Поход в неизвестность...

В машине царит гармония, меня медленно клонит в сон, по стёклам автомобиля стекают капли дождя. Сегодня довольно атмосферный день. Только меня напрягает Кирилл, ведь он под наркотой, алкоголем, я в том числе. С собой нет никаких документов, кроме его водительских прав и наших паспортов. Был бы Кирилл чуточку трезвее, вряд ли бы согласился сесть за руль в таком состоянии. Зато сейчас он уверен в себе на все двести. Едем мы уже примерно 20 минут. Машина выезжает на трассу, и как на зло прямо возле самого поворота, откуда мы выехали, стояла полицейская машина и сами сотрудники. Ну всё, блять, приехали. Думаю, это последний наш путь. И вот один из полицейских машет нам жезлом в знак «остановитесь». Кирилл, сука, это прекрасно заметил, но даже не подумал припарковать автомобиль. — Долбоëб, ты что творишь?! — Стараюсь донести до него, что надо остановиться, но тот лишь отмахнулся от меня и толкнул рукой, от чего я немного ударилась о дверь автомобиля. Естественно, полицейские, не теряя секунды, сели в машину, включили мигалки и вперёд за нами. Блондин лишь давит ногой на газ, пытаясь как можно быстрее разогнаться. Наш автомобиль летит под 150 километров в час. — Кирилл, твою мать, за нами погоня, а ты уебываешь. Идиот, останови машину! — У меня паника, а у парня рядом даже один мускул на лице не дрогнул. Нога всё сильнее и сильнее нажимает на педаль, полиция догоняет нас, сигналит. — Мне похуй, если разобьюсь! — Крикнул блондин и отпустил руль. Больные слова раздались громким эхом в голове, тело предательски задрожало, с глаз покатились первые слезы. Я не хочу умирать. Совсем не хочу. Я только начала выбираться из ямы, нашла смысл жить, а тут этот грёбаный день и грёбанная наркота с алкоголем. — Кирилл, ты ёбаный психопат! Возьми себя в руки, пожалуйста. Ради меня! — Очень хочу его остановить, но тот лишь смирно сидит, даже не думая принять какие-то меры. Руль дёргается во все стороны, машина съезжает с дороги. Полиция всё ещё за нами. Одного лишь моего всхлипа хватило, чтобы Тимошенко снова взял руль. На его лице расползлась ухмылка. Кажется, он под моим влиянием, но всё равно в какой-то части творит неосознанные вещи, которые совсем не зависят от меня. Слезы так и текут. Бледный до сих пор не остановился. Слава богу, хоть управляет. Наша скорость превышает норму. 161 километр в час. Хлопок. Второй. Смотрю в боковое зеркало, полицейские открыли огонь и пробили наше колесо. — Твою ж мать, Саша, мы попали. Нам некуда съебаться. — Единственные слова, которыми Кирилл смог описать ситуацию. Выглядит, будто для него это всего лишь игра, но на самом деле нам скоро будет пиздец. По хорошему меня должны будут сильно отчитать, поставить на учёт и куда-нибудь сдать, так как несовершеннолетняя, так ещё и штраф содрать. Документов практически нет. По возможности, всё может быть и хуже. Резкое торможение. Я лечу вперед, чуть ли не ударяясь лицом о панель. Хорошо, что успела подставить руки и вес моего тела перевалился на эти две слабые «палки». Кирилл слегка отряхнулся, стараясь сделать довольно важный вид, но в таком состоянии выглядит не очень правдоподобно. К нам подошли два сотрудника и насильно вытащили Кирилла из машины, повалили на капот, заломали руки за спину и прицепили наручники. Меня никто не тронул. Пока было время, я собрала все документы, что могли быть в его машине и попыталась спрятать оставшуюся наркоту. Затем я добровольно вышла из машины и направилась к толпе людей. Скованный блондин лежит на капоте, пока два высоких накаченых мужчины безжалостно держат его. — Отпустите, суки! — прокричал Кирилл. — Саша, блять, не видишь что-ли, помоги! — Блондин просит о помощи, но я стою в ступоре, даже не думая приступать. Да и тем более, что я вообще могу сделать? Из полицейского автомобиля вышли ещё двое рабочих, взяли меня под руки и затащили в их же машину. Безудержная истерика так и прет.

***

Спустя полтора часа мы оказались в участке. Что меня, что Кирилла вытащили из машины, но со мной это происходило более аккуратно. Точнее, бледного крепко держали, чтобы ничего не сделал, а меня спокойно вывели, практически не трогая. Тут куча людей в форме. Это всё слишком меня пугает. Ощущение, что я какая-то преступница. Вот, меня только что поймали, и я совершила тысячи преступлений. А может я и есть та самая преступница? Обычные люди просто так в участке не сидят. Не знаю, куда дели Кирилла, но меня отвели в какую-то комнату, усадили на деревянный стул и начали допрашивать: — Полное имя, фамилия, отчество? — Номер телефона родителей? — Дата рождения? Для меня слишком много вопросов. Мозг не успевает обрабатывать столько информации, от чего голос дрожит. Не могу связать даже одно грёбаное слово. — Н-н-не знаю… — выдавила я какой-то невнятный звук. — Успокойтесь и расскажите, как вас зовут, — полицейский говорит уже настойчивее и официальнее, вероятно, чтобы мне стало легче и я могла хоть своё имя назвать. У них видимо не редко такие случаи происходят. — Я Саша… Ээ, Александра. — Поднимаю красные опухшие глаза на него, а тот лишь записывает что-то в свой блокнот. — Фамилия? — Поднимает свои глаза на мои, чтобы мы столкнулись взглядами. — Ши́пова. — Отчество? — Шипова Александра Сергеевна, — Киваю сама себе головой, чтобы показать, что «Я всё правильно сказала». — Шипова Александра Сергеевна… — Бормочит полицейский себе под нос, — Дата рождения? — 11 июня, 2008 год. — Говорю максимально неуверенно. Тело дрожит. Сейчас у меня слишком сильный стресс, чтобы отвечать на какие-либо вопросы. У меня у самой их слишком много. — Номер телефона родителей? — Они погибли. От паники и стресса сжимаю краешек своей футболки. В ответ полицейский косо посмотрел на меня. — С кем вы живёте? — С Кириллом. С Кириллом Тимошенко Руслановичем. Как же тяжело успокоиться. Не могу произносить его имя. Я проклинаю этот ёбаный день. Нахуй мы вообще это делали? — А можно вопрос? — Снова смотрю на полицейского, в ожидании ответа. — Задавайте. — А где Кирилл? — Сидит на допросе. Теперь я задам пару вопросов. — Останавливается, чтобы до меня дошла информация. Он уже понял, что я в растерянности, поэтому старается подстроиться под меня. — Кирилл Тимошенко взял вас под опеку? — Неет, нет, нет. Совсем не так! — Машу руками, отрицая эту информацию, — Я поехала к нему жить, пока не вернутся наши родители, а они уже больше никогда не вернутся. — Как давно погибли ваши родители? — Спрашивает полицейский, записывая мои слова. — Пару дней назад. В авиакатастрофе. — Говорю тихо, пытаясь сдержать новый поток слез. Полицейский кивает, делает еще несколько пометок в блокноте и затем спрашивает: — А почему вас с Кириллом задержали на трассе? Вы кого-то или что-то украли? — Нет, нет, ничего подобного! — Возмущенно отвечаю. — Мы просто… Мы просто не трезвые за руль сели. Домой с речки ехали. Там выпили немного. — Конечно же, всю правду я ему рассказывать не буду. Полицейский кивает, закрывает блокнот и кладет его в карман.