Бойся своих желаний

Питер нервно теребил край свитера, наблюдая, как молодой Тони с хищной грацией обходит мастерскую, касаясь приборов, будто оценивая их стоимость. Его движения были такими знакомыми — та же уверенность, тот же блеск в глазах, но без груза лет, без тех теней, что лежали на лице взрослого Тони. — Ну что, Ангел, — мини-Тони внезапно повернулся к нему, — покажи-ка мне, чем тут развлекаются в будущем. Его улыбка была ослепительной и опасной, как вспышка дуговой сварки. — Эм... мы обычно работаем, — Питер потупил взгляд, чувствуя, как тепло разливается по щекам. Давай, Питер, ты сможешь! Победи смущение! — Работаем? — Тони фыркнул, подходя ближе. — Скукота. Я бы предпочёл... другое времяпровождение. Он оказался так близко, что Питер чувствовал запах его одеколона — другой, не тот, что использовал его Тони. Более дерзкий, с нотками табака и дорогого виски. Мальчишка стоял, прижавшись спиной к холодному металлу лабораторного стола, его грудь быстро вздымалась. Молодой Тони замер в сантиметре от него, их дыхание смешалось. — Мистер Старк... — голос Питера предательски дрогнул. — Ну вот, — молодой Тони закатил глаза, медленно проводя пальцем по шее Питера, — Опять это 'мистер'. Может, просто Тони? — Его губы искривились в дерзкой ухмылке, когда он наклонился ближе, горячее дыхание обжигало кожу уха Питера. — Или... что-то более личное? Питер резко отпрянул, столкнувшись со столом. Его ладони вцепились в холодный металл, пытаясь найти опору. Боже правый, он пах точно так же - тот самый аромат, что преследовал Питера в его самых смелых фантазиях, только теперь он был гуще, острее, без привычной примеси кофе и усталости. — Я... я не могу так тебя называть, — прошептал он, чувствуя, как предательский румянец заливает его щеки. Тони сделал шаг вперед, его бедра почти касались Питера, заставляя того выгибаться назад над столом. Одна рука легла на стол, рядом с бедром Питера, вторая схватила его подбородок с неожиданной нежностью. — Почему? — его голос стал низким, почти вкрадчивым. — Боишься, что твой Папочка услышит? — Большой палец провел по нижней губе Питера, заставив его содрогнуться. — Или боишься, как отреагирует твое тело, если я заставлю тебя шептать мое имя? Питер почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Его руки дрожали, пальцы бессильно сжали край стола. Он должен был оттолкнуть его, убежать, что угодно... но вместо этого его глаза сами собой опустились к губам Тони, таким знакомым и таким чужим одновременно. — Ты не его собственность, — Тони прошептал, приближаясь так близко, что их губы почти соприкоснулись. — Но, черт возьми, как он прав, что прячет тебя ото всех. Питер резко поднял глаза, в его груди что-то болезненно сжалось: — Не в этом дело! Он... — Он что? — Тони приподнял бровь, его пальцы теперь играли с воротником Питера, случайно задевая ключицу. — Заботится? Опекает? — Его голос внезапно стал жестче, в глазах вспыхнуло что-то опасное. — Я знаю себя, Ангел. Если я прикрываюсь заботой — значит, хочу контролировать. Всегда. Питер почувствовал, как в груди закипает обида. Он резко выпрямился, их лица теперь находились в опасной близости. — Ты не знаешь его. Он... — Поверь, знаю, — Тони внезапно смягчил тон, его рука медленно скользнула по руке Питера, вызывая дрожь. — Потому что вижу, как он смотрит на тебя, когда думает, что никто не видит. Его пальцы сплелись с пальцами Питера, прижимая ладонь к холодному столу. — Как он задерживает взгляд на секунду дольше, чем следует. Как его голос становится глубже, когда ты входишь в комнату. Сердце Питера бешено колотилось. Он должен был отрицать, убежать, что угодно... но вместо этого его губы сами разомкнулись: — Как... как он смотрит? Тони улыбнулся, но в его глазах не было обычной насмешки — только странное понимание и что-то еще... что-то, от чего у Питера перехватило дыхание. — Как человек, который боится потянуться к огню... — он наклонился, его губы почти коснулись уха Питера, — но уже обжёгся. Питер закрыл глаза, чувствуя, как все тело охватывает дрожь. Он должен был оттолкнуть его, должен был... Внезапно Тони резко отстранился, услышав шаги в коридоре. Но прежде чем отойти, он успел прошептать: — Кажется, наше свидание прерывают. Но поверь, чудо... это только начало. Его палец быстро провел по губам Питера, оставляя после себя обжигающее воспоминание, прежде чем он отошел на безопасное расстояние, как раз когда дверь открылась. На пороге появился Мистер Старк, мгновенно оценив ситуацию. — Питер, — его голос звучал неестественно ровно, — Фьюри хочет поговорить с тобой. Наедине. — О-о-о, — мини-Тони сложил руки за головой. — Папочка ревнует. Мужчина не удостоил его ответом, лишь жестом показал Питеру идти. Проходя мимо, Питер почувствовал, как пальцы молодого Тони слегка касаются его запястья — мимолётно, почти случайно. Но этого хватило, чтобы по спине пробежали мурашки. Он играет со мной... Но почему мне так нравится эта игра? А когда он обернулся в дверях, то увидел, как два Тони измеряют друг друга взглядами — один с холодной яростью, другой с вызывающей усмешкой. И Питер вдруг понял страшную правду: Я хочу их обоих.