Планирование залог успеха
9 февраля 2025 г., 14:38
«Хочешь мира — готовься к войне»
Древнеримская поговорка.
За окном на Корусанте уже светало. Жалюзи не пропускали свет настолько, что можно было разбудить, но достаточно, что бы понять, что наступило утро. Но я не спешил вставать, потому что боялся разбудить своего спящего ангела, который во сне мне казался особенно прекрасным. Да-да, именно ангела. Иначе эту женщину я назвать просто не мог. Несмотря на то, что волею чьих-то сверхъестественных проделок я был вынужден отыгрывать роль её мужа, с каждой нашей всё новой и новой встречей я чувствовал, что уже реально вхожу во вкус. Возможно, это от того, что мне особо не с чем сравнивать. Я был отнюдь не робким и застенчивым парнем, за исключением, разве что, девушек. Конечно, я соврал бы, если бы сказал, что не дружим с девчонками в свои прежние лихие годы, которые теперь я вынужден провести не иначе как в сапогах. Но когда речь заходило до чего-то серьёзного, во мне тут же просыпался застенчивый скромняга. Мои отношения с Настей были настолько чисты и невинны, что бывалые ловеласы наверняка бы только фыркнули и рукой махнули, назвав это детскими играми. Сложно не согласиться с этим мнением. Зато теперь, когда рядом со мной Падме, меня так и тянет прикоснуться к ней, погладить её щеку, взъерошить волосы, а уж по ночам… Раньше бы я от таких только мыслей сгорел бы от неловкости, а теперь же сам отчибучиваю по чем зря. Да, когда-то я был абсолютно уверен, что никогда не смогу вновь почувствовать себя таким вот умиротворённым, думая, что боль утраты и разбитого сердца будут преследовать меня всю оставшуюся жизнь. Вот же глупость какая! А вместе с тем, я всё больше и болше чувствовал не тольк мир и блаженство, что Падме мне дарила, но и то, что в этом мире для меня ближе и дороже никого просто нет. Похоже, что Щелкунчик медленно, но верно умирает во мне и я становлюсь близок к тому, чтобы, говоря «имя мне — Энакин Скайуокер», самому поверить в это. Может, оно и к лучшему? В конце концов, легенда об амнезии обеспечивает мне надёжную защиту от всяких лишних подозрений. Взять хотя бы Падме — я столько раз заставлял её смотреть на себя, как на что-то из ряда вон, чего она не ожидала от меня, вернее от прежнего Энакина. Но после всего этого, я так и не ощутил, чтобы она похолодела ко мне хотя бы на градус с нашей первой встречи. Да уж, не было счастья, да несчастье помогло. Тем не менее, я заметил, когда мне приходилось спускаться с небес на землю, я ловил себя на мысли, что не просто никому не дам её в обиду, но никогда не позволю никому встать между нами или забрать её у меня. Что я готов уничтожить всякого, кто встанет между нами… — Нет, нет, нет и ещё раз! — говорил я прямо вслух, дабы отогнать их Я приводил себя в чувство, хлопая по щекам как можно сильнее своим протезом. Потому что А — бьёт больнее, Б — холодный, то есть быстрее протрезвляет. Нельзя, нельзя развивать эти мысли. Ибо у меня был печальный опыт, когда я накручивал образ любимой девушки, который, откровенно говоря, на девяносто процентов сам же себе и придумал. Пусть я и смирился с результатом этой своей небольшой трагедии, я его не забыл. Более того, я его очень хорошо помнил, чтобы вновь позволить себе потерять голову, даже от Падме. Как я и планировал, остатки отпуска я проводил с пользой: медитации, упражнения с Силой и, конечно же, махач на световых мечах. На последнее я налягал особо, так как мои раны на руке и ноге, которые оставил мне Дуку, но от которых не осталось и следа благодаря джедайской медицине, подстегнули меня заниматься намного усерднее, чем прежде. Времени у меня, казалось, было меньше, чем на Набу, но я сразу смекнул сменить преоритет с количества, на качество. Если в Озёрном краю, который мне пришёлся по душе в тысячу раз больше, чем этот Корусант застроенный по принцепу «хрущёвка на хрущёвке», я мог заниматься только рано утром и резко прекращать, когда Падме просыпалась и я улавливал в Силе её любопытство и интерес, то в Храме, с учётом моего отпуска плюс больничный, я был предоставлен сам себе. Конечно, махать весь день светящейся палкой для меня было слишком утомительно, но в день я занимался в два, а то и в два с половиной раза больше. Если Оби-Ван, который готовился вместе со мной отправиться в расположение флота Юларена, не мог со мной позаниматься, я отрабатывал пройденное на сделанных им для меня записях. Также мне удалось застать двух джедаев без дела, — большая редкость в условиях, когда все охренеть, как заняты, — и уговорить их поспаринговаться со мной. Не знаю, толи эти парочка джедаев, — забрак Аген Колар и человек Кенто Марек, — были не на много опынтнее меня (именно меня в этом мире), либо моё усердие начало приносить плоды. Второго из них я смог, после трудного боя, одолеть, а вот с забраком у нас в конце концов вышло взаимное истощение друг друга с вытекающей из этого ничьёй, — я не смог одолеть его, а он выбился из сил, защищаясь от меня. Что касается особенностей владения световым мечом, то мне всё больше и больше нравился стиль Джем Со — обращения сил противника против него самого. То есть отправка прилетающих в меня бластерных лучей в диаметрально противположную сторону и контратаки противника с аналогичным у меня оружием, минуя стадию блоков. Атаки сквозь атаки — это конечно прелестно, — противник нападает, а потом попадает в твою ловушку. Вот только Дуку, который на Оба-Диа только и делал первую половину боя, что защищался. Поэтому теперь я отрабатывал не столько контратаки целиком и полностью, сколько их атакующие составляющие, представляющие из себя серию мощных ударов, в которые, помимо физической силы, необходиму вкладывать ещё и Великую. В общем, упражнялся я с мечом теперь не меньше, чем три часа в день, оттачивая приёмы практически до автоматизма, а также ловя на себе в коридорах храма одобрительные взгляды мастеров и восхищенные учеников. А вот в плане взаимодействия с Силой я решил усложнить себе задачу со времён последних занятий. Связано это было с тем, что в баловаться телекинезом в спокойной обстанвке и во время напряжённого боя — это не одно и тоже. Наглядным примером для меня служила Ринго-Винда, где мне приходилось прятаться за спинами своих солдат, как бы это противно не звучало и выглядело, и максимально отрешиться, чтобы поднимать и швырять дроидов сразу пачками. Неудивительно, что я тогда быстро откинул практику спокойствия и начал брать силы из своего гнева, к неудовольству своего учителя. Хоть я и не отказывался от своих прежних взглядов, насчёт эмоций и Силы, но вынужден был признать, что увлечение своими эмоциями и возбуждением во время напряжённого боя — не самая лучшая идея. Слишком легко увлекает и заставляет терять голову. Поэтому теперь я отрабатывал свои телепатические