Сбежать от себя

Темнота в это время года наступала еще довольно рано, ориентироваться в незнакомом городе, в крайне сомнительном районе среди подозрительных личностей было сложно и, откровенно говоря, страшновато. Хаск брел по узким улочкам и оглядывался по сторонам. Энджел не мог уйти слишком далеко за пять минут, на которые он отставал. Если, конечно, не завернул по пути в одно и злачных заведений, коих в округе было достаточно. — Эй, детка, работаешь? — услышал он хриплый мужской голос откуда-то из-за угла. — Извини, красавчик, не сегодня, — отозвался до боли знакомый мягкий голос. — А что так? Я что-то не вижу очередь, — хмыкнул потенциальный клиент. — Да ладно тебе, пошли развлечемся, я наброшу полтинник сверху. — Он же сказал, что не работает сегодня, — Хаск выступил из тени, вставая между Энджелом и высоким небритым мужиком с усталым лицом и глубокими тенями под глазами. — А ты кто еще такой? — спросил тот, недовольно скалясь. — Без очереди пролезть пытаешься? — Хаски, не надо, — Энджел положил холодную руку на плечо Хаска и придвинулся ближе. — Я здесь живу, не устраивай конфликтов. Он повернулся к «клиенту» и улыбнулся ему своей любимой фальшивой улыбкой, моментально превращаясь в картинку с экрана, так сильно отличающуюся от человека, который несколько часов назад кричал, что убьет себя. — Извини, Грэг, он уже заплатил за всю ночь. Мужик фыркнул, смерил Хаска долгим взглядом, развернулся и молча скрылся за углом плохо освещённого переулка. — Заплатил за всю ночь, значит? — в груди кольнуло что-то горькое и неприятное. — Не злись, Хаски, — Энджел подошел ближе и неловко погладил Хаска по плечу. — Так было проще всего от него избавиться. — Ты прав, — он вздохнул. — Но это не значит, что мне приятно слышать такие вещи. — Прости, — с какой-то обнаженной искренностью прошептал Энджел и почти упал в объятия Хаска, повисая на нем и утыкаясь лбом в плечо. Он был уставшим, изнуренным: последние недели явно сильно его подкосили. Скорее всего, кокаиновый кайф кончался, оставляя за собой только чувство разбитости и тревожность. Осторожно, лихорадочно пытаясь вспомнить, где именно находились отметины на спине партнера, Хаск обнял его, поддерживая. Он привалился к стене и погладил светлые растрепанные волосы. Говорить ничего не хотелось, да и сказать было нечего. Ситуация, мягко говоря, сложная, если не безнадежная: Хаск понятия не имел, что теперь делать. Даже если Молли согласится уехать из города на какое-то время, чем это им поможет? Можно было увезти Энджела и попытаться спрятать, но это был не выход: однажды Вэл найдет либо одного, либо другую, и последствия все равно будут катастрофическими. Хаск не верил в какого-то конкретного Бога, не ходил в церковь по воскресениям, как его родители, не держал священных книг под рукой. Но в данной ситуации, кажется, не оставалось ничего иного, кроме как просить высшие силы, если они существуют, помочь им. Или хотя бы подсказать, в каком направлении двигаться, чтобы полгода спустя Хаск не лил слезы над могилой того, кто исцелил его сердце после тяжелого предательства и снова научил любить. — Мы что-нибудь придумаем, детка, — прошептал Хаск, касаясь губами тонкой кожи на виске там, где пульсировала венка. Энджел был сейчас таким хрупким, его хотелось защищать, хотелось обнять и укрыть собой от всего дерьма в этом мире. Скорее всего он и сам тоже понимал, что пустые слова были всего лишь пустыми словами, которые воплотить в жизнь будет сложно, если вообще возможно. — Я правда не хочу умирать, Хаски, — всхлипнул он, прижимаясь ближе. Ему всегда нужен был