, рушились стародавние устои… «Эпоха Волдеморта» подходила к концу. — Ты боишься мужчин? Да. — Мерлин, ты вся дрожишь, — конечно, ему было невдомёк, что дрожит она не только от страха, но и от неловкости, ведь сейчас она находилась в каких-то нескольких сантиметрах от объекта влюблённости… В конце концов, она всё ещё оставалась девушкой, пусть временами и вела себя как мужчина! — Тебя кто-то обидел? — Это… парни со Слизерина, — тихий шёпот был практически неразличим. Но Поттер не требовал от неё говорить громче. Он просто внимательно слушал, изредка вставляя вопросительные реплики. Драко поведала ему о былых временах, проведённых в школе: о том, как однокурсники издевались над ней; о придирках учителей; о том, как отец не давал ей спуску, тренируя её силу духа (делая это исключительно из любви к ней, но притом довольно-таки жёсткими методами)… — И ты молчала? — А что я могла сказать?! Мне всё равно никто не поверит! Девчонки глупые, вечно что-то надумывают… — Это отец тебе внушил? — Не только… — Не могу с тобой согласиться, Драко, — заметно было, что герой старался произнести как можно более ободряющие слова. — Разве Гермиона глупая? Или Луна? Или профессор МакГонаггл? — Гермиона — лучшая ученица школы, — аргумент? Аргумент! Гермиона и впрямь превосходила Драко во всём… Этакая умница-разумница! — МакГонаггл — преподаватель, ей положено много знать… А Лавгуд сумасшедшая! Ей плевать, что про неё подумают люди… — А тебе? — Мне? Мне не плевать! Я не полукровка, и не маггл! Моя семья не свободна от предрассудков! — Но ты можешь освободиться… В мире есть много хороших мужчин, Драко. Тебе только нужно их разглядеть. Сможет ли она? Мерлин, как же тяжело… Лучше бы она никогда не рождалась на свет! Лучше бы отец с матерью завели мальчика! Сильного, выносливого… — Ну да, как же, хороших! Тот-Кого-Нельзя-Называть тоже был мужчиной! Думаешь, будь он женщиной, он бы учинил волшебникам столько бед и страданий?! — Я не могу говорить за всех женщин, Драко, как и за всех мужчин. — Верно. Ты просто заговариваешь мне зубы! Но я тебя насквозь вижу, Поттер! Ты такой же подонок, как и все они! — Думай, что хочешь, Драко. Дверь за гостем захлопнулась. И девушка с угрюмым взглядом человека обманутого и уличенного в своей неправоте осталась в ней совершенно одна.

***

С тех самых пор, как меж обоими заклятыми врагами вспыхнула перепалка, прошло уже по меньшей мере полмесяца. Учащиеся готовились к отъезду в Хогвартс. Панси и Блейз уже поджидали однокурсницу подле магазина. Блейз нарядился в свой лучший костюм, Панси тоже не отставала… А вот Драко остановила свой выбор на обычной юбке в клетку и белой блузке, которая едва ли сочеталась с разноцветным узором и макияжем, обрамляющим лицо… — Выглядишь сногсшибательно! — Драко смущённо заправила за ухо выбившуюся прядь. Друзья часто делали ей комплименты, но сама она не считала себя симпатичной. Её самооценка резко упала на самое дно с того самого момента, как Волдеморт взял её жизнь под контроль. — Ну, что за конфетка? — Блейз шутливо отвесил поклон. Панси засмеялась. Два месяца учёбы пролетели незаметно. Панси налегала только на самые необходимые предметы, не особо заботясь о престиже; Блейз держался молодцом, но так и не научился вызывать Патронус (вообще-то, никто из бывших Пожирателей не мог его сотворить, лишь парочка слизеринцев справилась с этой непосильной задачей); Драко изъявила желание сдать Ж.А.Б.А на сто баллов, чем вызвала смех у мужской аудитории… — Не обращай внимания на этих безмозглых идиотов, — посоветовала подруге Паркинсон. — Кстати, ты сделала домашку по Трансфигурации? Драко со вздохом протянула просиявшей слизеринке тетрадь. — Спасибо, я у тебя в долгу! — Так-так-так… — Теодор Нотт. И Крэбб с Гойлом… А возглавлял этот «гадюшник» ученик с Пуффендуя — Захария Смит. — Кто это тут у нас? Панси нахмурилась, но не сказала ни слова. Теодор по-хозяйски схватил светловолосую девушку за руку. Захария прижал отчаянно сопротивляющуюся слизеринку к стене. Крэбб и Гойл, радостно гогоча, ощупали бёдра и грудь. На глаза навернулись слёзы унижения. — Любишь, когда тебя трогают? — глумливо оскалился Нотт. — Ты должна любить это! Разве нет? — Отпустите её! — Панси угрожающе выпустила огненный столп из волшебной палочки. Четверо мерзавцев тотчас же попятились назад. — П-Панс, я… — Всё нормально, слышишь?! Я не брошу тебя! — крепкие объятия немного скрасили те ужасные обстоятельства, в которых морально пострадавшей довелось побывать буквально минуту тому назад. — Вы ещё засоситесь! — ехидно обронил Смит. — Теперь понятно, почему наша блондиночка не жалует мужчин… Девичьи прелести ведь намного приятнее? — Во-первых, не таким, как ты, рассуждать о девичьих прелестях, — резонно заметила Паркинсон. — А во-вторых… Не подскажешь, где я должна