навыки, отражая одновременно огонь одного, а затем нескольких тренировочных дроидов. Оби-Ван, однажды, заглянул ко мне на такую тренировочку, после которой даже заопладировал. Тогда же я и решился спросить его, почему же джедаи так боятся черпать Силу из своих эмоций и чувств, приводя максимально стирильные доводы, что именно чувства способны по настоящему творить чудеса и побуждать на смелые и решительные поступки, как защита своих родных и близких? Оби-Ван, снисходительно улыбнувшись, на это ответил: — Помнишь мой урок о том, как именно джедай должен бороться со своим страхом? Фундаментально, эта доктрина относиться ко всему остальному, что джедай делает, мой бывший ученик. Как я тебе уже говорил, что именно чувство отвественности перед всем миром и нуждающихся в нас должна способствовать преодолению сковывающего тебя страха. То же самое по сути и лежит и в правилах получения и использования нами Силы, сказаных ещё в первых строках кодекса: «Нет эмоций — есть покой.» Что касаеться первого, то такие чувствительные к Силе, как мы, ощущают их намного сильнее, чем все остальные. Через страсть можно познать Силу и даже проще, чем через покой, но она даёт не столько силу и могущество, как иллюзию таковых. Это можно сравнить с простым заработком больших денег. Осознание того, что, не утруждаясь, ты можешь получать больше, слишко привлекательно. Можно даже сказать, соблазнительно. Но, когда ты получаешь всё больше и больше того, что тебе так желанно, начинается смена приоритетов, когда уже не ты управляешь своими страстями и эмоцями, а они тобой. Становишься заложником своих страстей. Именно в этом и заключается опасность следования путям Тёмной стороны, когда ты приобретая всё больше и больше могущества, начинаешь идти у него на поводу. Боюсь, я не в силах тебе объяснить этого Энакин. Проще, наверное, самому этого прочувствовать, но я бы советовал тебе держаться подальше от этого, потому что переступив через эту запретную черту, ты рискуешь, — очень сильно, — соблазниться тем, что тебе дала Тёмная сторона и потреять возможность вернуться назад. А вот с материалами, которые мне выдал Палпатин, вышло не так гладко, как хотелось бы. После того, как я вернулся в тот день в Храм, Оби-Ван так и набросился на меня с распросамии требованиями объяснений, где я был? Словно я не взрослый самостоятельный и, в конце концов, женатый уже человек, а его четырнадцатилетняя дочь. Ну а в дальнейшем он взял себе в моду не давать мне оставаться наедине. В комнате, которую мы с ним делили в Храме, он меня одного не отпускал и постоянно таскал на всякие там решеня своих проблем, которые мне были так же интересны, как идеи отказа от атомной энергетики в пользу солнечных батарей и ветрянных электростанций. Поэтому ознакомиться не вышло. Приходилось только надеятся, то когда мы вернёся на войну, он наконец оставит меня в покое и я смогу без всяких свидетелей, — Файвс, Эйзи и R2 не в счёт, — просмотреть эти, как сказал старик, секретные документы. Как и обещал, свой последний день отпуска я провёл в обществе своей очаровательной супруги. Мы не видились всего пять дней, но я всё равно истосковался по ней, хотя, казалось бы, с моими-то нагрузками на тренировках некогда тосковать и скучать. И тем не менее, проведя целый день и ночь с ней, я получил совсем не лишний бальзам на душу, который мне предстояло растянуть на долго. А то чуяло моё сердце, что всеобщее наступление на Внешние миры затянется на долго. Мало того, предстоящее продолжение моего участие в этой войне, в которой я воюю до сих пор не пойми зачем и за что, я опасался, что она способна преподнести мне новые сюрпризы. Не знаю, как Скайуокер до меня, а я лично никого никогда не убивал ни в свом мире, ни в этом. Массовое участие со стороны противника дроидов, — неодушевлённых созданий, — до сих пор избавляло меня от этой участи, но что-то мне подсказывало что мне всё-таки придётся через это пройти, и каким я после этого буду — неизвестно. Поэтому я и старался получить от общения с Падме по максимуму позитивных ощущений, потому что негатива мне, как подсказывала Сила, ещё предстояло хлебнуть сполна. Налюбовавшись вдоволь на то, как мой ангел мирно и безмятежно пребывает в царстве снов, я всё же таки решил закончить эти полежанки. За последнии дни я привык вставать ни свет, ни заря, чтобы побольше потренироваться, а сейчас просто не знал, что мне делать? К тому же, сегодня в 0:00 мой отпуск официально закончился и мне следовало вернуться. как можно скорее. Аккуратно вынарнув из-под одеяла, стараясь не потревожить сон Падме, — благо опыт уже имелся, — я стал искать свои штаны и робу, которые вчера вечером буквально сорвал с себя и отбросил в неизвестном направлении. Найдя же части своей рабочей одежды, я решил выскользнуть из спальни и одеться уже за дверью, дабы не издавать лишних звуков, оставив сапоги и кожанную жилетку на потом. — Эни, — раздался тонкий мелодичный голос, когда я уже стоял в дверном проёме спальни. Эх, не получилось у меня удрать по тихому. Теряешь форму, Щелкунчик, теряешь. Раньше у меня получалось гораздо лучше. Обернувшись, я увидел, как Падме смотрит мне вслед не вполне сонным и хитро прищуренным взглядом: что, думал так просто сбежать? Похоже, на этот раз она была готова к таким вот фокусам с моей стороны. — Доброе утро, любимая, — подойдя к постели, прошептал я, прежде чем чмокнуть её в губы. — Если бы оно было добрым, ты не стал бы сбегать от меня спозоранку, — пропела она. Сила всемогущая и вездесущая, ну и горазда же она стрелять глазками так, что просто хочется вновь набросится на неё, словно ночного марафона было мало. — Прости, труба в бой зовёт, — овечал я. — Отпуск-то мой тю-тю. — Не расчитывай, что я забыла, что ты мне задолжал как минимум ещё два дня, — игриво напомнила она мне об обещании, провести с ней все десять дней отпуска. — Сознаю свою вину, — поднял я руки в знак капитуляции. — Торжественно клянусь исправиться в будущем. А сейчас, — я вздохнул, готовясь поставить точку в этой игре слов, потому что если я это не сделаю сейчас, то меня точно понесёт. — Сейчас мой долг меня зовёт. — Давай попьём чай, — схватила она меня за руку, когда я собирался уже отойти. — Время у нас ещё есть. Падме посмотрела на меня таким просящим взглядом с лёгкой доброй улыбкой и прикрытыми глазами цвета горячего шокалада, сопротивляться которому я был просто не в силах, как бы не старался. Это женщина, похоже, очень отчётливо осознаёт, какую власть она надо мной имеет и бессовестно ей пользуется. Вот же кошка, а! Впрочем, у меня тоже своё мнение, тягу показывать которое даже ей не удалось вытравить из меня. — Лучше кофейок. — Для тебя, всё что угодно. Я мигом. Моя супруга быстро встала и, накинув домашний халат, исчезла так, что я и моргнуть не успел. Во