PRAECURSOR

— Дорогая, с тобой все нормально? Бледная вся, — начала расспрос Мими.       Нельзя поддаваться на манипуляции Ости, я верю своему парню. Я уверенно подняла взгляд на друзей, в глазах которых увидела беспокойство. — Да, все нормально. Опять Ости подходила, вывалила на меня шквал дерьма и ушла, — я повела плечами, показывая, что не произошло ничего интересного. — Она со всеми так, Вики. Особенно с Непризнанными, а ты еще и в первый же день показала, что тебе палец в рот не клади, откусишь, — пытался успокоить меня Сэми. — Все нормально, не переживайте, — я мило улыбнулась и положила руку на плечо друга. — Так, ну что? Мы идём сегодня на тусовку в Вагон? — наконец подал голос наш заводной Ади. Мы все оживились с такой смены темы. — Конечно, что в комнате сидеть тухнуть. Да, Вики?— Мими специально делает акцент так, что я не могу отказаться. — Ох, ладно. Да. - Она радостно запищала и захлопала в ладоши. Не могу сказать, что я ярый сторонник таких мероприятий. Просто, часто это заканчивалось чем-то постыдным для меня. Ребята пару раз звали с ними, но я отказывалась. Взглянув на часы, мы все вместе пошли на пары к Геральду. Сегодня должен быть урок по блокировке и проникновению в сознание. Впервые с демонами и ангелами. Мне нравились его пары, они часто были вместе с практическими, а не только скучные лекции. Правда, их можно посчитать на пальцах одной руки. За этот месяц у нас был в основном был только преподаватель Фауст, он помогал нам свыкнутся с мыслью о том, что мы умерли и что нам дарован шанс добиться чего-то большего. Также он помогал просто адаптироваться, рассказывал как все тут устроено.       Я как обычно села за предпоследнюю парту, а со мной и Мими, парни же сели вперед. Пока не пришел учитель, мы разговаривали о том, во сколько встречаемся и обсуждали всякие мелочи. В кабинет зашёл Геральд и начал занятие. Мне нравилось разглядывать его кабинет: он был в серых тонах, с высокими потолками, по правую сторону были полки с книгами, высота которых доходила до потолка, и именно с этого края я обычно садилась. По левую сторону расположились два арочных окна с витражными вставками. На окнах в разных углах были запечатлены Ангелы и Демоны, а между ними обычное прозрачное стекло в виде круга или солнца, изображавшее, скорее всего, Бога. На земле подобных витражей не встречала, обычно изображают борьбу между добром и злом. Академия — это нейтральное место. без вражды, что показывается даже в таких мелочах, как рисунок на окне. Всего парт было десять: пять на одну сторону и пять на другую, обычно правая сторона у книг — это Ангелы, левая — Демоны. Непризнанные же в основном занимают первые парты. Но мы, еще с первого моего дня не заморачивались на этот счет и садились туда, куда хотели. По середине на небольшом подиуме стоят стол преподавателя. — Итак, сегодня мы сначала пробуем блокировать сознание, а потом проникать в него, — звучит не так страшно. — Для начала вам нужно в мыслях построить стену или какую-то преграду, без разницы, что это будет. Это редко имеет значение, если только для вас. Если ваше сознание заблокировано, то человек будет видеть ваши глаза. Высшие бессмертные могут проникать в сознание без зрительного контакта, но это запрещено и по правилам этикета невежливо. Используется в крайних случаях, в разведках. Так что, если вы задумывались о таком будущем, вы должны обладать данным даром в совершенстве.       Я сразу же вспомнила диалог с Абаддоном про будущее. Он хочет пойти в армию. А я? Кем хочу быть я?       Геральд хлопнул и все воспоминания рассеялись. Я развернулась к Мими. — Ну что, сладкая, давай выстраивай блоки, а я проверю.       