Worthless Necessary

Положительные эмоции — это всего лишь наркотик, к которому люди привыкают. И когда это чувство уходит, они жаждут его, желая этого все больше и больше, пока не сломаются и не поддадутся этому побуждению. Они сделают все, чтобы снова почувствовать это, даже если им придется прибегнуть к эгоистичным средствам, чтобы получить желаемое. Люди причиняют другим боль, чтобы чувствовать себя счастливыми. Люди убивают других, чтобы чувствовать себя счастливыми. Другим приходится страдать ради удовольствия одного человека. Стоит ли оно того? Нет. С каждой смертью, с каждым убийством они будут терять частичку себя, пока от них не останется ничего, что можно было бы спасти. По большому счету эмоции ничего не стоят. Смеетесь ли вы или плачете, никого не волнует. Никто не будет беспокоить вас, если у вас нет того, что им нужно. Затем они будут скапливаться вокруг, вести себя хорошо, притворяться вашими друзьями, пока не получат то, что хотят, прежде чем они закопаются в ваш труп, как стервятники. Дружба — это отношения, с которыми связано много негативных эмоций. Все, что вам остается, это ждать возможного предательства, но разве это предательство, если вы оба согласны с этим, если вы оба согласны с тем, что один человек не заслуживает ничего: ни дружбы, ни дружеских отношений, вообще ничего? В этом мире нельзя ни на кого положиться. Доверьтесь не тому человеку, и он придет и нанесет вам удар в спину, в прямом или переносном смысле. Эмоции только сдерживают вас. Гнев затуманивает ваши мысли и заставляет принимать поспешные решения. Грусть мешает вам делать что-либо продуктивное, и вы теряете время, погрязая в жалости к себе. Счастье делает человека слепым к тому, что происходит вокруг него, делая его самодовольным, и позволяет ему попадать в очевидные ловушки прямо перед ним. Объедините их вместе, и все, что вас ждет, — это неминуемая боль и ужас, что вы совершили такую ошибку, ведь люди, которых вы когда-то считали друзьями, — это те, кто причиняет вам боль, ибо на самом деле — о вас никто не заботится. . На этой планете так много людей. Так много людей с проблемами хуже, чем у вас. Почему люди должны тратить на вас свое время? Они не должны этого делать. Они делают это только тогда, когда есть что-то, что им выгодно. Они делают это не для вас, они делают это для себя. Люди — эгоистичные существа, и все, о чем они думают, — это они сами. Они хотят чувствовать себя хорошо, они хотят быть счастливыми. Для них оправдано переступать через других, если это делает их счастливыми, в крайних случаях убийство других делает их счастливыми. Но есть предел. Люди подобны стеклу. Вы можете их ранить, сломать, заставить треснуть. Но как только они разобьются, как бы вы ни старались, их уже невозможно восстановить. Даже если вы найдете каждый осколок стекла и соберете все кусочки обратно в нужное место, все слабые места все равно останутся на месте. Слабости, которые могут быть использованы другими ради личной выгоды. Слабости, которые все равно ранят, несмотря ни на что. Это травма, которая не причиняет физической боли. Травма, которую невозможно полностью вылечить. Оно задерживается глубоко на дне их сознания и поражает, когда они меньше всего об этом подозревают. Когда они думают, что с этим покончено. Когда они думают, что на них это больше не влияет. Это слабость, которая всегда будет там. Это ответственность. Эмоции — это ответственность. Важна