Потанцуй со мной, убийца

—Мне надо съездить на работу. Скоро вернусь. Дождись меня, и мы снова проведём очередной день только вдвоём. Ты ведь хочешь этого, я знаю. Нам хорошо вместе, волчонок. — Сказал он с обворожительной улыбкой на красивом лице, голосом истинного змея искусителя, а затем растворился в проходе, оставляя, но обещая вернуться.

Но разве ты послушала его?

+×+

В воскресенье, как по общему будто заговору, в школе танцев тихо и нелюдно; практически все учителя то йоги, то балета или же тех же танцев - проводят этот день в отдыхе, на своё усмотрение, и лишь только некоторые могут подъехать вечерком для индивидуальных занятий. Следовательно, школа пустует, за исключением охранника, пары учителей и их скромного количества учеников, плюс Ланы, сидящая на ресепшене, явно скучающая от этого неинтересного дня. Но Чхве Бомгю и их встречать не хотел, ведь муторно ему скорбить и плакать за Ито Дзюна, обсуждаю его кончину с остальными, потому решил проскочить через чёрный вход; незаметно, как какой-то теневой зверь. Да и в планы "спалиться" не входило, ибо приехал сюда не чтобы преподавать или танцевать, а за другим дельцем.

Ему нужны камеры.

Этот незнакомец, который проходил вчера в момент, когда брюнет отдыхал с тобой в постели после проведённой ночи, - тот шастал по территории Бомгю, скорее всего, не раз засветившись на камерах. И хищник обязан убедиться в этом.

Ему нужно знать тот ли это Кван Дживон.

Но всё легко ему никогда не давалось, потому и, проходя по родным коридорам, вдали услышал шаги; кто-то торопливо шёл прямиком на него, грозясь уже свернуть за угол и столкнуться лицом к лицу. —Чёрт! — Только и смог выругаться злостно, торопливо кинувшись к двери, как к счастью или не счастью получилось, своего танцевального зала. Гю так запаниковал, ужасно с прискорбием принимая тот факт, что в последнее время чертовски рассеян и невнимателен, оттого, поспешно отмыкая дверь, кинулся вглубь, прямиком во тьму, забывая напрочь запереться - идиот.

Да что с ним не так?

Ты.

Ты виновата!

Из-за тебя на него обратила внимание полиция, и стал таким неаккуратным импульсивным психопатом, что уже за считанные дни убил двоих парней!

Убил тех, на кого бы в жизни не обратил внимание, если б не ты.

Да когда такое-то было?!

Уму не постижимо, да чтоб сам Чхве Бомгю стал неосторожен? Сумасшествие!

И сейчас, задыхаясь от смешанных бушующих чувств, брюнет забегает в подсобку своего зала; маленькую и тесную, случайно задевая ногой резиновые коврики для разминки, а они в свою очередь тотчас полетели вниз, в приглашённом стуке ударяясь об пол. —Сука-а. — Безнадёжно простонал, ударив себя по лбу. Но глаза тотчас расширились, и он прихлопнул себе рот, зажав ладонью, ибо уловил женский голосок, ворвавшейся так внезапно и, как уже понятно, нежданно в его сознание, пробираясь под кожей, принудив сердце забиться чуть быстрее. —Бомгю? Ты... где ты? Я видела тебя! Нам надо поговорить, Гю! — Требует девчонка, шагнув во тьму бездонную, вовсе не догадываясь об опасности, которая скрывается там. Чо Онда, низкая и хрупкая розоволосая ученица танцора, непосредственно и самая надоедливая бестия, которую только мог встречать, сейчас, вот прям в эту секунду, направляется на своих двух прямиком к двери подсобки. Брюнет убирает руку со своего рта, замечая тонкую линию света, просочившуюся сквозь щель, и скалиться, как самый настоящий зверь, не стесняясь обнажать ряд белых опасных зубов, которые, как кричат черти и бесы в его потемневших бездушных глазах, вскоре, с минуты на минуту, вонзятся в глотку той, кто ступит за этот порог. Дверь скрипнула, судьба дамы - решилась. —Вот ты где! — Возмущаться она через секунду, как увидела любимого Чхве, поднимющего с пола коврики. На удивление, мужчина не дрогнул, лишь украдкой из приличия взглянул на неё, уделив максимум полторы секунд своего драгоценного времени на персону ученицы, дабы потом снова продолжить прибираться в берлоге. Оттого розоволосая замерла, явно ожидания более тёплого приёма, а не это, но сказать ещё что-то не смогла, не успела совсем, поскольку Бомгю, даже не поворачиваясь, пробормотал за плечо строго, точно не использую никаких эмоций: —Чего здесь забыла? Сама же знаешь, занятия пока отменены. — Его аура на момент этих слов источала нечто отталкивающее, дерзкое, пугающее, что Чо напряглась, на миг подумав, что тот будет ругаться. Но хореограф остался невозмутимым. Впрочем, так было всегда. Он вообще редко выходил на эмоции, разве что, когда ученики прям напрашивались. А так сам собранность и невозмутимость. —Знаю... — Потупила взор карих очей, опуская голову стыдливо. — Просто, ты уже как три дня на связь не выходишь, да и такой ужас случился с Дзюном... — Губы задрожали, она нервничает. — Я испугалась за тебя. Вдруг, что? — Немного краснея, мямлит, наверняка сильно нервничая, ибо всё же признаётся в обеспокоенности парню, по которому сохнет с первых дней знакомства. —Что. — Резко отрубает, обернувшись. —Н-.. — Замялась та, однако что-либо вымолвить не успела: дверь зала отварилась.

Снова.

Но кто это мог быть?