Я закрыла глаза и попыталась представить перед глазами двери со своим мыслями и воспоминаниями, а потом выстроила стену из густых кустов терновника с шипами, закрывающих все мои выстроенные двери. — Ого, ты быстро схватываешь, я вообще пробиться не могу. Как у тебя это получилось? Даже опытные бессмертные не всегда могут добиться такого контроля, — восхищенно прошептала соседка. — Я просто сделала, как ты мне сказала. Может ты слишком халтуришь? — я знала как она реагирует на вызовы. Она одной рукой взяла меня за щеки и притянула к себе. Я снова представила колючие кусты, ее напор стал сильнее. Я чувствовала как она пытается пробиться, но все безрезультатно. — Как ты это делаешь? Признавайся. — Я правда ничего не делаю. Может мне просто везет? — Ладно, с этим разберемся потом. — Мне постоянно надо это контролировать или есть способ, чтобы голова всегда была заблокирована? — Со временем, твое сознание будет это делать автоматически, но нужны постоянные тренировки. Если каждый день будешь делать, то наверное, через месяц сможешь уже не контролировать, — как маленькому ребенку Мими объясняет все еще сложные для меня вещи в этом мире.       Про правила здешнего мира я узнала не так давно на уроке у Ангела Фауста, преподаватель оказался довольно приятный, скрытный, но не злобный, как Ангел Фенцио. Фауст Непризнанных не принижал, возможно, это из-за его предметов, поскольку он ведёт в основном только у нас, а для всех — только объединенный урок латинского языка, так как он тут является, грубо говоря, основным. На нем написаны все древние книги, хоть сейчас и принято, что несмотря на, то кто с какой точки земли, мы понимаем друг друга. Что-то вроде встроенного переводчика или божественные способности.       Фенцио же был груб с такими как я, он не считал, что мы достойны находиться тут. Ну а меня с самого начала невзлюбил.       Я не заметила как пара закончилась, и я и ещё несколько Непризнанных остались в кабинете. Быстро собрав все свои вещи, я вышла из кабинета. Мими и ребят нигде не было. Время обеда, значит они скорее всего в столовой. Кафетерий находился в главном холле на втором этаже. Просторное светлое помещение с большими потолками и окнами с штроссами, по бокам на которых были выложены замысловатые узоры. Есть не хотелось, поэтому взяв какой-то синий фрукт, я пошла к столу, где сидели мои друзья. Да друзья, за этот месяц мы сблизились очень сильно. Мы постоянно вместе. — И почему вы меня бросили? — садясь за стол, наигранно возмутилась я. — Вы не видели Аббадона? Пол дня его не видела. — А он что, не пришел на пары к Фаусту утром? — проговорил рыжий. Он не приходил на пары, его никто не видел. Может что-то случилось? Или может, Ости права?       Пока я снова погрязла в раздумьях, Ади куда-то ушел. Мими же зло улыбнулась, и подлила из своего стакана с апельсиновым соком немного в стакан Ади с чем-то другим и быстро перемешала. Она села на место и как ни в чем не бывало снова принялась за еду. — И что это было? — посмеиваясь, спросила я. Они вечно строили козни всем и повсюду, оправдывая свое поведение демонской натурой, на что мы с Сэми только тихо посмеивались. Но такое я видела впервые. — У него аллергия на цитрусы, — опять эта коварная ухмылка. Она явно все продумала. — Как съест что-то из этого, покрывается красной сыпью. Так смешно выглядит. — Не боишься, что он начнет мстить? — до этого молчавший Сэми решил поинтересоваться у Мими. — Даже если и начнёт, будет весело, — как только она договорила, вернулся Ади с кружкой кофе и яблоком, которое вручил своему партнёру. Сэми на этот жест улыбнулся и поцеловал того в щеку. Я не могла оторвать от этой картины взгляд. Они были олицетворением здоровых отношений для меня. Да, нестандартные, да, каждый с какими-то странностями, но из-за этого они любили друг друга ещё сильнее. За этот месяц я никогда не видела, чтобы они ссорились или как-то ругались. — Я еще ни разу не слышала историю вашей