способность отталкивать эмоции, не позволять им влиять на вас, когда вы что-то делаете. Умение не полагаться на других, что бы вы ни делали, очень важно. Люди не будут помогать вам по доброте сердца. Они предложат свою помощь только в том случае, если вы можете предложить что-то взамен. Даже герои. Большинство героев выбирают свою профессию ради славы и денег. Они не решают помогать людям потому, что хотят этого, они делают это для того, чтобы стать более известными и, как следствие, получить более высокий доход. Не в человеческой природе отдавать, не беря. Люди эгоистичны, и если бы они могли, они бы продолжали брать все больше и больше, пока им нечего было брать. И после этого они все еще не удовлетворены. Люди жадны, они никогда не довольны тем, что имеют. Они просто хотят все больше и больше, даже того, чего не существует. Их жадность и желание подпитывают их, а их сильная эмоциональная потребность и желание подобных вещей приводит к абсолютному идиотизму. Пил ртуть в попытке достичь бессмертия. Убийство миллионов невинных, предполагая, что о них и дальше будут заботиться в загробной жизни. Убийство ради территории и богатства. В конце концов, жадность и желания человечества только вредят людям. Одно дело, если они поранятся. Другое дело, если другие люди страдают по совершенно эгоистичным причинам, которые ничего не значат. Смерть — нормальная часть жизни. Однако люди презирают это просто потому, что не ценят то, что имеют. Жизнь — это не то, чего заслуживает каждый, это дар, который можно отнять в любой момент. Люди, которые думают, что заслуживают жить вечно, не понимают, что жизнь причиняет гораздо больше боли, чем смерть. Они видят, как умирают все, кто им дорог, но не могут сделать это, чтобы присоединиться к ним. Они будут жить со всеми своими сожалениями, зная, что выбрали страдания. В конце концов, все потеряет свой смысл, и к тому времени они захотят, чтобы их не было в живых, чтобы стать свидетелями этого. И если их не волнует то, что они потеряли, если их не волнует, что умерли близкие им люди, заслуживают ли они вообще жизни? Воздействие эмоций разрушает жизни, как других людей, так и их собственную. Создание отношений с другими просто создает больше возможностей для того, чтобы они могли ускользнуть от своих эмоций, позволить им действовать в соответствии со своими эмоциями. Люди утверждают, что они необходимы для выживания человечества, что это основные черты, которые отличают их от животных, что делает их выше животных. Но они не лучше зверей, которых они называют безмозглыми и кровожадными, злобными и дикими. Животные заботятся друг о друге. Они убивают только ради еды и выживания. Люди этого не делают. Они убивают ради развлечения, ради спорта, просто потому, что это заставляет их почувствовать что-то, чего они раньше не могли или никогда не чувствовали. Люди ни в коей мере не выше животных и никогда не будут ими. Они позволяют своим эмоциям взять верх, позволяют себе контролировать себя и делают глупости. И потом, они не винят себя за это. Они обвиняют других. Они никогда не признают свою неправоту. Они всегда думают, что они правы, что их действия оправданы, даже если это не так. Людей трудно понять. Они активно пытаются саботировать других себе подобных без каких-либо причин. Они делают вещи, которые причиняют вред другим и самим себе одновременно. Зачем нам намеренно делать что-то, что причиняет нам вред?