Неожиданность для двоих настала как гром средь ясного неба, и, пока Онда растерялась, Гю мгновенно среагировал, хватая девицу за кисть руки, дёрнув на себя небрежно, пока тем временем дверь неспешно открылась, в параллель тому, как дверь подсобки закрылась. —Бом-.. — Снова, уже паникующая розоволосая, хотела что-то выдать, но брюнет шикнул, закрыв ей рот широкой ладонью. Она стала чуть сопротивляться, однако быстро осознала суть происходящего, затаив дыхание на хриплом выдохе Бомгю о том, чтобы вела себя тихо. Тихо? Да Чо дар речи потеряла в руках мужчины, во всех красках прочувствовав всю прелесть близости с ним. Чхве, чёрт его дери, Бомгю в данный момент прижал её хрупкое тельце к своему крепкому, давая прочувствовать каждый сантиметр. Это сумасшествие. Такое сумасшествие, которое просто невозможно передать словами. Девушка таяла от каждого взгляда учителя по танцам, уж не говоря о спектре эмоций и чувств, который могла ощутить лишь от одной мысли близости с ним. Чёрт, да она по-уши влюблена! Разве сейчас не идеальный момент, чтобы заявить об этом? Прямо в эту секунду, когда Бом смотрит в дверную щель, вовсе позабыв о существовании розоволосой, которая уже намерена прижимается, имея на уме не особо хорошие мысли. Тебя же тут нет. Девушки его тут нет! Можно и рискнуть отбить от тебя его. Всё же, чем хуже-то Чо Онда? Ха, да она лучше в сто раз! Убийца слишком увлёкся, отчаянно пытаясь разглядеть хоть что-нибудь за щелью, опасаясь, что незванный гость сейчас без спросу станет тут шариться, да дверь откроет. Ну вот и что ему тогда говорить? Хотя... В этом "шкафу" прячется уже не один, а с девушкой, соответственно, ловко выйдет из ситуации, сделав вид, что был занят с ней "индивидуальными уроками"... —Чхве Бомгю, я из полиции. Помнишь меня? — Внезапно мужской грубый голос послышался где-то с середины студии; возраст по тону и вибрациям где-то двадцативосьмилетнего или тридцати. И по телу хореографа прошёл табун мурашек - лёгкий мандраж всвязи с осознанием уродливой реальности. Тому и представляться не надо было, Бомгю итак помнил его, узнав ежесекундно по голосу, слышимый в ночных кошмарах. У Чхве всегда была идеальная репутация, однако не все в неё верили, начиная копаться глубже и глубже, туда, куда не следовало бы. Кван Дживон был из тех правдолюбов, что ни деньги, ни сладкая ложь не могли утолить его потребности. Только правда. Хотя, брюнет сам-то виноват; не нужно было спать с его сестрой, тем более убивать. Мог бы время перемотать, забыл бы об этой идеи прийти поиграться с ней. Не позвал бы к себе в особняк. Нет-нет-нет. Бомгю не идиот, просто знать не знал, что это аукнется такими проблемами. Ну, уже поздно о чём-либо жалеть, ибо что сделано, то сделано. —Ты от него прячешься, да? — Шёпотом заговорила розоволосая бестия, проводя подушечкой пальца по молнии мужской серой толстовки, слегка задевая бегунок, намерено. Бомгю ничего не ответил, переводя взор жестких умных глаз на неё, ограничившись лёгким движением брови, которая лишь слегка приподнялась. —Что ему от тебя нужно? Всех уже допросил, чудак. — Добавляет приглушённо, дёрнув бегунок вниз, заставив молнию издать резкий "вжух", тем самым обнажив костлявые ключицы невозмутимого хореографа, задумчиво оценившего ситуацию. "И что это значит?" - Думает, осознавая, что оправдания ученицы нет, ведь как бы не пытался придумать ей отговорку - это невозможно. Знал, что Онда влюблена, давно желая увидеть его обнажённым, да чтоб прикоснулся бойче, только сейчас начав действовать и набравшись смелости, ибо момент как никогда идеален.

Но хотел ли этого сам он?

Чхве в замешательстве. И нет, не из-за страха, что Кван сейчас найдёт его. Да пошёл он, всё равно ничего на него не имеет! Парня беспокоило совсем другое, по крайней мере сейчас, когда был на грани изменить тебе.

Изменить...

Изменить?!

Что за вздор! Почему убийца вообще об этом подумал? Не может он изменить той, с кем даже не встречается. Это всё ложь,. Бомгю использует тебя, на этом всё сказано. Игра, не больше, где он дёргает за ниточки, как чёртов кукловод, насмехаясь над твоими чувствами. Ты думаешь, что вы идеальная пара, но тот даже вздумать не мог, что вы в отношениях. Да, безусловно то, что проводя с тобой время, брюнет мог заиграться, разрешив себе наслаждаться с тобой кино и держаться за ручки во время прогулки - но это же ложь.

Это твои розовые очки...

Он не любит тебя. Не умеет этого делать. Нет.

Хищник внезапно прижал девушку к стене, буквально усадив одним движением на небольшой столик, который никак выкинуть не может, принудив её удивлённо ахнуть. И, пока она довольно улыбается, думая, что добилась своего, Гю рвётся изнутри от странного чувства; пожирающее, изнуряющее и дикое, как нечто отдельное; будто какая-то часть зверя запротестовала, не соглашаясь с ним вовсе, что тот удумал. Удумал то, что совсем не хотело тело, только мозг, не имеющий в этой ситуации никакого энтузиазма. Хореограф сжимает упругие бёдра до лёгкого покраснения кожи, вставая вплотную промеж раздвинутых покорно ног податливой дамы, полностью согласной на всё, дабы мужчина мечты взамен отдал своё сердце. Ну а что же делает Бом? Ловко избегает губы Онды, не позволяя ей поцеловать, ведь, по какой-то странной причине, не хочет этого. Не хочет.

А тебя-то он целовал до задышки и головокружения...

Мужчина жмётся вплотную, поддаваясь бёдрами вперёд инстинктивно, наклоняется нагнетающе, уткнувшись носом в шею Чо, при этом сложно выдыхая без причины, пока та опускает руки ниже, борется с его ремнём на узких джинсах. Так неуклюже и неаккуратно, что аж бесит.

Всё раздражает.

Вся эта чёртова ситуация!

Её жар не будоражит, её запах не привыкает, её тело не совращает... она ему неинтересна всем своим видом, нутром и до костей под кожей. Он старается отвлечься от нежданного повышения агрессии, этого неприятно сковывающего движения гнева из ничего. Но не может.

Кажется... Чо Онда его не интересует.

Брюнет не хочет её, как бы не заставлял себя. Исключительно себя мучает, однако тело принудить реагировать не может, максимум злиться попусту. Злиться на себя, припоминая нехотя, что поймал эрекцию всего-то от твоего вида тогда, на тренировке первой.

Он хочет только тебя...

Только тебя.

Но что это за проклятье такое?! Ох, неужто сам Чхве Бомгю, убийца без сердца и совести, в-..

Влюбился?

—Бомгю, ты чего? — Озадаченно пробормотала розоволосая, стоило танцору неожиданно прервать всё, отстраняясь порывно, как от ожога, нехотя задев сзади стоящею полку, врезавшись спиной. Он был в шоке, видя перед глазами то, как нервная система расходиться по швам и трескается на множество острых блестящих осколков, в которых, если приглядеться, можно разобрать одно чёткое слово: "Ошибка".

Ошибка.

Ошибка.

Оши-..

бка.

О-..

шибка.

Ошибка.

Ошиб-..

ка.

Ошибка.

