Удовольствие

Тишину в комнате разбавлял шум тату машинки, который длился несколько секунд, а потом прерывался. Следом за этим слышалось шуршание ткани. Но если прислушиваться сильнее, можно было услышать стук дождевых капель по стеклу, а так же еле отличимый звук глотков. Изредко было слышно болючее шипение. – Ты пиво пьёшь, чтобы не так больно было? - мягко шуршат перчатки. По оголённой мужской коже в очередной раз проходит небольшая тряпочка, впитывая в себя чернила. Герда поднимает взгляд на Ричи. – И для этого тоже, - снова глоток горячительного напитка. Ричи не смотрит на Герду, он пялится в окно, наблюдая за тем, как капли всё быстрее барабанят по стеклу. Не любил Ричи дождь. Обычно холодные капли падали ему на лицо, в глаза, за шиворот, царапая неприятным холодом горячую кожу. Возможно, для глупеньких и счастливых подростков дождь был чем-то депресивно-романтичным, напоминающим "сумерки" и другие подобные отвратительные фильмы, но Ричи был не из таких подростков. Обычно дождь посещал его тогда, когда он в какой-нибудь подворотне ломался от недостатка героина в организме, с расширенными зрачками мечтая поскорее сдохнуть, чтобы не чувствовать этой ужасной боли по всему телу. Тогда ледяные капли били по телу и нервам, заставляя активнее шмыгать и без того сопливым носом. А мокрые ноги и постоянная простуда удовольствия и подавно не приносили. В общем то, в этом мире мало что могло принести Ричи удовольствие. Будни бывшего наркомана. Он почти не имел хобби, ни с кем не общался. Ну, почти ни с кем. – И о чём ты задумался? - из свистопляски воспоминаний парня вырывает Герда. Единственный человек, который умеет с ним говорить, по-совместительству – его девушка. Ричи до сих пор не понимал, почему они ещё не растались. Оба хорошей родословной и приятными характерами не блистали. – С чего ты взяла, что я задумался? – Ты пялишься в окно и не шипишь уже пару минут. Напоминание о входящих в нежную кожу иголках тут же заставило вспомнить и о приносящей ими боли. Рич сморщился. Герда нашла какой-то эскиз на просторах пинтереста и недолго думая предложила ему набить это чудо изобразительного исскуства на низе живота. Кажется, именно тут у людей должны вырезать апендецит. Или это делают с другой стороны? Неважно. Просто сбоку живота. Снизу. Девушка своё дело знала, потому и место для такого эскиза подобрала соответствующее. Сказала, что будет красиво. Ну, в этом вся Гера. И сокращение это ей придумал Ричи. Гера это героин, а героин он когда-то очень любил. Вот, теперь любит другую Геру. Променял шило на мыло. – Ты когда-нибудь думал, о том, что у тебя спид? - неожиданный вопрос. Ну опять, в этом же вся Гера. – Почему он вообще должен у меня быть? – Ты весь в татуировках. – И что? – Ты вряд ли бил их все в салоне. – В таком случае, мой спид теперь и у тебя, - Ричи без стеснения указывает пальцем под грудь возлюбленной. Там, под футболкой где-то должна быть вытатуирована надпись "здесь был Ричи". А у него в свою очередь на том же месте было "здесь была Гера". Они придумали это пару месяцев назад, когда были угашены каким-то дешёвым пойлом и неплохим косяком, и одной иголкой набили это друг другу. Вышло коряво, Гера потом сама на трезвую голову делала коррекцию. Тогда Ричи впервые в жизни увидел её в лифчике. Эта мысль почему-то неожиданно скатилась на голову, заставляя парня недоумевать от самого себя. Ну лифчик и лифчик. Что такого? В порнухе миллион раз видел и без него. – Значит у нас один спид на двоих? - Гера улыбается, глядя юноше в глаза. Это мило, наверное. Ричи усмехается, отводя взгляд в окно. Он не то, чтобы сидит: скорее опёрся спиной о подушки, сидя поперек кровати. Герда тем временем сидела перед ним на коленях, упорно заканчивая свою художественную затею. Интимность момента дошла до ума только сейчас. Его девушка сейчас сидела перед ним на коленях, между его раздвинутых ног, а он сидел ещё и без футболки. Иголки перестают касаться его кожи. На их место приходит какая-то мазь и