Обсидиановые осколки

«По ту сторону неизвестного мы находим новое» — Шарль Бодлер

▪⇐✧⇒▪

Напарникам пришлось спрятать мужчину, потерявшего сознание. Его не должны были легко обнаружить. Пробираясь вглубь лаборатории без сопровождения, они бесшумно обходили всех лаборантов, которых встречали у себя на пути. Было необходимо отыскать кабинет Николая, если такой имеется. Вескер не мог перестать прокручивать в голове реакцию Смита на его появление… почему он назвал его Господином? Он никогда не видел этого человека, значит мужчина в халате признал в нем кого-то другого… но разве его так легко с кем-то спутать? В мире есть еще один биотеррорист в темных очках? Его охватывало тревожное предчувствие и огромное нежелание встретиться с каким-нибудь клоном Спенсера. Этот старик должен забыться, как нелепая история, а не всплывать на поверхность его разума при любом удобном случае. Вескер встряхнул голову, отгоняя мысли прочь. В этот момент Крис задумался о том, в какую странную ситуацию они попали. У них было очень мало информации, и картина в голове была неполной и запутанной. Он мечтал найти кого-то, кто мог бы рассказать им обо всем безумии, которое здесь происходит, но на пути попадались только незначительные люди. Где-то в глубине комплекса они наткнулись на лестницу, которая вела в непримечательный кабинет, выглядящий иначе, чем другие комнаты здесь. Вескер предположил, что это может быть дверью Николая, ведь в подобных местах проводили время вышестоящие руководства Амбреллы. — Просто убьем его, когда добудем информацию? — пошутил брюнет. — Его слабость — деньги, тюрьма без возможности ими пользоваться приравнивается к смерти для Николая, — он не понял шутку. — Сдадим его в TerraSave, раз доверие BSAA было подорвано, это последнее место, которое будет вести с нами дела. — Правильно мыслишь, Кристофер. Поддержка твоей сестры не лишняя. Мужчины поднялись по лестнице, Крис, в своей обычной манере, открыл дверь первым, достаточно медленно и бесшумно, чтобы остаться незамеченными, а Вескер шел за ним следом. Комната оказалась большой и светлой, напарники выглядели двумя черными пятнами в ней. Пространство у двери было отдельной частью комнаты, поэтому являлось некой слепой зоной для того, кто сидит за офисным столом на другом конце. Он мог знать, что к нему пришли, но не видел, кто именно, пока человек не выйдет в его поле зрения. Этим элементом неожиданности они и воспользовались. Вескер как обычно оставался в тени и не собирался светиться, в то время как Крис приготовился. Внезапно они услышали незнакомый голос из глубины комнаты, имеющий навязчивый русский акцент. — Морган, оставь документы на моем столе, я не хочу сегодня ничего обсуждать... Крис вышел из слепой зоны и наставил на мужчину, сидящего в кресле за столом, пистолет. Николай сразу же встал в разгневанную позу, все его тело напряглось от неожиданности. — Маленький Редфилд... Как далеко тебя занесло. — Николай… — Крис начал идти вперед, приближаясь к его столу, — Ты все расскажешь. Подними руки! Седой мужчина подчинился, на его лице засияла самодовольная улыбка. — Что же ты хочешь знать, маленький герой? Для меня честь встретиться с тем, благодаря кому Амбрелла вновь процветает на рынке биооружия. Крис поставил камеру так, чтобы она захватывала всю комнату, при этом не сводя оружия с цели. Он не обращал внимания на провокацию. — Докладывай о проекте и его участниках. — Мм, начнем с простого… Пистолет в твоей руке был создан нами. По чертежам твоего давнего врага... — Мне это не интересно, докладывай! — Крис подошел еще ближе. — Ошибаешься, это еще как интересно! Ведь твой заклятый враг — участник проекта. Интрига испорчена? — Николай начал истерично смеяться. Крис в недовольстве поднял бровь и прищурился на него. — Он мертв, это все знают. Я убил его. — Тогда, должно быть, наш Руководитель призрак… а я его призрачный исполнитель... Он снова начал смеяться, чем раздражал Криса еще больше. Брюнет крепче сжал пистолет в руке, стоя на расстоянии вытянутой руки к мужчине. Его брови были сведены вместе от закипающей неприязни к человеку перед ним. — Ты потерял рассудок, Николай, — Крис помотал головой, его мишень