Юноша снова сломался, на этот раз из-за тебя, ведь... ты виновата во всех неординарных чувствах, которые сейчас понял убийца. Тем временем розоволосая притихла, мгновенно ощутив то, как всё внутри от страха перевернулось, при этом инстинкты самосохранения забились в конвульсиях, на удивление, это было из-за взгляда настоящего серийного убийцы, смотрящего из-под угольной мрачной чёлки, как на ничтожество или же еду свою. Не было там живого ничего. Он был опустошён, в конце концов показав свою истинную сущность монстра. Не такого, как все, чёрт подери. —Пошла вон. — Это было первое, что он сказал на протяжении всего времени; грубо, со свинцовыми отблесками, злобно, не имея намерений церемониться. —Ч-чего? Ты шутишь?! — Теряется танцовщица, а Чхве, не моргая и не двигаясь, продолжает с ненавистью думать о тебе, той, которая, не находясь тут, всё испортила. "Чёртова сучка, надо было тебе появиться в моей жизни," - Такие мысли проносятся в голове. "Будто пояс верности надел, мать его!" - Действительно, ощущалось всё так, словно Гю перестал воспринимать в сексуальном плане женщин, думая исключительно о тебе.

Не хотел он. Не хотел никого и ничего, кроме тебя!

—А ты что думала, а? — Отчеканил халатно. — Хах, ты думала я... — Пухлые губы скривились в отвратной мрачной ухмылке, блистающей токсичностью, что, казалось, глаза от одного взгляда на неё выедает. — Я заинтересован в тебе? Ты мне нужна? — Мужчина снова наклонился, нависая над застатой врасплох девушкой, уже даже не думая назвать "своей жертвой", поскольку много чести для такой-то особы. — У меня вообще-то девушка есть, если ты забыла. Вот она мне нравится, а ты... — Смеётся хрипло и глубоко, опасно сузив дикий взор чёрных очей монстра бездушного. — Ты жалкая падшая шлюха, к которой мне прикасаться даже противно. Не то, что трахнуть вообще. — Каждое до боли режущее слово прорезало раны на теле розоволосой, принуждая истекать кровью и сердцу забиться так сильно, что хотелось реветь взахлёб. Это было невыносимо! Брюнет всегда был добр к ней, да милостив, ну а что сейчас произошло? Почему так гадко поступает? Говорит без дрожи в голосе и сомнений, что та ему скверна, да нелюбима? Чо задохнулась приливом непонятных ей чувств, разрывающих изнутри, при этом доводящих до судорожных подёргиваний конечностей и подступом горячих солёных слёз, выскочивших просочившихся между ресницами, прямиком по щекам. Ей было больно. Она смотрела на парня, которого любила, не веря, что он отдал своё сердце другой, да к всему прочему оскорбил, высмеяв её чувства; так жестоко и хлёстко. —ДА КАК Т-.. — Вдруг вскрикнула та, но не успела доорать проклятье свои на персону дьявола, как тот среагировал раньше, вдавив в стену, закрыв ладонью раздражающий рот. —Вы кто такой, позвольте узнать? — А всё из-за того, что твой голос раздался за дверью, и это не показалось убийце наверняка, принудив сердцу упасть куда-то под ноги. Это была ты. Ты. Ты зашла в зал Чхве Бомгю, став вести натянутые переговоры с Кван Дживоном, который уже коснулся ручки двери подсобки, грозясь обнаружить прячущуюся парочку. Онда начала всерьёз вырываться, крича что-то в ладонь ему, резво стараясь привлечь внимание, чтобы ты услышала это. —Заткнись! — Шикнул хореограф, на что розоволосая лишь истерично захохотала, слегка приумерев пыл. —Любишь её, да?!. — Шипит в полушёпоте, отдёргивая руку мужчины от своего рта. — Просмотрим как она любить тебя в ответ будет, когда узнает, что мы тут делали, ублюдок! — Розоволосая была решительна в своих намерениях, тотчас пнув учителя по танцам в ногу, с намерением оттолкнуть и, как уже понятно, на одном дыхание всё тебе выдать, но Гю не позволит этому случиться.

Ни за что.

Его накрыл искренний страх насчёт всего происходящего, ведь... Онда права, сейчас она в состоянии сломать твою любовь к нему одним своим появлением из подсобки. Ты не поверишь, что Бомгю тебе не изменял, а он и опровергнуть это не сможет. И всё будет кончено. Это провал. —Ты не сделаешь этого! — Брюнет снова вжал её хрупкое тельце в стену, не позволяя встать со столика, и, он сам уже ничего не понимал, не в силах контролировать и, тем более, дать должный отчёт за то, что сделал дальше. Дабы не дать розоволосой возможность кричать, закрыл ей рот одной рукой, нежели чем второй инстинктивно ухватился за тонкое горло девицы, которую срочно нужно было... устранить. Бом надавил ей на горло с такой силой, что та забыла обо всём, быстро осознавая: Чхве Бомгю, некогда идеальный в её глазах учитель по танцам, мало того, что так бессердечно обошёлся с её чувствами, так ещё ради продолжения безупречной репутации принял крайние меры. Это уже не маленький скандал по отношению к его дальнейшим отношениям с тобой. Ох, нет. Он её убивает. Убивает, ради репутация своей.

Убивает, ради работы.

Убивает, ради свободы.

Убивает, ради продвигающегося и кровь бурлящего взаимодействия с тобой.

Убивает, ради тебя.

Убивает, ради обмана и лжи, да чтоб это длилось как можно дольше.

Слезящиеся глаза Чо широко распахнулись; в них море слёз накопилось, нежели как губы заметно задрожали и, раскрывая рот, уже не видя препятствий для каких-либо звуков, ведь убийца переместил обе руки на горло, она всё равно не могла издать ни звука, кроме как кряхтеть отчаянно и жалко, под сильным Чхве. Её лицо побледнело даже обрело синеватый оттенок, пока вены на лбу вздулись слегка, явно дико пульсируя. Дёргалась забавно, ударяя своими слабыми никчёмными ручками по сильным рукам хищника, наивно и чистосердечно надеялась, что это способствует её освобождению из окровавленных лап дьявола, тому, кто посягнул на жизнь её коротко прожитую. Ей было больно, ибо ощущая жжение в лёгких отчётливо, резво глотая желаемый воздух, который, к слову, заполучить всё равно не могла.

Она умирает.

В глазах темнеет, всё плывёт, и сильный порыв выжить уже не так силён, как раньше. Хотелось кричать: "Что ты делаешь, Бомгю?! Перестань! Остановись, это же я! Я! Разве ты не любишь меня?!" - Но возможности не было. Она оказалась только зрителем, наблюдая за тем, как Гю, имея равнодушие на лице, безбожно душит её, поговаривая: —Заткнись-заткнись-заткнись! — Как в бреду, вряд-ли осознавая, что делает. И это действительно было таковым. Юноша на тот момент поставил задачу себе не допустить того, чтобы Чо Онда разрушила его с тобой отношения, вовсе не понимая, что не затыкает её, а убивает. Он хотел только тишины, да того, чтоб ты ничего не узнала. Ему было страшно, что ты сейчас зайдёшь, подумав о не верности своего парня. Может, Бомгю это не так уж и важно, однако, если всё-таки когда измена случиться, то пусть он действительно её сотворит и будет виноват, а не вот это, где он даже губ чужих не коснулся.

Хруст.