была увидеть мужчину? Захария зло глянул на брюнетку исподлобья и удалился прочь, по всей видимости признав своё поражение. — Нам пора на урок! Потом разберёмся с этими гадкими слизнями… Трансфигурацию преподавал новый учитель, который отбирал в любимчики хитрых и изворотливых учеников. Драко он раскритиковал в пух и прах, ведь девушка, по его мнению, не соответствовала стандарту, принятому на её факультете… — Не принимай это на свой счёт, он просто выживший из ума старик! — Выживший из ума?! Да это самый лучший препод за всю историю Хогвартса! — поделился своими бесценными соображениями Блейз. — И самый бестактный, — добавила Панси, выждав, когда восхищение лучшего друга сойдёт на нет. — Он не имел никакого права так обращаться с Драко! — Он со всеми девушками так обращается… Так уж в прежние времена было заведено! — А в нынешнее время разговаривать в таком тоне с девушками… недопустимо! Драко всё делает для того, чтобы сдать этот треклятый зачёт, а все плюшки достаются ничего не делающим тушкам лентяев! — Что верно, то верно… — не стал спорить Блейз. — Идёте на собрание? Говорят, в этом году придумали что-то интересненькое! — В каком смысле «интересненькое»? — безо всякого энтузиазма осведомилась Драко. — Сейчас я тебе объясню, дорогуша, — вклинилась Панси, пропуская вперёд себя перешептывающихся девочек с Гриффиндора. — Ты же помнишь, что МакГонаггл упоминала об «увеселительных мероприятиях»? — Это что же получается, — ошарашенно пробормотал Блейз, — она хочет, чтобы мы подружились? — По-моему, идея хорошая! Мы все устали и нуждаемся в приятном времяпровождении. — Лично мне достаточно и уединённого отдыха! — У меня тоже нет желания участвовать во всеобщем безумии, — надменно бросила Драко. — А я вас обоих и не спрашивала! К тому же я уже записала вас, нравится вам это или нет. — Шутишь! — Нет, Блейз, не шучу… Эй, Парвати, красивое платье! — Спасибо, — названная девушка дружелюбно отсалютовала сделавшей комплимент однокурснице. — С каких пор вы с Парвати подруги? — С тех самых. Весь день Драко только и делала, что пряталась от Паркинсон по всевозможным комнатам и душевым кабинкам. Побывала она и в ванной старост, коей некогда тоже имела удовольствие воспользоваться. На пятом курсе её избрали старостой. Но в этом году на роль старост единогласно избрали Дафну и Миллисент. Посетила она и женский туалет, где когда-то познакомилась с призраком девочки по имени Миртл Уоррен. А вот и то самое зеркало, повидавшее немало пролитых слез… Драко осторожно поправила прическу. Светлые кудри красиво рассыпались по плечам. Сколько раз они подвергались жестокому обращению здешних мальчишек! — Почему они это делают, мама? — как-то спросила девушка у своей матери. — Потому что, похоже, ты им нравишься, Драко. Несчастное зеркало в тот же миг разлетелось на множество осколков. Пальцы пронзила адская боль. То же самое, кажется, она испытывала в сгоревшей Выручай-комнате, когда спасалась от пожара вместе с (теперь уже бывшими) друзьями. Боль преследовала её всюду, куда бы она ни пошла… На третьем курсе девушку ранил Клювокрыл (а ведь многие были убеждены, что она симмулирует перелом!); на втором — неудачно подвернула ногу, чересчур увлёкшись поимкой золотого снитча; на шестом — добровольно приняла чёрную метку (та осталась на руке зловещим напоминанием о прошлых событиях, и сколько бы Драко ни пыталась её стереть, полностью та исчезнуть так и не смогла); на седьмом — вовсе едва не умерла! И кто знает, чем бы всё кончилось, если бы Поттеру не пришло в голову её спасать… Убедившись, что поблизости никого нет, Драко вынула из сумки крохотное лезвие, которое носила с собой в целях защиты, и неровными движениями срезала бо́льшую часть волос. После смыла весь макияж и вытерла глаза и рот полотенцем. Если никому не нравится то, как она выглядит в образе девушки, то пускай принимают её как «мужчину»! — Драко, где ты была? Мерлин, твои волосы! — Вау! Панси предупреждающе шлёпнула Блейза по руке. — Не веди себя как дикарь! — Тебе очень идёт, — доверительно сообщил Забини. — Вот вы где! Собрание началось! — Уизли, — Драко презрительно поморщилась. Бывшая Поттера смерила её холодным взглядом. — Малфой. Новая причёска? — Да. Между прочим, у неё даже есть модное название… — Драко откровенно лгала, но ей отчаянно хотелось поставить рыжую стерву на место (стервой Уизли, конечно же, не была, напротив, относилась к слизеринцам довольно хорошо, в отличие от тех же Дина, Симуса или своего старшего брата, но только не в представлении Драко). — И как же она называется? — Нам пора! — Панси потянула блондинку за рукав. — Что ты творишь? — А на что похоже? — Похоже на то, что ты завидуешь, — серьёзно подытожил Блейз. — Да чему тут завидовать?! Нет, Джинни Уизли, бесспорно, красавица! И почитателей у неё