***

Ишияма тупо уставился на Незу, пока животное дочитало эссе до конца и отложило его. Мидория, похоже, даже не закончил свое эссе, прежде чем время истекло. — Я думаю, ему нужна помощь. Он думает, что эмоции и дружба — это бремя, и они могут только навредить ему. Это вредно для здоровья, — сказал Ишияма. — Я знаю это, — Незу вздохнул,— Но, учитывая, как он это пишет, это не появилось из ниоткуда. Для него это оправдано. Это не то, что можно исправить парой консультаций с Гончим псом. Каяма ворвалась в учительскую вместе с Ямадой, жалуясь на какой-то фиолетовый виноград или что-то в этом роде, прежде чем они заметили Незу, сидящего на стуле Ишиямы, а пользователь цементной причуды стоял позади него, заглядывая через его плечо. — Есть вероятность, что он просто был в плохом настроении или кто-то его расстроил, — сказал Незу. — Кто? — спросил Ямада. — Мидория, — ответил Ишияма. — О. Бедный ребенок. Остальные в 1-С издевались над ним в первый день. Я сказал им, что мы не терпим дискриминации по причудам, но я почти уверен, что это происходит всякий раз, когда нас там нет, — Ямада вздохнул, — Кажется, его это не волновало, либо потому, что он скрывает это, либо потому, что он привык к тому, что над ним постоянно насмехаются, и ни одна из этих возможностей не полезна для его психического здоровья. Каяма нахмурилась, — Он сегодня был очень тихим, но он приличный ребенок, — Она посмотрела на бумаги в лапе Незу, — Это то банальное эссе, которое Цементосс заставляет всех писать в начале года? — Эй, это не банально. Ну, вроде как, но это также помогает оценить их психическое состояние и выяснить, кому может понадобиться консультация, — Ишияма запротестовал, — Кроме того, это полезно. Мидории нужна помощь, и лучше раньше, чем позже. Каяма протянула руку, — Он милый ребенок. Хотя очень тихий. Дай мне посмотреть эссе. Ишияма пожал плечами, когда Незу передал ей эссе, — Предупреждаю, здесь довольно мрачно. — Это не может быть так плохо, — Каяма взяла эссе у Незу, посмотрела на него и почти сразу побледнела. Она даже не дочитала первый абзац. — Ты прав. Это действительно мрачно. Незу постучал лапой по подбородку. - Я занят на этой неделе, но у меня должно быть время увидеть его на следующей неделе. В следующий раз, когда вы его увидите, скажите ему пойти к Гончему псу. Или, если у него есть время для уроков, позвольте ему поговорить с ним, — Незу сказал, — Если он не сможет разобраться с Мидорией, я поговорю с ним сам.

***

Эктоплазм уставился на бумагу в своих руках. Он начал с того, что устроил детям викторину и не ожидал, что получит контрольную работу через тридцать минут, когда весь тест должен был занять полтора часа. Он просмотрел бумагу. Незу сказал, что Мидория получил много кредитов в колледже, но даже в этом случае он не ожидал, что ребенок закончит их так быстро. Все его ответы тоже выглядели правильными, и ему не очень хотелось, чтобы Мидория тратил час на уроках, сидя там, как статуя. Эктоплазм подошел к столу Мидории и сказал, — Хорошо, Цементосс считает, что тебе следует поговорить с Гончим Псом. Ты должен знать, где его офис, он наверху. Я скажу ему, что ты поговоришь с ним. Мидория тупо моргнул, и у Эктоплазма появилось чувство беспокойства, когда он снова посмотрел в пустоту глаз мальчика. Почему он был таким невыразительным?!