—Мать твою! — Выругался брюнет, тут же отстранившись от обмякшего тела, но ненадолго, ибо сразу же подхватил, не дав упасть на пол и привлечь внимание остальных на звук.

Он... он ей шею сломал.

+×+

Несколько минут назад...

—Я тебя задушу, серьёзно, дурында! Хоть знаешь, как я волновалась, а?! — Обиженно дует губы Лана, но не противиться тому, чтобы обнять тебя через ресепшен, уткнувшись носом в любимую подругу. Ты улыбалась равно до того момента, пока красноволосая не стала рассказывать после тебя о событиях, которые произошли здесь. То есть, пока ты эти три дня развлекалась во всех смыслах со своим парнем, здесь произошло убийство, плюс пропажа бывшего. Эта информация привела в шок. Ты стояла ступором, да глазами хлопала, надеясь до последнего, что Юдина просто так некорректно шутит, дабы жизнь мёдом не казалась. Но нет. Это правда, отчего жестокая реальность влепила хлёсткую пощёчину прямиком по твоему красивому лицу, заставив очнуться. Ты всё ещё смотришь через розовые очки, но уже по другому, через треснутые линзы - если говорить проще, которые грозятся лопнуть, тем самым впиться тысячами маленьких осколков в личико, разодрать до кровавых рваных полос, увечить. Это произойдёт в любой момент, следовательно, начала наконец чувствовать боль: боль от того самого яда. Начинаешь уже понимать, что истекаешь кровью от этой стрелы неправильного Купидона, попавшей прямиком в разбитое сердце, всё-таки не затянет раны, а только на время заглушившую боль, пока гиповолемический шок постепенно, но ритмично исчезает.

Он врал тебе.

—О? Бомгю разве ничего тебе не сказал? — Эхом раздаётся в голове. "Бомгю."

Бомгю...

"Бомгю ничего тебе не сказал?"

Как он мог?

"Ничего не сказал?"

Почему?

"Совсем ничего?"

Совсем...

"Как жешь так, я же ему писала об этом!"

Писала, да?

"И телефон ты потеряла, да..."

Какое совпадение.

"Ай, да ладно. Главное, что у вас всё хорошо."

А хорошо ли у нас теперь всё?

"То есть, в смысле он на работе? Т/И, ты чего, он не приезжал сюда."

Но он же сказал...

"А, тут ещё коп какой-то приходил."

Что?..

"Он зачем-то в зал Бомгю пошёл. Тыкал своим значком и говорил, что должен с ним поговорить, представляешь?"

Что это, чёрт подери, значит?!

"Всё хорошо, Т/И? У вас же всё хорошо?"

Нет.

"Хотя, чего я спрашиваю. Конечно у вас всё хорошо!"

Нет.

"Я же вижу всё по твоим глазам! Вы так влюблены в друг друга, это так мило! Он же так относится к тебе, как-.."

Нет.

"В общем, он очень любит тебя! Я уж знаю."

Нет, он-..

"Наверное не сказал, потому что не хотел расстраивать."

Нет же, он-..

"Он такой замечательный пар-.."

ОН ЛЖЕЦ!

Лжец.

Лжец.

Лжец.

Лжец.

Лжец.

Лжец!

Лжец! Лжец!

Лжец!

ЛЖЕЦ!

—Всё хорошо, Т/И? — Вдруг голос Ланы вывел из забвения, принудив тебя наконец взглянуть ей в глаза и, она напряглась, увидев насколько сильно поменялась в лице. — Т/И?.. — Осеклась, неосознанно сделав шаг назад. —Я пойду узнаю, что этому полицейскому нужно от него. — Холодно проговорила, молниеносно кинувшись в коридор. —Ладно... — Неуверенно кивнула тебе за спину Юдина, всё ещё озадаченная этим голосом и взглядом. — Что это с ней?.. Хм. — Задаётся вопросом, продолжив натирать тряпкой стол. Ты была в ярости, совсем ничего не понимая. Что-что, а такого от своего принца ожидать не могла. Он же... он же так идеален! Не мог же соврать, утаивать, лгать...

Что за ложь?

Зачем Бомгю ничего не говорил о смерти Ито Дзюна?

Зачем Бомгю ничего не говорил о пропаже твоего бывшего?

Зачем Бомгю соврал насчёт работы?

Зачем, зачем, зачем?!

ЗАЧЕМ ОН ЭТО ДЕЛАЕТ, ЗАЧЕМ?!

Ты врываешься в кабинет, да с таким порывом, что дверь с грохотом бьётся об стенку, принуждая в конце стоящего мужчину подпрыгнуть на месте, отдёрнув руку от дверной ручки подсобки. —Вы кто такой, позвольте узнать? — Недружелюбно поприветствовала незнакомца, скрещивая руки на груди: со стороны казалось, будто сейчас кинешься и разорвёшь в клочья незваного гостя. Мужчина, к слову, был роста примерно как твой парень, то есть под метр восемьдесят. Возрастом же старше где-то лет на пять, то есть если сопоставить это, незнакомцу тридцать, может, чуть младше на год-два. Телосложения крепче, явно накаченнее и больше размером худенького Чхве в разы. Внешность была весьма сносная: приятные мягкие черты, густые чёрные брови, широкие ланьи глаза с чуть опушенными веками, слегка вздёрнутый аккуратный нос и пухловатые губы. Волосы же были чёрные, немного растрёпанные, явно оставшиеся без особого ухода, пушились сильно после недавней помывки. Одет же в полицейскую форму, что отлично подчёркивало, опять же, мощное тело истинного шкафа. —А вы?.. — Теряется он мгновенно, поворачиваясь полностью лицом к лицу. —Девушка Чхве Бомгю, за которым вы гоняетесь без причин, как какой-то сталкер. — Рявкнула, без цели церемониться с мужчиной, про которого подруга многое рассказала. Оказалось, этот странный чудак спрашивал про Бомгю многочисленное число раз, даже про тебя, после загадочно твердя опрошенным людям то, что стоит опасаться его... Нет, не этого полицейского, как можно было подумать, в хореографа. Безумие, правда ведь? —А... Вы Т/И, верно? — Неловко улыбнулся тот, уже доставая с кармана значок. — Я Кван Дживон, из п-.. — Но не успевает тот предаваться, как ты фыркаешь: —Мне это неважно, — Грубо и без скромности. — Скажите вот что лучше, какого чёрта я узнаю, что вы в отсутствие Бомгю тут ходите? Людей путаете? — Дживон уже раскрыл рот, желая как можно быстрее подавить твой всплеск агрессии, но ты не даёшь и словечка вставить, сделав несколько шагов ближе, почти став вплотную с ним. — Он что-то сделал? У вас есть ордер на арест? У вас есть право тут находиться и преследовать моего парня? — Сделала ещё один нагнетающий шаг вперёд, заставив брюнета буквально отступить. —Послушайте, девушка... — Запнулся Кван, быстро осознавая, что ему крышка. Нет у него ордера, да действительно превысил права, на грани потерять работу. То, что он делает - это незаконно. Однако... это преступление во благо, на удивление, правосудию. —Кажется, судя по вашему лицу, нет. — Отрубила, хмуря брови. —Да погодите, я сейчас всё объясню! — Дживон сейчас мог поклясться, что в первый раз в своей жизни попал в та-а-акую ситуацию, которая добавила седых волосы на итак от жизни на грани поседевшей голове. — Дело в том, что ваш парень, он... Не тот человек, за кого себя выдаёт. — Осторожно добавляет, а ты бровью ведёшь, давая шанс тому объясниться. —Это всё? — Сухо выплюнула. — Я звоню в полицию. — Спокойно добавляешь, достав телефон из кармана шорт. —Вообще-то я и ес-.. — И снова он был прерван: —Вот им и расскажете всё: кто вы, что вы и всё такое. — Набирая номер, неглядя отвечаешь. —Ладно, хорошо-хорошо, я ухожу! Только... — Стал рыскать в карманах, что-то пытаясь найти. — Если вы наконец заметите за своим парнем что-то странное, то позвоните мне, — Протянул визитку, чуть наклонившись, без улыбки со всей серьёзностью сложно выдыхая: — Он очень опасен, не верьте этому лжецу. Ваша любовь сведёт вас в могилу. Поверьте, вы не первая такая, кого он ввёл в заблуждение и... убил. — Ты резко отстранилась, сжав между пальцев эту чёртову визитку, в полном недоумении уставившись на полицейского, который только и сделал, что многозначительно поглядел на тебя, а затем ушёл, оставив одну в пустом танцевальном зале.

