ближе.
2 июня 2024 г., 23:28
Полторы недели для Маршалла пролетели подобно течению полноводной реки. Слим, правда, подустал от перелетов на разные расстояния, но право выбора ему никто и не предоставлял. У парня все по плану: церемония награждения, времяпрепровождение с дочерью и возвращение на площадку для прочих решений проблем по выкладке альбома. Ещё в один из дней прибывания в другом городке молодой человек умудрился ненароком «залететь» на концерт к приятелю и исполнить там же пару песен. И, как ни странно, Эм утомился, что велико напугало его, ведь курс препарата был закончен и заменён на более «мягкий». По такому случаю, сидя после публичного исполнения в гримерной, Мэтерс серьёзно задумался над гастрольным туром, который прогнозировался в этом году. Злость на самого себя — самая губительная злость. Понимание того, что ему нельзя будет «не вывезти», навлекало на худшую идею из худших.
Маршалл стал размышлять о прекращении работы над своим здоровьем.
Мысли его тогда прервались звонком от Майка — звукорежиссера. И слава Богу, что вопрос с той стороны от абонента рассмешил Маршалла и побудил на избавление от сторонних думок. Стрейндж сообщил, что некая «Сэл» интересуется одним из его сэмплов, оставленных в системе нетронутым. Парень, пока Слим был в отъезде, заглянул на площадку и проверял звуки над которыми можно было бы ещё поработать. Кежманская в тот вечер проникла в соседнюю студию и услышала красивый материал, что уж слишком засел ей в душу. Майк рассказал ей о том, что Эм, на самом-то деле, совсем и не кишит этим звуковым фрагментом, да и авторские права не выкупались, тем самым породив темноволосую на надежду «зарезервировать» данный сэмпл себе по согласию Мэтерса.
Однако, Слим с усмешкой заявил, что не общается через посредников и призвал приятеля передать его номер девушке. Хитрый ход и ловкость действий: выпрашивать женские цифры теперь ему не нужно. Правда, написала она лишь через несколько дней, и в добавок к этому слишком официально.
О том приглашении на «свидание» блондин не забыл, как и не забыл о её существовании в целом. По прибытию в заученное здание сразу же первым делом заглянул в двадцать седьмую, но, к его сожалению, сидела там всё та же Грейс с обозлившимся лицом. Именно её проблемы Шейди совсем не тешили, потому тот лишь лениво спросил о порядке в девичьих делах, и, услышав сценарный ответ, кивнул, ринувшись в другое помещение.
Около часа блондин просидел в студии вместе с Рэем и представительницей чернильного общества — Налой. Нала была «особенной» блудницей и ей позволялось задержаться на сервисе подольше, поскольку именно с ней можно было не только удовлетворить привычные потребности, но и посмеяться. Шутить она могла броско, а вот способностей к мышлению у неё не было, как и настоящей груди. Маршалл часто встречал её в чужих номерах и пользовался лишь одной её услугой — чувством юмора.
Собственно, именно в данный момент он и прибег к слушанию её шуток, пожевывая сырные снэки прямо из пачки, пока Болливуд смиренно сидел на кресле и не торопился надевать футболку.
— Ты слишком подозрительно молчишь, — твердит блондин темнокожему, копаясь в хрустящих, — Хочешь о чем-то рассказать?
— Наверное, снова купил безделушку и умалчивает, — смеется Нала, — Что на этот раз?
— Надеюсь, что-то стоящее, — бубнит с набитым ртом Маршалл.
— Думаю, да, — шутит девчонка, — Скорее всего, нунчаки.
— Shut up, — улыбчиво тянет Болливуд.
Слим хохочет и вытягивает руку для отбития «пятюни» чернильнице, что лежала рядом на диване и копалась в телефоне. Между тем, рыжеволосая лишь перевернулась на живот и помотала головой, намекнув на отказ.
— У тебя грязные руки.
— What? — артистично хмурится он, — They are cleaner than your hands!
— Я не буду давать «пять», пока ты копаешься в сырных палочках.
— Ох, малышка, — издевательски давит Мэтерс, — По сравнению с твоими, мои руки — святой источник.
— Согласен, — щелкает пальцами Рэй.
— Спорить не буду, — проигравшая ухмылка, — Может, всё-таки поделишься? — тянет она пальцы к пачке, но мужская кисть резво уводит съедобное от чужих прикосновений, — Маршалл!
— Мистер Мэтерс, — поправляет он её и отсаживается чуть дальше, — Это во-первых, а во-вторых у тебя, мисс, грязные руки.
Эскортница показательно закатила глаза, повернулась на спину, и, привстав на локтях, перевела взгляд на копающегося в бумажном пакете темнокожего.
— Рэй, — серьезно молвит Нала, — Ты действительно что-то купил?
— Купил, и что? — фыркает парень, — Я вам покажу одну вещицу. Надеюсь, что после этого вы засунете свои языки в жопу.
Пока Маршалл вновь залился смехом, темнокожий вынул из упаковки массивную коробочку с известным названием. На радость голубым глазам — в очках им виделось всё. Потому, разглядев значимую гравировку, Слим поднялся с кресла и подошел ближе, тем самым показав свою заинтересованность.
На дне картонного кейса оказался сорок пятый «Кольт» с отдельно лежащим глушителем. Новенький!
— Не кроши тут своей закуской! — восклицает Рэй и кистью отодвигает блондина немного дальше, — Как тебе?
— Солидно, — кривит он губы и кладёт в рот хрустящее, — Магазин вместительный?
Темнокожий аккуратно хватает оружие в руку и откладывает коробку на пол.
— Пять патронов, — довольным голосом произносит тот, — Теперь ни одна сука не сможет…
Речь рэпера прерывается, когда в помещение без стука входит зеленоглазая и стопорится у входа. Маршалл замечает, что зрачки её заострились совсем не на нём, а именно на голом торсе приятеля. Увидел он это четко — проложил невидимую линию за три секунды. Между тем, за это же время Слим успел подметить, что девушка сегодня выглядит сногсшибательно: её атласная юбка выразительно обтягивала бёдра и подчеркивала талию. Эта кошка сбивала с толку и без оголения колен.
— Celine, — вопросительно смотрит на неё Болливуд, — Everything is fine?
Темноволосая сжала в руках свою вязаную кофточку и, наконец, отвисла, подлетев к Рэю и в полсилы ударив его мягкой тканью по плечу.
— Свинья! — говорит она, — Тебе не стыдно?
— Hold on, — афроамериканец пытается сказать хоть что-то, но выходит всё совсем иначе.
Маршалл, после трех таких «ударов» резво отпрянул подальше, прижав к себе закуску, и продолжил наблюдать за данной диверсией.
Кажется, кто-то сегодня не в духе.
— Я тебя предупреждала! — шипит Кежман и «лупит» бедолагу своим кардиганом, — Быстро пошёл, — удар, — И извинился.
— Stop hitting me! — усмешенно говорит он, — For what?
