Личный дневник не только для девочек!

«Мы встречаемся. Конец истории».

Разорванный в клочья дневник летит в мусорное ведро, а небесно-голубая лента бережно складывается в ящик. Сонхён наблюдает за всем этим, вопросительно выгнув одну бровь. - Это... - Это моральное взросление. - Прекрасно. «Прекрасно – это мягко сказано» - думает Минхо. Всё просто чудесно, волшебно, идеально! Всё так хорошо, что даже не верится. И кажется, что сейчас что-нибудь случится. Но ничего не случается, и чувство ребячьей радости накрывает с головой. - Ты мог сделать это после школы? - Нет. - Ладно. Девушка пожимает плечами и, взяв свой шоппер с учебниками, направляется к выходу из квартиры, догоняя Ликса, вышедшего пару минут назад. Минхо сказал им идти без него – у него ещё есть дела. Ведь у него новая жизнь. Новое начало. Нужно быть готовым ко всему. После признания в любви он понял и обрёл многое. Во-первых, он перестал заикаться. А также дрожать, нервничать, краснеть, кусать губы и так далее. Но заикание всё же было его главной проблемой, от которой он избавился не без испытаний – не каждый сможет дождаться любимого человека, исчезнувшего на четыре месяца. Во-вторых, он теперь чувствует себя нужным. Действительно нужным и необходимым, важным и... Индивидуальным. Он понял это, он понял, что нужно становиться индивидуальным прямо сейчас. Нужно становиться смелее прямо сейчас, отважнее, чтобы он смог постоять не только за себя, но теперь и за... Хана. В-третьих, он осознал, что Хан действительно делает его счастливее. Но не только Хан делает его счастливее, но и сам Минхо делает Хана счастливее – а это так приятно осознавать, это так приятно понимать, это так приятно чувствовать. Поэтому Минхо и хочет выглядеть на все сто. Может быть, срабатывает рефлекс «не опозориться», может быть, он не хочет выглядеть слишком тускло в глаза Хана, может быть, он не хочет выглядеть рядом с Ханом в глазах других слишком тускло. Но он точно знает, что сегодня припрётся в школу, как произведение искусства. Он специально встал пораньше, чтобы сейчас, утром, вымыть голову, высушить и уложить чёлку под удивлённые взгляды сестры. Он специально с вечера выбрал лучшую одежду из своего гардероба, чтобы сейчас, утром, гладить её под ошарашенные возгласы Феликса. Он специально выудил из толщи стола старые серебряные серьги, подаренные Хёнджином «для лучших времён», чтобы сейчас, утром, Сонхён и Феликс коллективно спорили о том, на каком ухе будет лучше смотреться оказавшаяся в комплекте моносерьга. Он специально – а, нет, вот тут не специально, - на выходных вспомнил о своём чёрном кожаном рюкзаке, протёр его и починил молнию, - окей, это он готовился к первому сентября, но вот сейчас, утром, ему оказалось это очень кстати. Но прямо сейчас, утром, он решил окончательно похоронить прошлого Минхо вместе с дурацким дневником, который пережил всё, что только мог и чего не мог пережить. Поэтому покоцанная и местами помятая обложка с разорванными страницами внутри сейчас валяется в мусорном ведре, а он сам подводит глаза, стоя перед зеркалом в ванной. Покончив и с этим, он смотрит на время. У него пятнадцать минут на то, чтобы собраться до конца и дойти до школы. - Успеваю, - говорит он сам себе. На белоснежную рубашку со строгим чёрным галстуком он накидывает такой же чёрный пиджак, поправляет карманы на брюках. Последний раз глядит на себя нового в зеркало и улыбается, как дурак. Обувается и, взяв портфель, выходит из дома, чуть не забыв закрыть дверь на ключ. Он не несётся, сломя голову, как он мог делать это раньше. Он идёт уверенно, гордо, выпрямив спину и задрав нос. Некоторые прохожие заглядываются на него, и его это всё ещё немного смущает. Солнце светит ярко и по-летнему, заставляя щуриться и улыбаться до ушей, лёгкий ветерок раздувает подол пиджака и освежает мысли. Но стоит ему завидеть здание школы, он выпрямляется ещё сильнее и, ухмыльнувшись, вглядывается в горизонт. Никого из его знакомых не видно. У Минхо в голове начинают всплывать картинки того, как он заходит в школу, как он встречает Хана, и тот на глазах у всех целует старшего, как все раскрывают рты от зависти, а Хёнджин уже выпрашивает приглашения на их свадьбу. Его бурный поток радостных мыслей прерывает чей-то возглас. - Вот ты где! – на него вдруг накидывается непонятно откуда взявшийся Уджин. - Что тебе от меня надо? – огрызается Минхо. - Я хотел извиниться за тот случай... Мы можем стать друзьями снова? – вдруг говорит Уджин. У Минхо просто челюсть отпадает. - Мы? – смеётся он, - мы? Друзьями? Ты что-то попутал, чувак. Напомнить тебе, как у него пол лица было в крови, а я две недели ходил с перебинтованной рукой? - И что? Всё же... Минхо не сдерживается и со всей силы врезает ему по челюсти. Тот не успевает среагировать и падает на землю, хватаясь за ушиб. - Слабо вышло, - жмёт плечами Минхо. Уджин стонет в ответ, - ну ладно, ещё повидаемся, Хисын обещал сводить нас к вам в гости, в ваше второе здание. Там и поквитаемся, - и он, в последний раз победоносно взглянув на Уджина, идёт по пришкольному двору, как ни в чём не бывало. - Вы видели?! – орёт Хёнджин, тыча пальцем в сторону Минхо, - вы это видели?! Уджину отомстили!!! – он подпрыгивает на месте, всё ещё продолжая махать руками в сторону парня, - Ха-ха!!! Джейк! Джейк!!! У меня есть новый заголовок для газеты! Дже-э-эйк!!! – и Хёнджин, так крича, уносится к школе, продолжая неистово орать и сообщать всем об ошеломляющей новости. Минхо посмеивается, поправляя чёлку, уверенно шагает дальше. Поднимается по ступенькам крыльца, заходит внутрь и, пересёкши первый этаж, направляется к своему кабинету, располагающемуся на четвёртом этаже. На внутришкольной лестнице все оборачиваются и перешёптываются, глядя на Минхо. Ему кажется, что он отдалённо слышит громкие возгласы Хёнджина. Минхо достигает нужного этажа и распахивает пластиковую дверь, идёт к кабинету. В холле полно людей, собравшихся в небольшую толпу, и все они слушают Хёнджина, который взахлёб рассказывает о случившемся. Минхо вновь усмехается. Вокруг Хёнджина толпятся и его одноклассники, и одноклассники Хана, Джейк, внимательно слушая, помечает что-то в блокноте, но, услышав про удар, кричит «да ну тебя!» и уходит, смеясь. Учеников всё больше, кажется, вся школа пришла послушать Хёнджина, и тот, видимо, преувеличивает уже. Минхо идёт по длинному коридору, как вдруг видит идущего напротив Хана. Тот аккуратно машет ему, чтобы никто не заметил. Вдруг он срывается на бег, и Минхо тоже. Они смеются, оба добегают до середины холла, прямо возле толпы, и та как по щелчку пальцев разворачивается – спиной к Хёнджину, лицом к парням. Хан тормозит всего на секунду, в следующее мгновение уже накидываясь на Минхо. Он кладёт руки на его щёки и жадно целует. Всего на пару секунд в холе образовывается полнейшая тишина, но уже через пару самых долгих в жизни Минхо мгновений толпа взрывается радостными возгласами, друзья Хана сразу бегут к нему, стоит тому оторваться от Минхо. Хёнджин, кажется, сейчас упадёт на месте от шока – он застыл, широко раскрыв рот. Внезапно он прикрывает рот рукой, и в следующую секунду, убрав руку, орёт: - ХАН ДЖИСОН И ЛИ МИНХО ВМЕСТЕ!!! ДЖЕЙК, ТЫ ОБЯЗАН!!! – он ещё долго бежит за младшим, выпрашивая добавить эту новость в новую школьную газету.