даёт! Двигалась она очень быстро и ловко, но без всякой торопыги и бешенства. Наоборот, её движения были наполнены плавном изяществом и грацией. Воистину королева…хоть и бывшая. Падме действительно справилась быстро. Я едва успел привести себя в порядок, — умыться и одеться. Солнце ещё не успело показаться из-за горизонта, когда моя благоверная пригласила меня к столу, накрытому в гостиной. Расположившись поудобнее, я взял чашку в руки и неспешно вдохнул столь знакомый и дорогой моему сердцу аромат. Едва ли не с десятого класса я был заядлым кофеманом. Тонким ценителем бы себя не назвал, но всё же находил что-то особенно приятное в напитке, сваренном в турке. А если ещё и со сливками, да сахарком… Красота! Поэтому я был несказанно рад, когда узнал, что в этом мире тоже есть кофе, почти идентичный нашему. Правда называли его каф. Почему, я так и не понял. Никогда не увлекался лигнвистикой. — Ну как, вкусно? — спросила Падме, отпивая из своей чашки дымящегося напитка. Я не спешил с ответом. Сидя в такой располагающей обстановке и в её обществе, мне даже не хотелось говорить. Особенно тогда, когда осознаёшь, что это скоро кончится, а когда будет ещё — неизвестно. И хочется насладиться моментом такого уюта тепла как можно дольше, чтобы хватило да нашей следующей встречи. — Превосходно, — почти прошептал я, натянув на лицо маску блаженства. — Я старалась, — с довольной улыбкой ответила она. Продолжать разговор Падме не спешила. Радость с её лица стала постепенно отступать, давая место задумчивости, если не переживаниям. — О чём ты думаешь? — решил сделать я первый шаг, на который она не решалась. — Энакин, помнишь там, на Набу, мы говорили о том, как война влият на нас? — Нас? — удивился я. — По моему, тебя боеспокоило только моё собственные состояние. — Да-да, всё правильно! — исправилась она. — Я просто совсем недавно задумалась о тех изменениях, что могут последовать за этой войной. — Что ты имеешь ввиду? — заинтересовался я. — О том, что канцлер Палпатин обладает слишком большой властью. Сенат вручает ему всё больше и больше полномочий, которые он, по его словам, принимает, подчиняясь мнению большенства… Угу, просто император Август какой-то или Тиберий — отрекается или обещает отречься от власти, а сам, даже не планируя такого, пользуется ей без всякого зазрения совести. Мы такое уже проходили в нашей истории, а вы тут видать только решили задуматься. Ну что же, с почином, раз так. — Я общалась с Бейлом Органой на эту тему. И он сказал, что испытывает некие сомнения по поводу того, что канцлер когда-либо откажется добровольно от тех чрезвычайных полномочий, которыми Сенат его наделил. Нет, ну вот ей обязательно надо было прям с утра говорить на эти кислые темы и портить такой хороший момент? Впрочем, я и сам собирался чуть позже подумать об этом. Палпатин — фрукт, конечно интересный. Я смотрел его старые выступления в Сенате в защиту демократических ценостей республики. То как, он распинался в своей любви к демократии и тягости принимать такую объёмную власть — это десять баллов! А если добавить ещё и то, что этой властью он пользуется почем зря, внося то и дело поправки в законодательство, то начинают возникать очень интересные вопросы, ответ на которые обещает быть не менее интересным. Я, конечно, глубоко сомневаюсь, что такого сорта люди откажутся от власти, если это не Луций Корнелий Сулла. Если он и впрям откажется после войны от всех должностей и полномочий, то я — Джордж Мартин. — Это его собственное мнение или он озвучивал чьё-то другое? — не то, чтобы мне было это интресно, но поинтересоваться стоило хотя бы из вежливости. Да и потом, я же сам витаю в относительно высоких кругах республики, пусть и не обладая властью. А тут информация лишней не бывает. — Я не знаю точно, но по его словам, он говорил на эту тему с бывшим канцлером Валорумом. Так, похоже разговор становится всё интереснее. — И что? — поинтересовался я, как бы, не взначай. — Валорум был уверен, что Палпатин очень любит власть, чтобы отказываться от неё. А ещё он уверен, что именно он его подставил тогда, во время Набуанского кризиса, дабы занять его место. — И ты в это веришь? Тут моя женушка сконфузилась и сжала от неловкости губы, словно я задел больную тему. Хотя, видимо, так оно и было. — Ну… Валорум перестал быть канцлером после того, как я предложила выдвинуть ему вотум недоверия. А Палпатин перед этим много мне рассказывал про то, что сенат не в состоянии мне помочь. Что республикой правят подкупленные Торговой Федерацией бюрократы, перед которыми канцлер бессилен. Ишь ты! А этот дедок в самом деле не прост. А ты, милая моя, могла бы просто сказать, вместо того, чтобы ломать язык, что он тебя обработал и запудрил мозги, как школьнице, и ты сплясала под его дудку. Но вместо всего этого я ответил другое. — Хочешь сказать, что с приходом к власти Палпатина всё стало иначе? — поинтересовался я со снисходительной улыбкой, повернув слегка голову. — Напомни-ка, при каком канцлере Нут Ганрей избежал наказания за беспредел на Набу. Падме хотела что-то ответить сразу, но вместо этого застыла с раскрытым ртом и поникла. У-у, и ты задумалась над этим только сейчас? Да из тебя, милая моя, политик, как из меня образцовый джедай. Тебе бы взять за жизненное кредо «Киндер, Кирхен, Кухен», а не в сенате сидеть средь шантрапы, крышующей рабо- и наркоторговлю. — Палпатин тогда только вступил в должность. Он не успел приструнить всех коррупционеров, которые помогли Нут Ганрею избежать заслуженного наказания, — собралась наконец она с ответом. — А теперь, значит, приструнил? И чем ты тогда не довольна? — Я не говорила этого! — выпрямилась моя супруга. — Я только поделилась с тобой своими беспокойствами. — Своими или Органы? — усмехнулся я, повернув голову вправо, как я всегда делаю, когда задаю саркастические вопросы. — Энакин! — воискликнула она так, словно я сказал что-то непристойное или возмутительное. — О чём ты говоришь? — О том, кто он такой, чтобы я всерьёз его воспринимал? Валорума, на которого он ссылается, я вообще не знаю… Хотя, погоди! Знаю — неудачник, которому пятнадцатилетняя девочка устроила импичмент. Я от души посмеялся от своей собственной шутки. А если серьёзно, я был бы полным дураком, если бы не поинтересовался, кто же собственно такой этот канцлер Палпатин, который, положил на меня глаз, видимо в серьёз и надолго? Конечно, в ходе моего наведения справок, я интересовался тем, как он пришёл к власти. Я даже почитал про то судьбоносное заседание сената в разгар Набуанского кризиса, ставшего прилюдием Сепаратистского. Мало того, теперь мне стало ясно, откуда у маленькой девочки, умевшей тогда только разрисовывать своё личико, да толкать красивые речи, вдруг появилась смелость и политическая ориентация в столь высоких кругах, чтобы