— За свои, — хлёст, — Грязные, — ещё один, — Шутки.
— Я понял! — вскакивает он с кресла и отходит дальше, — Речь о Грейс, верно?
— Рэй! — хмуро замахивается, но больше не атакует.
— Okay-okay! — молодой человек тут же ретировался из помещения.
Сдув прядь с лица, зеленоглазая поворачивается к другой части помещения, где замечает незнакомку с выпученными глазами и блондина, что словно «засахарился» у стены. На такой неровный взгляд, он лишь тихо положил пачку сырных палочек на диван и поднял руки к верху в знак «белого флага». В тишине слышалось только жевание Шейди, но этот звук также прекратился, дабы и самому невинному в этой студии не досталось «люлей». Немного оценив глупость ситуации и потупив взгляд, девчонка, в конечном итоге, просто прошла мимо него, одарив шлейфом своего аромата.
— Мне нужно взять у неё пару уроков, — прерывает паузу Нала, — Она умеет управлять мужчинами, — со вздохом, — На таких женщин член всегда будет стоять.
Эм, в конечном счете, отвисает и усмехается крайнему высказыванию. Парень не думал, что когда-нибудь будет солидарен с мнением проститутки.
— К слову, всё это время, пока она его била, у него в руках был ствол, — добавляет эскортница, — И пошёл он извиняться, кстати, именно с пушкой.
— В таком случае, думаю, Грейс непременно простит его.
У Селин и вправду не было настроения. Точнее, оно являлось ровным счетом переменчивым в виду особенностей женского организма раз в месяц. Между тем, злости в ней места все же не было, потому и содеянное для неё казалось нормальным. Сегодня она была намерена оставить Вуд одну на студии впервые за все время, поскольку Кежманской требовалось побывать, наконец, в любом другом месте, кроме как площадки. Одни и те же локации ей изрядно поднадоели, и в связи с этим девчонка решилась сегодня предоставить весь день себе и своему отдыху. Как раз таки за этим она и приехала на студию, чтобы оповестить об этом Эйси и заодно проверить общий настрой. Однако, обозленная блондинка выбила её из колеи, и той просто-напросто пришлось «настучать по шапке» темнокожему.
Впрочем, от своего плана на день девчонка не отреклась. Выскочив на парковочную часть, брюнетка спокойным шагом подошла к своему автомобилю и тяжело вздохнула, глянув на капот железа. Оставляя потушенный бычок на передней части женской машины, Мэлвин «отмечался» именно таким способом каждый божий день. И, что самое главное, Селин не понимала, когда Лонг успевал это делать: например, сегодня она пробыла в здании лишь десять минут. Хозяина мусора узнавала по штампу на папиросе — четко запомнила любителя данных сигарет. И, к сожалению, даже перестановка автомобиля в другое дальнее место не спасала девушку от мужской пакости.
Остаток дня Кежманская провела в разъездах по отделениям крупных кредитных учреждений — возникли проблемы с её платежной системой. Её «великие» планы на отдых отложились к пяти часам вечера.
Грозовые тучи плавно окутывали вечерний город, намекая на преддверие атмосферных осадков в виде дождя. Температура воздуха не приносила великого удовольствия людишкам, что, кажется, совсем позабыли о смене времени года и продолжали надеяться на теплые солнечные деньки. У Селин — это вечная беда. Намека на опасное метеорологическое явление совсем не было, поскольку весь сегодняшний день на улице пахло ясной погодой.
Зеленоглазая уединилась со своими мыслями в знакомой кофейне, посчитав это неплохой вылазкой в одиночестве и украской досуга. Пришла она сюда на своих двух и без яркого наряда: в мрачных брюках и чернушном пиджачке. С бесконечным стаканчиком кофе девчонка сидела в кафе уже порядка сорока минут и глазела в панорамное окно, думая о женском. На этот раз без грандиозных думок и осмыслений жизни. Кежман высматривает двух симпатичных мужчин напротив и водит глазами вверх-вниз, оценивая широкие плечи и внушительных размеров мышцы. В голове сразу воспроизводится сегодняшний вид пресса Болливуда и Сэл тут же вертит головой, отбрасывая стыдливые мысли в сторону. Свидание с самой собой, может быть, и неплохое решение сегодняшнего дня, но лучше бы никакого мужского пола в её поле зрения вообще не наблюдалось. Битмейкерша буквально сходит с ума и молится, чтобы этот вечер прошел побыстрее и ясность ума скорее вернулась на свое родное место. На самом деле, она бы не отказалась посидеть с кем-нибудь вместе и поговорить о чем-либо, но Эйси оказалась слишком недоброжелательна сегодня, а к мужскому полу обращаться Кежманская не решилась по личным причинам. Ей хватает того, что она уже несколько минут прожигает взглядом неизвестных ей мужчин.
Миниатюрный телевизор, установленный на стене заведения, вещал неприятную новость — штормовое предупреждение. Как славно! Зеленоглазая вновь бросила взор на улицу и поняла, что в ближайшее время точно не выйдет из этой кофейни. Помутневшее небо вышвыривало молнии и даже сквозь стекло были отдаленно слышны крупные раскаты грома.
М.М: Where r u?
17:45 pm
Сообщение от Мэтерса удивило и одновременно напугало женскую душу.
С.К: I'm on a date.
17:46 pm
М.М: I’ll pick u up. 17:46 pm M.M: Let's go 2 an interesting place. 17:46 pm Брови её схмурились, а после на лице выскочила лёгкая усмешка. Неужели этого парня совсем ничего не смущает? Тем временем, с небес стали срываться первые мелкие капли дождя. И, что было удивительно, совсем не проливные.C.K: Not today, Marshall.
