Endless love

Чонгук студент учащийся уже на третьем курсе. Любой скажет что он тот еще плейбой, глянув на его телосложение, крутые шмотки, стильную блондинистую стрижку и даже на очки в золотой оправе, что выгодно подчеркивают красивые глаза цвета топленого темного шоколада. Плавные грациозные движения, ленивая походка и вечная красивая улыбка на губах, что с завидным постоянством притягивает не только девчонок, но и парней, даже тех кто свято уверен в своей гетеросексуальности. Добавить к этому богатство семьи и самого Чона, который в свои двадцать уже начал вести небольшой бизнес, и получается самый лакомый кусочек всего сеульского университета. Поэтому я всегда не понимал, почему он выбрал меня. Да я красивый, никогда этого не отрицал, но простой настолько, что радуюсь обычному брелку в виде какой нибудь маленькой плюшевой игрушки, одеваюсь не броско и в целом стараюсь не выделяться. Свободные кофты, толстовки или футболки, не отказываю себе в удовольствии носить обтягивающие джинсы, штаны или короткие шорты, что выгодно подчеркивают мои нижние далеко не девяносто, прибавляем к этому растрепанные в творческом беспорядке волосы, круги под глазами и вуаля, Пак Чимин собственной персоной. Ну да, и не стоит забывать что сам я из среднестатистической корейской семьи, не швыряюсь деньгами направо и налево, хожу на дополнительные занятия и мечтаю занять место получше в социуме, чем есть сейчас. — Детка, куда ты так спешишь? - Чонгук догоняет спешащего на пару меня и хватает за запястье, дергая на себя и ловя в крепкие объятия, утыкается носом в макушку и глубоко вдыхает. Он всегда говорит, что я невероятно вкусно и тепло пахну, а я всегда шучу что это ароматы либо бедности, либо не мытых волос, за что мне всегда прилетает по мягкому месту. Обнимаю в ответ, в который раз чувствуя лёгкое неверие и огромное счастье, что этот огромный, добрый не смотря ни на что парень, выбрал меня. Иногда становится страшно, что это лишь его временная прихоть, но я стараюсь гнать такие мысли из головы пинками. — И тебе привет, радость моя, если ты не заметил пара уже началась, а я все еще не в кабинете, да и ты тоже, ‐ Чон довольно смеется и пользуясь тем, что вокруг уже никого нет, вжимает в стену коридора и целует, сначала мягко, нежно, словно впервые пробует мои губы на вкус, но постепенно поцелуй становится все глубже, горячее, так приторно страстно, что я невольно застонал, дрогнув всем телом, которое знает, что может за этим последовать, но не последует, по крайней мере не сейчас. — Ммм, как же всегда тяжело остановиться и перестать тебя целовать, ‐ бормочет хрипло себе под нос Чонгук, придерживая меня, у которого слегка дрожат ноги, а в голове полный беспорядок. — Беги на свои пары, пока я не похитил тебя, булочка моя самая вкусная, - легкий шлепок по ягодице и я даже не успеваю ничего возмущенного сказать, так как этот нахал успевает свинтить в противоположную сторону. Его родители не против его ориентации и тем более не против меня, всегда рады видеть в своем доме, даже хоть и в шутку, но просят называть мама и папа. Чонгуку в этом повезло, чего не скажешь обо мне, отец тогда устроил скандал, чуть не дошло до рукоприкладства, но мама остановила. С ней был тяжелый разговор, в ходе которого мне донесли, что мама принимает меня таким какой я есть, а квартиру поискать все же стоит, пока отец не смирится, да и видеть меня битым никому не хочется. Чон тогда горестно повздыхал мол это он виноват и позвал жить в свою трёхкомнатную квартиру, недалеко от универа, тем более что так удобнее, чем постоянно отпрашиваться на ночевки "к другу". Мы тогда еще не дошли до полной близости, конфетно-букетный у нас был, притирались характерами, витали в своих нежных чувствах и невинных мечтах о сладких поцелуях. Ну по