вот так вот прямо с порога устраивать импичменты аж Верховным канцлерам республики — палпатинова работа. — Ц’ой, — цокнула языком Падме, в знак того, что не желает более продолжать эту дискуссию, — знаешь что? — Что? — Допивай-ка свой каф и собирайся. Тебя наверное уже в храме заждались. Засмеявшись, я залпом допил остывший каф. Ну что же, ладно хоть так. А то бы ещё пришлось высказывать ей всё, что я думаю об этой её республике с сенатом. А я, как говорят у нас, спешу, мне не до скандалов. Да и потом, о планах Палпатина я так толком ничего и не знаю, чтобы дискутировать на эту тему с ней. Надо будем при встрече с ним как-то аккуратно затронуть этот вопрос. Но только той, что при случае возникнет. Переться к нему специально за этим и сейчас — ни-ни. У меня, со слов Оби-Ван и взглядов на меня Мейса Винду в храме, отношения с Советом не так уж и хороши. Чего только стоила недавняя история, когда канцлер предложил отправить меня во флот некоего адмирала Додоны, состоящего из новенких Побед, дабы я, как очень «ценный военный кадр» увидел их поближе и смог бы по достоинству оценить. Причём это было не приказом, а ненавязчивой просьбой, которую Совет не только не удовлетворил, но ещё и на меня бочку катить стал, дескать, это я попросил канцлера об этом. Чтобы им всем пусто было! Кореллия, если судить по ней из того, что мне удалось о ней прочитать, одна из жемчужин Центральных миров Галактики и республики вообще. В честь данной планеты не просто так назвали целый торговый путь. Она является одним из центров кораблестроения, соперничая с Куатом, основным поставщиком военных судов для республиканской армии. Также Кореллия была крупным торговым центром. Сюда прилетали торговые и транспортные корабли со всей Галактики, что, в свою очередь, автоматически привлекало всяких охотников за удачей вроде пиратов и контрабандистов. Именно поэтому у Корелли был свой собственный мощный военный флот, способный не только красоваться на парадах, но и задать трёпки непршенным гостям. И не какой-нибудь мелкой шайке головорезов, а целому межпланетарному государству или какой-нибудь мегакрутой ЧВК. Ну а ныне эта планета с богатейшей историей, тянущейся ещё от какой-то там Бесконечной империи Раката, являлась перевалочным пунктом нашей Великой армии. Именно сюда мы с Оби-Ваном прибыли с Корусанта на небольшой эскадре, чтобы соединиться здесь с нашим другом адмиралом Вульфом Юлареном и запастись припасами всех мастей, ибо наше будущее пребывание во Внешних мирах обещало быть долгим и затяжным. Как только мы сели в местном космодроме, который по красоте и размеру не уступал корусантским, нас неожиданно встретил наш бравый адмирал. — Генералы Кеноби и Скайуокер, рад вас приветствовать на Кореллии, — поприветствовал он нас. — И вам здравствуйте, адмирал, — улыбнулся я. — Полагаю вы довольны, что наконец оставили счетные палаты муунов и скоро вновь окажетесь на фронте? — Не могу с вами не согласиться, генерал, — улыбнулся в ответ Юларен. — И хотя на Сципио было очень тихо мне не пришлось утруждать себя счётом денег, но сидеть и ожидать, что в любой момент могут напасть сепаратисты с троекратным численным перевесом — не самое приятное занятие. Нет ничего хуже на войне, чем ожидание неизвестности. — Что же, мы рады, что вы избавились от этого бремени, адмирал, — добавился в беседу Оби-Ван. — Вам известно наше будущее направление. — Разумеется, но давайте не будем говорить о делах прямо с трапа шаттла. Мы с адмиралами Суламаром и Таркином запланировали встречу с вашим участием, дабы обсудить всё, что нам предстоит. — Таркином? — удивился мой учитель. — Разве ему тоже поручено наступать вместе с нами на Коррелианском направлении? — Нет, генерал. Адмирал Таркин тоже готовиться к наступлению на сепаратистов, но на другом направлении. — Ну что же, тогда давайте не будем заставлять их ждать? — предложил я. На том мы и закончили беседу, после которой нас всех троих повезли, насколько я понимал, в штаб Кореллианских войск, где временно расположилось наше командование. По пути мне выпала возможность разглядывать, насколько позволяла скорость лендспидера, столицу этой планеты. Надо было отметить, что здешние постройки были не столь величественные и огромные, как на Корусанте, но надо было отдать должное архитекторам и строителям. Город был, что называется, со вкусом. Если Корусант — супер-пупер современный архитектурно и технологически Мегаполис (на верхнем уровне, по крайней мере), то Коронет — произведение искусства. Эстетика, если угодно. Впрочем, мои любования незнакомыми пейзажами продлились не долго. — Мы прибыли, — объявил адмирал, когда транспорт остановился и первым вышел из него. — Перед вами — штаб-квартира Кореллинаских сил безопасности, где временно расположились командование Девятнадцатой и Восемнадцатой армиями. Я присмотрелся. Здание было весьма внушительным, но сильно-то выделялось на фоне других построек в Правительственном районе, отличавшихся помпезностью. В общем, практично, как и подобает военным. Впрочем, внутри здание казалось сделано тоже со вкусом. Видимо, эти корелианцы не могут без прекрасного. Впрочем, разве это плохо? Наконец, после не долгих блужданий по внутренним помещениям, мы прибыли в зал совещаний, где нас, по всей видимости, уже ожидали. — А, генералы, добро пожаловать на Кореллию, — наперебой приветствовали нас собравшиеся офицеры, облаченные в стандартную офицерскую форму серого цвета. По их внешнему виду и выправке было трудно не подумать, что это люди не только слишком важные и гордые, но и бывалые, которые свои погоны, вернее офицерские таблички, заслужили отнюдь не только благодаря связям. — Генерал Скайуокер, рад вас снова видеть, — сообщил мне один из них, пожимая руку. — Мы с вами разве знакомы? — спросил я его, чем вызвал у того неподдельное удивление. Судя по его тону и теперешнему выражению лица, я понял, что они с Энакин и вправду были знакомы и имели не самые худшие отношения. — Энакин не так давно получил серьёзную травму головы, вследствие которой потерял память, которую всё никак не может вернуть в прежнем составе, — вмешался учитель. — Ах вот как! — понимающе закивал тот. — Тогда позвольте представиться вновь, — Уилхафф Таркин, командующий Восемнадцатой секторальной армией. — Очень приятно господин Таркин. Я, так полагаю, в представлении не нуждаюсь? — улыбнулся я. — Разумеется, — улыбнулся тот. Второй находившийся здесь, видимо тот самый Суламар, решил последовать примеру коллеги: — Хендо Суламар, адмирал и командующий Девятнадцатой армией. Мне поручено оказывать вам всяческое содействие на Коррелианском направлении. — Чудно! — из вежливости ответил я. — Раз уж мы все в сборе, господа, давайте приступим, — предложил Юларен. Просить дважды никого не пришлось и вскоре мы все нашим