17:46 pm
Кежман, на самом деле, всегда забавляли необычные сокращения в переписке. Порой, и разобрать сложно, что хочет от тебя собеседник. М.М: 2day. 17:50 pm Девушка на такую настойчивость выгнула бровь и подняла взгляд на столик с мужчинами, который уже, к сожалению, опустел. Селин поняла, что ей стоит перестать сходить с ума и успокоить свои бесстыжие мысли. В конце концов, это исключительно её проблемы и решать их нужно «собственноручно», а не прятаться и ерзать на своей пятой точке.C.K: Could u take me home? 17:53 pm
Осознание, что сидеть вечно в этой кофейне у неё не получится, пришло чуть позднее. И, раз уж парень вызвался забрать её, то, вероятно, способен доставить девчонку домой. Правда, ответного сообщения на вопрос она не увидела даже через сорок минут. Потому, допив свой уже остывший кофе, решилась вызывать такси. М.М: Get outside. 18:44 pm Пугливо осматривая через оконную раму волнующиеся деревья, девушка заприметила тонированный автомобиль, стоящий на той стороне улицы. Селин сразу же поняла, что местоположение ему выдала Грейс, так как с Мэтерсом темноволосая сегодня совсем не разговаривала. Немного похмурилась, поняв, что молодой человек, кажется, не собирается разворачиваться и подъезжать прямо к кафе, но все же вскочила с места и вышла из здания. Мелкие капли дождя совсем не беспокоили, поскольку были редкими и невзрачными, а вот почерневшее небо навевало жути. Поток машин на дорогах казался бешенным, а брести до пешеходного перехода — дело достаточного количество времени. Следовательно, когда на встречной полосе образовался временный затор, девушка в черном быстренько протиснулась сквозь груду железа, улавливая за собой звуки автомобильного сигнала, а после, перебежав вторую пустующую полосу, резво ретировалась к знакомой тачке. — Я мог подождать, Селин, — тут же твердит блондин, когда брюнетка открывает дверь, — Необязательно было рисковать жизнью. Кежман молча садится в машину и тут же чувствует стойкий аромат мужского одеколона, ввиду чего неровно выдыхает. — Мне кажется, или ты все это время сидела одна? — дергает передачу и выезжает с обочины. — Не кажется, — усмешка, — Я была одна. — Do you like to cheat? — Нет, Маршалл, — поворачивается к нему и опускает взгляд на мужские руки, — У меня… Для нее сегодня все мужчины особенно красивы, а о Слиме и говорить ничего не нужно было. Она буквально виснет глазами на всех его частях тела, и, в частности, на этих манящих небесных зрачках. — Сэл, — хмуро всматривается в женское лицо, — Я все еще жду ответ. — Прекрасно. — Что «прекрасно»? — Прекрасно выглядишь сегодня, — отворачивается к окну, оставляя парня в замешательстве, — У меня сегодня было запланировано свидание с самой собой. И, к сожалению, вышло не очень. Шейди слегка глупо улыбается, понимая, что он, почему-то, неимоверно рад именно такому ответу. Парень просто не мог поверить в то, что она так легко сумела сбежать со свидания и оставить какого-нибудь бедолагу гнить дальше в кофейне. Да и место для блондина казалось весьма странным: загнанная кафешка с дешевыми напитками совсем не подходила для уединения двух душ. — Довольно странное времяпрепровождение, но я не удивлен. — Нужно начинать с малого, — жмет плечами, — В следующий раз выберу место поинтереснее. — Моя очередь выбирать места, — утверждает. — Хочешь что-то предложить? — поворачивается к нему. — Думаешь, я просто так забрал тебя сегодня? Девушка тут же замечает, что автомобиль двигается совсем не в сторону её дома, от чего на лице её вылавливается негодование. — Маршалл, погода совсем не для вылазки в город, — мрачно вторит, — Отвези меня домой, пожалуйста. — Нет. — Why? — беспокойно. — Я обещал тебе показать кое-что, — набирает скорость, когда оказывается на пустующем шоссе, — И это место находится совсем не в городе. — It's a date? — вспоминает диалог прошлых недель. — Относительно. Кежманская умолкла минут на двадцать, пока молодой человек был сосредоточен на дороге. Ей, честно говоря, совсем не понятны действия Маршалла. Она только-только выстроила дружественные отношения с этим парнем, а он все навевает противоположные мысли. Ещё и недавний разговор с Грейс немного подшатнул её нервную систему и заставил пересмотреть деяния блондина в свою сторону. Вуд заявила, что на площадке грянул слушок об отношениях Селин и Маршалла. Кем и каким образом он был распространен — неизвестно. Но Эйси, правда, на одной сплетне не остановилась и продолжила рассказывать всю подноготную Шейди, как бывшая «фанатка» его творчества. В такие новости зеленоглазая верила с трудом и словно пропускала мимо ушей. Мало-ли, что могут сказать лишние рты. Эм всегда рядом и в любом случае он может подтвердить-опровергнуть ту или иную информацию. Только, вот, копаться в чужом грязном белье брюнетка не собирается — ей это ни к чему. Между тем, одну «байку» она, почему-то, запомнила точно: мистер Мэтерс больше предпочитает блондинок, нежели брюнеток. Откинув размышления на дальнюю полку, Кежман заметила, что «водитель» свернул на неизвестную дорогу, ведущую в зеленую чащу. Небо, тем временем, становилось всё «злее» и «злее». Никаких домиков и, в общем-то, зданий рядом не наблюдалось. Неужели молодой человек не знает правила безопасности? И это, действительно, глупо — в надвигающуюся бурю выезжать в лес, когда в любой момент происходящее может привести к ужасу. — Эм, я не понимаю, — мотает головой, — Зачем тебе мне что-то доказывать? Я была уверена, что ты романтик и до сих пор верю в это. Однако, ты меня даже не предупредил и решил пригласить меня на свидание в шторм. — Слишком много лишних слов, Сэл, — вздыхает, — Я не собираюсь тебе что-то доказывать. Мне это не нужно. Приглашения и предупреждения меня тоже не интересуют. — Then why? — Провести время и оставить приятные воспоминания, — твердит писклявым голосом, повторяя слова девчонки. — Marshall, I don't want to, — мотает головой, — I really don't wanna. — What a pity, — саркастично. Блондин никак не отреагировал на высказывания рядом сидящей девушки, а лишь приоткрыл окна, впуская запах дождевой листвы и шум нагрянувшего грома. — Эм, я выхожу из машины прямо сейчас, — волнительно. Раздался звук блокировки дверей. Она дергает ручку, но ничего путного из этого не выходит. Эта леди никогда не боялась Мэтерса, хотя теперь у неё проявлялись мистические думки в сторону этого парня. Ей казалось, что он намеренно вывез её в грозу за город. Выискивает в голове следствия такого поступка и пытается найти причину. Могла ли она обидеть его когда-то? И в какой из моментов — неясно. Тут же вспоминается Мэлвин, что «наказал» её за свой язык семичасовым отсиживанием в студии без воды и еды. Девице думается, что и Маршаллу ничего не