собралась что-то сказать, как вдруг Вескер вышел из слепой зоны и отправился к ним. Николай закрыл рот и ему стало не до смеха, его глаза выражали потрясение. Он колебался, прежде чем снова что-то сказать. — Сэр? Я не рассказал ничего о проекте! Это... — когда Вескер молча встал рядом с Крисом, в голове Николая начали носиться мысли и он замолчал. В его глаза бросились шрамы, которыми усыпано лицо блондина, а также похудевшее телосложение. Он что-то понял, ведь был далеко не глуп. — Вот оно что... — Повторяю в последний раз, докладывай кто твой Руководитель, потому что тот, о ком ты говорил, стоит сейчас перед тобой! — Герой Крис Редфилд и настоящий выживший в вулкане Альберт Вескер стоят здесь. Враги объединились, чтобы остановить Амбреллу, так иронично! Теперь мне ясно, что здесь происходит, и это становится интересным. — Настоящий? — Вескер зацепился за слово, обдумывая его, — Значит тобой руководит самозванец, который выдает себя за меня? Николай помотал головой и нервы Криса натянулись как струна. — Мы теряем время... Николай Зиновьев, ты идешь с нами в TerraSave для дальнейшего допроса. В ответ тот лишь рассмеялся. Вескер, используя свою скорость, переместился за спину седого мужчины и ударил его, чтобы тот потерял сознание. Николай упал в его руки. — Уходим, он не сказал ничего полезного... — Крис был на грани гнева, но быстро успокаивал себя, разворачиваясь к двери и отключая камеру. — Я уверен, что меня не могли клонировать, — заявил Вескер, закидывая тело себе на плечо, — Не было ни единого подходящего случая, чтобы взять ДНК, кроме... — он замер. — Что такое? — брюнет оглянулся, даже через очки на лице его напарника читались замешательство и неуверенность. — Могла ли Экселла... — тихо сказал он, задумчиво опустив голову. — Что? — Могла ли Экселла воспользоваться моим доверием и продать образцы крови... — Между вами было доверие?.. — Это нонсенс, скопировав тело невозможно повторить память и навыки. Даже если, гипотетически, мой клон существует, он дилетант, — Крис нежно положил руку ему на плечо и посмотрел на свое отражение в его очках. Он заговорил с Вескером спокойным и умиротворяющим полушепотом. — Мы все выясним.

▪⇐✧⇒▪

Аккуратно покинув территорию объекта, напарники направились к ближайшему штабу TerraSave на автомобиле. Всю дорогу Вескер ехал сзади на случай, если Николай очнется и захочет доставить им проблем. Его проверили на наличие каких-нибудь отслеживающих устройств, но он был чист, самое ценное находилось в его голове, которую предстояло морально расколоть на допросе. Вескер вновь обратил внимание на свои руки, недоверчиво рассматривая регенерирующую ткань на пальцах. Протезы почти полностью исчезли, уступив место плоти, собственнически поглощающей пространство. Регенерация разъедала металл, и он либо полностью растворялся в тканях организма, либо детали терялись где-нибудь на улице. По этой причине он перестал носить перчатки, которые ранее были его любимым атрибутом, как очки. Лишь зимой позволял себе это. Потому что ему было неприятно ощущать железки, отваливающиеся и снова повреждающие чувствительную кожу в месте ранения. Раны быстро заживали, это удивляло Вескера. Это было парадоксальным явлением, которое он не мог объяснить. Чтобы зарастить новое повреждение, требовалось в сто раз меньше времени, чем на наращивание новой мускулатуры и костей отсутствующих пальцев. При этом, если отрубить себе здоровый палец, он быстро отрастет. Странная выборочная регенерация была побочным эффектом мутации? Внезапно у него зазвенело в ушах, мозг пронзило острым нагретым лезвием, мужчина схватился за голову. Снова приступ. Крис обеспокоенно посмотрел в зеркало заднего вида. — Ты в порядке? В ответ услышал лишь прерывистый всхлип, у Вескера были легкие конвульсии от боли, Крис остановил машину и заглушил ее. — Сейчас 2021 год, мы напарники, ты в моей машине, тебе не угрожает опасность, — попытался его успокоить брюнет на случай потери памяти. Он оглянулся назад и смотрел то на спящего Николая, то на своего товарища… было странно приятно называть его таким словом. — Крис… — послышалось гневное из уст Вескера. Парень сразу же узнал этот тон, который слышал