***
Он очутился в какой-то пещере. Его кожу стянуло от соли, которая перемежается почти кристаллами на его теле. А горло… Ох, горло, оно разодрано. Он чувствует глубокие порезы на слизистой, в которую пытается влить ци. Но энергия отказывается течь в нужном направлении, предпочитая рассеиваться в окружающую атмосферу полностью. Словно ореол, он чувствует как она вокруг него, но ему теперь не принадлежит. Она как будто бежит в панике от него, пока Цинсюань чувствует пустоту в божественном теле. Его ногу прожигает болью что-то острое. Он видит как по щиколотке течёт кровь, скатывается на песок и маленькими рубинами блестит на песчинках. Боль раньше ощущалась как лёгкий дискомфорт, но сейчас она мучительна, особенно когда кто-то касается раны. Повелитель ветров ощетинился и судорожно вертнул головой. Он натыкается взглядом на человека. А разве это человек? Радужка глаз белая как при катаракте. Бельмом лежит и не даёт распознать направление взгляда. Кожа бледная, с голубыми венами под ней. И руки тонкие, увенчанные длинными ногтями. Почти когтями, но на основании видна характерная лунка. Ему хочется взвыть и лаять в сторону «человека» бесконечные вопросы, просить помощи, отогнать от себя. Но получается лишь булькать от воды в лёгких и задыхаться нервным беззвучным смехом. Тот вмиг уловил его неопределённое настроение, отчего сжал ранение уже полностью, погружая туда один из коготков. У Цинсюаня плывет перед глазами и темнеет от боли. Он падает и выгибает спину в судороге, пока не чувствует как из плоти достают осколки. — Поломанный коралл. — сказал некто, плавно разлепляя бежевые губы. Повелитель Ветра чувствует, как божественная мощь возвращается, уплотняя его тело. В пальцах теперь чувствуется тепло, которое пропало с того момента, как он свалился с утёса. Теперь он может направить энергию в рану, чтобы она на глазах затянулась. — Где я? — голос вернулся к Ши Цинсюаню. Страх нагнетённый незнакомцем развеялся, хотя тревога всё еще леденела инеем на сердце. Белые глаза теперь не смотрят в его сторону, а тело разворачивается спиной к нему. Эта сущность уходит под воду, держа сцепленные руки за спиной. Он целиком ушёл по дну, оставляя растерянного Повелителя ветров одного. Ненадолго. Прошла минута, как из тени толщи воды вырывается костлявая рука, хватает его за ступню и тащит за собою. Он вскрикивает и пытается ухватиться пальцами за песок, но снова уходит под воду.***
Цинсюаня бесцеремонно кинули на тот обрыв вновь. Демоническая скелетированная рука высоко подбросила и выкинула его как рыбёшку из моря. Он проезжается носом как плугом в земле, оставляя борозды. Голова от таких приключений кружится, а желудок мутит. Всё же он наглотался воды вдоволь, что даже божественное тело не выдерживает. — Что за внешний вид? — первое, что видит от источника голоса — чужие черные сапоги, вылизанные до блеска. Второе, когда уже поднял голову — чужое, так привычно нахмуренное лицо. — Мин-сюн! — возрадовался Повелитель ветров. Его друг сейчас здесь, а значит… Как он узнал? — Приведи себя в порядок, немедленно, — Мин И окидывает его брезгливым взглядом. — нас ждёт владыка на собрании. — ох, как же. Собрание, конечно. Ши Цинсюань опускает взгляд на себя и свои перепачканные одеяния. Ужасается и в панике подскакивает. Мгновение — и он в женском обличии. Поднимает застенчиво глаза, а в качестве извинения очаровательно возносит уголки губ. Но на него уже никто не смотрит. Повелитель земли давно развернулся и удалялся в лес. Перед тем как рвануть за ним, Цинсюань задумывается о том, как гармонично сюда вписывается его милый друг. Его темный антураж, на фоне грозовых туч, еловых деревьев и всё под аккомпанемент шума волн… Поистине красиво. Так правильно, словно законный властитель на своей земле. Об этом Повелитель ветров обязательно обмолвится перед ним, но чуть позже. Когда его друг будет менее раздражен.