***

- Ха-а-ан!!! Ты что нас, забыл что ли? - Он променял нас на Минхо, - дуется Чонин. - Эй, да ладно вам, - отшучивается Джисон, - я всё ещё с вами дружу, правда. Друзья сидят на диванах в холле четвёртого этажа и ждут, когда закончится урок задержавшихся двенадцатиклассников. Вскоре дверь распахивается, и те выходят, обсуждая только что написанную ими самостоятельную. - Минхо! – Джисон налетает на старшего с объятиями. - Сейчас он тебе скажет, что ты помял ему рубашку, - усмехается Хёнджин и получает укоризненный взгляд от Минхо. - Я тоже соскучился, Хан-и. - Ой, ну вы поглядите на них, - произносит Сону, умиляясь, - милашки-и-и! - Теперь эти милашки красуются в газете, - ухмыляется Хёнджин, заставляя парней расцепиться. - Что-что ты сказал?! - Вы в газете. - Что-о-о?! Джеюн-а-а! Можно мне один выпуск, пожалуйста? – кричит Хан, пытаясь догнать бедного Джейка. - Эй, только я могу так его называть! – обижается Хисын, - Джеюн-а, малы-ыш, можно и мне один выпуск? - он несётся вслед за ними.

***

«Именно в этот день я переборол социофобию и стал раз в восемьдесят сильнее» - написал бы Минхо в дневнике. Но дневника нет, как и прошлого Минхо.

Он изменился в лучшую сторону и не планирует становиться прежним.