в последний раз 12 лет назад. Дыхание блондина было сбито, и он говорил сквозь зубы. — Мы не на вулкане… сейчас 2021 год… — попытался еще раз парень, сжимая руль. Его мышцы напряглись, как же сейчас не хотелось драться. Вескер озадаченно осмотрелся, затем вгляделся в обстановку за окном. Он отстегнул ремень и вышел, обойдя машину кругом. При каждом подобном эпизоде Крису приходилось убеждать мужчину в том, что они не враги, и что сейчас будущее. Обычно это удавалось не сразу, ведь Вескер упрямый и начинал спорить или драться, но в этот раз повезло. — Я тебе верю, — ответил он, садясь обратно, — Это точно не то время, к которому я привык. — Спасибо за благоразумие, нам нужно ехать, — Крис снова завел машину, и они отправились дальше. — Воздух не тот и руки не мои… — Ты определил год по состоянию воздуха? — удивился Крис. В ответ Вескер лишь отстраненно хмыкнул. — Интересное у меня будущее, в котором мы не враги… — брюнет улыбнулся на это, смотря на дорогу, а Вескер рассматривал свои руки, — Я явно не в форме. — Наверное это твой самый странный эпизод амнезии. — Для современного меня это нормальное явление? Так вот что меня ждет… — он начал внезапно моргать, а затем потер лоб. Память вернулась. — Весьма короткий эпизод. — Ты запоминаешь, что происходит во время них? — Очевидно нет, это ведь тоже амнезия. Крис кивнул, запоминая этот факт. Дальнейшая поездка до TerraSave шла спокойно, парень связался с сестрой, объясняя ей ситуацию, не упоминая Вескера, на что получил нагоняй. Клер отчитала брата за то, что отправился на миссию один, а еще разозлилась, что Джилл ей ничего не сообщила. Это было так на нее похоже. — О чем ты думал? Даже не взял свой отряд! Они-то хоть в курсе? Что значит «нет»?! Крис! Его умиляла ее забота, Клер всегда относилась к брату с нежностью. И даже зная его боевой опыт, все равно переживала и ругала. Вескер наблюдал за Крисом, слушая их разговор. Он видел, как многое их отличает. Сам он никогда не имел семьи, чтобы понимать, каково им приходится. Не имел друзей, чтобы поставить себя на место Джилл. И не имел того, кто дорожил бы им, чтобы поставить себя на место Криса. В такие моменты он болезненно осознаёт, как неопытен в элементарных человеческих вещах. Как ничтожно мало у него того, чего у других людей, обычно, в избытке. И с горечью, вперемешку со стыдом, признаёт, как же ему этого не хватает. Он испытывает потребность пережить это, самым эгоистичным образом. Закончив звонок, Крис слышит краем уха, как просыпается Николай, проверяя веревку на связанных руках на прочность. Его рот зажат тканью, поэтому мужчине остается только злобно мычать сквозь нее, разрушая едва успевшую нависнуть тишину. Он дергался, тщетно пытаясь освободиться, чем вызывал всеобщее раздражение в салоне машины. Вескер вмешался. — Есть ли смысл в сопротивлении, Николай? Седой мужчина затих. Было очевидно, что нет шансов выбраться, оставалось только смириться. Он осознал это еще в своем кабинете, стоя у белоснежного стола. Появление Криса Редфилда обещало интересное противостояние, но появление Вескера означало полное поражение. Он мог бы попытаться противостоять двум людям, если бы оба были людьми, но это был не его случай. Внимание Вескера переключалось то на дорогу, то на Николая, пока в конечном итоге не замерло на Крисе. Было что-то совершенно особенное в этом человеке для него, если не всё его существо. То, как он держит руль, изредка сжимая пальцы на поворотах. То, как его бровь подергивается от каких-то мыслей в голове. Даже то, как свет играет на его медовой коже, было прекрасно наблюдать. А эти глаза, в которых отражалось небо, вызывали в его груди какой-то спазм. Чувство тоски, за которое невозможно ухватиться, чтобы распробовать. И ему это нравилось. Он не понимал, почему, но наслаждался. Глаза Вескера были спрятаны под темными линзами очков, но даже сквозь их защиту пробивалось красное свечение, разоблачающее его сильные эмоции. И когда глаза Криса, через зеркало заднего вида, упали на его, уязвимо светящиеся и смотрящие туда же, Вескер потерялся. Его сердце предательски пропустило удар и ему пришлось отвернуться, стыдливо закрывая глаза, чтобы спрятать их.