стоит оставить её где-нибудь здесь и уехать. — Решила что-то с моим сэмплом? — выпаливает Слим, удивляя девчонку своим спокойствием. Громкий раскат грома заставляет спутницу дернуться и скатиться вниз по сидению. Эму же ничего не оставалось, как просто помотать головой и продолжать выискивать в дали знакомое место, примечая движение в правильном направлении. — Почему ты делаешь вид, что не слышишь меня? — недовольствуется, — Куда мы едем? — Мы почти приехали. Не завывай, пожалуйста, — сдерживает раздражение, — Сегодня по плану справляться с твоим страхом. — Каким? — Как думаешь? — смотрит на неё. — Я думаю лишь о том, что ты собираешься наказать меня за что-то неизвестное мне. Маршалл глупо палит в её зелёные глаза и с ухмылкой возвращает взгляд к дороге, наблюдая заученную местность. — Честно, — снимает очки, — Я тебя абсолютно сейчас не понял, — пауза, — Точнее, понял, но явно не в том смысле. — Ты собираешься оставить меня здесь? — Если продолжишь задавать тупые вопросы, то я подумаю об этом. Виднелось небольшое озеро с сумасшедшим течением, вызванным действием ветра. Высокая трава совместно с деревьями склонялась вниз, словно вымаливая прощения у неба. Неподалеку расположился деревянный мостик, коим, вероятно, пользовались знатные любители рыбалки. И дождь, тем временем, кажется, прекратился, намекая на небольшую передышку перед бурей. — Приехали, — молодой человек глушит машину и открывает дверь, — Выходи. До этого шумящий мотор не передавал точных звуков с улицы, но теперь-то девчонка отчетливо слышит гул громыхания свыше и понимает, что всё это — сумасшествие. Тучи устрашенно маршируют и неподалеку виднеется грозовой разряд, что ударил точно в воду. Страх! Молодой человек неохотно обошел автомобиль и открыл дверь пугливой леди, что бегала глазами своими по неизвестной местности. Однако, выходить она, кажется, не собиралась. — Выходи, Селин, — повторяет он. — I won't go out. — Я тебя вытащу, — самоуверенно, — Будет неприятно. — Сядь в машину и поедем домой, — продолжает она свою «шарманку», — Пожалуйста. — Мы никуда отсюда не уедем, — аккуратно берет её за локоть, но женская рука одергивается. — Мне не сложно вызвать такси. — Проверь наличие сети, — усмехается, — Селин, у тебя нет выбора. — Выбор есть всегда. — Считаю до трех. — Что? — непонимающе, — Нет, уж! — One. Молодой человек засучивает рукава и подходит ближе, удерживая открытую дверь своим телом. — Маршалл, ты подвергаешь опасности себя и меня, — настораживающе произносит она, — Это очень… — Two, — со вздохом. — Ты меня слышишь? — пытается достучаться, — Это очень рискованно! — Время вышло. Девчонка немеет, когда сильные руки резким хватом обхватывают её за бедра и буквально чуть ли не вынимают женское тело на улицу. Однако, Кежманская не теряется и резво цепляется за водительское сидение, царапая дорогую кожу своими ногтями. Нелепая картина под названием «кошка и поход к ветеринару». — Отпусти! — прикрикивает она, — Тебе, — кряхтит, — Известно об электро… — Неизвестно. — Электропроводимости, — отчаянно борется за место, сдувая прядь с лица, — Об электропроводимости деревьев и воды известно? — Селин, — отстраняется от неё и ставит руки в бока, — Я тебя привез не для плавания и лазания по деревьям. Ты же видишь, — рукой указывает в даль, — Мы практически на берегу. — Откуда тебе знать, что может случится? — ослабляет хватку, принимая прежнее положение. — Еще ничего не случилось, а ты уже сходишь с ума, — смотрит на наручные, — У нас не так много времени. — Времени? — сводит брови, — Не пойму… На второй заход у Слима получилось выудить нудящую из автомобиля и ровным счетом закинуть себе на плечо. Нести эту девушку оказалось намного легче, чем её бухущую подружку. Потому, Маршалл даже сумел второй рукой «пикнуть» автомобильный брелок, несмотря на брыкания темноволосой. Селин, на самом же деле, уже слишком неловко перед парнем. И неловкость эта выливалась из ряда причин: страх, чрезмерная тактильность и её нелепое поведение. А ещё в ней ненароком просыпается злость — она граничит со страхом. Страх побуждает нас держаться подальше от опасности, а злость — защищаться и отстаивать свои границы. Буйный ветер развивал её неспокойные волосы, пока женские пальцы пытались ухватиться за чужую кофту, стараясь не думать о громыхании небес. — У нас есть примерно сорок минут, — парень, наконец, ставит девчонку на ноги, — До начала бури. Кежманская складывает руки на груди и давит свой гнев, осматривая засланную мокрую скамейку, построенную кем-то явно неумело. Казалось, что этой древесине вот-вот исполнится под сотню лет. Именно по этому поводу молодой человек снимает с себя свою белоснежную кофту, оставаясь лишь в одной футболке, дабы двое могли усесться на сухой флис. Все эти действия он выполняет смотря прямо в зелёные глаза, что, кажется, заострились взглядом чуть ниже, поскольку ткань его одежды немного задралась. На такие «высматривания» парень лишь усмехнулся и выстелил свой снежный свитшот на грязное дерево. — Please, miss, — усаживается на скамью, — Sit down. — Маршалл, мне больше не смешно, — мрачно произносит она, — Почему ты решил всё за меня? — Сядь, — выжигает взглядом, — Это все, что я требую от тебя. Ветреный дух был силен настолько, что едва можно было разобрать слова собеседника. Раскат грома, что раздался совсем рядом, взбудоражил девчонку, которая по-тихой, в действительности, начинала сходить с ума. — Ты пугаешь меня, — отвращено говорит она, — Я никогда больше не расскажу тебе о своих страхах. — Я знаю достаточно. — Хорошо, Маршалл, — раскидывает она руки, — Ты не умеешь! Ты правда не умеешь. Нет в тебе романтики, — без крика обозлённо утверждает, — Когда девушка тебе говорит, что у неё та или иная фобия, это не значит, что её нужно везти в место обитания этой угрозы, — эмоционально отрывает от сердца высказывания, — Я не ожидала от тебя такого. Мне страшно и жутко, а тебе, как я вижу, очень смешно, — тыкает пальцем в воздух, — Спасибо, доказал. К великому удивлению, Мэтерс совершенно не злится на всё вышесказанное ею. Он прекрасно осознавал, что зеленоглазая выдавила из себя эти слова для того, чтобы поскорее уехать. Бедняжка всё ещё думает, что он привез её сюда, дабы «что-то» доказать. Увы, это не так. Между тем, Слима, по большей степени, поддели другие слова этой девчонки. Точнее, одна первоначальная фраза: «я больше никогда не расскажу тебе о своих страхах». Он, конечно, и выплюнул самоуверенный ответ, однако, эта вредная особь велико любит умалчивать о многом. А Маршаллу внезапно стало важно знать всё, что происходит с ней, когда его нет рядом. И непостижимо мужскому разуму это резкое неизвестное влечение к брюнетке. Она интересна ему, как личность; как