крайней мере у меня было так, а вот Чон оказывается готов был затащить в койку еще на первом свидании, о чем и сообщил, когда я радостно сказал, что мне нравятся наши свидания без пошлостей. Я закономерно обиделся и не разговаривал с любимым целый час, но и сам понимал, что все таки мои чувства берегли и подводили ко всему мягко и осторожно, потому что я все еще был девственником, к тому же до встречи с Гуком действительно верил в свою любовь к девушкам. Как он меня добивался вообще отдельная история. Кажется весь универ следил за нашими играми в кошки-мышки. Чонгук за мной чуть ли не хвостиком ходил, даже на некоторых лекциях в наглую просто сидел со мной, отвлекая от всего что только можно туповатыми шутками, красивыми комплиментами и попытками вытащить на свидание. Естественно что в какой-то момент я стал избегать встречи с Чоном как огня, на неделю отпросившись у родителей свалить в Пусан к бабушке, лишь бы передохнуть, набраться сил и... В итоге сдаться на милость победителя. Чон просто тогда встретил меня так, что и не описать кем я для него был. Он сжал меня в своих руках так крепко как только мог и шептал как соскучился, что испугался моего исчезновения, думал будто я отчислился или еще что. Гук уже хотел обещать отстать, лишь бы я не сбежал. А я... во мне словно что-то надломилось, не в плохом смысле, нет, я дал ему шанс. До сих пор помню неверие в темных глазах, которое сменилось таким счастьем словно я подарил ему весь мир, а не маленькую встречу. Мы просто гуляли в парке, разговаривали обо всем и ни о чем одновременно, и не знаю как мой уже парень, а я в тот момент понимал, что никакие девушки мне не нужны, если Чонгук продолжит так же смотреть на меня, будто я центр его вселенной, и нет никого лучше и нужнее. Да, были свои трудности с преодолением многих установок, навязанных обществом, но мы справились, скоро уже год как вместе, а Чон словно надышаться мной не может, в универе на перерывах, дома, везде, буквально отдавая почти все свое свободное время мне одному. Иногда кажется такая одержимость ненормальной, но нет дикой ревности с его стороны или каких-то скандалов, если со мной пытаются флиртовать. Чонгук никогда не кричит на меня, мы конечно ругаемся, но тона не повышаем и стараемся все урегулировать мирно. Так вот и живем, я уже полностью завоеванный и Чонгук всецело мой, мне даже отваживать от него никого не нужно, любимый парень сам с этим прекрасно справляется, на любые подкаты отвечая когда спокойно, а когда очень грубо, если с первого или второго раза не доходит. Ну и я конечно совсем в стороне не стою, показывая кому принадлежит самый красивый и заботливый мужчина всего университета. — Ммм~ах, - стон невольно срывается с губ, когда большая влажная от смазки и пота ладонь гладит ягодицы и между ними, нежно и умело массируя сжатое колечко мышц. От касаний к коже, хочется извиваться и просить о большем, только пока рано, я знаю как Чонгук любит доводить меня до скулежа и мольб о его члене в моей заднице, но мы только начали и сразу же переходить к любимой части не охота ни ему, ни мне. Поэтому с все возрастающим возбуждением позволяю вжимать себя в кровать лицом вниз. Чонгук дразнит, водит носом вдоль позвоночника, между лопаток, покрывает спину поцелуями, пока одной рукой упирается в подушку рядом с моей головой, а второй то все кружит возле ануса, то перемещает на бедра, сжимая и царапая каждое по очереди, заставляя стонать и выпячивать зад сильнее, лишь бы коснулся там, где сильнее всего хочется, проник пальцами внутрь и начал растягивать. Тело прошивает крупной дрожью, когда лишь кончик пальца проникает в попку и совсем ломает, когда входит на всю длину. Аккуратно двигается, оглаживает горячие чувствительные стенки, понимает, что этого мало и добавляет второй