физический контакт: это успокаивало его гораздо лучше всего остального. — Прости, что наговорил глупостей, я был не в себе. Шоколадные глаза, красные, воспаленные, полные боли и отчаяния, посмотрели на Хаска с мольбой. «Пожалуйста, скажи мне, что ты меня не бросишь, что ты найдешь способ», — читалось в них. В конце концов, последний вариант — сбежать от Вэла — окончился плохо, загнав его еще глубже в пучину отчаяния и зависимости. — Я очень хочу жить, я так устал от этой жизни, но я не хочу умирать. — Энджи, — Хаск запнулся. Молли была права, называть его так, было плохой идеей, он не был никаким Энджелом, он был потерянным и ищущим тихой гавани хоть где-то Энтони. — Нет, Тони. Послушай, ты не один. Ты и раньше был не один, у тебя была Молли, а теперь на твоей стороне еще больше людей. Обещаю, мы найдем способ вытащить тебя. Я найду способ вытащить тебя, даже если мне придется продать душу дьяволу. Услышав свое имя и такую страстную речь, Энджел снова вспыхнул и неловко захихикал. — Душу дьяволу — это уже слишком, Хаски. Я уже сделал это двенадцать лет назад: мне не понравилось. — Он помолчал. — Это Молли тебя научила называть меня по настоящему имени? — Научила, — Хмыкнул Хаск. — Категорически запретила звать тебя Энджелом. — Потому что оно пришло из порно? — И потому что связано с Вэлом. Тебе не нравится, когда я зову тебя Тони? — Хаск отстранился и внимательно посмотрел Энджелу в глаза. — Мне нравится. У тебя красивое имя, оно тебе подходит. На осунувшемся лице расцвела яркая улыбка. Не фальшивая и соблазнительная ухмылка Энджел Даста, а искренняя и мягкая — Энтони. — Я не возражаю. — Тихо, почти застенчиво сказал он, вызывая в груди Хаска волну нежности: не так уж часто приходилось видеть его настолько уязвимым. — Я представился Энджелом, когда приехал, потому что не хотел раскрывать настоящее имя. А потом приклеилось. — Знаешь, — задумчиво сказал Хаск. — Со мной приехали люди, которые тоже бы, наверняка, хотели звать тебя Тони. Почему-то он был уверен, что Чарли и Черри захотят поменять обращение, когда услышат, что Энджел вообще-то не против, чтобы использовали его настоящее имя. — Погоди, ты здесь не один? — романтичный настрой как рукой сняло, в шоколадных глазах отразился ужас. — Скажи мне, что ты не притащил с собой Черри. — И Чарли. — тяжело вздохнув, подтвердил Хаск и виновато потупился. Ему самому не нравилась идея, что он привез с собой тех, кто мог легко попасть под удар. Они обе, может быть, и были сильными и независимыми женщинами, но ответственность за них все равно была на Хаске: он был старшим, он был мужчиной и это именно его партнер оказался в беде. — И Чарли? — Энджел побледнел. — Ты с ума сошел! А если Вэл узнает? Я проговорился про тебя, но про них ничего не упоминал. Они были в безопасности. А теперь он может добраться и до девчонок. — У меня не было ни единого шанса отговорить Черри, она была настроена очень категорично. А Чарли притащилась в аэропорт с чемоданом и билетами. — он развел руками. — Лучшее, на чем мы сошлись: они не будут лезть Вэлу на глаза и в пекло. — Где они сейчас? — осторожно спросил Энджел, оглядываясь по сторонам. — На съемной квартире. Мы сняли одну на всех, решили, что так будет безопаснее и проще. — Хаск придвинулся ближе. — Кто-то из людей Вэла присматривает за тобой? Тот отрицательно покачал головой и горько усмехнулся. — Он сказал, если я сбегу — в следующий раз увидимся на похоронах Молли. Зачем ему платить кому-то, чтобы следить за мной после такого? Он знает, что я больше никуда не дернусь, я слишком дорожу сестрой. — Тогда… если мы к девочкам