Убил?..

Ты, казалось, перестала дышать, просто уставившись туда, где растворился в проходе загадочный парень, принёсший какую-то чепуху. Или это была правда? Дверь скрипнула, ты вздрогнула. Обернувшись видишь, как из подсобки выходит Чхве, мать его, Бомгю, поспешно закрывший за собой дверцу. Его голова опущена, грудь тяжело вздымается и опадает. Выглядит, если быть откровенно, потрёпанно, весьма нервозно. Он не спешит к тебе, даже глаза от пола не отрывает, словно уже знает насколько зла, да в ярости неописуемой. —Т/И, ты приш-.. — Резкая пощёчина принудила замолчать, при этом голова синхронно дёрнулась от силы удара.

Ты...

Ударила.

Ты ударила Бомгю.

Нет, ты ударила не просто "Бомгю", а серийного жестокого убийцу Чхве Бомгю, который таких как ты уже дюжину порешал.

Смертница.

Врезала, толком ни о чём не думая. Парень точно не ожидал этого, ощутив неистовый жар в области щеки: она слегка покраснела, а пара полос от когтей отчётливо выделились. Он притих, пытаясь сообразить, что только что произошло, однако никак не мог поверить в то, что ты подняла на него руку.

Да как ты вообще поспела?!

—КАК ТЫ МОГ МНЕ ВРАТЬ, А?! — Вскрикнула, грубо толкнув мужчину в грудь. — ПОЧЕМУ, ПОЧЕМУ НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛ?! — Кричишь, и всё же брюнет не слышит. Дьявол воплоти попал в искренний ступор, из которого, если вырвется, то вряд-ли сможет пообещать тебе целость и невредимость. Такую наглость терпеть не станет. Его тело всё напряглось, буквально каждая мышца и нерв: на грани взять и сломать тебе шею, как это сделал с Чо Ондой. А ведь и правда... Всё уже кончено, не так ли? Труп за его спиной убрать будет сложно, возможно, но воистину трудно, что легче просто сейчас схватить тебя за волосы и затащить туда же, а затем и себя самого убить... Ты замахнулась ещё раз, но на этот раз Гю молниеносно среагировал, перехватив твою дрожащею руку налету, сжав до боли в области запястья. Ты тут же попыталась выдернуть её из мёртвой хватки паршивца, однако тот не позволил, удерживая на месте с такой лёгкостью, будто твоё сопротивление ему неощутимо. —Ещё раз поднимешь на меня руку - и я тебе её сломаю. — Внезапно выдаёт этот в ровном тоне со свинцовым звучанием ужас, принудив твоё сердце забиться чаще, а инстинктам самосохранения биться в конвульсиях. Он выглядел спокойно, но это вновь очередной обман, ибо внутри дьявол рвал и метал, давясь собственным ядом, отравляющий разрушающий всё на своём пути, не жалея никого, даже себя самого. —Отпусти, — Огрызнулась, снова дёрнув рукой, но брюнет вцепился намертво, причиняя боль с каждой секундой всё отчётливее, стискивая хрупкое тонкое запястье сильнее и сильнее, зная, что непременно оставит синяк в форме собственной руки. — Бомгю, мне больно! — В пока ещё лёгкой панике твердишь, пытаясь достучаться до психа. —А мне, думаешь, было не больно? — Отчуждённо молвит, слегка наклоняя голову вбок, тем самым заставив угольные мрачные волосы дрогнуть. Ты не знаешь, что говорить, предельно осознавая, что погорячилась, возможно, незаслуженно ударив парня. Но... —Зачем ты мне врал, скажи? Почему ничего не сказал? — Он не меняется в лице от слова совсем, словно ты ничего не значишь для него в этой жизни - пустое место. — Дзюна убили, а ты молчал. Лана не могла дозвониться до меня, почему это-то мне не сказал? Мой бывший пропал, а ты не оповестил меня об этом! — Задыхаешься. — Что происходит, Бомгю? Зачем всё скрываешь от меня? Зачем?! — Голос сорвался, когда брюнет наконец-то ожил, вдруг резко дёрнув твоё хрупкое тельце на себя. Он прижал тебя к себе, обнимая или же просто держа насильно вблизи. В любом случае ты начала сопротивляться, что-то говорить взахлёб, а он просто уткнулся носом в твои распущенные вкусно пахнущие волосы, вдыхая родной запах девушки, которую, по какой-то странной причине, не может сейчас убить. Не может заставить себя это сделать, даже если жизнь кончена. —Я не хочу тебя видеть! Отпусти! Лжец, лжец! — Твердила ты, слабо брыкаясь. — Зачем ты мне врал? Зачем?! Мог бы всё просто сказать, ну почему ты всё всегда усложняешь, кретин?! — Уперевшись лбом в плечо мужчины, которому слепо доверяла, ты еле как сдерживалась, чтобы не зарыдать в его объятиях. —Прости. — Выдыхает судорожно, в отличие от тебя, не осознавая, что плачет, пуская по щекам слёзы. Бомгю не знал, за что просит прощение, которого, к слову, не заслужил в любом случае: было ли это за грубость по отношению к тебе или может, за обман и ложь, которые вскоре сломают розовые очки, подаренные им же, а может за будущее убийство. Он толком не понимает, однако чувствует некую... вину. И это страшно. Скорее брюнет просто сам не в силах простить себя за то, что ввязался в эту игру, где шансов на победу отнюдь нет. Он наивно думал, что лучший игрок, тот, кто знает наперёд каждый шаг и вздох, а ты только лишь игрушка - но ошибся. Кажется, дьявол переоценил себя. И сейчас, прижимаясь друг к другу, вы спускаетесь на пол, продолжая ощущать тепло обоюдно. Вам двоим страшно: ты, цепляясь за толстовку мужчины, боишься окончательно потерять его, опасаясь, что никогда и не обретала сердце зверя, а Бомгю, нежно поглаживая по голове, путаясь пальцами в твоих шёлковых волосах, боится самого себя, разрываясь пополам от ненависти к тебе и... любви. —Я не понимаю тебя... — Тихо бормочешь в этой гробовой тишине, разбавляя слабыми всхлипами. —Меня никто не понимает, — С прискорбием побито шепчет у твоего уха. — Это нормально, я просто не такой, как все. — Ты нервно усмехнулась, тотчас отрубив: —"Не такой"? Да ты просто самовлюблённый придурок, который привык всегда только себя слушать! — Отстранился, без страха заглянув в лице юноша и, ты приумерила пыл, увидев насколько он сейчас был разрушен. Он плакал; искренне и открыто. Капилляры в чёрных слезящихся глазах лопнули, выстраиваясь в паутину красных корней, заполнив всё белое. По покрасневшим впалым щекам ручьём катились слезинки. Губы чертовски дрожали, и он всё время поджимал их неосознанно, отчаянно пытаясь не издавать лишних звуков. Ты впервые видела такой беспорядок на лице мужчины, который всегда только подбородок задирал, да с вызовом на всех смотрел. Хотелось поставить вердикт, что это не он, а какой-то забитый жизнью мальчишка, однако как раз-таки им сейчас хореограф и являлся. —Перестань реветь... — Неуверенно бросила, а тот только и делает, что рукавом слёзы вытирает, да головой качает, подавлено скуля: —Прости... прости... прости... — Без передышки молвил, лихорадочно тря лицо. —Успокойся, я тоже тут виновата, — Положив ладонью ему на щёку, мягко говоришь, через силу улыбнувшись, ведь уже не могла злиться на Бомгю, который так по-детски расплакался. — Не надо мне было тебе эту пощёчину делать, — Выдыхаешь, потирая большим пальцем царапину от своего же когтя, пока танцор притих, шмыгая носом только разве что. — Вокруг нас столько всего ужасного. Нам надо держаться вместе. — Добавляешь, тем временем монстр в ответ только голову опускает, предельно зная, что всё "ужасное" происходит исключительно благодаря ему...