хрупкость; как нежность; как… — Чего ты хочешь, Селин? — переводит глаза с речной глади на неё. — Go home. Блондин лениво покопался в кармане и вынул автомобильные ключи, после чего с невзрачным лицом протянул их даме. Та же, в свою очередь, схватила связку и, ничуть не медля, отправилась к стоящему железу, путаясь в высокой траве. Впрочем, когда девчонка только-только подбежала к водительскому сидению и открыла дверь, то поняла, что Шейди, кажется, изначально совсем никуда не собирался. — Маршалл, — кричит она, стараясь перекрикнуть уличный шум, — Ты издеваешься? Вспыхнуло ощущение, что Мэтерсу совсем плевать. Он спокойно посиживал у озера, словно греясь на солнышке, которым давно уже и не пахло. — Пожалуйста, — вздыхает она, — Сядь в… Грозовая туча вновь возвращает девушку «на землю», и та плюет на это дело, рывком садясь в автомобиль. Сидя в кожаном салоне, Кежманская поняла, что оставлять его здесь одного и уезжать на чужой машине совсем не лучший вариант. А ещё, спустя пять минут нахождения внутри тонированной, она осознала свою грубость по отношению к блондину. Из-за страха в ней вырвалась эта резкость и злость, поскольку ей ничего не оставалось. Она могла бы, конечно, встать на колени и слезно умолять парня скорее покинуть это место, но она и без этого уже достаточно показала своей истерики. Агрессия — это глупость. И страх её, быть может, глуп для кого-то и не опознан, однако, битмейкерша мыслила рационально и в пределах адекватности. Ведь, находиться в малоизвестной чаще, услышав перед этим несколько штормовых предупреждений — немыслимая вера в уязвимость. Люди могут держать в контроле многое, но только не природную силу. И пора бы ей уже признаться, что она до жути боится стихийных бедствий. Именно их, а не просто «громких звуков». Также, Сэл почувствовала, что самое время извиниться перед Маршаллом за свою выходку и оправдаться своей боязнью. Во всяком случае, чтобы сделать это, ей придется выйти из машины и вновь вернуться в свой круг ада и преисподней. Тяжело вздыхает и «выпрыгивает» из железа, закрывая за собой дверь. Поправив свой пиджак, снова бредет сквозь пышную зелень и останавливается рядом с Эмом, что даже не бросил взгляд на возвращенную. Дергаясь из-за очевидного, громкий звук тут же порождает её усадить свою пятую точку рядом с рэпером, что абсолютно не предавал значения волнующемуся небу. — Маршалл, прости, — опускает она глаза в землю, — Я, наверное, обидела тебя своими грубыми словами. Но, знай, — поворачивается к нему, — Это говорил мой страх, — нервничает и крутит кольцо на пальце, выжидая новую западню от атмосферного электричества в воздухе, — Говорю глупыми метафорами, но исключительно правду. Я очень люблю природу в спокойствии и была бы предельно счастлива, если бы ты привез меня сюда в любой другой день. Честно, — оправдывается, стараясь разглядеть хоть одну эмоцию на мужском лице, — Я повела себя ужасно и мне неимоверно стыдно. Это не значит, что мне не нравится это место, или, что я требую известных дорогих ресторанов, — общается словно сама с собой, — Искренне уважаю тебя и твой выбор, но мне действительно слишком страшно бороться с этим, — сжимается от вида молнии, но все же продолжает, — Ты замечательный и очень созерцательный. Просто, — пауза, — Выбрал не того человека. Маршалл переводит взгляд на её жалостливое лицо и показательно смеется, мотая головой. И такая реакция порождает улыбку на женских губах, в разуме подмечая для себя, что этот парень до ужаса красив в профиле. — Судя по твоему монологу, мне показалось, что ты меня бросаешь, — смотрит на часы, — Дело не в тебе, а дело во мне? — Маршалл, я серьезно, — слегка толкает она его в плечо, — Ты не обижаешься? — После такого великого самосуда не имею права, — кривит губы, — В одном, только, ты не права. — В чем же? — Я сделал правильный выбор. — Не согласна. — Твоего согласия и не требуется, — жмет плечами, — Мне нужна была только ты, а не кто-то другой. Есть особый интерес к одному человеку, а есть разовый. Понимаешь? Не понимает. Бегло водит глазами по лицу его, выискивая намёк на это «понимание». — Максимально странный день, — бормочет на родном языке и отворачивается. — Я буду тебя понимать, даже если ты начнешь говорить на выдуманном языке, — усмешенно твердит он, — Не пытайся говорить про меня гадости. — И не пыталась, — ухмыляется, — Знаешь, я могу похвалить тебя. — Неужели? — вскидывает он брови, — За что? — Тебе, кажется, стало лучше, — лёгкая улыбка, — Ты абсолютно спокоен. — Это временно, — отрезает, — Бьюсь в малой агонии перед смертью. Он — поглощение страхов. Боится того, что однажды бросит все, чего отчаянно добивался. Просто сбежит, сожжет, порвет к чертям исписанные листы и блокноты, и больше никогда не вернется в себя прежнего. — What’s it mean? — Мне придется снова бояться себя, чтобы вернуть трезвость ума, — завуалированно говорит о прекращении лечения, — Но эта трезвость ума убьет меня и подстрелит окружающих. — Ты специально говоришь загадками? — сводит брови, — Или не доверяешь? — Есть понятие «время». — Весьма неоднозначный ответ. — Для всего требуется время, — вздох, — Для доверия и борьбы со страхами. Некоторое время назад я не мог вытащить тебя из машины, а сейчас ты уже сидишь рядом и даже не дрожишь, — проворачивается к ней, — Заметила? — Не совсем, — возвращается в привычное состояние, вновь слыша громыхание грозы. — Пока я тебе не напомнил об этом, в тебе царило спокойствие, — разводит руками, — Ты отвлеклась на меня или на чувство своей вины. — Маршалл, — тянет улыбку, — Похоже, ты прав. — Несомненно, — самодовольно хмыкает, — И не стоит упрекать меня в недоверии. Я уверен, что ты сама не тянешься к этому. А причина — время. — Я уже достаточно доверилась тебе! — смешливо фыркает, — Ты меня пугаешь, но я тебя не боюсь. — Завидую тебе, — устало твердит, — А теперь, будь добра, посмотри вперед, — кивает перед собой, — Я привез тебя сюда для этого. Кежманская переводит глаза за пределы озера, где среди лесов красовалось небесное начертание накрывающей бури, и немеет. Облака разделились на несколько оттенков: бордово-коричневый, гранитово-серый и иссиня-белый. Эту до ужаса завораживающую картину вряд ли можно было увидеть в городе или из окна дома. Особенное место с особым видом раскрывало все ключевые детали предстоящего шторма. В его неоновых утопиях она невольно теряет рассудок, отдаваясь брызгам ощущений. Молнии вдалеке шутливо игрались друг с другом, навевая своим видом смысловое усиление фразы «до жути красиво». Девушка буквально застыла стеклянными глазами на местности, осматривая вокруг бурана пейзажи, что казались такими прекрасными, несмотря на плохую погоду. Никаких волн на воде — лишь