не притащим хвост, хочешь с ними увидеться? Энджел кивнул и достал телефон. Открыл окошко чата с Молли, начал что-то печтать, потом остановился и посмотрел на Хаска. Неуверенно пожевал губу и отвел взгляд. — Она все еще на меня злится. Будет еще пару дней дуться. Напиши, ей, пожалуйста, адрес, пусть тоже приходит. — Энджел неловко улыбнулся и похлопал себя по карманам. — Ключи остались на столике, кажется, она сможет закрыть квартиру. — А сам ты не можешь написать потому что?... — Хаск сложил руки на груди, даже не пытаясь достать свой телефон. Ему не очень хотелось лезть в разборки между братом и сестрой. Обычно в таких сценариях человек со стороны оставался крайним. — Мне неловко, что я сорвался на ней. Энджел и впрямь выглядел, как виноватый нашкодивший щенок. Он нервничал, переступал с ноги на ногу и покачивался из стороны в сторону. Хаск неожиданно вспомнил, что его партнер снова был на кокаине, а значит сейчас, когда действие наркотика закончилось, его, скорее всего, неплохо ломало и захлестывало негативнми эмоциями. — Хорошо, я напишу. — устало вздохнул он и все же потянулся за своим девайсом. — Но ты извинишься перед ней, когда она придет, договорились? — Да-да, конечно. Я не хотел с ней ругаться, она просто такая упрямая и, кажется, не понимает, на что способен Вэл. — Энджел поджал губы и вытащил из кармана пачку сигарет. — Я не знаю, что с ней делать и как ее защитить, когда она активно сопротивляется. Кроме как… остаться и работать на Вэла, пока совсем не кончусь. — Потерпи немного, детка, — Хаск быстро набрал сообщение и убрал телефон. — Мы договоримся с Молли и найдем способ избавиться от Вэла и всей его адской кухни. — Ого, у котенка есть коготки, — усмехнулся Энджел. — Ты правда думаешь, что сможешь не просто вытащить меня отсюда, но и попортить шкурку Вэлу? — Я не думаю, я так и сделаю. — зубасто ухмыльнулся Хаск и потянул партнера с в сторону входа на станцию метро. — Даже если мне придется пожертвовать всем. Этот мудак не имеет права на существование. — Ты такой секси, когда угрожаешь, Хаски. — мурлыкнул Энджел и пристроился рядом. — Там в вашей квартире хорошая звукоизоляция? — Тони, — с укором сказал Хаск, качая головой под мягкий смех любимого человека. За этот смех он и впрямь многое отдаст. *** — Энджел! — Энджи, ну ты и сучка! Уехал и ни слова мне не сказал! Девочки обступили только что вошедших со обеих сторон, Чарли моментально повисла на Энджеле. Тот неловко похлопал ее по лопаткам и осторожно, стараясь все же держать между ними небольшую дистанцию, обнял ее в ответ. — Эй, эй, у меня все в порядке, — сдавленно простонал он. Отметины на спине — неожиданно понял Хаск. Энджелу было больно, но он ни за что не расскажет об этом Чарли. Черри — может быть, та, как будто, без осуждения относилась к его карьере, а вот их солнечной детке, которую все оберегали от проблем мира сего, чтобы сохранить ее невинность — очень и очень вряд ли. — Девочки, найдите нам что-нибудь выпить, — пробурчал Хаск, осторожно отлепляя Чарли от своего партнера и отправляя ее на кухню. — Такой денек был, нужно горло промочить. — Мне тоже, — быстро подхватил Энджел, проходя в комнату и осматриваясь. — Хм, а неплохую квартирку вы подобрали. — Если ты думаешь, что сможешь так просто перевести тему и уйти от ответа, то даже не надейся. — Черри скрестила руки на груди и встала перед ним, перегораживая проход. — Знаешь, как я зла на тебя? Ладно, ты кинул его, — она ткнула пальцем в Хаска. — Но меня? Ничего не перепутал? — Что значит — ладно? — Хаск выглянул из-за спины Энджела насупившись. — С чего это