Поход в неизвестность...

Кирилл крепко обнимает меня, стараясь успокоить. Он молчит, просто держит меня в объятиях. С каждой секундой мне становится все хуже и хуже. — Всё будет хорошо, крошка. Мы вместе, мы справимся, — шепчет он мне на ухо. Я прижимаюсь к нему еще сильнее, благодарна за его поддержку, но она никак мне не помогает. С каждым вдохом хочется перестать жить полностью. Ведь у меня даже родственников нету… Бабушек и дедушек нет. Сестер, братьев тоже. Есть только одна тетя. Но, к сожалению, она живет в другой стране и мы с ней даже не общаемся. — А с кем же я буду жить? Ужасные мысли не перестают покидать мою голову. Кажется, в моих легких недостаточно кислорода. Но мне уже не хочется вдыхать снова, как это было раньше. Сейчас я бы предпочла лишь упасть вниз и разбить голову о жесткий пол. Мое тело слабеет, но Кирилл продолжает сжимать его в объятиях. С каждой секундой мои всхлипы становятся громче, а потом и вовсе переходят в крики. А у Кирилла по-прежнему:

Ноль эмоций на лице, как из-под ареста…

С глаз продолжает бежать фонтан. В крепких объятиях мы просидели еще около трех минут. Наконец темноволосый встал с дивана и ушел в ванную. Он даже ничего не сказал. Кинул лишь пустой взгляд и скрылся с места. После его ухода меня будто прорвало. Мои руки начали трястись, как при эпилепсии. Всхлипы, переходящие в крики, уже, наверное, стали слышны даже на улице. Красные мокрые глаза, из которых непрерывно течет, почти перестали открываться. Или совсем перестали? Я задыхаюсь в собственных слезах, пока Кирилл неизвестно чем занимается в ванной комнате. Мое тело дрожит от стресса. Внутри все сжалось до невыносимой боли, от которой хочется кричать во все горло. Почему это происходит именно со мной? Разве я заслужила? Единственные мимолетные мысли пробегают в моей голове, пока в кровь поступает новая волна ужаса. — Сань, хорош плакать, все наладится. Мне самому тяжело, — наконец брюнет вышел из ванной. — Нахууууй идиии, и без тебя плохо — Я еле как нашла силы, чтобы послать его за то, что он пытался меня успокоить. От осознания слезы побежали раза в три сильнее. Кирилл подошел ближе ко мне и снова окутал теплыми объятиями. — Не волнуйся. Мы будем вместе, — его слова начали разноситься эхом в моей голове.

«Мы будем вместе»

На самом деле пугающая фраза, но и одновременно теплая, с капелькой доброты.

Как же хочется оказаться в своей постели дома. Помню, как в комнату заходила мама и будила меня, говоря, что пора завтракать. — Теперь это больше никогда не повторится.

Ненавижу свою ёбаную жизнь.

Пока я продолжала задыхаться в слезах, Кирилл осторожно поднял меня на руки и понес на второй этаж. Надеюсь мы поднимися и он сбросит меня с лестницы. Не хочу больше жить. К величайшему сожалению мы спокойно поднялись, а я ещё жива. Наверное… Следующим моментом мы залетели в нашу комнату и он кинул меня на кровать. — Саша. Всё будет хорошо, я обещаю, — сказал Кирилл, поглаживая мои волосы. Я промычала что-то невразумительное в ответ, продолжая безутешно реветь и закуталась в одеяло, пытаясь успокоиться. Кирилл сел рядом и обнял меня, словно защищая от всех бед. — Спасибо, что ты со мной, — прошептала я сквозь боль, прижимаясь к нему. — Я всегда буду рядом, не бойся, — ответил Кирилл и поцеловал меня в лоб. Я в слезах, он без эмоций. Мы заснули, обнявшись, словно это была наша единственная защита от мира за окном. В ту секунду я поняла, что даже в самых тяжелых моментах жизни рядом с тем, кого любишь, можно найти утешение и поддержку. Спустя время я проснулась от громкого дождя, который бил по стеклу. Кирилл спал рядом, его лицо было спокойным и умиротворенным. Я тихонько встала, чтобы не разбудить его, и пошла в ванную. В его доме прохладно, и это очень даже освежает. Я закрыла глаза и попыталась собрать свои мысли. Этот день — настоящее испытание. Снова всплыли в памяти слова Кирилла: «Всё будет хорошо». Но у меня уже никогда не будет этого «Всё хорошо». Я зашла в ванную, включила воду и начала смотреть на себя в зеркало: растрёпанные волосы, красные заплаканные глаза. В общем, выгляжу, будто я косплею бабайку. Решаю умыться. Набираю холодную воду в руки и окунаю туда лицо. Меня опять прорвало рыдать, только уже сильнее, чем было. Я уже не держусь. Ноги стали подкашиваться к полу. Считанные секунды и моё тело уже летит вниз. Я бессильно валяюсь на полу, даже не думая вставать. Голова невыносимо болит. Ощущение, будто меня бьют кирпичами. Чувствую, подо мной образовывается лужа. Лужа крови. Веки тяжелеют. Прямо сейчас глаза сомкнутся. — Надеюсь навсегда…

***

— Блять, блять, блять. Саша, очнись! — Мне в лицо прилетают слабые пощёчины. У меня нет сил подать признаки жизни. — Саша-аа-а! Слова проникали сквозь мой туман сознания, но я была слишком слаба, чтобы открыть глаза. Меня охватывала волна боли и усталости, словно все силы покидали мое тело. Через мгновение я почувствовала, как меня поднимают с пола. Руки обняли меня крепко, и я услышала голос, пропитанный тревогой и беспокойством. — Саша-а, блять, что с тобой? Открой глаза, пожалуйста, — его умоляющий голос звучал как издалека. Медленно, с огромным усилием, я открыла слипшиеся глаза. Передо мной был Кирилл, его глаза выражали глубокую тревогу. Я попыталась что-то сказать, но голос не слушался меня. — Что уже случилось? Как ты так пизданулась? — его голос дрожал от волнения. Я приложила руку к голове и почувствовала липкую тёплую жидкость. — Мне… Плохо. — прошептала я, едва слышно. Кирилл обнял меня крепче и поцеловал в лоб. — Всё наладится. Я с тобой. Всегда рядом...