«Он сжал сердце двумя руками, чтобы заставить его замолчать» — Призрак Оперы

Ликвидируя любые противоречия и возникшие эмоции, Вескер понимал, что не сможет ненавидеть себя еще сильнее. Сосуд его презрения к самому себе уже полон, и грозится лопнуть при малейшей тряске. Он не считал себя заслуживающим эти мысли и желания, поэтому изо всех сил всматривался вдаль, надеясь увидеть свое будущее. То, в котором он совершенно другой человек, жалкий эксперимент над которым не испортил его. Будущее где-нибудь в другом мире, вдали от своего отражения в зеркале, что так противно. В мире, где его сердце не бездонная яма, не зияющая дыра, и не удалённый орган, а центр иррациональности и чувств. Там, он где имеет право быть с... Он ударил себя по щеке, разбив тем самым остатки холодного фасада. Крису казалось, что у Вескера новый эпизод амнезии, но на самом деле за его спиной, рядом с Николаем, происходила метаморфоза. Вот и лопнул сосуд, обнажая внутренности блондина, сконцентрировавшись в уголках его глаз. Он залез пальцем под очки, смахивая этих хрустальных разрушителей его высокомерия, возвращаясь к спокойному настроению. Маска отстраненности, которая треснула после всего, что блондин пережил за эти 12 лет, наконец развалилась, раскрывая истинное лицо. Отчаявшееся, несчастное, одинокое. Наконец его гордости хватило, чтобы это признать. Принять себя впервые за 60 лет. Не того Вескера, которым видел его Спенсер. Не того, которым он видел себя в зеркале. И даже не того, который спасся из вулкана. А человека, которым он все это время был, но никогда не видел под всеми масками, одеждой, чужими и собственными ожиданиями. Тот, кого он принял, не Альберт, потому что это имя дал ему неизвестный человек, и не Вескер, потому что это клеймо. Он принял себя настоящего, впервые с ним познакомился, чтобы открыться для того, от чего сознательно отвернулся. Его глаза светились даже через закрытые веки, очки потеряли какой-либо смысл и поэтому были убраны в карман. Николай наблюдал за мужчиной, подмечая его странное поведение, а затем вновь смотрел на дорогу. Вескер пришел к выводу, что для него нет смысла прятаться, зажимая сердце, как собачью пасть. За свою жизнь он был кем угодно, но не тем, кто живет с душой нараспашку. И это было интересно проверить. Такой же азарт, как во время приглашения Криса в свое убежище. Легкое волнение и предвкушение перед открытием запертых дверей. Это было так, словно до этого он жил во сне, а сейчас проснулся. И эта важная перемена произошла лишь из-за одного человека. Сумасброд с каштановыми волосами, глазами цвета ясного неба и сердцем, способным вместить целый мир. — Почти на месте, — сказал вышеупомянутый человек, убрав одну руку с руля. Николай закатил глаза, предвкушая, каким надоедливым будет допрос. — Мне стоит остаться в машине? Никто не ожидает, что с тобой будет два биотеррориста. — Да, это было бы абсурдно… Они подъехали к зданию и Крис вывел Николая из транспорта, чтобы затем потащить к дверям. Клер выбежала к брату, бросая на его пленника гневные взгляды, рядом с ней были еще какие-то военные. Вескеру оставалось лишь сидеть в машине, пригнувшись, чтобы никто не разоблачил их маленькую тайну. Он потер лицо руками, вспоминая, о чем думал несколько минут назад. Это так на него не похоже… но что на самом деле его? Может у того нового человека, родившегося из дыры на месте его сердца, совсем другие предпочтения? Он не сомневался в этом. Однажды, 29 лет назад, Вескер встретил женщину из Эдонии. В те годы он еще служил в армии США на должности офицера-инженера. Он покинул исследовательскую деятельность по нескольким причинам, одна из которых — это признание ограниченности своих знаний в этой области, а другая — желание познать мотивы Спенсера. Он никогда не был заинтересован в чем-то, кроме своей работы, но та встреча была чем-то иным. Женщина, которую он встретил, проводя время на миссии близ Эдонии, была беженкой. Длинные рыжие волосы, скромная одежда и пронзительный взгляд серых глаз, смотрящий сквозь тебя, пробирающий душу до основания. У него не было надобности связываться с гражданскими, но она лишь вежливо спросила дорогу, а Вескер, пропитанный в те времена