***

— Как это было? — спросил Незу, печатая на своем ноутбуке в учительской. Обычно он любил работать в своем кабинете, но временами он предпочитал компанию, и просто так втиснуться в его кабинет все герои не могли. Сказать, что Инуи выглядел слегка травмированным, было бы преуменьшением. — Ужасно, — Инуи признался, — Он не сказал ни единого слова. Он все время просто смотрел на меня с таким пустым выражением лица, и, о боги… — Ты задавал ему вопросы? — спросила Каяма. В тот день у нее также был урок с ним, и Мидория весь день молчал. Она клялась, что он жестикулировал самому себе, но в остальном он был совершенно спокоен. — Я так и сделал. Я спросил его, в порядке ли он, и если он не хочет отвечать ни на какие вопросы, то у него так же не было реакции. Ненавижу это говорить, но это нервирует. Его глаза выглядели совершенно пустыми, будто там не было ничего, кроме пустоты. Незу нахмурился и открыл программу для просмотра камер наблюдения. Они нашли Мидорию спящим за своим столом. — Он не ест? — спросила Каяма, — Хотя он такой худой. Незу вздохнул, и его взгляд метнулся к фотокопии эссе, находившейся в его папке. — Я поговорю с ним на следующей неделе. Всемогущий, ты ведь сегодня увидишься с Цукаучи, верно? Ты можешь сказать ему, что я отменяю встречу с ним за обедом в понедельник? Яги кивнул. — Ненавижу это говорить, но, возможно, это безнадежное дело. Незу повернулся к Инуи так быстро, что чуть не получил удар хлыстом. — Прошу прощения? — Я просто предупреждаю вас, директор. Мы не сможем ему помочь, если он не хочет помощи, — Инуи почесал затылок, — Может быть, нам стоит пригласить его к психологу или терапевту. — Если он не желает разговаривать с человеком, который является частью школы, почему вы думаете, что он будет говорить с совершенно незнакомым человеком? — Незу поднял бровь, — Он заявил, что не может понимать людей. Может быть, он просто застенчив или ему некомфортно. Первая неделя в школе прошла относительно быстро, и Мидория снова оказался в утешительном присутствии героя-зоозащитника, сидящего на диване в его кабинете напротив Незу. Однако он все еще чувствовал себя неловко. Он предпочитал носить капюшон. — Ну и как у тебя дела в UA? Мидория не знал, что ответить. UA было неплохим местом, но сверстники любили издеваться над ним за спиной учителей. В первый день он пошел в столовую за водой и слышал вокруг себя шепот, постоянно всплывавшие упоминания о «жутких», «безэмоциональных» и «зеленых». Была причина, по которой он предпочитал подремать в классе, где Рэйко спала у него на коленях, вне поля зрения камер наблюдения. — Все было… хорошо, — Мидория сказал, — Хотя программа… слишком проста… Незу промурлыкал, — Хм. Ты прошел много онлайн-курсов в колледже, так что неудивительно, что у тебя нет проблем. Я поработаю с учителями, чтобы что-нибудь придумать для тебя. Он увидел, как глаза Мидории слегка расширились, — Правда? Ты бы… сделал это? Почему он выглядел таким удивленным? Незу записал это в свой мысленный файл «Что следует отметить о Мидории» и ответил, — Да. Я считаю, что Эктоплазм и Сущий Мик захотят вашей помощи с некоторыми вещами, поскольку вы почти без труда справились с их поп-викторинами. Остальная часть часа пролетела относительно быстро, и вскоре Мидории пришлось вернуться к урокам и пойти на занятия. Незу просто невозмутимо смотрел на всех героев, которые подслушивали, прячась за дверью, как идиоты, когда Мидория выходил из учительской. — Вы же знаете, что моя комната звуконепроницаема? Каяма нервно рассмеялась, — Да… как все прошло? — Ты уверен, что он вообще не говорит? — Незу нахмурился, — У нас был приятный разговор. Ему было немного неловко с выбором слов, но он все же заговорил. — Я знал это — ПОДОЖДИТЕ ЧТО?! — Ямада чуть бы не вскрикнул, если бы Айзава вовремя не активировал свою причуду, — Единственный раз, когда я слышал, как он говорил, это его представление в первый день в школе! — Я никогда раньше не слышала, чтобы он произнес хоть одно слово, — Каяма вздохнула, — В последний раз, когда я пыталась подойти к нему, мальчик, сидевший перед ним, просто обернулся и продолжал издеваться над ним. Он не упомянул о своем беспричудном статусе, поэтому мне не нравится, садить его под стражу за причудливую дискриминацию, но я бы не хотела отвечать на вопрос, если бы люди делали это постоянно, такое происходит в ваших классах? Эктоплазм кивнул, — Это случалось много раз. За исключением того, что он может отвечать на вопросы, так как ему просто нужно написать все это на доске. Мне неловко часто звать его к доске, но он единственный, кто действительно знает свое дело в классе... — Однако это беспокоит. Каждый раз, когда я прошу ученика пройтись по классу, чтобы собрать домашнее задание или рабочие листы, он просто отказывается отдать свой рабочий лист ребенку. Он просто подходит ко мне, кладет его на мой стол и возвращается, не говоря ни слова. Похоже, он не верит, что другие ученики ничего не сделают с его работой, — Снайп вздохнул. — Значит, он выборочно немой? Ямада подтвердил, — Потому что в этом случае нам придется что-то придумать для устных оценок. — Я не думаю, что это так просто. Незу ответил, — Но, по крайней мере, он готов поговорить. Я постараюсь это выяснить.