меня можно кидать стало? — Ты бы так и сидел с бутылкой в руках у себя дома, разлагался, если бы не я, — фыркнула и закатила глаза Черри. — Эй, я просто не знал!.. — Давайте не будем ссориться, — миролюбиво сказал Энджел, руками разводя их в разные стороны от себя. — Мы все здесь, и это самое важное. Он повернулся к Черри и виновато улыбнулся. — Извини, ладно? Я сорвался, надеялся, что снежок немного уймет мою тревожку, а он сделал хуже. Я вообще плохо помню ту ночь, меня штормило так: спасибо, что долетел до Нью-Йорка. — А потом? — потребовала Черри. — А потом… — Энджел повернулся к Хаску и посмотрел на него беспомощным взглядом. Они оба знали, что потом Вэл пригрозил расправой над Молли, и загнанный в угол, накачанный наркотой Энджел придумал просто не связываться с ними, потому что так было лучше по его мнению. Стоило ли это рассказывать Черри и Чарли? Это было решать не Хаску, поэтому он пожал плечами и кивнул головой: если хочешь, пусть знают, они в конце концов прилетели за тобой на другой конец страны, бросив все свои дела. — …потом я посчитал, что от меня одни проблемы, и вам это нафиг не надо. — А нас ты спросить не забыл, надо или не надо нам? — фыркнула Черри и хлопнула его по плечу. — Прощаю в этот раз, но так и знай — в следующий раз я твою упоротую задницу вытащу прям с работы, если надо, и отпинаю. — Страшно-страшно, — засмеялся Энджел и поднял руки в примирительном жесте. — Понял, принял к сведению, дрожу от ужаса. Чарли вернулась с четырьмя бутылками пива и пачкой чипсов. — Промочить горло, как и заказывали, — отрапортовала она и поставила все это дело на журнальный столик. — С каких это пор ты пьешь? — с подозрением спросил Энджел, пересчитывая бутылки. — Ну, мы же празднуем наше… воссоединение, — хмыкнула она и смело прокрутила крышку и с такой же бравадой сделала глоток. — Фу, какая горечь. Как вы это пьете? Все присутствующие в комнате заулыбались. Она хотя бы попыталась, стоило отдать ей должное. В конце концов, никто же всерьез не ожидал, что Чарли неожиданно понравится. — Вот так бесславно закончился твой путь алкоголика, — хмыкнул Энджел и откупорил свою бутылку. — Успех был так близко, но помешал дерьмовый вкус пива. Чарли надула губы и собралась возмутиться, но ее прервал стук в дверь. Шоколадные глаза метнулись к ней испуганно, а потом уставились на Хаска с полным мольбы взглядом. — Я открою, — кивнул он в ответ на невысказанную просьбу и поднялся с кресла. — Это сестра Энджела, она немного отстала по пути. — Ооо, мы познакомимся с твоей двойняшкой! — радостной соскочила с места Чарли и побежала за Хаском. — Черри про нее рассказывала, они же наверняка похожи, она, наверное, ужасно красивая! — Сейчас все сама увидишь, — вздохнул Хаск неуемному энтузиазму подруги и открыл дверь. — Я так и знала, что красивая! — воскликнула она, как только дверь открылась и бросилась пожимать руку новоприбывшей гостье. — Привет, я — Чарли! А ты — Молли, да? Мне про тебя рассказывали, ууу, как ты похожа на Энджела, просто невероятно! И такая же высокая! Класс! Тебе даже каблуки не нужны, ты и без них, как модель выглядишь! Ошарашенная Молли хлопала глазами и растерянно трясла протянутую ладонь. — Привет, Чарли… я же… по правильному адресу пришла? Сзади них раздался тихий смешок, и в дверном проеме, ведущем в гостиную, появился Энджел. — По правильному, Молс. Это моя… начальница, я тебе про нее рассказывал. — О, так ты хозяйка бара, в котором Тони работал. — наконец, заулыбалась она. — Приятно увидеть лично того, кто дал моему непутевому брату возможность петь. Он всегда об этом мечтал. — Он