дружбы. — Мы с Ади познакомились на балу, который устраивает Всевышний каждое столетие для своих детей. Там все и закрутилось, мы тогда ещё не посещали Академию. Поэтому были тайные встречи и письма, — начал Сэми, смотря на своего парня. — И только когда мы поступили сюда, смогли открыто встречаться, — Демон поцеловал его в макушку и приобнял за плечи одной рукой. — Ну как открыто, в пределах разумного, — Ангел засмеялся. — То, что мы одного пола, не значит, что на нас не действует закон, — Ади сделал манеру голоса, как у Геральда. Мы все засмеялись, и я перевела взгляд на Мими, которая ждала, когда же Ади притронется к своему соку. И как по щелчку пальцев Ади сделал глоток. Скривившись, он зло посмотрел на Демонессу. — Мими, Адская ты Бестия. Ты что подлила туда? — Апельсиновый сок, — она ещё громче засмеялась, смотря на его скривившееся в отвращении лицо. — Я же опять весь красный буду, — он захныкал как маленький и грустно опер своё лицо на свои руки. — У меня есть порошок, зайдёшь к нам и я тебе его отдам, — проговорила шутница, как только успокоилась. — Так, а что насчёт тебя, Мими? Как ты вписалась в эту компанию? — Я поступила в Академию со своей компанией, но по воле случая потом осталась одна. Эти парни первые ко мне подошли, когда я одна стояла возле лабиринта. Так и началась наша дружба.       Наш разговор перешел на обсуждение нейтральных тем, я решила попробовать этот странный фрукт. Это была какая-то смесь груши и персика. Синим он был только снаружи, внутри же привычный цвет груши. Странно, но вкусно. — А что это за фрукт? Почему он синий? — Ты его еще не пробовала? — спросил Ади, на что я отрицательно покачала головой. — Это небесный фрукт, он растет на райских плантациях. Называется Перум. Как-то давно ангелу понравились фрукты, которые сделали люди. И он решил их скрестить, а из-за его магии окрасился фрукт в синий цвет, — ввёл меня в краткий курс истории мой любимый Ангел. — А у Ада есть какой-то свой фрукт? — Вообще у каждой стороны много еды, которой нет на земле. Точнее она адаптированная. — То есть бургеров я тут не поем? — они переглянулись между собой и посмотрели на меня с непониманием. — Ой, да ладно вам, — я отмахнулась, подумывая, что они просто смеются надо мной. Но их лица не изменились, а стали только заинтересованней. — Вы что, серьезно не ели бургеры? Вы столько раз были на земле за свои тысячи лет, и так и не поели бургеров? — мое удивление со смесью негодования было слышно по всей столовой. — Опять убогая разоралась, — как обычно, Ости не могла просто пройти мимо.  — Ости, ну ты-то точно ела земные бургеры... — я не успела договорить, как в ответ получила удар в плечо от переходящей на визг Ости. — Ты что, тварь, хочешь сказать, что я толстая?  — Я... Я? Да при чем тут вообще... — я даже не успела сказать, что это не то, что она имела в виду.  — Да я тебя сейчас, — она уже хотела накинутся, но Люцифер удержал ее руку и показал взглядом, что не стоит. С чего такая доброта со стороны Адского сынка? За весь этот месяц мы вроде бы и не пересекались, но я постоянно его замечала где-то в школе. Каждый раз когда я проходила мимо или он, не обходилось без колкостей и взгляда полного презрения в мою сторону. Я старалась молчать, но это не всегда получалось. Но больше этого наши диалоги, или что-то похоже на них, никуда не выходили. Ости прекрати обращать внимание на отребье.       Я уже хотела возмутиться, но мой взгляд встретился с глазами Люцифера. Жар прошелся по всему телу. В его глазах было такое омерзение, что хотелось помыться. Его боялись все. И я в том числе. Слухи про этого Демона бегут первее его. Я не отрицала, что некоторые из них могли быть лишь слухами, но все же... Я промолчала. Хотя очень хотелось — Молчишь? Правильно делаешь. Убогим лучше держать язык за зубами. — снова сказала Ости. Некоторые издали одобрительные смешки. — Какая жалость, что тебе даже некому пожаловаться. Папочка остался на земле и вероятно скоро скопытится, ну а мать... — А ты-то кто? Что ты можешь, когда за спиной нет сторожевого пса? — вырвалось против воли.       