наигранной любезностью, не смог ей отказать. Каким-то невообразимым образом у нее удалось разговорить мужчину по дороге, узнать его имя, и даже поведать свое. Мисс Мюллер оказалась интересной и начитанной личностью, с которой Вескеру было приятно провести эти минуты, он даже ненадолго задержался, потом выясняя у самого себя причины. Он довел ее до общежития, в котором жили беженцы из Эдонии в то время, и попрощался. На следующий день она встретилась ему вновь, чтобы продолжить вчерашний диалог. Его удача вышла за пределы, раз ему встретилась женщина, интересующаяся политикой так же, как и он. Сама она была филологом, зарабатывая гроши в этой чужой для нее стране. Скромность и в то же время страсть в ее словах, когда мисс Мюллер рассказывала о родине, усыпляли стресс Вескера, которым он был наполнен из-за своей двойной работы. Разговоры с ней стали отдушиной, способной отвлечь от бестактных и второсортных людей в его окружении. Он не мог говорить с коллегами на те же темы, что и с ней, потому что эти люди были слишком скучны и тривиальны. Мюллер за короткий срок заслужила доверие, чего раньше с ним не случалось. Обычно Вескер относился к людям скептически до самого конца, любезничая лишь для достижения каких-то эгоистичных целей, но здесь он чувствовал, что мог быть откровенен. В глубине его пустой души и в закоулках застывшего сердца начало пробуждаться что-то, с чем он не знаком. Что-то, с чем ему страшно столкнуться. Что-то, чего он о себе еще не знал… Он был в ужасе от того, что она открыла в нем. Но было поздно, она подарила ему душу и тело, с чем Вескер уже не мог смириться. Несмотря на огромные противоречия внутри и желание остановить себя, он отстранился от Мюллер и попросил ее больше никогда не следовать за ним. Она была ранена в самое сердце, но согласилась. Женщина ушла, чтобы он был счастлив, даже не догадываясь, насколько пуст внутри этот человек. Это был единственный раз в его жизни, когда он прикоснулся к чему-то светлому в себе, но, испугавшись незнакомых чувств, отверг их, вернувшись к работе так, словно ничего не было. И размышляя об этом, Вескер понимал, как опасно близко добрался до него Крис. Он проник на неизведанные глубины его нутра, даже дальше, чем смогла попасть та прекрасная рыжая леди. Но это более не пугало его, ведь он был новым собой и имел смелость столкнуться с чем-то, что просыпалось внутри. Внезапно Крис выдернул мужчину из мыслей и Вескер ответил на свой коммуникатор. — На нас напали! Я… — послышался взрыв и сигнал оборвался. Вескер подорвался с места и выскочил из машины, смотря на здание, из которого бежали люди. Кто-то напал с крыши, его внутренности сжались, когда он представил, что Крис мог пострадать, взгляд зацепился за улетающий вертолет. Несмотря на риск быть разоблаченным, Вескер побежал внутрь так быстро, как только мог, оббегая людей, словно тень. Он даже выбежал на крышу здания, быстро преодолев 30 этажей, но Криса нигде не было. Послышался кашель неподалеку от него, Вескер повернулся к девушке, признав в ней Клер Редфилд, которую видел в последний раз 23 года назад. Нужно уйти, пока не заметила? Крис бы простил его, если бы он не помог его сестре? Нет… Он был вынужден подойти к лежащей девушке и присесть, чтобы проверить на наличие травм. — Его забрали… — едва было различимо сквозь кашель. Ран не обнаружено, Вескер уже был готов подняться, но вдруг его пронзило осознанием. — Что-то сделали с Крисом?! — он не смог остановить слова, вылетевшие из его рта. Глаза Клэр расширились. — В-вескер? Почему… — Где Крис? — Ты… ты в этом замешан? Вертолет… забрал… Его сердце упало. Дыхание стало прерывистым от нарастающего гнева. Вескер не ответил ей, лишь взял на руки, чтобы отнести к тем, кто окажет помощь. Девушка сопротивлялась и пыталась что-то сказать, но последние силы покинули ее, и тело обмякло в его руках. Клер потеряла сознание. Он доставил ее до коллег, которые пытались разобраться в случившемся, и им тоже ни в чем не ответил, быстро покинув здание. Его пылающие мысли нашли отражение в свечении глаз, настолько ярком, что они грозились болеть от этого. Но то, что действительно испытывало боль сейчас, это его душа, у которой отняли сердце.