небольшим коллективом сидели за неполностью занятым круглым столом, на которым скоре возвысилась большая карта Галактики. Впрочем, мой новый-старый знакомый Таркин, который сидел за чем-то вроде пульта управления, приблизил её так, что стала видна лишь её южная часть. — Господа, думаю, первым стоит дать слово адмиралу Таркину, так как он тут единственный, кто не входит в число тех, кому предстоит наступать на Коррелианском направлении. Предложении Суламара было встречено одобрением со стороны прочих присутствующих. — Благодарю вас, адмирал, — кивнул Таркин. — Господа, мне и вверенной мне Восемнадцатой секторальной армии поручено Верховным канцлером вести наступление в направлении Шарлиссианского торгового коридора. А именно на такие миры врага, как Тритон, Слуис-Ван и Загоба. Смею заметить, что данная территория конфедерации самая близкая к тем, где предстоит наступать вам. Поэтому нам с вами, по всей видимости, предстоит прикрывать друг друг от внезапных нападений сепаратистов со стороны их других…территорий. Судя по карте, всё так действительно и было. Правда если Таркин прикрывал нас, то мы прикрывали его только с одной стороны, в то время как его прикрытие с более Восточной стороны предстояло осуществлять кому-то другому. Конфедерация Независимых Систем не было цельным государством, в отличии от республики. Её территории был разбросаны по всей Галактике отдельными островами. Где-то большими и внушительными, а где-то маленькими. — Впрочем, советую вам не обольщаться. Ваши цели находятся достаточно близко к территориям Внешнего кольца, которое кишит пиратами и прочими бандами, который со времён Руусана развелось огромное множество. От них, если что, вам придется защищаться самостоятельно. Да уж, я успел начитаться про то, что Во Внешнем кольце полным полно всякого пиратского сброда, по сравнению с которыми наши джентльмены удачи с Тортуги и Ямайки лишь жалкая кучка оборванцев. Причём я это находил не в каких-нибудь КНСовских сайтах и каналах, а в библиотеке храма джедаев. Как ни странно, ни слова упрека в адрес республики, за то что она допустила такой разгул беззакония, там не было и в помине. Так, откуда же взяли да и появились целые пиратские миры и флотилии? — Благодарю вас, адмирал, — кивнул Таркину Суламар. — А теперь предлагаю поговорить о других целях. Карта сместилась с мест, которые предстояло штурмовать Таркину, гораздо севернее и западнее. — Господа, вверенной мне Девятнадцатой армии поручено взять в осаду и ликвидировать сепаратистские миры на Корелианском торговом пути. Самым приоритетным из которых является Бомис-Кури IV из-за располагающегося там завода по производству дроидов и цитадели, что его охраняет… — Кстати, чуть не забыл! — спохватился Таркин. Вставив инфочип в пульт управления, адмирал вывел голограммное изображение какого-то здания. Очень внушительного по своему масштабу. — Канцлер Палпатин передал мне чертежи этих самых завода с цитаделью, чтобы я передал их генералу Скайуокеру. Схемы были добыты силами нашей сенатской разведки, однако он сообщил, что это — чертежи архивные, с которых этот комплекс планировали и строили. Сейчас его, возможно, изменили. Так что я бы на вашем месте не поленился провести еще и собственную разведку уже ныняшнего объекта. Рассказывая, Таркин попутно вёл обзор этого завода в цитадели. Помимо изображений вблизи, он продемонстрировал нам его в разрезе: проводка, вентиляция, коридоры, помещения, даже подвал. Одно слово вещь! Закончив говорить и обозревать, он извлёк носитель и передал его мне прямо в руки. — Простите, адмирал, но запрос на эту информацию подавал Совет джедаев. Разве не ему канцлер должен был передать её? — не без удивления спросил Оби-Ван. — Его превосходительство сам вправе решать кому и что передавать, генерал Кеноби, — ответил непреклонным тоном адмирал. — Впрочем, он предвидел ваше недовольство и сказал на этот счёт, что планировал поступить так, как говорите вы. Однако из-за какого-то там конфуза, в подробности которого он не счёл должным меня посвятить, передумал и поручил передать чертежи генералу Скайуокеру через меня. Я усмехнулся. Конфуз, в подробности которого он не счёл должным меня посвятить. Наверное речь идёт о просьбе канцлера прикомандировать меня к флоту Додонны, на который совет ответил категорическим отказом. Да уж, похоже канцлер, после того отказа, решил напомнить Совету джедаев в грубой форме, кто тут хозяин. Только вот что мне-то с того? Опять недовольный бухтёжь со стороны Совета? — Благодарю вас, — ответил я Таркин и повернулся к другому адмиралу. — Адмирал, адмирал Таркин прав. Нам нужно провести доскональную разведку крепости, чтобы знать наверняка те ли это чертежи или нет. Если да, то мы имеем на руках очень ценные данные для проведения диверсионных операций. На это адмирал хитро ухмыльнулся. — Дорогой генерал, я, к вашему сведению, тут отнюдь не бездельничал. Разведка уже проведена и её данные доставленные. Вот, полюбуйтесь. Поначалу мне показалось, что это вообще не то здание. Но внимательнее приглядевшись и старательно восстановив в своей памяти вид той крепости, что показал Таркин, я всё же пришёл к выводу, что это один и тот же объект. Но изменения всё равно были дико заметны. Эта крепость была просто утыкана башнями и турелями с пушками, как газон травой. — Ничего себе! — вырвалось у меня. — Это ещё и не всё, генерал, — добавил Суламар. — Командующий обороной крепости генерал Оро Дассин не только значительно усилил огневую мощь обороны. Он ещё и притащил туда генераторы щита, так что до этих пушек надо будет ещё и добраться. — Ещё лучше! — фыркнул я. — Адмирал, но тогда нам просто жизненно необходима диверсионная операция с целью, как минимум, выведения из строя защитных генераторов. — А как максимум? — поинтересовался учитель. — А как максимум — отключения питания оборонительных турелей, чтобы наши летательные аппараты могли беспрепятственно зачистить территорию от дроидов, а затем безопасно высадить десант. Но это уже идеальный вариант, для которого потребуется как минимум два отделения спецназовцев-разведчиков и отряд клонов-командос. Также тут не помешала бы атака на крепость, защищенную щитами для отвлеченеия врага от разведывательно-диверсионной группы. Всё это вкупе должно не только минимизировать потери при штурме, но и позволить захватить укрепления и орудия без лишнего ущерба, что позволит их использовать уже нашей армии для закрепления на этой планете. Завод же, если избежит уничтожения при взятии, можно остановить и постараться найти ему применение в государственных целях. Фух! Аж выдохся, произнося эту триаду. Оглядев всех присутствующих, я заметил, что все они удивленно и озадаченно переглядываются. И учитель, и Таркин, и Суламар, и даже Юларен, всё время молчавший, как бедный