хоть отбавляй… Одним словом, и-де-аль-на-я! Вот только Поттеру она оказалась не по зубам! «Не сошлись характерами», — самая что ни на есть банальная причина для расставания… Их любовь продлилась весьма недолго. Уизли предпочла герою магической Британии Дина Томаса. До Поттера она уже успела провстречаться с Майклом Корнером. Любвеобильность девушки не могла не породить общественные склоки и пересуды: кто-то даже нарочно писал охотнице злые угрозы в защиту своего кумира. Но Джинни не была злопамятной. Её не трогали ни гневные письма, ни обвинения в легкомыслии… Вот бы и Драко стать такой же! Не зависеть ни от кого и открыто выражать даже самые сокровенные чувства! — Ничего себе! Как… мило здесь всё украсили, — но Драко не могла согласиться с определением «мило». Сносно, с этим не поспоришь… — Мы что, попали в детский сад? — изумился Забини. — Можно подумать, кто-то из вас ходил в детский садик для магглов, — парировала Паркинсон. Так уж вышло, что единственное местечко было свободно лишь рядом с Поттером. Драко опасливо присела на краешек стула, но, не уловив и тени намёка на что-то плохое, с облегчением перевела дух. — Мне понадобятся двое добровольцев! Что задумала Грейнджер? Драко настороженно замерла. Вот бы прямо сейчас стать меньше ростом… — Желательно с разных факультетов. — Давайте бросим жребий, — предложил Рон. Учащиеся недоверчиво зароптали. Мало кому хотелось оказаться в паре с незнакомым человеком, ещё и с другого факультета… — Гарри Поттер! — сердце девушки пропустило удар. — И… Драко Малфой?! — Гермиона прочистила горло, заметно было, что нахождение в одной комнате с учениками со Слизерина и по сей день вызывает в ней некий дискомфорт. Собравшиеся засвистели, подбадривая новоиспечённую «парочку». — Вы будете говорить друг другу комплименты вслух! Комплименты? Вслух?! — Если комплимент в самом деле правдив, — объяснила Гермиона, переводя внимание на округлый предмет в центре зала, — мяч загорится зелёным. Но если кто-то из вас предпримет попытку солгать… Он загорится красным. Начинать имеет право любой из вас! Недолго думая, Драко кинула мяч в ничего не подозревающего Поттера, отчего у того едва не разбились очки. — Из-звини, — пролепетала неуклюжая особа, готовая сгореть со стыда. — Драко, — учащиеся со всех четырёх факультетов Хогвартса дружно задержали дыхание, — меня восхищает твой ум и преданность семье! Кто-то скептически хмыкнул. Драко же, в свою очередь, окончательно потеряла связь с реальностью — это не сон! Ей действительно сделал комплимент парень, по которому она целых семь лет сходила с ума… — Ты её сломал, дружище, — Рон сочувственно похлопал недоуменно моргнувшего лучшего друга по плечу. — Драко, — окликнула однокурсницу Гермиона, — твоя очередь! — У т-тебя… Э-э… — давай, девочка, у тебя получится! Ты же не хочешь спасовать перед дураками-слизнями? — Гарри, — гриффиндорец изумлённо вскинул бровь. Драко впервые назвала бывшего врага по имени. Не по фамилии, не каким-нибудь «остроумным» прозвищем… — Смотрите! Кажется, она собралась признаваться очкастому святоше в любви, — едко встрял Нотт. — Что, завидуешь, потому что не для тебя эта ягодка цвела? — неожиданно вступился за пристыженную девушку Эрни МакМиллан. Комнату сотряс приступ хохота, прерванный грозным шиканьем Гермионы. — М-меня… мне… — Не торопись! — посоветовала бывшей сопернице Гермиона. — Подумай о том, что тебе нравится в Гарри больше всего. — М-меня в-восхищает твоя отвагаиготовностьпожертвоватьсобоюрадидругих, — скороговоркой выпалила Драко, вперив голубые «кукольные» глазки в пол. — Что-то я ничегошеньки не понял, — вставил свои «пять копеек» Захария. Очевидно, не только он горел желанием лицезреть горячую сцену с поцелуем… Многие наверняка успели мысленно поженить национального героя на дочке Люциуса Малфоя. Что есть любовь? Кто-то утверждает, что любовь — это химия… Но кто-то не желает придерживаться научных догм. Романтики отождествляют любовь с проявлением «божественной сути»… Кто-то бросается в её кипящий омут с головой, кто-то — прячется и избегает… Для Драко любовь — каждодневная борьба! Ближе — невозможно, но и врозь — тоже никак! Все ждут от неё конкретных действий… Ждут того, что она бросится Гарри Поттеру на шею, словно какая-нибудь блудная девица из любовных романов, припрятанных в спальне Панс… Вот только Драко — никакая не героиня романа! В свои семнадцать девушка ни разу не держалась за ручку. Её семья свято чла традиции, согласно которым молодая особа не имела права сближаться с кем-то из ровесников до формального вступления в законный брак. Далеко не каждый чистокровный соблюдал непорочность и чистоту… Тот же Теодор Нотт менял девушек как перчатки… Мяч не переставал светиться зелёным… Означает ли это, что слова Поттера идут от сердца? Что он ценит её не