▪⇐✧⇒▪

Он не знает, как долго пробыл в трансе, пытаясь унять гнев, возникший внутри. Перебирая любые связи, копаясь в адресах, Вескер старался зацепиться хоть за что-то, что могло привести к Крису. Николай сбежал, что лишь увеличивало размах проблемы, ведь его так и не успели допросить, а он наверняка знал место, в которое Редфилда могли доставить. Насколько он знал, записи с камеры тоже исчезли. Он ощущал себя таким беспомощным, когда кто-то знал больше него, и это чувство было ему ненавистным. Вескер воспользовался их прежним планом, который лежал в машине, чтобы составить список наиболее вероятных мест. В то же время Клер пришла в сознание и пыталась понять, почему ей приснился Вескер, который пытался помочь. Она, несмотря на небольшое сотрясение мозга, продолжила усердно работать, направив все силы на поиски брата. Однажды он уже пропал, когда случилась амнезия, и те полгода неизвестности были для нее мучительны. Девушка ни за что на свете не хотела допустить, чтобы Крис снова покинул ее. И ее стремление было схоже с тем, чего желал Вескер. Но он не мог себе позволить объединиться с Клер, она не поймет его. Не поймет того, что понял Крис, чтобы не относиться к нему враждебно. А деструктивное общение лишь отнимет драгоценное время, отведенное на поиски. Неизвестно, что с Крисом собирались сделать… и это заставляло вену на лбу мужчины пульсировать. Вескер сдерживал в себе любые порывы к разрушению, пытаясь сохранить хладнокровие. Ему хотелось пробить какую-нибудь стену, сломать пару скамеек, накричать на излишне счастливых прохожих. Но все сдерживалось внутри остатками здравого смысла, который твердил: «нужно отыскать Криса». Он провел больше пары дней на улице, скитаясь по мотелям, потому что более не мог находиться в машине. Она стала уликой, отнятой BSAA в ходе расследования исчезновения капитана Редфилда. «Какие лицемеры» — думал Вескер. Без сомнения, его собственная организация виновата в похищении. Наверняка теперь они собрались использовать его как живую фабрику биологического материала для опытов, чего Вескер не мог допустить. Но все его расследование зашло в тупик, поэтому осталась крайняя мера… В любой другой ситуации он бы не пошел на этот шаг, но потеря Криса не была обычной проблемой, это катастрофа. Драгоценное время утекает, поэтому он берет телефон и набирает заветный номер в надежде, что он еще существует. Шли долгие гудки, но внезапно прекратились. Сначала его встретило тяжелое молчание, но затем… — Кто говорит? — спросил знакомый женский голос, до сих пор кажущийся приятным. — Альберт Вескер, — ответил он без капли сожаления в голосе. Раз на кону жизнь его лучшего человека, то не страшно потерять анонимность, больше нет боязни обнажить секреты. Если это поможет, то пусть весь мир знает, что он вернулся. — … В ответ вновь тишина, а затем глубокое и неспокойное дыхание. — Как я могу верить в это? — Я знаю твои секреты, и если мой голос не навевает воспоминания, то могу напомнить, какие между нами были договоренности. — Вескер. И правда ты. — Ада… — выдохнул он с ноткой веселья. — Я слышала, что ты жив и работаешь на Амбреллу, но не верила до конца. Для чего ты вспомнил мой экстренный номер? — Тот, о ком ты слышала, лишь жалкий самозванец, взявший мое имя. Мне нужна твоя помощь в последний раз. Послышалось задумчивое мычание. — Что я за это получу? — Мир, ты ведь за это борешься? Я давно понял, что ты сотрудничаешь с плохими парнями только чтобы рушить их планы. Держишь зло поблизости, чтобы знать, куда оно ударит. Жертвуешь нормальной жизнью и личностью, чтобы другие могли существовать. Только не говори, что это в прошлом, я ни за что не поверю, что ты отбросила свою карьеру. — Хорошо, звучит интересно. Что ты хочешь? — Крис Редфилд был похищен Амбреллой, которая в сговоре с BSAA. Мне нужно, чтобы ты нашла его, была моими руками и глазами, потому что сейчас мои возможности крайне ограничены. Надеюсь, я не прошу невозможное? — Крис… а ведь когда-то ты хотел его убить, что изменилось? Я берусь за это ради него, но с тебя доплата. — Разумеется. Если Крис жив и здоров, то я вознагражу тебя. Между ним и мной перемирие в рамках миссии по свержению Амбреллы, коль тебе это так важно. — Нехорошо, когда герой в беде, да? Даже злодеи объединяются, чтобы помочь… — Ты никогда не была злодейкой, Ада. — В твоих глазах, но не в его. — Приступай к заданию, буду ждать новостей. Вескер повесил трубку, бросив телефон на подушку. Он не спал с момента похищения, а его тело уже не было таким совершенным, как раньше. Поэтому усталость брала свое, изводя мужчину, доводя его до предела возможностей. Раз уж за дело взялась Ада, то можно позволить себе немного отдыха? По крайней мере, пока он утомлен, его производительность снижена, а это не идет на пользу расследованию. Банально неэффективно продолжать превозмогать, поэтому мужчина упал на кровать, закрывая глаза. Сон пришел к нему быстро, накрыв сознание словно снежной лавиной.