родственник. — Государственных? — переспросил Таркин. — Глубоко смотрите, уважаемый. Я вижу, ваша амнезия никоим образом не сказалась на ваших сообразительности и предпреимчивости? — Если только не к лучшему, адмирал. Все дружно засмеялись от этой шутки. — Адмирал, — обратился Таркин к Сулмару, — я считаю, что вы обязаны удовлетворить все запросы генерала Скайуокера для осуществления этой операции. — Не беспокойтесь, адмирал, удовлетворим, — заверил его Сулмар. На этом, пожалуй, основное планирование и завершилось и все мы разбжались по своим «каморкам» планировать конкретные цели. — Значит спецназ и командос? — переспросил учитель, когда Юларен повёл нас в помещение КоБеза, выделенное специально для его эскадры и наших подразделений. — Ну да. А у вас есть идея получше, как брать такую крепость? — поинтересовался я. — Конечно нет. Я просто ожидал, что ты решишь самолично вывести генераторы из строя со мной на пару. Я с кривыми губами посмотрел на своего учителя. Он что это, на полном серьёзе? — Помоему, это, как минимум, не генеральское дело — скакать по вражеским базам и устраивать взрывы. — Да? — протяжно переспросил Оби-Ван. — Раньше ты был иного мнения… — Раньше было раньше, — отрезал я. — По моему, мне давно уже следовало остепениться. Не в игрушки ведь играем, а людей на смерть посылаем. И да, если вы не забыли, учитель, у меня амнезия. — Я не забыл. Просто мы в Совете думали, что твой темперамент и норов всё равно возьмут вверх и ты вернёшься к прежним повадкам. — А вы не думайте, учитель. Вы лучше думайте о том, как нам лучше спланировать будущую операцию. — Вот мы и прибыли, — прервал нашу дискуссию адмирал. Зайдя внутрь меня неожиданно поджидал сюрприз в лице парочки знакомых мне физиономий. — Генерал, с выздоровлением вас! — вытянулся клон. — И с возвращением в строй! — добавил другой. Губы самовольно расплылись в улыбки, а объятья распахнулись. Только сейчас я понял, как же мне их не хватало. — Рекс, Файвс, какая трогательная встреча! Я прямо с порога, не сходя со своего места, продемонстрировал своим подчинённым свои возросшие навыки в Силе, путём резкого притягивания их обоих к себе, отчего те аж вскрикнули от неожиданности, а адмирал с учителем шарахнулись в сторону, с последущим сгребанием в охапку. — Ну как вы тут без меня, не успели зачахнуть от безделия, охраняя банковских счетоводов? — Ох, сэр, мы были готовы просто взвыть, — поплыл в признании командущий легионом. — Сидишь там с этими вытянутыми рожами и ждёшь, когда сепары по нам жахнут. А раслабиться и отдохнуть нельзя. Эти банкиры сразу же начнут к тебе претензии предъявлять, мол, защищать их, или отдыхать мы сюда приехали? — Очень рад, что вы избавились от их ига, — взъерошил я отсутсвющие у капитана волосы. — От чего? — не понял тот. — Господства, — пояснил я. — Скоро нам предстоит очередная миссия. Прошу внимания, господа офицеры. Я вставил оба инфочипа, — от Таркина и от Суламара, — в расположенный посреди помещения, так любезно выделенного нам Кореллианскими силами безопасности, тактический стол. После чего, спустя какое-то время моих махинаций, которым я научился путём наблюдения за тем, как другие колдовали над этими столиками, над ним пявились два изображения одного и тогоже объякта, но выглядщие по разному. — Узрите, это — сепаратистская крепость на Бомис Кури IV, внутри которой располагается крупнейший завод по производству дроидов. — Сэр, почему тут два изображения? — спросил Рекс. — Это что, изменения с довоенных времён? — Не совсем. Это, — указал я на изображение форта от Таркина, — чертежи завода, добытые нашей разведкой из архивов сепаратистов. А это — результат нашей последней разведывательной миссии на планете. Как видите, командущий армией сепаратистов на планете Оро Дассин слишком ревностно отнёсся к обеспечения защиты порученного ему объекта. — Да уж, — покачал головой Файвс. — Это если мы попытаемся десантироватья вон на эту территорию, то потеряем кучу ребят. Сэр, а у нас какая конкретно задача — уничтожить или захватить? — Конкретная задача, мой клонированный друг, — остановка производства дроидов в это регионе сепаратистов. Но просто так провести бомбардировку не получится, ибо конфедераты пригнали дефлекторные щиты. И потом, зачем уничтожать укрепления, которые могли бы нам самом сослужить добрую службу? — улыбнулся я. — И что вы предлагаете, сэр? — спросил смутишийся Рекс. — Провести диверсионную операцию и вывести из строя щиты и орудия с возможностью их дальнейшей эсплуатации. Учитель, у вас есть соображения на счёт того, есть ли у них всех единый источник питания? — Если только генерал Оро Дассин не завёс туда ещё один реактор, — усмехнулся тот. — Учитывая, сколько орудий он понаставил — с него станется. Дай-ка посмотрю. Отодвинув меня от пульта управления столом, Оби-Ван принялся внимательно рассматривать форт с заводом в разрезе. Абсолютно не спеша и никуда не торопясь, он принялся внимательно рассматривать почти каждое большое помещение. К счастью, их оказалось не слишком много. — Вот это, — указал он на помещение на самом верху лобовой башник крепости, которая так и бросалась в глаза, но которуя учитель решил рассмотреть последней. — Очень похоже на пункт управления. Оттуда можно отключить орудия и щиты одним разом. — Смею заметить, генерал, — вмешался Юларен, — что питание защитных сооружений крепости и самого завода, находящегося внутри неё, могу быть раздельными. Следовательно, вы можете лишить завод защиты, но производство дроидов, которые будут поступать на поле боя прямо с конвееров, вы вряд ли оттуда остановите. — Спасибо за замечание, адмирал, — кивнул я. — Ну что же, значит нужно нам подумать ещё и над тем, как бы отключить питание на заводе. — Тут есть небольшая проблема, — вмешался Оби-Ван, — если ты конечно по прежнему планируешь его захватить, а не уничтожить. Дело в том, что операций подобного рода ещё не проводились. Все предыдущие заводы конфедерации для производства боевых дроидов только уничтожались. Следовательно, мы не знаем, как их остановить. — Но у нас же есть чертежи, — указал я на голограммы. — А ты в них разбираешься? Я нет. Да и адмирал вряд ли. — Но вы же разобрались с крепостью… — Это немного другое. Форт — военный объект, каких мы брали не мало. Завод же — цель несколько иная. Промышленная, находящаяся под прямым управлением глав сепаратистов. Возможно, там есть и другие единая система питания, но отключив её, ты можешь остаться там без света и возможности открытия дверей. — Значит придётся брать по больше взрывчатки, — улыбнулся в ответ. — Можно конечно, — хмыкнул учитель. — Вот только это я описал самые безобидные сценарии. А ведь может быть предусмотрено и что-то похуже, например, полная самоконсервация завода со встроенной функцией его самоуничтожения, при попытке