+×+

Спустя неделю...

Неделю назад прошёл ваш первый и, на этот момент, последний скандал, который повлиял на поведение твоего парня сильно. Он стал... добрее к тебе, что-ли? Помимо тысячи изменений, пояснил, что не говорил ничего, дабы не портить ваше время, проведённое вместе, добавляя, что поступил неправильно, эгоистично, но сделать уже с этим ничего, как понятно, не может, только пообещать, что этого больше не повторится. Так ли это? Как бы ужасно с твоей стороны не было, ты, улыбаясь ему, продолжаешь пропускать странные мысли насчёт него, затем считая себя параноиком.

Вы съехались.

Это было неожиданное решение для тебя, когда согласилась сделать это. Бомгю сильно настаивал, Лана, узнав, давила, а ты, думая снова, что не хотеть жить со своим парнем просто из-за какого-то недопонимания - это неправильно. Ты же не сумасшедшая.

Ито Дзюна похоронили.

Точнее, прошло кремирование. Ты пошла туда с Чхве и Ланой. Было непонятно вот что: почему-то Чо Онда не пришла, хотя все из группы Гю, кроме неё, пришли проводить друга в мир иной. Показалось странным ещё взгляд Бомгю на родителей покойного... нет, это просто паранойя из-за стресса, но... его глаза улыбались. Он смотрел на них с насмешкой, даже голос не удосужившись скорбящим сделать. Хотя бред, не может же хореограф радоваться смерти своего ученика! Нет же?

Чо Онда призналась пропавшей.

Эта информация окончательно выбила тебя из колеи. Эта была та крайность, которая окончательно переломила что-то внутри. Ох, нет, не так-то и беспокоилась за розоволосую, просто... Последним, кто видел её - эта была Лана, заявившая, что Онда приходила в танцевальную школу в прошлое воскресенье, под 08:45, куда-то спеша, хотя занятий у неё не было в тот день. Она пришла буквально за несколько минут до тебя. Казалось, вот полиция напала на след, поскольку Чо не была замечена в покидании здания. Но не всё так просто! Все записи с видеокамер были утеряны, а охранник только руками разводил, да плечами пожимал, не зная как это произошло. Это тупик для следствия, но не для тебя, той, которая смогла предположить, что Чо могла бежать встретиться с Чхве Бомгю. Или, может быть, в этом замешан тот странный полицейский? Эти мысли сводили тебя с ума сутками напролёт, особенно, когда обдумывала дату смерти и пропажу бывшего: в ночь пропажи Чхве дрался с ним, а смерть Ито произошла тогда, когда тебе приснилось как уходит из дома брюнет. Или... не приснилось. —Любовь моя, ты куда-то уходишь? — Сзади прижимается полуобнажённый только что проснувшийся Бом, по-хозяйски окольцовывая твою худую талию, при этом целуя в шею - так теперь каждое утро, и ты должна быть счастлива, ты и счастлива, но из-за этих постоянных пропаж не в состоянии наслаждаться любовью. Ты улыбнулась сухо, вглядываясь в очаровательное лицо через зеркало туалетного столика, продолжая аккуратно водить розовым блеском по губам. —Да, дела есть. — Отвечаешь тотчас, сложно выдыхая оттого, что приставучий мужчина запускает беспризорные ловкие пальцы под твой топ, беззастенчиво изучая каждый сантиметр тела, которое принадлежит только ему. —И какие же? — Мурчит, чуть прикусив игриво плечо, затем сразу же целуя, будто извиняясь за грубость. Ты не ответила. Ответ ему явно не понравится. Вы за эту неделю много чего обсудили - Гю всё находчиво объяснил, разве что, кроме одного: Кван Дживон. Внятного пояснения "кто это?" - Танцор не мог предоставить. "Ну, у меня были проблемы из-за одного инцидента... Кстати, какой фильм посмотрим? Давай это-.." - Вот как он охотно вёл диалоги насчёт того парня. Бомгю хорош, когда дело заходит избегать нежеланных разговоров, но ты тоже не промах, поставив себе цель найти объяснение во всём этом. Ты любишь его, потому сделаешь всё, но сможешь найти ему объяснение - иначе быть не может. Не может же твой принц оказаться монстром? Нет, эти какая-то ошибка... Ты повернулась к нему полубоком, сразу же встретившись с губами брюнета. Поцелуй был быстрый и лёгкий, поскольку мигом отстранилась, проговаривая: —А что, мне без тебя уже пойти никуда нельзя? — Дразнишь. —Можно, конечно. Что за глупости? — Фыркает, чуть хмуря брови, на что ты ещё шире улыбаешься. —Тогда я пойду, — Жмёшь плечами. — Вернусь через час, мишка. — Ты шутливо потрепала парня по волосам, превратив в сущий бардак, а затем вышла из спальни, оставив озадаченного этой картиной убийцу стоять столбом, да думать о многом.