▪⇐✧⇒▪

Мужчина, лежащий в стерильном помещении, чувствует огромную тяжесть, давящую на веки. Вес его тела кажется неподъемным. Все болит, он чувствует себя вялым, как будто разум все еще застрял во снах. Мышцы медленно реагируют. Даже дыхание все еще замедлено, его веки начинают немного подниматься только тогда, когда его мозг, наконец, осознаёт окружающий мир. Когда мужчина медленно открывает глаза и оглядывается вокруг, его встречает стерильная лаборатория, окруженная совершенно белыми стенами и полами. Воздух наполнен запахом антисептика вместе со слабым запахом химикатов. Все в комнате выглядит идеально, как будто ее поддерживали в таком состоянии только для него. Его затуманенные глаза осматривают остальное окружение и замечают множество катетеров, прикрепленных к телу. Вид трубок, соединяющих его с медицинским оборудованием, вызывает у него неприятное ощущение в животе, раздражая. — Где я, черт возьми… — его голос был хриплым, горло казалось сухим. Он попробовал подняться, но тело вновь падало на спальное место, нет никаких сил с этим бороться. — Кристофер Редфилд… — раздался знакомый голос неподалеку, к брюнету подошел мужчина в белом халате, лицо было трудно разглядеть из-за яркого света, который бил по глазам и заставлял изображение размываться. Даже звук в его ушах был искажен, слышался писк. Незнакомец подошел ближе и наклонился к лицу, и тогда Крис, наконец, разглядел человека перед собой. — Вескер... — Мне известно, что ты зовешь меня этим именем, но я, все же, предпочитаю Альберт, — на нем были солнцезащитные очки, привычные светлые волосы, зачесанные назад, но лицо казалось гораздо моложе. Будто перед Крисом стоял его капитан. Мужчина вновь выпрямился и пошел к каким-то приборам, изучая показатели. — Зиновьев сообщил о моем прошлом воплощении, разгуливающим по улицам. Это может стать помехой. Крис недовольно помычал. — У вас двоих длинная история, но я рад, что не являюсь ее частью. У меня нет его воспоминаний, да и родился я, если это можно так назвать, лишь в 2012. Мысли Криса носились со скоростью света, пытаясь обработать поступающую информацию. Он столкнулся со своим прошлым? Как вообще можно воспринимать эту ситуацию? — Зачем я здесь... — Тебе, наверное, известно, что мы разработали биооружие на твоей основе? Хоть эти солдаты и могут достоверно имитировать людей, они не идеальны. А образцы ДНК ограничены, чтобы проводить над ними эксперименты постоянно... — Альберт повернул голову на Криса, его эмоции были нечитаемые. — Меня найдут... — Вероятно. Но к тому моменту мы успеем сделать достаточно, — он вновь подошел к брюнету, внимательно рассматривая тело перед собой. — Я знаю о своем прототипе не так много, но этого достаточно, чтобы назвать его бездарностью. Интересно, что ты чувствуешь, смотря на меня? — мужчина снял очки, обнажив свои серые глаза. Этот взор пробудил в Крисе самые старые воспоминания. Он не так часто видел Вескера без очков в S.T.A.R.S., но эти редкие моменты въедались в память на всю жизнь. — Ты... мерзкое подобие. Взгляд Альберта нахмурился, это его задело. — Думаешь, я сам выбрал рождаться мне или нет? Я ношу это лицо и внешность, из-за которых люди видят во мне только его. Даже имя закрепилось, словно клеймо, — несмотря на очевидное недовольство, голос его был спокоен и холоден, как лед. — Ты хотел бы... быть собой? — Очевидно. Я не он. — Но ты собрал в себе самое худшее от него... Альберт был зол. Он вернул очки на лицо и раздраженно покинул комнату быстрыми шагами. Крис понимал, что тот пытался до него донести. Здесь был конфликт, похожий на тот, что порой возникает между близнецами. Когда один человек хочет быть индивидуальным, но все видят в нем второго, сравнивают с ним, постоянно путают. Этим можно было проникнуться, если бы не его биооружие. Альберт украл ДНК Криса, человека, который никогда не обидит слабого и невиновного. И использовал, чтобы отнимать жизни, которые Крис защищает. Гнев кипел в его ослабшем теле, и он не хотел сопереживать проблеме этого человека. Альберт мог выбрать себе другую судьбу, стать иным человеком, лучшей версией себя или Вескера, но выбрал быть искаженным отражением своего оригинала. Поэтому Крис не считал его человеком, это было жалкое подобие, зовущее себя именем его напарника. Ему стало противно и мужчина закрыл глаза, размышляя. Вескер старался найти себя, прожив гораздо более трудную жизнь, чем его клон. Но это самоуверенное подобие даже не пробовало быть собой, не прошло и половины пути оригинала. Как же Крису хотелось размазать его по стенке.