Я не хотела так говорить! Меня задели слова про отца. Кто она такая, чтобы поднимать эту тему? И пускай меня сейчас могут испепелить эти кровавые глаза, которые смотрят в упор. Ну и ладно, но мешать меня с грязью я не позволю! Мими уже хотела притянуть меня к себе, но я не дала. Потом еще и им достанется от нее. — Да как ты смеешь?! Я — единственная дочь Вельзевула. Он второй в Аду. Я его законная наследница, и как только он прикажет, займу его место! — она подошла ближе, из-за чего наша небольшая разница в росте дала о себе знать. Ее глаза горели. Она начала источать запах... базилика? Сильный, приторный и мой ненавистный. Хотелось вдохнуть свежего воздуха. Она была в ярости. Я же бросила взгляд за ее спину, Люцифера уже там не было. — А ты кто? Жалкое подобие человека. Без своей верной шайки ты никто и ничего не стоишь. Рано или поздно они это поймут и бросят тебя. А наша малышка Вики Уокер останется одна. Уверена, тебе не привыкать. На земле-то, небось, даже друзей не было, может поэтому ты тут даже парня своего не привлекаешь? И тут раздался хлопок. Я ударила ее. Да еще с такой силой, что она отвернула голову. — Ты… Меня ударила? — она схватилась за щеку. — Не поняла с первого раза? Мне повторить? — мой голос сорвался на крик. И кажется, именно это отрезвило моих друзей. Они оттащили меня в сторону выхода. Пока Ости надрывала связки. — Иди лучше присоединись к Абаддону и.. Кто же там сегодня.. А, точно, вроде он с Амми, — она нисколько не боялась так в открытую говорить о взаимодействии непризнанного и демона. Хотя не думаю, что она очень сильно расстроилась бы, если их сослали бы на землю или вырвали крылья.  — Вики, ты совсем больная? — накинулся на меня Ади. Но его остановил жесткий взгляд Мими и Сэми.       Придя в себя, я сказала Мими, что встретимся в комнате и уже хотела уйти. Но вспомнила слова Ости про Абаддона. Мне нужно удостовериться, что она лжет.       Я шла в сторону комнаты Аббадона. Меня терзали какие-то странные чувства, как будто сейчас должно произойти что-то плохое, возможно, это мои переживания из-за ситуации, которая сложилась. Потому что она была права. На земле я была одинокой. После смерти мамы я замкнулась, не хотела открывать свое сердце кому-то. Боялась, что мне сделают больно. У меня был только отец. Но тут все по другому. Я хочу открыться своим друзьям.       Уже походя к двери я слышала, что за ней что-то происходит. И не буду врать, сразу поняла, что. Я не плакала, пока нет, и при нем не буду. Не собираюсь показывать, как мне больно и неприятно. Открыв дверь, мне открылась картина, которую я видела в подсознании, когда говорила Дьяволица. Мой, уже бывший, молодой человек занимается любовью с Ангелом. Она схватилась за его плечи и опрокинула голову на подушку, тихо постанывала. Он ритмично двигал бедрами и вот-вот должен был прийти к финишу. Я наигранно кашлянула и все внимание сразу переключилось на меня. В его глазах проскользнуло такое разочарование, что стало смешно. — Надеюсь, помешала. — Я бы сказал, что это не то, что ты думаешь, но ты уже все увидела, — он хотел подойти, но я остановила его жестом, на что он вернулся на место. — Ты понимаешь, я не мог… Давай, я сейчас оденусь, и мы спокойно поговорим? Я все объясню, как есть. — Нет. Если ты ещё раз ко мне подойдёшь, я оторву голову тебе и твоей подружке, — я это сказала с максимальным холодом и презрением, он улегся, ухмыльнулся, и отвел глаза. Не думаю, что ему стыдно из-за сложившейся ситуации, скорее обидно из-за того, что я его застукала. Скотина. Его