только за красоту, но и за внутренние качества? — Это задание посложнее! Наверное, все вы уже в курсе, что с завтрашнего дня начнётся неделя самоуправления в Хогвартсе, — точно! Но что же ей делать?! Как вести себя с детьми? Вообще, Драко не считала, что из неё получился бы хороший наставник, а родитель — тем более… Но раз уж сия участь неизбежна… Оставалось только молиться Мерлину, чтобы в напарники ей не достался этот проныра Захария Смит, или придурок Нотт, или тупицы Крэбб и Гойл… А что если её напарником будет Поттер?! Нет, ей не могло повезти дважды… — Поэтому мы с Гарри и Роном посоветовались и приняли решение разделить вас по два-три человека. На каждую пару-тройку студентов — по одному предмету! Это может быть как внеурочная деятельность, к примеру, кружок по Зельеварению… либо предметы особой важности! Проводить занятия допустимо в любом формате, всё зависит от вашей фантазии! Даже если ваша успеваемость по предмету близится к отметке ниже средней… Не страшно, если вы чего-то не знаете, главное, чтобы занятие вызвало у первокурсников интерес! — Кто у тебя? — Панси подкралась к Драко со спины, вперив изучающий взгляд в бумажку. — Поттер?! Да, фортуна сегодня явно на твоей стороне… — Говори тише! — Вы будете вдвоём? А это что за чертовщина?! — Ну да, я вписал себя, — пожал плечами Блейз. — Не мог же я оставить нашу «нежную фиалку» одну! — Ты испортил план Грейнджер, придурок! — Панси, вопреки собственному возмущению, подхватила смех обоих друзей. — Ох… Ладно, что с вас взять? Следи за ним в оба! Если я узнаю, что по вине Поттера с Драко упала хотя бы одна-единственная пылинка… — Эй, ты не находишь, что невежливо сравнивать Гарри Поттера с Ноттом? — Драко мгновенно прикусила язык. Идиотка! Как могла она так проколоться?! — И почему же Гарри Поттера нельзя сравнивать с Ноттом? — улыбнулся Забини. — Потому что… он не такой! — Говорю же, ты в него втюрилась, — равнодушно констатировал темнокожий юноша. — Но Нотт и правда больной ублюдок! — поддержала подругу Панси. — А тебе, Забини, я советую сию же секунду заткнуться, если ты не хочешь, чтобы я выдала твой малю-юсенький секрет… — Это шантаж! — Увидимся после занятий, пупсик!

***

Первокурсники оказались на редкость хорошими слушателями. Строгий отбор требовал от учащихся Хогвартса дисциплинированности и послушания. После войны МакГонаггл пришлось перейти на новый стандарт, регламентируемый Министерством, согласно которому перед поступлением каждый будущий первокурсник обязан был пройти специальное тестирование (сам тест состоял из множества вопросов, подтверждающий овладевание базовыми навыками, а также то, есть ли среди предков учащегося маги и колдуны — равно как и в случае с магглорожденными). Дискриминация ушла в прошлое с момента свержения с пьедестала кровавого диктатора — Волдеморта. Отныне магглорожденным не нужно было проходить проверку «на вшивость». Все студенты обладали равными возможностями, каждый мог претендовать на тот уровень образования, который соответствовал навыкам отдельно взятой личности… Добровольцы активно участвовали в создании организаций, позволяющих укреплять дружеские связи, шла долгая и изнурительная работа с адаптацией учащихся к жизни вне войны… Зельеварение Драко, к счастью, знала назубок… А посему с подачей материала у неё не возникло каких-либо проблем, да и в присутствии Блейза взаимодействовать с Поттером было не так уж и сложно! Самая трудная часть любого предмета — практическая… Первокурсники должны были заполнить таблицу, включающую в себя весь учебный материал, и в конце Драко должна была выставить им оценки. Пока Блейз помогал девочкам с построением таблиц, мальчики под предводительством Гарри Поттера вели беседу об Амортенции, после чего они с мальчиками менялись местами (чтобы в случае чего не выдать любовные тайны учащихся). — Не считаешь, что им ещё рано знать об Амортенции? — скептически промолвил Забини. — Гермиона сказала, что мы можем провести занятия в любой форме, главное, чтобы тема звучала интересно! — А ты всегда пляшешь под дудку Грейнджер, Поттер? Гарри хмуро покосился на блондинку и в отместку толкнул её так, что хихикающая особа едва не свалилась со стула, разлив чернила на раскрытую посередине тетрадь. — Ты дурак?! — Ты сама виновата, Драко! — Ох, простите… Не знала, что герой магической Британии у нас такая ранимая душа! — Почему ты такая вредная, Драко? — в словах гриффиндорца явственно прозвучала неприкрытая грусть. — Не мы такие, жизнь такая! — отчеканила девушка, накручивая на палец золотистую прядь. — Жизнь? Твоя жизнь?! Драко, ты живёшь в особняке. Твои родители живы. У тебя есть друзья, твой отец — богатый и многоуважаемый человек… — Был, — сухо поправила зеленоглазого юношу Драко. — Тебе не понять, Потти… Деньги и роскошная жизнь в