Ему не нравится это всё.

+×+

—Не представляете как я рад, что вы всё-таки решились мне позвонить. Это мудрое решение. — Дружелюбно пролепетал Кван Дживон, сидя за столиком кафе напротив. Ты слабо киваешь, то и дело уводя взор на панорамное окно, вглядываясь в дождливый денёк: как люди застатые врасплох без зонтиков бегут куда-то, как машины мчатся напролом и как капли срываются с небес, разбиваясь об асфальт. —Будите что-нибудь? Я зап-.. — Брюнет не успевает толком договорить, как вдруг грубо режешь: —Я не для того пришла, чтобы чаи распивать, — Бессердечно, но честно. — Вы мне говорили, что мой парень - лжец. Что имели в виду под этим? — Спрашиваешь. — Зачем преследуете его? Чего добиваетесь? — Спрашиваешь, вопреки этому не даёшь ответить, продолжая: — Вы сказали "он опасен", вы сказали "твоя любовь сведёт тебя в могилу", и вы также сказали "ты не первая, кого он ввёл в заблуждение и убил", — Придвинулась ближе к столу, оперевшись локтями об него. — Вы хоть понимаете, что наговорили? — Ты снова начинаешь злиться, пока Дживон в ответ неловко усмехнулся. —Я теперь понимаю, что у вас, мисс, хорошая память. — Отшутился. —Не смешно. — Отчеканила, сузив опасно глаза. —Простите, — Прокашлялся, уводя взор. — Дело в том, как я уже говорил ранее и вы точно помните, ваш парень не тот за кого себя выдаёт, — Достаёт из кармана телефон, начиная что-то в нём искать, а затем выдвигает руку, покалывания содержание: посмотренная фотография с камер наблюдения, где, с трудом, но можно разобрать фигуру парня, схожего чем-то с Чхве Бомгю и девушку, которой он открывает дверь машины - машина, к слову, точно не Гю, поскольку хорошо знаешь его крутой спорткар. — На этой фотографии ваш парень и моя сестр-.. — Как только тот это говорит, ты сразу вспыхнула: —Что? То есть вы мне показываете это низкокачественное явно незаконное фото, намекая, что он мне изменяет с вашей сестрой?! — Злостно усмехнулась, игнорируя тот факт, что на вас уже смотрят клиенты кафе. — Я в это поверю, по-вашему? Чёрт, зря вообще пришла. — Выругалась, уже подхватывая сумку, с намерением уйти прочь поскорее. И, ты торопливо встаёшь с места, безусловно желая, что вообще притащилась сюда, но... —Она уже мертва как год! — Полицейский выдал это тебе за спину, тем самым принудив застыть. — Этот человек, мужчина на фото - Чхве Бомгю, парень ваш. Он был последним, кто виделся Миён. Он... — Ты обернулась, поймав зрительный контакт с парнем, чей голос дрогнул в горечи: — Послушайте, я не вру. Я её брат, мы близко общались. Миён мне рассказывала о нём... — Пауза. — После того, как моя сестра села к нему в машину - пропала. Этот ублюдок похитил её, а потом прислал мне фотографии её трупа! — Вскочил с места, двинувшись к тебе порывно, а ты осталась стоять на месте, попросту онемев. — Думаете, я бы врал об этом?! Вот, смотрите! Смотрите, что он сделал с ней! — Он снова тыкает экран телефона тебе в лицо, но на этот раз там было не смутное фото, а... Ты ужаснулась, пока глаза широко распахнулись от потрясения. На фото было обнажённое изуродованное ножевыми ранами тело тёмноволсой девушки, твоя ровесница примерно: она лежала на полу, животом на дощечках, а в спине торчал топор; казалось, она пыталась уползти, ведь руки вытянуты, а когти вцепились намертво в пол. Это было мерзко - вид на это мерзкий, отчего к твоему горлу поступила смутная тошнота. И, ты сразу же отвернулась, прошипев сквозь зубы: —Соболезную. Мне жаль вашу сестру, надеюсь, она сейчас в лучшем мире, — Подняла голову, впившись потемневшим взором прямиком в лоб копу. — Но это слишком громкое заявление. Вы обвиняете человека в убийстве, хотя, как понятно, следствие опровергло связь моего парня с этим, — В ровном непоколебимым тоне встаёшь на сторону любимого, при том, что сама уже не веришь ни ему, ни себе, ни во что-либо другое. — И перестаньте нас преследовать, иначе обращусь в полицию. Всего доброго. — Слегка поклонившись, развернулась на сто восемьдесят градусов, однако это не остановило его, и тот вымолвил тебе вслед: —Уже два ученика вашего идеального парня считаются пропавшими, а третий - умер. Это вам ничего не говорит? — На этот раз не обернулась, просто уйдя, прокручивая эти слова в голове после сотни раз.

+×+

—Хм, мне идёт? — Хищно скалится хореограф, слегка потирая между пальцев кулон в форме лезвия, весящей на тонкой цепочке вокруг его шеи. — О? А оно острое. — Болтает ни о чём, в конечном итоге оторвавшись от зеркала и взобравшись к тебе на кровать. —Тебе нравится? — Откладываешь телефон из безвыходности, ведь хитрый Чхве уже перекинул через тебя ногу, оседлав бёдра. Он кивает. Конечно ему нравится подарок от тебя. Ему никогда их не дарили. Не сказать, что брюнет нуждался в них - нет, - однако от тебя это оказалось очень приятным сюрпризом. Юноша не теряет времени, берёт твоё лицо в свои ладони, с намерением протянуть ближе, чтобы вот в эту секунду поцеловать настойчиво, тая от отдачи, углубляя поцелуй до нехватки кислорода и жгучей задышки. Он хочет целовать тебя всё время напролёт, и плевать на всё. Ему трудно это объяснить, ведь сам ничего толком не понимает, но знает одно: Бомгю хочет выдавить из этих последних недель до номинации от ваших отношений по максимуму, дабы не жалеть потом ни о чём.

Он же убьёт тебя скоро.