смертоносное течение и молчаливые рыбы. Ни чаек, ни людей, ни морского бриза. И это всё в разы лучше, чем шумный пляж. В бесконечность лучше. Селин поняла, что из-за своего страха не замечала окружной красоты. Не слышала парня, что горел желанием показать ей это. Она чувствовала лишь опасность и дикую тревогу. — Маршалл, — прерывает она пятиминутное молчание, — Это потрясающе, — произносит восхищенно и переводит взгляд на Слима, — Как ты нашел это место? Молодой человек ничего не отвечает, продолжая загадочно лицезреть завораживающие виды. Селин же это приносит дискомфорт, поскольку всё, отвлекающее ее разум, отсутствует, и мысли вновь туманят громкие звуки с выше. Она ежится, стараясь сдерживать свое дрожание, тем самым ерзает на месте и касается своим коленом мужской ноги. И Шейди тут же почувствовал этот девичий мышиный страх, передающийся ознобом ее тела. Это не сравнимо с дрожью от холода — здесь вибрация, ужас, вздрагивание. Зеленоглазая буквально уже вжалась ему в бок, но виду не подавала. — Еще немного и я свалюсь в траву, — тихо молвит он хриплым голосом, — Если ты хочешь залезть на меня, то скажи об этом. — С чего ты взял? — Ты просто так жмешься ко мне? — Эй! — хмурится она, — Нужно с самого начала говорить, что тебе некомфортно. — Я не говорил такого. — Мне отсесть дальше? — Ближе. Девчонка непонятливо глянула на него, на что тот лишь закатил глаза и приобнял темноволосую так, будто его заставили это сделать. Самой Селин же этот жест, не сказать, что не понравился, но можно было осуществить это менее надменным образом, да и этот знак не совсем казался «дружеской» посиделкой. Впрочем, зеленоглазой ничего не оставалось, кроме как неловко удерживать несуществующую дистанцию, что выходило плохо: из-за неудобства ей буквально пришлось склонить голову на мужское плечо. По крайней мере, попытки были: девчушка старалась не касаться локтем его ребер и не вжиматься больше в его «кожу». — Можешь расслабиться? — шепчет прямо над головой, — Ты лишь усугубляешь ситуацию своим напряжением. — I am calm. — Сомневаюсь, — хмыкает, — Я не собираюсь тебя насиловать и убивать, хотя совсем недавно чуть было не сорвался, — намекает на её истерику. Молчание затянулась на минуту, поскольку Селин заманил запах его тела. От Маршалла пахло свежестью вперемешку с тем самым одеколоном — она его уже выучила. Окружные шумы затмеваются мужскими дыханием, что слышалось чётко и слишком близко. Дышит он умиротворенно, совсем не так, как в прошлые разы. И она тут же расслабляется. — Не поверишь, но у меня тоже была такая мысль, — прерывает тишину девушка. — Я заметил, — шутит, — Ты о насилии, верно? — Что? Нет! — смеется и поднимает голову. — Не ври, — цокает, — Ты так жадно смотрела на меня, когда я снимал кофту. — Тебе показалось, — усмешенно фыркает, — Я просто задумалась в тот момент. — Боюсь представить «о чём». — I don’t remember. — Брось, — отмахивается, — Я знаю, что… Здесь-то парень и потерял свою бдительность. Грохот свыше нагрянул неожиданно, сподвигнув молодого человека дернуться и вскочить с места, после чего Селин снова залилась громким смехом. В добавок к этому, ледяной ливень так же внезапно окатил двоих, внушая причину, по которой этой паре важно сменить локацию в срочном порядке. — Fuck, — выдыхает он и трет лицо, — Let's go. — Да, Маршалл, — смеется та и быстрым шагом выходит на тропу, — Нужно действительно бороться со своими страхами. — Это внезапность! — тычит пальцем «в спину», повторяя её давнишние слова, — Никому не говори об этом, — усмешка. На улице заметно потемнело, пока прохладный дождь лишь усиливал свои порывы заливать все живое вокруг. Двое стремительно уселись в машину, стирая холодные капли с лица. Маршалл тут же осознал, что просчитался во времени, ввиду чего им теперь придётся застрять у этого озера на некоторое время. «Дворники» на стекле врядли помогут улучшить видимость, когда капли жидкости чуть ли не выбивают тонированное своей скоростью. Кежманская, тем временем, со спокойствием встряхивает свои волосы, броско «стреляя» каплями в рядом сидящего парня. — Hey, be careful! — Что ж, Маршалл, — улыбчиво говорит она, — Теперь признайся, что ты был не прав. — О чем речь? — С некоторыми нашими страхами не нужно бороться. Они защищают нас от окружающих угроз. — Ни за что, — мотает головой, — Страхи перерастают в нечто большее, и наводят на страдания, — паузирует, — Впрочем, я готов признать свою неправоту, если ты сама признаешься, что засмотрелась на меня в тот момент, — издевательски подначивает, — О чем ты думала? — Ты не оставишь эту тему? — возникает, — Мне нельзя смотреть на тебя? — Это был совсем другой взгляд. — Маршалл, ты слишком самоуверен, — складывает руки на груди, — Ни о чем дурном я не думала. — Дурном? — смеется, — Бог мой, какая интеллигентность! Девчонка улыбается и отводит лицо к окну. В миг ей снова стало не по себе. Пейзаж же стеклом заметно изменился и перестал узнаваться, да и виделось всё мутно из-за непрекращающихся капель. Небо выглядело весьма угрожающим. — Маршалл, нужно срочно ехать домой. — Мы отсюда не уедем, — кладет руку на руль и выдыхает. — Again? — хмурится, — This time it's really not funny anymore. — Look, — раздраженно заводит машину, дергает включатель стеклоочистителей и указывает на лобовое, — Do you think it's a good idea? Выпучила глаза свои и растерялась, после чего молодой человек вновь глушит двигатель. — Что теперь делать? — спрашивает она чуть тише, — Что делать? — Ждать. — Тайфун? — Когда стихнет дождь, Селин, — утверждает. — А если не стихнет? — Ты хотела романтики! — усмешенно раскидывает руки, — Мои поздравления. — Я не хотела, — расстроенно, — Нам придется сидеть здесь неизвестное количество времени. — Бедняга, — саркастично, — Не знаю, как ты выдержишь это. Селин показательно отвернулась и скуксилась, оставляя парня в одиночестве устраивать сцены насмешек. В женской голове во время молчания творился хаос. Молодой человек мог хотя-бы включить стерео! Девушка уже не вывозит слышать заглушенные звуки грозы и это бесконечное дыхание Слима. Её чернушный пиджак не так сильно впитал дождевую воду, а вот ядреный одеколон Маршалла, что внушительнее раскрылся ввиду мокрой футболки, язвительно одурманивал дыхательные пути совместно с мыслями темноволосой. Она даже решилась приоткрыть окно, однако, когда на улице не по-доброму сверкнуло, зеленоглазая тут же вернула стекло в прежнее положение одним щелчком. Несмотря на ужас за пределами железа, атмосфера в салоне машины стояла действительно романтичная. От этого Сэл становилось неловко, словно всё это должно было происходить явно не с ними. Буквально всё тянулось к одному: четкое дыхание двух, звук барабанящих капель в стекло, темнота