особняке — не панацея счастья! — Я жил с магглами, — голос Поттера дрожал от негодования. — Делал за них всю грязную работу! За мной чёртовых семь лет охотился самый могущественный тёмный маг столетия! Если бы я жил в особняке… — То ты бы что? — в тот момент девушка успела позабыть обо всех своих страхах. Всё, чего она так страстно желала, — это доказать свою правоту! — Чтоб ты знал, моя жизнь тоже далеко не сахар, Потти! Мой отец всегда держал меня в строгости… Ты знаешь, каково это, когда все свои чувства приходится держать взаперти? Какой прок от дорогих подарков, если эмоциально он никогда не был со мной?! Я семь лет угробила на то, чтобы добиться его расположения! И что же взамен? Получите и распишитесь! Почему бы не сплавить единственную дочурку на службу к Волдеморту? Идея! Как расплатиться за неудачу в Отделе Тайн? Выслать невинную девушку на бой с самой смертью! А ты знаешь, как это больно — когда на твоей коже выжигают тёмную метку? Я уже молчу о пытках Круциатусом! А как же твоя излюбленная Сектумсемпра, которой ты изрезал мой живот на куски?! Ты ни черта не знаешь! Но ты мне завидуешь! Завидуешь, что у меня было счастливое детство, завидуешь моим деньгам, которых уже и в помине нет… зато с твоими возможностями можно накопить хоть на целый дворец! Святой герой! Тебя все почитают, все уважают, все любят… Но ты этого не ценишь! Тебе проще сделать вид, что ты самый обычный мальчик, который вроде как не останавливал никакого Волдеморта… Ты смешон! — Э-э… Если вы не против, мы можем продолжить вести урок? — Я помогу тебе проверить работы! — поспешно вызвался Поттер, порядком ошеломлённый столь пылкой речью. — Нет! Я справлюсь! — А теперь момент истины! — Блейз призывно хлопнул в ладоши. Учащиеся, как по команде, убрали с парт всё лишнее, оставив лишь котёл для зелий и лист пергамента для заметок. — Мы попробуем приготовить Амортенцию по инструкции! — Ты спятил?! — Да ладно вам… Детишки нынче куда способнее нас! — миролюбиво произнёс Забини, когда первокурсники, как по команде, стали забрасывать необходимые ингредиенты в котёл. — Я закончила! — Как тебя зовут? — Драко, сидящая подле журнала с оценками, задала вполне логичный вопрос. За сорок минут урока они даже не удосужились узнать имена учеников! — Эллисон Милтон. — Что ж… Очень неплохо! Драко, что думаешь? Но блондинка лишь растянула губы в коварной ухмылке, которая не сулила ничего хорошего. — Что я думаю? Как я могу судить, не зная ничего о запахе Амортенции? — Но я не могу… при всех! — взволнованно прощебетала девочка с двумя рыжими косичками. — Не можешь? Или не хочешь? — Не могу! — Тогда только «Удовлетворительно». Милтон, расплакавшись, выбежала из класса. — Ты ополоумела? — накинулся на лучшую подругу Забини. — Грейнджер нам головы открутит! — Если ты так беспокоишься о сохранности своей головы, Блейз, — спокойно проговорила Драко, заинтересованно разглядывая тщательно стриженные ноготки, — то задай себе один вопрос: сто́ит ли нам дальше оставаться друзьями? — Пожалуй, не сто́ит. — С дуба рухнул?! — бросить её? Сейчас?! А как же приятельские отношения длиною в тринадцать лет? А как же совместные шутки, приколы, заимствованные у близнецов Уизли? Как же давнее обещание не бросать друг друга ни при каких обстоятельствах?! — Драко, ты ведёшь себя подло и высокомерно! Всё, что ты делаешь, — это сливаешь на окружающих негатив! А после, как ни в чём не бывало, выходишь «сухой из воды»… Но так не может длиться вечно, Драко! Или ты меняешься, или… я ухожу! — Думаешь, я буду скучать? Думаешь, я буду плакать?! Да валите вы на все четыре стороны! Гарри Поттер готов был поклясться, что никогда не видел такого мощного выброса магии, который только что выпустила столь хрупкая девушка, как Драко — даже стёкла в кабинете Зельеварения потрескались, чутко реагируя на витающую в воздухе недоброжелательную обстановку… Первокурсники молча собрали вещи и под контролем провожатого покинули класс. А Драко снова направилась в женский туалет. Резкая боль внизу живота заставила девушку пошатнуться. Слизеринка с ужасом поняла, что менструация в этом месяце началась чуть раньше положенного срока… В душевой она расслабилась, наконец-таки выпустив пар… Отец учил её сдерживаться. Но в этот раз она не сдержалась! Как и в многие предыдущие разы… Драко с ненавистью терла мочалкой ненавистную метку. Как назло, в сумке не оказалось прокладок… Неужто придётся слёзно выпрашивать у Панс? Что она и сделала, вернувшись в гостиную. Брюнетка понимающе вздохнула, объяснив, что «критические дни» порою и впрямь приходят не по расписанию, и что ничего постыдного в этом нет… Обычная физиология! — Мама, мамочка, у меня кровь! — когда «это» случилось с нею впервые, девочка первым делом ринулась к матери, ведь та наверняка поможет и объяснит… Но