насильственного проникновения или, наоборот, побега попытки вырваться. То есть, с помощью взрывчатки, как ты предлагаешь. Да-да, или ты думал, что сепаратисты позволят нам так просто завладеть таким вот ценным объектом, как завод военного назначения? — Интересно, на чём же эта система будет работать, если вывезти из строя его питание. — На аварийном питании, Энакин, — почти простонал Оби-Ван, словно ему пришлось повторять мне сущуя ерунду, которую тут все знают, кроме меня. — Учитель, для человека, который не знает ничего о вражеских заводах, вы как-то слишком много знаете, — заметил я. — Я выдвигаю лишь предположения. Причём самые очевидные. — А давайте не будем выдвигать никаких предположений, а вместо этого просто возьмём и обратимся к специалистам, которые посмотря на эти чертежи и определят, что там точно есть, а чего нет? — предложил я. — С одними только чертежами без подробной документации, они тебе тоже ничего точного не скажут. Только выдвинут предположения, как и я сейчас, — скрестил руки на груди Оби-Ван в знак непреклонности. — Сэр, — вмешался в наш спор Рекс, — да дался вам этот завод? Что вы собрались с ним делать? Дроидов что ли для войны с сепаратистами производить? — Да хоть и дроидов, — не сдавался я. — Сам завод можно оставить, — его назначением займётся государтво. Меня больше всего интересует крепость, внутри которой мы могли бы расположить свою собственную базу. — Генерал Скайуокер, — подал голос на этот раз Юларен, — я вынужден согласиться с генералом Кеноби и капитаном Рексом. Сенат вряд ли сможет найти заводу какое-нибудь иное применение кроме производства боевых дроидов, которые нам без надобности. Скорее всего, его всё равно прикажут уничтожить. А насчёт базы — это не проблема. Корабли соединения, которое будет там базировать, в состоянии вместить в себя все необходимые ресурсы, для сроительство базы по нашим собственным стандартам. А то что-то я сомневаюсь, что генерал Дассин создал в своей крепости все привычные условия для клонов. — Но ведь это потребует больших ресурсов! А они же у нашей армии не бесконечные, — продолжал я упорствовать, но что-то внутри меня подсказывало, что всё это уже совершенно бесполезно. — В начале войны или ещё год назад я бы с вами согласился. Но теперь, наша военная промышленность работает на полную мощность, гарантируя нам всё, что мы запросим. Я одобряю вашу практичность и бережливость, генерал. Но сейчас, я не вижу в этом никакой целесообразности. Я лихорадочно озирался, как зверь, загнанный в угол, пытась найти хоть какую-то поддержку. Но всё было напрасно. Ни у Юларена, ни у Рекса, ни у Оби-Вана я не нашёл и тени поддержки своего плана. Даже Файвс, падла такая, состроив грустную мину, пожал плечами: извините, генерал, я за мнение большенства. — Более того, генерал, приказа развернуть базу на Бомис Кури IV ещё не поступило, — напомнил мне Юларен. — Так что может быть нам придётся позаботиться лишь ликвидацией завода и уйти на другой театр военных действий, а об этой планете всё сразу забудут. — Энакин, насчёт завода, это я ещё обрисовал слишком сложный и маловероятный вариант. Всё может быть куда проще: для остановки производства компьютер может потребовать коды, которые знает лишь кто-то из сепаратистской верхушки. Попытка взлома может привести к полному самоуничтожению завода. Мало ли, какию пакость там припасла конфедерация? Думаешь, все предыдущие заводы просто так уничтожали, а не захватывали? — решил добить Оби-Ван. — А адмирал Таркин…? — У адмирала Таркина своих забот хватает, чтобы интересоваться каким-то там заводом, коих у сепаратистов тысячи. Да ещё и не на его направлении, — снова наотмашь ударил учитель. — Если вы имеете ввиду похвалу от адмирала, то, будьте уверены, он имел ввиду лишь ход вашего мышления касательно заботы о государственных интересах. В этом нет ничего небычного, ведь он не только военный, но ещё и политик. Мы с генералом Кеноби тоже были приятно удивлены, но поверьте, Таркин — очень умный человек и хорошо понимает, что завод по производству вражеских дроидов республике просто так не взять, — решил успокоить Юларен моё самолюбие, по которому так безжалостно они всей компанией прошлись. — Если вы по прежнему считаете, что мы не правы, то я поделюсь с вами информацией, которые мне как-то сообщили мои друзья и коллеги из разведки. Сепаратисты отнюдь не глупы. Они прекрасно понимают, чем чревато для них попадание к нам в руки хотя бы одного завода. Сколько полезной информации мы можем там добыть про их ценных боевых дроидов. Поэтому будьте уверены, они этого никогда не допустят. Проистоновка производства не по специальному, только им ведомому, алгоритму, приведёт к тому, что завод просто взлетит на воздух. А как этого избежать, даже наша разведка точно не знает. Поэтому лучше сразу его уничтожить и избежать неприятных сюрпризов. Сжав от со всей силой свои кулаки от бессилия, я опёрся ими об стол, медленно выдыхая сквозь расширенные ноздри, сжав губы. Уверен, если бы тут было зеркало, я точно увидел, как у меня из носа на выдохи выходит дым. Черт, черт, черт! Как же я ненавижу, когда меня вот так вот целым скопом уделывают! И ладно, если бы я предлагал и яро отстаивал откровенную ересь и лютую дичь, так нет же! «Я одобряю вашу практичность и бережливость, генерал. Но сейчас, я не вижу в этом никакой целесообразности». Нет, видете ли, никакой целесообразности!.. Хотя, может быть они и правы. Если подумать, то что республика будет делать с заводом, который я собирался ей преподнести целым и невредимым? Переборудут его под производство тракторов? Как же! Учитывая, чего я тут успел почитать про эту сволочную свору, именуемую себя Галактическим Сенатом, как пить дать его просто продадут, а деньги разбегуться по карманам продажных чиновников. У меня на Родине такое уже проходили. А даже если не так, то что же? Это ведь не советский завод, который можно в случае войны перероборудовать с тракторов на танки и наоборот. Здесь этим точно заниматься никто не будет. Напряжённую тишину разорвал внезапно раздавшийся писк коммуникатора. — Слушаю! — гаркнул я от бушевавшего во мне негодавания. — Генерал Скайуокер, — появился у меня в руке мини-Суламар, — мы с адмиралом Таркином связались с бригадой спецопераций и они согласились выделить отряд «Дельта». Они уже проворачивали операцию по уничтожению завода на Джеонозисе, причём успешно, и с тех пор обзовелись солидным опытом. Для проведения вашей операции он впоне подойдут. — Признателен вам за помощь, адмирал. Но мне бы хотелось самому удостовериться в их опыте. Истории их операций в письменной форме вполне себе подойдёт. Также не помешало бы узнать заранее состав отряда и специализацию их бойцов. — Не беспокойтесь, генерал. Всё будет. Я вам вышлю все материалы На этом пожалуй наше