прикосновение Геры. Татуировка была маленькой, тратить на неё пленку девушке не хотелось. Да и на Ричи всё заживало, как на собаке. Без особых потерь. Только парень расслабился, как почувствовал на низу живота прикосновение тёплых губ. Герда чмокнула его неподалёку от места, где только что набила ему тату. Пару секунд помедлила, затем снова поцеловала, чуть левее, и снова, снова.. – Что ты делаешь? - парень отодвигается, закрывая живот руками. Гера поднимает на него недовольный взгляд. – Парочки обычно не только в губы целуются, - она поднимается с коленей, принявшись убирать собственные инструменты в коробку с говорящей надписью "прокладки". Это чтобы никто посторонний не залез. Хотя, Ричи эту надпись считал глупой. Если захочется, то залезут. Слова возлюбленной выбивают его из колеи на какое-то время. Что за паршивые намёки? Или это упрёк? Разбираться в том, что это было на самом деле не хотелось. Но недовольство в девичьих словах было слишком очевидным. – Эочешь поцелуев? - Ричи редко сам заговаривал о таких вещах. – Хочу, - она как раз закончила с уборкой, усевшись рядом на кровать. Ричи два раз просить не нужно. Он поддаётся навстречу, накрывая девичьи губы своими. Оба покусаные, кровоточащие. И речь совершенно не о губах. Ричард и Герда были во многом похожи. Только вот причины у них были разные. Рича бесило то, что Гера сама убегала от комфортной жизни с нормальной семьёй. Хотя сам подобные шансы тоже выбрасывал куда подальше, обрамляя отборным матом очередных горе-опекунов. Поцелуй не из застенчевых – наглый, кусающий, с пошлыми скрипящими звуками трения подростковых губ. Черту стеснения в поцелуях они давно перебороли, а дальше почему-то никогда не заходили. Впрочем, Гера дала понять, чего хочет, пусть и таким ненавистным для Ричи способом. Он разрывает поцелуй, даёт себе несколько секунд на передышку, а затем наклоняется к девичьей шее. Рукой убирает волосы, чтобы не мешались и касается губами нежной кожи. Пробует целовать, пытается приноровиться, изучает, языком создаёт какие-то странные узоры. Ричи слышит дыхание Герды, потому входит во вкус, использует уже и зубы. Покусывает её шею, получая от этого не меньшее удовольствие, сам не понимая почему. Ласка прекращается, когда до слуха юноши доносится тихий женский стон от очередного укуса. Ричи удивляется. Он не думал, что подобное приятнее слышать, когда причиной являешься ты сам. Он снова принимается целовать и кусать шею Герды, руками обвивая её талию. Она тем временем гладит его обнажённые плечи, дыхание становится всё более томным, а температура в комнате неожиданно поднимается, не смотря на холодный дождь за стеклом. Ричи отстраняется, смотрит на Герду. В упор, прямо в глаза, пытаясь прочитать все её мысли. Времени на размышления она не даёт, сама подается навстречу и целует его. Мокро, грязно, жадно. Её руки трогают его шею, затылок, волосы. Но никто не заходит дальше, всё происходит в разрез с слишком страстными поцелуями невинно, без смелых прикосновений. Но что-то в Ричи щёлкает, и он роняет возлюбленную на кровать, не разрывая поцелуя. Девушка такому ходу удивляется, руками упирается парню в голую грудь. Теплый. Даже слишком. Она скользит ладонями по его торсу, поглаживая очертания рёбер, бока, спину. Он в свою очередь разрывает поцелуй и снова примыкает губами к шее возлюбленной, которая на подобные ласки стала активно реагировать. Теперь уже она не просто лежала, она выгибала спину, словно кошка в апреле месяце, а дыхание её стало куда более шумным. Ричи снова начал её кусать, и из девичьих губ вырвался желаемый тихий стон. Мурашки покрыли кожу парня, собрались в табун и вместе с кровью устремились куда-то вниз, застывая в паху. – Хочу ещё, - Гера неожиданно подаёт голос, такой приятно хриплый и приглушённый, ласкающий и смущающий. – Тише, - Ричи шепчет это где-то рядом с её ухом, обдавая его горячим дыханием. Руки смелеют, начинают гладить талию, поднимаются к груди и юноша с восторгом обнаруживает, что лифчика