когда в дверях появился Люциус, уверенность двенадцатилетней девчонки мгновенно сошла на нет. — Драко, в чистокровной семье Малфоев не говорят о таких вещах! Особенно, в присутствии мужчин. — Прости, папа… Вспоминая этот эпизод, Драко чувствовала себя всё более и более отвратительной… Неправильное тело делало всё для того, чтобы унизить её, вывести из себя, растоптать! По ночам Драко часто ходила к Астрономической башне. Туда, где развернулось сражение, в ходе которого Дамблдор потерял жизнь… Драко должна была убить директора Хогвартса, но заместо девушки убийцей стал Северус Снейп. Драко горячо уважала профессора Зельеварения. Он передал ей полезные и нужные знания, давал бесценные советы… Одним словом, защищал её собственной грудью! Быть может, именно поэтому он погиб. Погиб, защищая её в ходе Второй магической битвы… Что простые люди, что волшебники не могут предугадать смерть. Она всегда является неожиданно, но Драко отчего-то совсем не боялась умереть… Может, всем от этого стало бы только лучше? Хотя… С другой стороны, это крайне эгоистичный поступок! Она дала слово, что сдаст Ж.А.Б.А, иначе какой же она после этого член семейства Малфоев?! — Он выбрал меня! Он в меня верит! — убедившись, что никто за ней не наблюдает, девушка принялась живо разыгрывать прошлогоднюю «сценку» с участием себя, Пожирателей (верных сподвижников Волдеморта) и директора — Альбуса Дамблдора. Нарцисса нередко шутила, что её дочь понапрасну зарывает в землю «театральный талант»… Драко направила волшебную палочку туда же, где когда-то стоял прославленный директор школы. — Я должна это сделать! Как вы не понимаете?! Иначе он убьёт меня! «Убьёт», «убьёт», — эхом ответили стены Хогвартса. — Кто тут?! — Это я, — неизвестный скинул с головы капюшон. Новый образ Гарри Поттера ничем не отличался от предыдущих: те же потёртые маггловские джинсы, та же толстовка и обувь (магглы называли её просто — «кеды»). — Я не хочу ссориться с тобой, Драко, — от шока слизеринка выронила палочку, и та укатилась от беседующей «парочки» на приличное расстояние. Не встретив сопротивления, гриффиндорец приобнял девушку за талию и аккуратно, стараясь не спугнуть, коснулся губ бывшей соперницы своими губами. Судя по всему, незадолго до этого Поттер жевал мятную жвачку… Драко сразу узнала этот вкус. Когда-то они с Блейзом откопали точно такую же в магазине сладостей с той лишь разницей, что вкус мяты отдавал запахом мармелада и леденцов… Но жвачка Поттера не пахла ни мармеладом, ни леденцами. Драко жадно отвечала на поцелуй. Рядом с Поттером отступали прочь все её потаённые страхи! Но на большее она явно не рассчитывала… И уж точно не в «красный день календаря»! — Нам нельзя! — Почему? — Потому что… потому что у меня месячные! — она сказала это настолько отчётливо… Отец бы наверняка её пристыдил. Но какое ей дело до увещеваний отца? Абсолютного никакого. Потому что и её отец, и Поттер — мужчины. Мужчины не истекают кровью раз в месяц по строгому графику. Мужчинам не нужно оправдываться за то, как устроено их тело, выдумывать предлоги, чтобы пропускать важные дела. Каждый месяц Драко отлеживалась в больничном крыле, потому что её тело не могло нормально функционировать. К этому добавлялись такие неприятные симптомы, как рвота, тошнота и адская боль в животе. Но, даже скажи она об этом отцу, он не поверил бы ей, записав в симулянтки! Потому что он мужчина. А мужчины в большинстве своём не могут, да и попросту не хотят сопереживать. — Тебе не понять! — Ясно. Может быть… я могу сделать что-то для тебя? Позвать мадам Помфри? — Н-не нужно! Это не твоя забота, Поттер. — Как скажешь. Могу я задать тебе… личный вопрос, Драко? — Смотря насколько. — За что ты меня ненавидишь? — А ты сам не догадываешься?! Ты разрушил старый уклад моей жизни, Поттер… Оставил меня в дурочках! У меня и так репутация ниже плинтуса… Представляешь, какие слухи о нас поползут?! — Ты боишься слухов? А ты не подумала, как чувствовал себя я на четвёртом курсе? Меня возненавидели все, даже Рон мне не поверил! — Я знаю, Поттер, не нужно меня поучать! Я ведь… до последнего не понимала, как это тяжело! А когда Грюм превратил меня в хорька… Я вкусила всю прелесть слухов! Ко мне приставали, обзывали тупой, и всё потому, что я блондинка! Хотя в Хогвартсе полным-полно блондинок! Отчего-то эти придурки решили, что это веский повод, чтобы ко мне приставать! — Ты не пробовала рассказать об их проделках профессору МакГонаггл? — Н-нет? Во-первых, ябедничать на своих товарищей считается дурным тоном у нас на факультете, Поттер! А во-вторых, что мне такого ценного посоветует эта старая карга? Ты бы ещё предложил обратиться к нашему новому профессору! — Старые люди обычно не понимают молодых… Может быть, ты ему чем-нибудь насолила? — Да. К примеру тем, что имела