предворительное планирование операции завершилось. Какой толк развивать его, если важных артистов грядушего концерта ещё нет, а их способности неизвестны? Поэтому мы сменили тему на более приземлённую — комплектация наших сил перед проведением операции. — И так, генерал, — приготовил датапад с данными Рекс. — В настоящий момент Пятьсот первый легион более чем полностью укомплектован в плане стрелкового оружия и гранат. Техники у нас: шагоходов AT-TE — 256 единиц, бронированных транспортных вездеходов типа «Джагернаут» модификаций А5 и А6 — 360 единиц, самоходных артиллерийских установок AV-7 — одна батарея или 16 единиц, разведывательных шагоходов AT-RT — 512 единиц, спидербайков BARC — столько же. Закончив докладывать, Рекс опустил гаджет и выжидающе на меня уставился. Так, так, так… В республиканской армии, насколько мне известно, всё крутиться вокруг цифры 4: отделений во взводе — четыре, взводов в роте — четыре, рот в батальоне — четыре, батальонов в полку — четыре, полков в легионе — тоже четыре, легионов в корпусе опять же четыре, корпусов же в секторальной армии — опять же четыре. Значит распределение техники нужно расчитывать также. Если предположить, что здесь, как и в нашей армии, — танк эквивалентен отделению, — то по четыре танка на танковый взвод и дальше по нарастающей…получается у нас танковый полк в распоряжени. Его экипажи и техподдержка вроде не входя в штатное расписание солдат в легионе, значит на практическую численность подразделения не сказываются отрицательно. Что же, неплохо. Орудия. Если, опять же, одно орудие, — это отделение, то тогда по четыре орудия на взвод, то выходит в батарее четыре взвода. Вездеходы и двуногие шагаходы со спидерами, скорее всего, подчиняются иной системе распределения, раз уж они попадают под разведку и поддержку. Но их численность тоже будь здоров. Наверняка, такой точный подбор техники вызван тем, что перед Сципио легион базировался на Корусанте и успел восполнить все потери и нужды. Ну а на самой планете банкиров техника практически не была задействована. Поэтому компектование букально по штатным бумагам. — Слушай, Рекс, а вот по поводу AT-RT, нет ли у нас их аналогов — AT-XT? У них вроде бы и кабина закрытая, и к основным орудиям ещё и два мимномёта имеет? Вот это поддержка так поддержка! — блеснул я своими знаниями из отчётов о боях и ТТХ республиканской техники. — Сэр, — озадачено потучал пальцем по тыльной стороне датапада капитан, — AT-XT мы особенно никогда не практиковали. Да и AT-RT нам как-то больше подходили… — Для чего, бросания вперёд сломя голову? — усмехнулся я. — Будет с нас геройствовать, капитан. Пришла пора по уму воевать. Раз уж у нас нет этих шагоходов, то может быть здесь, на Кореллии мы можем их найти. Адмирал, эта планета вроде бы как служит для укомплектования наступающих войск? — В настоящий момент, так и есть, генерал, — не без заинтересованности подтвердил флотоводец с немецким именем. — Ну вот и ответ. Нужно связаться со снабженцами. Пусть заменят нам AT-RT на AT-XT, сколько смогут. Желательно, конечно, все, — улынулся я. — Слушаюсь, сэр! — Да, и бойцам, которые ими управляют, скажи, чтобы потренировались чуток, чтобы на фронте не опозорились. Едем далее. Орудия. Мне кажется, батареи будет маловато. Нужно две, а ещё лучше три. Также, не помешало бы нам обзавестись миномётами и расчётами к ним. По батарее на батальон. — Сэр, — уже не на шутку поразился таким запросам капитан, — разве вы не хотели лишить крепость защиты, перед высадкой войск? Или вы хотите её ещё и обстрелять перед этим? Я вздохнул. — Я хочу сказать Рекс, что моё чутьё, именуемое Силой, подсказывает мне, что на Бомис Кури, после завершения операции мы не задержимся и нас сразу бросят в другое пекло. А на комплектование под определённые и внезапно возникающие нужды времени могут и не дать. Так что, пока есть возможность, берём всего необходимого по максимуму. — Понял, сэр, — понимающе закивал капитан. — Ещё что-то? — А что ещё? Ах да, Джагернауты! Ещё раз, сколько их у нас? — 360 единиц, сэр. — Ага, этого числа всегда хватает во время боевых действий? — Ну, не так чтобы всегда… — А сколько надо? — Ну, обычно, когда приходится прорывать очень плотную оборону противника, хотелось всегда больше. Пятьсот, как минимум. — Звони снабженцам, пусть выдают. Не выдадут, скажи, что через Верховного канцлера выбивать будем. — Слушуюсь, сэр! Рекс даже усмехнулся, думая, что я сейчас пошутил. Даже Юларен с Оби-Ваном заулыбались. Ничего подобного! Раз канцлер напрашивается мне в патроны и намеревается загрести в свои загребущие руки, — возможно, в качестве будущего союзника во время политических дрязгов, — пусть помогает. — Да, кстати, а что там по лёгким танкам TX-130? Мой вопрос поставил обоих моих подчинённых в самый настоящий ступор, как будто бы я спросил, используем ли мы трофейных дроидов против их сепаратистских собратьев в бою? Мысль, кстати, не плохая. — Сэр… Мы вообще-то…их не используем. — Надо себя заставлять, Рекс! — засмеялся я. — Очень хорошая техника. Пригодится для сражений в тесных пространствах, вроде городов или неглубоких ущелий. Да и её, сравнительно, не большие габариты делают её более защищённой от вражеского огня… Короче, батальон нам нужен, как минимум! — Есть, сэр! — гаркнул скорее по привычке Рекс. — Только вот я боюсь, что с переводам под наш контроль их я, как-то, не смогу помочь. Может быть вы с адмиралом Суламаром переговорите? — Ладно, переговорю. Что у нас ещё? Кстати, — вспомнил я, — хорошо, что напомнил про крепость. Адмирал, можно ли вас попросить запасти как можно больше бомбардировщиков и других малых летательных аппаратов, что основательно могут зачистить территорию противника перед высадкой войск? — Хорошо, генерал, — кивнул головой Юларен. И тут наше совещание прервал звонок входной двери: кто к нам пожаловал и вежливо просил разрешения зайти. — Войдите! — крикнул я надеясь, что снаружи услышали. — Господа, простите, что отвлекаю — зашёл к нам молодой парень в офицерской форме и с лейтенантской пастинкой на груди и подошёл ко мне и протянул деку. — Генерал Скайуокер, вам от адмирала Суламара. — Что это? — не понимающе спросил я, беря у него гаджет. — Он не сказал мне. Думаю, вы сами сможете определить. Разрешите идти? — Идите. Ловко козырнув, лейтенант четко развернулся на каблуках и зашагал в обратном направлении. Похоже, что по строевой ему в учебке не было равных. — Что там, сэр? — живо спросил Файвс, когда порученец Суламара скрылся за дверью. — Сейчас поглядим, — ответил я, включая прибор. — Так… О, похоже это данные на этот самый отряд «Дельта». — Клоны командос? — оживился Файвс, словно ребенок, который увидел конфету. — Можно глянуть? — Не вперёд батьки! — осадил я его пылкое любопытство. Так, поглядим, что тут у нас есть…