на девушке не было. Он осторожен в своих действиях, интуитивно знает, что делает. Чем дольше рука находится на мягкой девичьей груди, слабо сжимая её, тем ощутимее становится теснота в джинсах. Как на зло, Гера напрягает ноги, тазом поддаётся навстречу и упирается лобком прямо ему в пах. Ричи тихо шипит. На ней были лишь короткие тканевые шорты. – Тебе больно? - она обеспокоенно оглядывает его. – Нет. Просто тесно. И не смотря на расплывчатую формулировку, Гера всё поняла. Сквозь собственное смущение она протягивает руку вниз, касаясь пальцами выпирающего бугорка. Ричи приятно удивляется. А Гера не томит, растёгивает ширинку джинс и мягко оглаживает горячую плоть сквозь ткань нижнего белья. – Я хочу его увидеть, - снова выбивающая парня из колеи фраза. Он на несколько секунд даже смущается, но потом берёт себя в руки и молча кивает, слазия с девушки, пускай и с неохотой. Растрёпаные волосы, голый торс, расстегнутая ширинка и каменный стояк. Что ж, отличная комбинация. Ричи молча садится на кровать, позволяя девушке сесть рядом. Но она не садится рядом, а устремляется на его колени. Снова искренее удивление Ричи, возбуждение которого сосредоточилось в одном конкретном месте. И Гера прямо сейчас хочет это самое место увидеть. Мысли путаются, окружающая обстановка кружит голову юноши, и тот резким движением притягивает возлюбленную к себе, затягивая в требовательный поцелуй. Получилось смазано, жарко, Ричи будто пытался спрятать собственное возбуждение в этом настойчивом поцелуе. Он старается о чём-то думать, но нормально ничего не выходит. Женская рука осторожно гладит его пах через бельё, заставляя Ричи таять, а стоящий колом член требовательно пульсировать, привлекая к себе куда больше необходимого сейчас внимания. Ричи отстраняется от поцелуя, закрывает глаза, Гера же прижимается к нему, лоб ко лбу, и начинает потихоньку ласкать разгорячённую плоть Ричи через ткань трусов. Парень шумно выдыхает. Его щёки окрашивает предательский румянец. Герда, кажется, настроена очень настойчиво – она оттягивает ткань белья и осторожно касается Ричи пальчиком. Стесняется, это очевидно. Ричи тоже. Он прикусывет губу, чувствуя, как женская рука заботливо и слишком аккуратно касается его. Неторопливо, предательски медленно. Ричи бесится, мысленно матерится, но ничего не делает, смирно ожидая. В конце концов Герда охватывает его член, из-за чего парень уже сам инстинктивно подается навстречу её руке, шумно выдыхая. Девушка понимает, что к чему и наконец начинает потихоньку надрачивать возбуждённый, обрамлённый венками орган. Ричи дёргается, хватает её бедро, сжимая, кажется, до синяков. Свободной же рукой оглаживает стройную талию возлюбленной. Поднимается выше, к груди, трогает ее сквозь футболку, а затем убирает руку и одним движением укладывает девушку на спину, оказавшись меж её ног. Герда хлопает глазами, а потом закрывает лицо руками. – И где вся твоя уверенность? – Кончилась. Она не убирает рук, и Ричи просто притягивает её ближе. Так, чтобы она почувствовала его возбуждение между своих ног вплотную. Это заставляет её убрать руки, снова похлопав глазами. В ответ парень лишь наклоняется к ней и целует её шею. Девушка выгибается, тихонько выдыхая. – Щекотно. – Потерпишь, - мужская рука тянется ниже, прямо к шортам, а затем и под них, касаясь самой желанной точки женского тела пальцами. Даже через ткань белья влага ощущалась прекрасно. Подростки смотрят друг на друга и через секунду оба начинают раздеваться. На обоих остаются футболки и бельё. Но Ричи наглеет, и начинает стягивать с девушки трусики. Она не сопротивляется, только закрывает лицо рукой от смущения. Ричи же входит во вкус, снова начинает целовать её шею, руками изучая стройное тело. Залазит под футболку, трогает небольшую грудь, слушая тихое женское дыхание. – Я хочу.. - шёпот герды, от которого у Ричи почти кружится голова. Он кусает её шею, опускает руку ниже и касается пальцами самого желанного места. Мягко, не настойчиво ласкает