кощунственную наглость появиться на свет! — Ты часто приходишь сюда, потому что коришь себя за ошибки? — И да, и нет… просто… Звёзды иногда кажутся такими недосягаемыми! — Как ты думаешь, мы ещё встретимся там? — Ты задаёшь чересчур философские вопросы, Потти, — девушка откинула мешающую копну волос от лица. — А впрочем… — У тебя кто-то умер? — Дедушка, — Драко никому об этом не рассказывала, но теперь словно целая гора ушла с плеч… — Ты любила его? — Конечно! Что за глупый вопрос?! — Я потерял маму и папу, когда мне был год, — взгляд юноши затопила пелена боли, Драко чувствовала себя лишней и подыскивала любой предлог, чтобы уйти… Почему он не поделится этим с Уизли и Грейнджер? Разве не для этого так необходимы друзья? — Меня отдали Дурслям… Хагрид позаботился обо мне, когда я был ещё малышом, — так вот почему они с этим великаном так близки! Поттер благодарен ему за спасение, а также за то, что тот стал его первым другом — первым и настоящим… Вот если бы у Драко был такой друг! — Я вырос без них… Но они всё ещё тут, в моём сердце! Попробуй отыскать эту искру в своём сердце, Драко. — Да! — невероятно! Поттер определённо знал, о чём говорил… От макушки до пят по телу девушки прошлась тёплая волна любви. Она больше не пряталась, не закрывалась от жизни… Она дышала полной грудью, заново переживая непрожитое… — Да, я чувствую! — Он с тобой. Ты пройдёшь через все неприятности, Драко, потому что он всегда будет рядом с тобой! — Я не уверена насчёт… будущего, — робко замялась слизеринка. — Я хочу замуж, но… — Мерлин! — Поттер издал короткий смешок. — Ты собралась за меня замуж… сейчас?! — А может, за другого? — в тон бросила Драко. — У меня, чтоб ты знал, целая куча женихов! Конечно, она лгала. Да и откуда куча женихов у девушки, сторонящейся любого проявления симпатии со стороны мужчин? В отличие от своих сверстниц, Драко даже никогда не держалась за руку. Разговор с Поттером по душам уже можно было считать огромным достижением. — Значит, им придётся потесниться, — шутливо проговорил зеленоглазый искуситель. — Когда ты впервые поняла, что влюбилась? — Н-ну… Ты будешь смеяться, но это случилось после того, как ты спас меня из Адского огня! — А это тогда что? — записка… старая записка с тайным признанием в любви… та самая, с коряво выведенными буквами, которую Драко не показывала никому, даже Панси и Блейзу! Записка с признанием ко дню Святого Валентина… Второй курс! — Понятия не имею… — «Я люблю тебя, Гарри Поттер, и хочу, чтобы мы поженились! Твоя Д. М.» Д. М. — это ведь твои инициалы, Драко? — Где ты её нашел?! — Разве не ты положила её в общую кучу рядом с другими валентинками? — А ты сохранил, — прошептала блондинка одними губами. — Мне стало любопытно! Эта валентинка резко отличалась от других… Вначале я подумал, что кое-кто пытается меня разыграть, но теперь… факт налицо! — Почему ты спас меня? — Я не мог… позволить тебе умереть! — Почему? Что это, Поттер? Твой неиссякаемый героизм? Попытка привязать к себе? — Я не мог допустить, чтобы ты погибла, Драко! Просто… не мог! — Но я ненавидела тебя больше всех! Постоянно бросалась издёвками, задевала твоих любимых друзей… — Мы были детьми, Драко. Но эта война… — вот так просто стоять и держаться за руки… всё же пройденные годы разлуки и неразделённой любви стоили того, что происходило с нею сейчас! — … изменила всё. — Скоро рассвет. — Я буду ждать тебя в Выручай-комнате завтра в это же время! Придёшь? Ответь мне, Драко, да или нет? — Да, — сердце подстреленной птицей билось в груди. Казалось, весь замок затаил дыхание, боясь шуметь вблизи с влюблёнными… В конце концов всё образуется! Она помирится с Блейзом, завершит курс Ж.А.Б.А, выйдет замуж, получит специальность… Пусть дом Блэков даже отдалённо не напоминал роскошный особняк, но Драко уже в полной мере ощущала, что её тянет туда… Отец одобрит их брак. Он больше не будет цепляться к ней и оставит в покое с советами, напрямую касающихся мужчин. А Нарцисса получит возможность понянчиться с пока ещё не рождёнными внуками! По итогу все останутся в выигрыше. Чем не славный повод отметить счастливый союз? И вот тогда всё встанет на свои места. Конечно, рана закроется не сразу. Поначалу она будет просыпаться в холодном поту от воспоминаний о тех, кто поглумился над ней, тех, кто нагло покушался на её целомудрие. Драко помнила каждого обидчика в лицо. Но теперь она под защитой. Поттер не даст ей справляться со всем в одиночку. К тому же, у неё есть друзья. Панси и Блейз. Они поддержат. Они поймут. Да, сейчас она всё ещё видит в каждом мужчине дикого, неконтролируемого зверя. И это вполне естественно с учётом того, что ей довелось пережить. Но постепенно она научится доверять мужчинам. Ведь если Поттер смог доказать ей обратное, то и она сумеет доказать обратное самой себе.