палец, разводит их на манер ножниц и довольно хмыкает, когда меня в очередной раз выгибает, а тихий скулеж вырывается из приоткрытых уже красных от постояных покусываний губ. — Малыш, ты уже так дрожишь, - хрипло шепчет на ухо, легонько его прикусывая, наваливаясь сзади так, что его твердый член трется о мое бедро. — Мы только начали, Чимин, а ты уже скулишь как маленькая шлюшка, - смеется тихо и гладит легонько найдя простату, от чего поддаюсь задницей навстречу, громко простонав, получая в ответ еще одну довольную усмешку. — Давай же, детка, только попроси и получишь то, о чем сейчас так сильно мечтаешь, ‐ пока Чонгук распаляет меня все больше, двигая пальцами во мне уже довольно грубо и быстро, я все еще оттягиваю тот момент, когда его член полностью заполнит меня, потому что не только Чону можно играть столь не честно, дразнить и я люблю, и продлевать сладкие пытки тоже. — Ах, Чонгук~а, - не выдерживаю все же когда парень начинает целенаправленно стимулировать простату и выжидать больше просто не получается. — Пожалуйста, любимый, войди в меня, - плавно виляю задом, насаживаясь сам на длинные пальцы, срывая с губ Чона судорожный вздох. — Трахни свою послушную маленькую шлюшку, я так хочу твой член в себе, умоляю, - начинаю уже откровенно хныкать, что служит сигналом к тому что я на грани и вот-вот кончу. Но естественно кто мне даст это сделать прямо сейчас. Чонгук мягко, но непреклонно сжимает мой член у основания, пока не находит эрекционое кольцо, которое сразу на меня и надевает. Немного отстраняется и с громким чавком вынимает пальцы из хорошо разработанного ануса, шлепает по упругой ягодице, заставляя вскрикнуть от нахлынувшего с новой силой возбуждения. Бедрами вжимается в мою попку, трется членом между ягодицами, намеренно немного проникая внутрь и сразу же отстраняясь, чтобы неожиданно на всю длину войти в приглашающе оттопыреную зудницу. Меня выгибает так, что я почти складываюсь пополам, замирает буквально на секунду и начинает двигаться, почти полностью выходя и резко с громким хлюпающим звуком входя обратно. Меня кроет так, что я уже не особо соображаю, кольцо давит на член и не дает кончить, дрожь отказывается покидать тело, яйца уже словно готовы взорваться от сексуального напряжения. А Чонгуку все мало, он хватает за волосы и тянет на себя, заставляя задыхаться от своей власти надо мной, ставит на колени все так же двигаясь во мне, только в более медленном темпе, смещает руку с волос на шею, слегка сдавливает, второй обнимает поперек живота и входит еще глубже. Мне откровенно не хватает дыхания, чтобы стонать, я только хриплю, повторяя как мантру "пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста"... — Сейчас, любовь моя, - проговаривает с не меньшим трудом Чонгук, трахая уже в рваном темпе, двигаясь то быстро, то мучительно медленно, тихо стонет, и сжимает мою шею сильнее, одним движанием снимая эрекционое кольцо с моего члена. Слегка меняет угол проникновения, долбя простату. Меня накрывает таким сильным оргазмом, будто я сейчас разбиваюсь на миллиарды осколков и собираюсь вновь, взлетая мысленно выше облаков до самых звезд, не стон, скорее хрипящий вой вырывается из моего горла, перед глазами темнеет, и последнее что я слышу прежде чем отключится, это низкий стон мне на ухо и горячая жидкость что толчками заполняет чувствительное нутро. Но на этом никто не останавливается, у нас вся ночь впереди. Чонгук обожает трахать меня, обожает доводить до скулежа и сорванного голоса, я еще неделю могу потом разговаривать только шепотом. И кто-то может и стал его осуждать, но точно не я. Мне это до одури нравится, нравится с каким мой парень становится только со мной наедине, с каких сторон раскрывается и дарит столько любви, что хватило бы на несколько жизней вперед.