клитор, двигая рукой всё быстрее. Постепенно до уха доносится уже не дыхание, а самые настоящие стоны. Только очень тихие, специально сдерживаемые. Ричи прикрывает глаза, утыкаясь носом в шею возлюбленной. Он чувствует её руку, которая тянется к его паху, залазиет под бельё и обхватывает рукой член, начиная ласкать. Теперь уже не только Гера показывала своё удовольствие. Парень тяжело дышал, периодически покусывая шею возлюбленной. Он наглеет, опускает руку ниже и вводит в девушку два пальца, которые с лёгкостью входят из-за влажности и возбуждения, а затем начинает ими двигать. Они нашли единый ритм, ни на секунду не останавливаясь. По телу от удовольствия уже шли мурашки, а оргазм с каждой секундой подходил всё ближе. Но кончать и заканчивать это всё совершенно не хотелось. Поэтому Ричи, хоть и с трудом, отстраняется, наблюдая за недовольным взглядом герды. – Что такое? – Хочу тебя, - непривычная для парня откровенность, которая заставляет обоих залиться краской, хотя казалось бы, куда сильнее. Ричи не разбрасывается словами. Чуть привстаёт, снимает с себя футболку и смотрит на Герду. Зрелище приятное. Лежит без белья, в одной футболке, с раздвинутыми ногами и томными, возбуждёнными глазами. Он опускается к ней и страстно целует. Но на этот раз поцелуй – не приоритет. Головка члена упирается в сочащееся влагой лоно, и Герда это чувствует, в нетерпении поддаваясь бёдрами навстречу. Хотя она и жутко волновалась, но это волнение стало каким-то фоновым, ушедшим на второй план. Наконец, одно движение и Ричи входит внутрь. Герда стонет ему в губы. Нет боли или дискомфорта – есть желание и возбуждение, которые позволяют полностью расслабиться. Девушка отдаётся новым ощущениям, смакует их, пробуя на вкус. Ричи, не смотря на давно проёбанную девственность, чувствует, что по телу бегут мурашки, дыхание прерывается, а голова наполняется каким-то ликованием. Это было лучше первого раза. Это его первый раз с ней. Он отстраняется от её губ, начав целовать щёки, скулы, шею. И потихоньку начинает двигаться. Женские руки заботливо оглаживают его спину, прижимают к себе ближе. Герда сама поддаётся ему ближе, постепенно чувствуя полную наполненность и сжимающие член Ричи собственные тугие мышцы. Юноша в ответ на это действие шумно выдыхает прямо на её шею. Он дрожит, кусает губы. Кажется, настолько приятно ему не было никогда и ни с кем другим. Поняв суть ситуации, парень наконец начинает двигаться, краем уха слушая хлюпающие звуки. Гера выгибает спинку, прижимается, двигается сама, начинает целовать губы Ричи. Он отвечает, а движения тем временем становятся быстрее. Толчок за толчком, влажное хлюпанье, тихие шлепки тел друг о друга. Темп становится резче, жестче. – Подожди, - тихий шёпот, который вырывает Ричи из дымки собственного удовольствия. – Что такое? – Приподнимись чуть-чуть. Хочу посмотреть. Линд понимает всё с полуслова, и из-за этого уже хочется кончить. Он приподнимается, держит руками колени девушки, чуть приподнимая ее таз, и вновь начинает двигаться. Это было куда удобнее, чем в обычной мессионерской. К тому же, открывается прекрасный вид – теперь он видит не только Геру, которая любезно приподняла футболку, оголяя грудь, но и то, что происходило внизу. Когда парень заметил, что она тоже смотрит туда, по телу вновь пошли мурашки. Сильный толчок, затем ещё один, и ещё.. Уже жёсткие, резкие движения, и стоны возлюбленной, которая прикрывает рот рукой. Рука Ричи опускается вниз, и помимо собственных толчков, большим пальцем касается клитора Геры. Ласкает, дразнит, трахает. И она не выдерживает. Протяжный, но всё так же тихий стон, тяжёлое дыхание и трясущиеся женские ноги. Ричи не сбавляет темпа, усиливая первый, достигнутый вместе с ним женский оргазм. Впрочем, от такого зрелища и сам долго не сдерживается. Последние резкие толчки, рука возлюбленной на его члене, и сперма, залившая её живот. Салфетками, которые валялись где-то неподалёку всё любезно стирается, и наконец парень падает рядом.