***

Драко Малфой не верила, что этот день настал. День, когда их с Поттером души наконец станут единым целым… — Значит, ты выходишь замуж? — Нимфадора Тонкс не упускала случая поддеть кузину. Хотя сама Тонкс недавно стала матерью (ей повезло уцелеть в минувшей битве, а вот Люпин пожертвовал жизнью ради спасения возлюбленной и оставил её одну с маленьким ребенком, который с каждым днём всё сильнее походил на мать…). Тедди Люпину уже исполнилось одиннадцать лет. Он был любознательным мальчиком, и по мере взросления Драко только диву давалась, сколько в нём помещается ума, находчивости и доброты! Распределяющая шляпа, не медля, направила племянника в Пуффендуй, и Драко не сомневалась, что там он найдёт то, что искал — трудолюбие и усидчивость, ответственность и терпение. То, чего так не хватало временами ей самой… — За Гарри Поттера? Драко закатила глаза. И что за привычка у старших сестёр вечно всюду совать свой нос?! — Он красивый, — доверительно сообщила Тонкс. — Уж не думаешь ли ты отбить его у меня? — с угрожающими нотками откликнулась Драко. — Боюсь, я для него слишком стара! — беспечно хмыкнула Нимфадора. И эта беззаботная девушка с разноцветной шевелюрой целых одиннадцать лет тому назад стала матерью? Порой Тонкс вела себя на все шестнадцать… а то и на четырнадцать! — Ты точно уверена, что тебе не нужен корсет? — Уверена! — Ты любишь его? — серьёзно спросила Тонкс. — Если бы не любила, ни за что не выскочила бы замуж! — Абсолютная правда, — смех Тонкс несколько скрасил тревогу, оседающую где-то на дне живота… Драко впопыхах поправила платье, Нимфадора со всё нарастающим нетерпением последовала за ней. — Пора! — Эй! — нет, эти сестры и впрямь бывают невыносимы… В попытках удержаться на ногах после грубого тычка Тонкс Драко угодила прямиком в объятия будущего супруга. — Поцелуй её! — Рон! — возмутилась Гермиона. — Ну а что? Для чего нас всех созвали в такую рань?! И вообще… — когда рыжеволосый отпрыск Молли и Артура Уизли опустился на одно колено, собравшиеся тотчас же переключили всё внимание на него, одобрительный свист раздавался то тут, то там…. — Гермиона, ты выйдешь за меня? — Вот счастья-то привалило! — Забини, с которым Драко не так давно наладила отношения, искренне радовался за парочку. Просто не верилось, что между ними и «золотой троицей» когда-то пролегала вражда! — Ой, Рон… Конечно да! — Драко… — Давай свалим подальше от всех, — с этими словами блондинка схватила супруга за руку, чувствуя, как бешено колотится её сердце от быстрого бега. — Вот же олухи! Как думаешь, скоро они нас хватятся? — Ты ведёшь себя как-то… иначе! — Нет, Потти, я всегда была такой, — и это чистая правда… Как сложилась бы её судьба, не будь она столь подвержена мнению общества и сохранению семейных корней? — Просто сейчас я наконец-то наслаждаюсь заслуженной свободой! Ты такой неряха! — Драко возмущённо фыркнула, отряхнув поттеровский чёрный костюм. — А, к чёрту! Давай наперегонки до вон того дуба? Гарри Поттер явно ошибался насчёт того, что с Драко ему светит довольно скучная и унылая жизнь… Задора в ней было побольше, чем в Джинни Уизли! Конечно, Джинни тоже хороша! И Поттер от всей души желал ей обрести такую же любовь с точно таким же человеком — и его надежды уже потихоньку начали сбываться… Никто даже не догадывался, что всего через полтора месяца Джинни Уизли станет женой Дина Томаса! — Страшно, Поттер? — Безумно! Влюблённые, вовсю хохоча, удалялись всё дальше и дальше от того, что происходило рядом с «Норой».