—Так ты за этим сегодня ходила? — Интересуется, разрывая поцелуй от нехватки воздуха и протяжного, но приятного покалывания в груди. —Ты мне всё время делаешь подарки. Вот, я тоже решила. — Улыбаешься, задумчиво рассматривая приглянувшийся кулон, который слегка покачивается от движения; плавно туда-сюда. Бомгю тоже улыбается, слезая с тебя, при этом укладываясь рядом вплотную, притягивая ещё ближе - за последние время он стал более тактильным. И, Чхве льнёт к твоей открытой шеи, начиная покрывать маленькими краткими поцелуями, принуждая кожу твою покрываться мурашками. При этом запускает одну руку под пижамную лаймовую майку, сжимая талию, считая рёбра под давлением кончиков пальцев, изучая и снова показывая свои права на твоё тело. —Бомгю... — Но ты не была так сосредоточена на этом интимном моменте, всё ещё думая о том парне и ужасах, которые наговорил о персоне хореографа. Бомгю... убийца? Да как такое возможно?! Нет, нет же! Это невозможно! Гю бы так не поступил, не мог... —М? — Хрипло мычит, однако не перестаёт ублажать тебя, перемещая широкую ладонь уже на тяжело вздымающуюся грудь; его длинные пальцы сжимаются слегка вокруг, проверяя упругость. Ты молчишь, не зная как правильнее подобрать слова, да так, чтоб это было мягко. Однако время сочиться сквозь пальцы, тишина затянулась, потому, набрав в лёгкие побольше кислорода, говоришь на одном выдохе: —Ты был знаком с девушкой по имени Кван Миён? — Эти слова, словно пуля; вонзились в черепушку Бома, к чертям выбив из этого мира на несколько секунд. И вот, повисла тишина. Только она больше не была комфортной и уютной, как пару секунд назад - нет. Теперь давление этого вопроса витает в атмосфере, поглощая каждый сантиметр пространство, и будто даже выгораживая за миг между вами барьер. Мужчина прекратил блуждать по твоему телу спокойно и без причины, замерев, что на миг показалось, он уснул. Полежал ещё несколько секунд, а затем... резко подорвался с места, отстраняясь от тебя так, будто обжёгся. —Что ты имеешь в виду?! — Взорвался, принудив тебя потерять дар речи такой неожиданной реакцией. Его вспышка гнева была на лицо. Знаешь его достаточно, чтобы испугаться от пламени в свирепых глазах дьявола, чей взор пытался испепелить ежесекундно. Он весь напрягся, спокойствие как рукой сняла. Его аура вмиг обрела отталкивающие чары, принудившие кровь в жилах застыть. —Откуда ты вообще знаешь это имя?! — Он требует ответа, а ты не знаешь как ответить, чтобы успокоить его. —Б-.. — Желала прошептать имя возлюбленного, однако тот режет небрежно: —Ты что, виделась с тем ублюдком?! Сегодня! Сегодня ты к нему ходила, верно?! — Нервно злостно усмехнулся, понимая всё по твоими глазами. —Бомгю, я сейчас всё объясню! — Наконец-то обрела дар речи, когда тот просто встаёт с кровати, с желанием, возможно, уйти и бросить тебя одну в квартире. Да, Бомгю именно этого и хотел. Чтобы не навредить тебе. Мало что понимал, и всё же это не отменяла того факта, что чувствовал себя преданным тобою. Он думал, ты доверяешь ему слепо, но всё не совсем так. Ситуация критичная. Ты сейчас с ним, что-то зная. Но что же? Какой информацией владеешь? Явно не такой, чтобы до ужаса бояться его, но такой, чтобы доверие пошатнулось. Не всё потеряно, на грани судного финала. —Что ты мне объяснишь, а?! Что веришь каждому слову того отморозка, а не мне?! Не своему парню! А ему! — Брюнет был в ярости, но понять можно: Кван Дживон слишком много знает, он может сломать ему жизнь, попадись только доказательства о виновности Чхве. —Да нет же! — Протестуешь, тем самым немного успокоив парня, замершего посередине. — Я хотела только убедиться во всём! Ты хоть в курсе, что он на тебя говорил?! Я пыталась разузнать причину! — Твердишь, без страха смотря в лицо настоящему монстру. —Ну и как? Узнала? Довольна теперь?! — Хореограф подходит ближе, становясь у края кровати, где ты уже сидела. —Да! Ты же мне ничего не говорил! — Отрубила, и это похвально, ведь наглости и смелости у тебя явно переизбыток. —А ты так хотела узнать, что меня обвиняют в убийстве? — Его голос понизился в недружелюбном рокотание истинного зверя. — Что он возомнил себе там, что король правосудия, обвиняя меня в этом, даже после того, как меня признали непричастным? — Хмыкнул. — Уж прости, что я такой лжец, не говорил о проблемах прошлого своего. Теперь ты всё знаешь. Надеюсь, ты довольна. — Бомгю резко отпрянул, хватая ключи от машины с полки, после сразу же направившись порывно на выход из спальни. —Бомгю, постой! — Кричишь ему в спину, но он не слушает. — Чёрт, да стой же ты! — Выбегаешь из спальни прямо в тот момент, когда Гю стукает входной дверью, отчего аж вся квартира вздрогнула. И, ты тяжело вздыхаешь, сжимая кулаки от раздражения с примесью отчаяния - всё же не так представляла разговор со своим парнем. Совсем не так. Его слова о том, что он не говорил это по понятным причинам теперь выглядят настолько правильными, что жалеешь вообще о встречи с настоящим лжецом Кван Дживоном, облагавшего невинного танцора в таких мерзких поступках. Однако, ступая назад, дабы всё хорошенько обдумать, слышишь резкий звук, принудивший растеряться и даже на миг отвлечься от реальных проблем со своим мужчиной. И, поднимая голову, глаза расширились от ужаса, но благо инстинкты самосохранения ожили быстрее, чем коробка на верхней полки свалилась на твою голову по желанию питомца Бомгю, решившего, походу, устранить тебя. В любом случае отшатнулась, а металлическая среднего размера коробка с громким стуком ударилась об пол, прямо у ног, открывшись нехотя, при этом вывалив из себя что-то. —Ви, мелкий засранец! — Вскрикнула, пригрозив чёрному коту кулаком, пока тот явно довольный собой дальше побежал по полкам коридора, грозясь ещё напакостить. Вздохнув от резкого пронзительного адреналина со сложностью, опускаешь глаза на пол плавно, наряду с этим садясь на корточки, с намерением прибраться за непослушным дьяволёнком, который точно весь в своего хозяина. Однако оцепенение от увиденного не дало больше пошевелиться, следовательно, глаза стали в непонимании метаться туда-сюда, а мозг быстро определить то, что сейчас увидел: ключи. Много ключей. Очень много чёртовых ключей, которые то-ли от дома, то-ли от разных марок машин. Их было больше тридцати, если смотреть невооружённым взглядом. —Какого чёрта?.. — Шепчешь, поднимаясь один из кучи.

Кажется, Бомгю всё же лжец.