ужасно талантливый, — быстро кивнула Чарли, не смущенная тем, что Молли называла Энджела настоящим именем. — Я надеюсь, он еще попоет у меня на сцене, когда мы вернемся. В комнате повисла напряженная тишина. Молли и Энджел переглянулись и синхронно нахмурились. — Конечно, попоет, — быстро среагировал Хаск и, положив руку на плечо Чарли, повел ее в гостиную. — Как только разберемся с его делами здесь, вернемся в Вегас и первым делом устроим ему выступление в «Хазбине». А пока что давай-ка добудем выпить Молли и подождем их здесь. Чарли с тревогой посмотрела в сторону коридора. — У них все в порядке? — Все отлично, им просто нужно перекинуться парой слов, а после они оба присоединятся к нам. — кивнул Хаск и уселся назад в свое кресло. Черри окинула их обоих цепким взглядом. — Это как-то связано с твоим звонком днем? Хаск вздохнул и устало потер переносицу. — Угу, он сам потом расскажет, если посчитает нужным. Он был… немного не в себе сегодня. Обе двушки с пониманием кивнули, и в комнате воцарилась тишина. — Боюсь, мне придется задержаться здесь на неопределенное время, — наконец, тихо сказал Хаск, переваривая все произошедшее. — Все оказалось немного сложнее, чем я думал, и… я, конечно же, остаюсь с ним до конца. Вы можете возвращаться в Вегас, вам обеим нужно работать и жить свою жизнь. — Я останусь, — твердо сказала Чарли. — Он выглядит утомленным, ему явно несладко живется здесь. Я хочу помочь. — Ты — группа поддержки, не забыла? — сурово напомнил Хаск. — Даже если я всего лишь группа поддержки, это тоже чего-то стоит. Поддержка — это важно, — надулась Чарли. — Конечно, важно, главное, не лезь в опасность. — Я бы тоже хотела остаться на какое-то время, — задумчиво протянула Черри. — Я не могу себе позволить слишком долгий отпуск брать, счета сами себя не оплатят, но я согласна с Чарли. Мы нужны ему сейчас, как никогда. — Я дам тебе оплачиваемый отпуск. Оставайся столько, сколько нужно, — с убеждением сказала Чарли. — Оо, ну тогда я точно остаюсь, — заулыбалась та и показала два больших пальца. — Запасаемся помпонами, да? Хаск улыбнулся, ему было приятно знать, что Энджел нашел себе таких замечательных друзей за последний год. Тех, кто несмотря на безнадежность, оставался на его стороне, и был готов поддерживать даже в самых сложных жизненных ситуациях. Дверь в коридоре хлопнула, и двойняшки, очаровательно шагая в ногу, бодро вошли в комнату. — Помирились? — хмыкнул Хаск. — Еще бы! Мы же семья, нас ничто не разлучит, — пафосно сказал Энджел и приобнял Молли за плечи. Та хихикнула и положила голову ему на плечо. — Но я никуда не уезжаю, — она игриво ткнула брата в бок. — Потому что я всегда права. — Мы еще обсудим это, я не согласился, — упрямо отозвался он и закатил глаза. — Но не сегодня. Давай не будем портить остаток дня и просто… расслабимся. — Угу, достаточно драмы, я солидарен. — Хаск протянул Энджелу бутылку, из которой тот успел сделать глоток, прежде чем пришла Молли. — Ладно-ладно, оставим драму на завтра, — легко согласилась Молли и почему-то взглянула на Хаска. Она что-то пыталась ему показать то ли жестами, то ли взглядом, но он никак не мог взять в толк, что она пыталась сделать. Чарли принесла бутылку для Молли, они расселись по всем доступным поверхностям, Энджел нырнул в объятия к Хаску и беззаботно начал чирикать о том, как он провел последние недели в Нью-Йорке. Не касаясь работы. Скорее всего, половина того, о чем он говорил, никогда не случилась, ему просто хотелось притвориться, что у него все хорошо. Никто не мог его за это осудить, поэтому активно поддерживали его