улицы и запах секса. Такие дни в её жизни — сумасшедшие. И она более, чем ненавидит их. Лицезреет свою склонность к разврату во всём и не может оказать сопротивление этому. Между тем, как только мысли её касаются пошлости, она резво кладет ногу на ногу, облокачивается локтем на раму и зарывается пальцами в волосы, косясь глазами в сторону блондина. Тот же был абсолютно спокоен в своём виде: сложил руки в замок и развалился на сидении, прикрыв глаза. Селин завидует, что даже в такой ситуации парень может позволить себе сон. Впрочем, внимание её привлекла вновь его белая футболка, что прилипла к торсу Шейди ввиду своей влажности. Ах, да! Эм оставил свою кофту на той засланной скамейке, даже не обратив на неё никакого внимания. И весьма заметны мураши на его коже, что гласили о прохладе внутри салона. Зеленые глаза поднимаются выше, высматривая кадык на этой манящей шее, и словно ловят расфокусировку. Брюнетка тихо сглатывает, возвращаясь к его рукам, что так эстетично были обведены различными татуировками. То, что происходило в её разуме — стыд. И, беспрекословно, она корит себя за это. — Сейчас тоже будешь отрицать? — внезапно выпаливает парень, чем пугает девчонку. Лицо её тут же отводится в сторону. — Я могу тебе помочь, — продолжает тот, — Стоит лишь попросить об этом. — Не пойму о чем ты, — сводит брови. — You know. — Нет. — Да. — Маршалл! — восклицает, — Оставь свою помощь для кого-нибудь другого. Это отвратительно звучит от тебя. — И все же, ты поняла, — ухмыляется, — То есть, ты меня можешь поедать глазами, а мне и ответить ничего нельзя? — Бог мой, — завывает, — Снова об этом? Я больше никогда не посмотрю на тебя. — You won't do this. — I do. — No, you didn’t. — Я не разговариваю с тобой, — все же смотрит прямо ему в глаза, — Ты провоцируешь меня! — Каким образом? — непонимающе усмехается, — Я буквально засыпал. И вы, девушки, говорите что-то о парнях? — Эм, я не об этом, — вскакивает на месте и усаживается поудобнее, принимая интерес дискуссии, — Ты меня провоцируешь на ссору. — Ни в коем случае. Мне не интересно с тобой ругаться, — издевательски фыркает, — Я предложил тебе идею коротания времени. — You're scaring me! — тыкает пальцем в воздух, — You are, — пауза, — Scaring, — давит, — Me. — Я помню, спасибо. — Между прочим, я продолжаю доверять тебе, как другу, — утверждает, — Имей ввиду. — Серьезно? — удивляется он. — Absolutely. — Эй, ладно, расслабься, — слегка толкает он её рукой в плечо, — Ты не можешь отвечать за свои мысли, как и я за свои. Думаешь, я о тебе не думал в таком контексте? Сотню раз! — Маршалл, я ещё раз повторяю… — со вздохом вновь хочет оправдаться, но зависает, осознавая последнюю брошенную фразу, — Что? — Имею право. Кежман успокаивается и бегает глазами по салону, вводя себя в замешательство, но спустя секунды заливается громким смехом. — Как смешно, — лениво произносит он, — Не сойди с ума. — Ох, Эм, — улыбается она, — Пожалуйста, больше никогда не уведомляй меня об этом. — Я думаю об этом даже сейчас. — Хватит, — серьезнеет, — Это уже перебор. Маршалл, заметив изрядную нервозность темноволосой, решил, все же, успокоить её вечно беспокойное нутро. — Остынь, мне это не нужно. Тебе пора перестать принимать все близко к сердцу, — высматривает время на часах, — Приятно, конечно, что ты воспринимаешь меня, как друга, но не могу ответить тебе тем же. Прости. — Ты не обязан, — жмет плечами, заметно подрасстроившись таким словам. — Я стараюсь не дружить с девушками, — продолжает, — У меня это, в принципе, не выходит. Бывают хорошие знакомые, однако не могу назвать их моими друзьями. Это слишком громкое слово. — Маршалл, я поняла, — старается улыбнуться, — Можешь не продолжать. — Можешь закрыть свой красивый рот и позволить договорить мне? — язвит, — Я веду к тому, что ты мне интересна больше, чем обычная подруга. Понимаешь? — Не совсем, — беспокойно, — Хочешь сказать, я тебе нравлюсь? — ей весьма неловко спрашивать об этом. — Хочу сказать, что ты меня интересуешь. — Так, Маршалл, ты снова об этом? — морщится, думая, что блондин вернулся к первоначальной теме. — No, fuck that! — возражает, — I like listening to you and looking at you. This explains a lot. — Спасибо, Эм, — улыбчиво, — Помню, что ты уже говорил мне об этом. — Сейчас это звучит иначе. И как бы я не хотел — от этого не избавиться. Ей нужно что-то ответить, но она продолжает делать вид, что не понимает его. Селин просто не может поверить в то, как именно она восприняла все его высказывания. Это молчание угнетает парня, и плюсом женское растерянное лицо намекает на незрелость его открытия. Между тем, Кежманская резко отталкивается от стороны своего окна, двигаясь ближе к середине в связи с громко ударившим раскатом грома где-то рядом. Это и приводит к возвращению диалога, дабы та не показалась глупой своей «не взрослой»выходкой. — Зачем избавляться? — задает она вопрос, — Тебе это мешает? — Немного, — тихо произносит, посматривая за переделы лобового стекла, — Но я уверен, что совсем скоро оно меня настигнет полностью. — Что «оно»? — Feeling. — Маршалл, я перестаю понимать твои загадки, — недовольствуется, — Почему я постоянно должна угадывать? Даже о твоем страхе мне понятна лишь малая часть. — Интересно, к чему приведут твои мысли, — пожимает плечами, — Они у тебя всегда необычные. — Я много думала о твоей проблеме, — переводит тему, — И знаю, что есть решение. Чувствую! — Удиви меня. — Ну, как же, — произносит воодушевленно, — Это можно контролировать и не бороться. — Несколько лет уже не получается контролировать, — мотает головой, не особо предавая значения этой теме, — Ещё варианты? — Ты пробовал? — Нет, я же идиот, — саркастично. — Хорошо, Маршалл, — закатывает глаза, — А у тебя есть поддержка? Закатила глаза. Она закатила на него глаза. И внутри парня от этого действия возродился жар, будто в нём — целый крематорий. — Drugstore. — Нет, Эм, — вскидывает брови, — Поддержка от близких. — Чем мне это поможет, Сэл? — трет лицо, обволакивая себя абсурдом, — Перестань копаться в этом. Это мои проблемы. — Прекрати делать из себя волка-одиночку, — дает заключение, — Почувствуешь толчок от близкого и всё встанет на свои места. И не смей говорить, что тебе это не нужно, — двигается ближе и кладет свою руку на чужую кисть, — У тебя получится и я верю в это. Она для него слишком близко. Слим снова ощущает её воздушный аромат совсем рядом. Слегка мокрые кончики её волос касаются его кожи, вновь вызывая табун мурашей. Шейди смотрит на её улыбку, палит в эти зеленые глаза и немеет. Этой девушке и вправду интересны его проблемы, и, быть может, если бы он сам не обрывал её мысли нелепыми шутками или своим фырканьем, то она наверняка сказала