▪⇐✧⇒▪

Утро следующего дня. Веки распахнулись, усталость покинула тело блондина, и он наконец почувствовал себя живым. От Ады все еще не было новостей, это начинало слегка тревожить. Чем ему заняться, пока он в режиме ожидания? Вновь попробовать продвинуться в расследовании будет не продуктивным занятием, ведь сейчас все в руках его наемницы. Но он не мог сидеть без дела, становиться бесхозной плотью, ожидающей результатов от другого человека. Вескер поднялся с кровати, чтобы встретить этот день с пользой. Он отправился на улицу, дабы заняться хотя бы какой-то деятельностью — наблюдать за людьми. В их простой и беспокойной жизни была некая эстетика. Дети, играющие на улице с друзьями, незнающие того детства, которое преодолел Вескер. Их жизнь так тривиальна и обыденна для него, но тем и привлекательна. Он отнимал жизни таких же простых людей в прошлом, а теперь грезит жить как они. Толпа, спешащая на работу, пары, гуляющие за руку, все это так незатейливо, никому из них не нужно переживать, что жизнь внезапно оборвется, если сделаешь неверный шаг. Никому из них не нужно притворяться и быть кем-то совершенно другим, жить в этом образе всю свою жизнь. Вескер никогда не жил в покое, каждый этап жизни сопровождался страхом неизвестности. Приходилось держать все под контролем, быть на десять шагов впереди остальных, чтобы выжить. Так было в месте, где он рос, так было и в учебном центре Амбреллы, так было и в Киджуджу. Никогда покой не был его товарищем, пока он не пожил у Криса. Эти дни были самыми спокойными за всю его жизнь, несмотря на время, проведенное в одиночестве убежища. Одиночество — это не покой. Амбрелла, как и сейчас, его самый тревожащий и назойливый противник. В 1998 году, чтобы обрести свободу и разорвать связи с ними, Вескер выбрал побег в другую организацию. Ему было важно собрать боевые данные с участников S.T.A.R.S. для нее, иначе будет там никем. Один, без поддержки, без власти, в черном списке по всему миру из-за предательства Амбреллы. За ним бы охотились U.B.C.S. по всей планете, чтобы пустить пулю в голову в каком-нибудь переулке. И его имя умерло бы вместе с ним, смешавшись с грязью и кровью. У него не было другого выбора, кроме как пожертвовать лучшими людьми во благо своего эгоизма. Ведь для него собственная жизнь всегда была важнее, чем жизни других. Но сейчас что-то изменилось. Он действительно не хотел, чтобы Крис страдал или умирал. Одна лишь мысль об этом вызывала у него незнакомое болезненное чувство в груди. Жизнь Кристофера была важна, ценна и драгоценна для Вескера. Даже сильнее, чем его собственная. Он не знал, как называется эта привязанность, но подходящее слово вертелось на кончике языка. Вескер впервые о ком-то заботился. Теперь Амбрелла отняли у него Криса, как когда-то его свободу. И он поклялся, сжимая кулак, что закопает их туда, откуда они выползли после своей кончины в 2003. Утилизирует каждого, если понадобится, так же, как охранников в особняке Спенсера в 2006. Всякий, без исключения, причастный к похищению, будет любоваться своими внутренностями через дыру в груди. Его рука не дрогнет, если это необходимо. И ни один синдром не помешает. Вескер сидел в парке, зарывшись в собственные мысли, вызывающие в нем первобытную ярость, совершенно не замечая ничего вокруг. Как вдруг его отвлек звук телефона… это была Ада? Он ответил на звонок. — Есть информация, — твердо произнесла женщина. — Докладывай, — Вескер был сосредоточен. — Не без помощи моих контактов, удалось выяснить маршрут перемещения некоего «важного груза» Корпуса Амбреллы. Предполагаю, что это может быть Крис. — Отправляйся туда. — Я уже на полпути. Известно, что это их основной штаб, с кучей охраны и систем безопасности. Добраться до твоего напарника будет непросто, это займет много времени. — Сообщи мне координаты, я с тобой. Ада недоверчиво помолчала, размышляя над просьбой. — Ты уверен?.. — Безусловно. Женщина положила трубку, после чего в телефоне Вескера высветилась вся нужная ему информация. Изучив ее, он отправился в путь. Было совершенно не важно каким образом он до туда доберется и сколько человек в процессе узнает, что Альберт Вескер жив. Было абсолютно все равно кому угрожать, чтобы доставили его на самолете. Он встретится с Адой и спасет Криса любой ценой.