новая пассия смотрела на меня, но я не могла понять, какие эмоции сейчас у той самой Амми. Сожаление? Вряд ли, она знала с кем ложится в постель. Ненависть? Тоже вряд ли, она слишком спокойна, но все равно, когда я сталкиваюсь с ней взглядом, она тушуется. Скорее всего, она переживает, что я могу все рассказать учителям или директору. Тоже мне Ангел. Раньше об этом нужно было думать. В уме я уже пожелала, чтобы с ней произошло то же самое, что со мной сейчас. Да, плохо так говорить другим. Но и поступать так тоже не хорошо. Поэтому мы квиты. — Мало ли, мне попадется милый Ангел, которая переманит на свою сторону. Фраза была брошена еще до наших отношений и скорее всего намекала о моем выборе стороны. Но теперь она заиграла еще лучше. Я ухмыльнулась воспоминанием. И как я сразу не поняла, какой он человек? — Ну, а что ты хотела? Мы встречались уже месяц, а ты как девственница постоянно отказывала. Конечно, я уйду к другой, — он перевёл свой взгляд на Ангела, что медленно одевалась. — Все сказал? А теперь послушай меня, ты пожалеешь, что сделал из меня врага. Кто же знает, что я могу сделать? А особенно, когда встану на одну из сторон, — я зло ухмыльнулась, рассматривая свои ноготки, но на последней фразе перевела взгляд на него, проходясь оценивающим взглядом. — В общем, удачи.       Я развернулась на каблуках, подняв подбородок выше, чтобы никто не подумал, что я сейчас сорвусь на истерику, так и оставив дверь нараспашку, не думая о том, что кто-то из учеников может их увидеть.       Я не помню дорогу до комнаты, но то, как я упала на колени перед кроватью, помню отчетливо, именно в тот момент мне было больно. Физическая боль от коленей пыталась исцелить разбитое сердце.       А любила ли я его вообще? Мы знакомы не так давно и сразу же начали встречаться. Мы оба Непризнанные, надеялись, что это поможет нам в этом тяжелом мире, но видно, он нашёл другой способ поддержки. Он мне нравился, он перестал быть чужим. Он стал тем, кому я открылась…       В комнату зашла Мими и увидела меня в таком состоянии, я лишь повернула к ней голову, а она сразу же опустилась на колени рядом со мной. Я уперлась головой в ее грудь громко всхлипывая, она лишь гладила меня, не задавая вопросов. Но я не смогла все сдержать в себе. — Почему, почему Мими, нельзя было просто со мной расстаться и спать с кем захочется, зачем это надо было делать за спиной? Чего он добивался? — Дорогая, что случилось? — Абаддон за моей спиной спит со всем, что не приколочено, и когда я его застала только что с Амми он сказал, что я во всем виновата. Я, которая просто не торопила событий и не раздвигала перед ним ноги. Ости, которая хотела сделать мне больно, но открыла мне глаза на то что происходило за моей спиной, — я все это выпалила на одном дыхании, все так же лёжа на груди Мими. Когда я закончила свой монолог, и подняла свои красные глаза, я увидела печальные глаза Мими. — Детка, я уверена, все будет хорошо, — Мими гладила меня по голове, чтобы я чувствовала ее поддержку. — Я не грущу из-за того, что он такой, я грущу из-за того, что я позволила себе создать ложный образ пай мальчика у себя в голове, что он весь такой классный, порядочный. Но он оказался хуже. Неужели все такие? — Не все. Просто этот оказался уродом, — она начала укачивать меня как ребенка и все также говоря подбадривающие слова. — Все будет хорошо, он ещё пожалеет, что так поступил с тобой.       Сколько мы так сидели я не знаю, но от ее присутствия становилось легче, ее энергия с запахом и цветом малины заполнила все пространство в комнате, создавая атмосферу спокойствия.       Мы с Мими уснули на моей кровати в обнимку, я попросила ее не уходить от меня пока я не засну, видно она решила вовсе не перебираться на свою кровать; чувствовать, что она рядом, было необходимо.