бы в разы больше. Селин, естественно, не долго пробыла так близко к нему — он упустил важный для себя момент. Впрочем, ему ничего не стоит проверить еще одну значимую деталь. Немного потупив взгляд, Мэтерс приподнялся с места и потянулся к ней, но в этот раз он буквально обжег своим дыханием женскую шею. Кежманскую попросту же парализовало, и лёгкие её словно перестали функционировать на несколько секунд. Пульсация сонной артерии возбуждает сильнее дыхания. Беспокойно вибрирует любопытное сердце, запертое в межреберной клетке. В связи с этим она и не отвернулась, не отпрянула и не молвила слова. У темноволосой кровь к голове ещё никогда так быстро не приливала. Беззащитность девушки в рамках его желания заперта. В момент, когда блондин отстранился, он тут же услышал этот неровный, тяжелый вздох, будто ей вот-вот сообщили что-то ужасное. И, несомненно, на такой звук Шейди лишь едва-слышимо усмехнулся. Ничего фееричного не произошло. Молодой человек всего лишь неестественно схватил её ремень безопасности и самостоятельно пристегнул девушку. — Домой или у тебя запланировано ещё одно свидание? — заводит двигатель, подметив, что ливень заметно утих. — Домой, — тянет уголки губ к верху и облокачивается о стекло. Дорога до конечного пункта назначения выдалась молчаливой. Каждый из присутствующих в этом автомобиле думал о своём — неизведанном. Селин призналась самой себе, что её довольно точно испугало такое «признание» Маршалла. В голове воспроизвелись сотни вариаций развития событий с этим парнем. Ей даже и о влюбленности думать нельзя, тем более сегодня, ведь всё это — обманчиво. Для неё он прекрасный собеседник, хороший друг и однозначно крепкое плечо, хоть и не всегда находившееся рядом. Темноволосой и думать не моглось, что она могла «так» заинтересовать Эма своей личностью. Девушке всегда казалось, что у него совсем иные стандарты, да и подтверждалось это незначительными сплетнями Грейс. Кежман чаще всего сторонилась отношений с публичными личностями, поскольку всё это всегда выливается наружу вместе с «грязным бельем». И дело, конечно, совсем не в медийности, не в стандартах и прочих «нельзя». Для Сэл это просто-напросто всё весьма неожиданно и мутно. Она принимает единственное верное, как она думает, решение — ретироваться. Ей бы самой не очароваться его манящим обаянием. Если уж ему мешает неизвестное «чувство», то проще будет, в действительности, избавиться от него путем уменьшения коммуникации. И это совершенно не значит, что Кежманская будет прятаться от Мэтерса и игнорировать его. Совсем нет! Просто меньше взаимодействия и всё наладится. Так будет лучше для него и для себя самой. Переждать, пока не пройдет. В мужской голове же — кара. Ему не стоило делать этого: не стоило признаваться в заинтересованности, не стоило везти к озеру, не стоило заходить в гости, не стоило говорить с ней в первый день знакомства. Он сам понимает, что всё вышеперечисленное совсем не нужно ему в данный период времени. Понимание есть, а действия совсем иные. Речи о любви быть не может — полная нелепица. Стадия ещё не запущенная, но начальная уже достаточно пугает своим обличием. Буквально недавно он думал о том, чтобы сменить свою [постоянную] одноразовую чернильницу с надеждой на то, что, быть может, в голове его что-то и щелкнет. Однако, ничего не произошло, а если говорить полноценно — у него даже и удовлетворить потребности с той дамой не получилось. У Шейди, почему-то, в миг обострилось отвращение. Эскортница ещё, на удивление, была максимально схожа чертами лица с зеленоглазой. Слим в тот день стал раздумывать, что бредит, и решил выпить предельную дозу препарата для пущего эффекта — дабы «отпустило». И речь, к слову, не только о галлюциногенных видениях. Впрочем, ничего в тот день, кроме вечернего ужина, из него не вышло. — Маршалл, спасибо тебе, — мурчит девушка, замечая среди улицы знакомый дом, — Мне кажется, я никогда не забуду то место. Это в бесконечность раз лучше, чем что-либо. Честно! Молодой человек лишь кивает, решая оставить брюнетку без реакции на её слова. Он сам, непосредственно, считает, что вышло всё максимально отвратительно. И дело не в спутнице, а хотя бы в том, что большинство времени они провели сидя в машине из-за просчета времени. Остальную половину блондин пытался вытащить напуганную из машины, а также выслушивал её непонимания и извинения. Он часто молчит и не всегда многословен, отчего у Селин создаётся впечатление, будто она разговаривает сама с собой. Но, говорят, у молчаливых людей истерики самые громкие. Мэтерс паркуется у её дома и, в виду своего «джентельменства», выходит из машины, дабы проводить девчонку до крыльца. Темная улица, с влажным от моросящих осадков асфальтом, пропиталась насквозь сладким воздухом. Двое остановились на знакомой веранде, зайдя под козырек из-за вновь нарастающего дождя. — Are you upset? — Я в порядке, — облокачивается на деревянную балку, — Хотя бы выиграл спор. — Какой? — Я же говорил, что не умею. — Умеешь, — улыбчиво тянет, надевая сумку на плечо, — Просто… — Не нужно, ладно? — грозит, — Я выбрал правильного человека. Не начинай снова эту тему. — Я хотела сказать не это, — вставляет ключ в замок, — Просто в следующий раз день буду выбирать я. — Хорошо, — вздыхает, но тут же вскидывает брови, — Подожди, в следующий раз? — Это шутка, расслабься, — смеется. — Слава богу, — шутит и артистично прикладывает руку к груди, — Ещё один вечер я бы не выдержал. Селин понимает, что пора прощаться и со смущением подходит ближе, обнимая озадаченного молодого человека. Она делает это весьма аккуратно и по-дружески, а тот же, в свою очередь, обволакивает её своими руками и отчетливо чувствует женское тепло своей грудью. Несомненно, Эм весьма удивлен такому знаку. — Спокойной ночи, — твердит она и отстраняется первой, дабы не показаться навязчивой. — И тебе, Селин. Кежманская открывает дверь и останавливается в проеме, наблюдая за тем, как парень медленно ретируется из её двора. Ей так хочется нелепо пошутить в крайний раз и разбавить конец встречи чем-нибудь смешным, чтобы «удалить» эту оставшуюся неловкость. И, как ни странно, она вспоминает диалог с парнем по поводу упреков о её «жадном» высматривании мужского тела. — Маршалл! — окликивает она его. Парень стопорится и оборачивается, высматривая стоящую на веранде. — Ты, кстати, раскусил меня, — добавляет девушка напоследок, — Я тогда и вправду думала об этом, — сумасшедший смех. Шейди улыбается и «осуждающе» мотает головой, помахивая рукой зеленоглазой и скрываясь за пределами двора. И после этой фразы всё его расстройство насчёт отсутствующего приглашения на чай — улетучилось.
Примечания:
Сэл в главе буквально — «звук мартовской кошки».