треп. *** — Я уж думала, мне не удастся поймать тебя без компании сегодня, — Молли вышла на балкон и закрыла за собой дверь. — Я пыталась показать тебе, что нам нужно поговорить, но, видимо, недостаточно очевидно. — Нет, недостаточно, — хмыкнул Хаск затягиваясь и доставая пачку, чтобы предложить сигарету Молли. — Я думал, что у тебя конвульсии, и нам придется везти тебя в больничку. — Ха-ха, очень смешно, — фыркнула она и покачала головой, вытаскивая свою упаковку. — У меня с ментолом. — Ммм, такой же рак легких, но с приятным мятным вкусом? — Знаешь, Тони рассказывал, что ты умный, но я понятия не имела, что ты умник, — легко парировала она, закуривая и облокачиваясь на перила. — Оу, а я вот вижу, что вы с Тони брат и сестра. Кусаетесь с одинаковым сарказмом. — хмыкнул Хаск. — Так о чем ты хотела поговорить? Молли замолчала и посмотрела в ночную даль светящегося и мерцающего Нью-Йорка. Позади них за стеклом слышался смех и три немного нетрезвых, но очень счастливых голоса. Если забыть о том, что завтра Энджелу придется снова вернуться в студию и лечь под каких-то мужиков на камеру, можно было подумать, что у них все хорошо, все по-старому. — Насколько сильно ты хочешь его вытащить? — наконец, спросила его собеседница, так тихо, что ему пришлось приложить усилия, чтобы понять, что она сказала. — Очень сильно, — отозвался он без тени сомнений. — У тебя есть идеи, как это можно сделать? — Может и есть, — кивнула Молли и стряхнула пепел в темноту под балконом. — Вот только для этого придется по уши влезть в такое дерьмо, в какое мало кто захочет. Поэтому я и спрашиваю, насколько сильно ты хочешь избавиться от Вэла до того, как он угробит моего брата? — Я пообещал ему, что, если придется, душу дьяволу продам, но он будет жить. — криво усмехнулся Хаск. — И прежде, чем ты расскажешь мне, о том, в какое дерьмо ты меня толкаешь, ответь на два вопроса. Почему ты сама этого не сделала, и почему не сделала этого раньше? Молли внимательно вгляделась ему в глаза. — Посмотри на меня, — хмыкнула она. — Я, может быть, и выросла в семье мафиози, но меня никогда к бизнесу близко не подпускали. И тем более, не дали бы влезть в такую авантюру. Не ради Тони. — И это тебя остановило? — Меня остановило, что мой отец не менее беспощадный, чем Вэл, поэтому если бы полезла не в свое дело, электроника в моей машине «засбоила» бы раньше. — ее взгляд потемнел, она горько поджала губы. — Не думай, что мы ему важнее его репутации и денег. — Хах, я думал, что у тебя хорошие отношения с семьей. В отличие от Тони, — удивленно и задумчиво сказал Хаск. — Я никогда с ними не ссорилась открыто, но это не значит, что я им доверяю и могу слепо на них полагаться. Я уже не маленькая наивная девочка, я понимаю, что хорошо, а что плохо. — В таком случае, получается, если не я, то Тони можно уже сейчас начинать организовывать похороны, — Хаск прицельным щелчком отправил бычок в пепельницу. — Ну и юмор у тебя, — сморщилась Молли. — Но в целом, получается, что ты прав. Если не ты, то у него одна дорога: передоз и ад. — Тогда выкладывай, — Хаск повернулся спиной к перилам и взглянул в комнату за стеклом. Энджел поймал его взгляд и махнул рукой, показывая веер карт в руке. Они втроем играли в какую-то настольную игру, которую нашли на полке в квартире и, кажется, развлекались по полной программе. Если Хаск помнил правила, то Энджел беспощадно проигрывал. Но улыбался так, как будто, сорвал джекпот, и это было самым главным. — Я должен знать, на какой ад подписываюсь я, — он показал партнеру большие пальцы и повернулся к Молли, готовясь слушать.