Worthless Necessary

Воцарилась тишина, пока ученики переваривали слова учителя 1-B класса, а затем все разинули рты. Монома был удивлен, но не так сильно, как его сверстники: Мидория уже сказал ему во время спортивного фестиваля, что следил за ними, но разве пять страниц заметок на человека не слишком экстремально?! Как он вообще смог получить столько информации?! Айзава почесал затылок, прежде чем проворчать, — Проблемный ребенок. Мне действительно не следует этому удивляться… Снайп все еще не закончил проверять то эссе в сорок страниц, которое ты сдал несколько недель назад обо мне, и то другое с тридцатью пятью, которое ты написал о динамике Мика, и я даже знать не хочу, что тебе удалось разобраться во всех внутренних механизмах оборудования Мика. Снайп все еще пытается убедить Погрузчика дать ему чертежи. Эссе получилось таким длинным, потому что треть его состояла практически из набросков, диаграмм и математических расчетов, и хотя предполагалось, что это будет просто эссе, оно все равно было актуальным и точным. Айзава пролистал еще несколько страниц, прежде чем вздохнуть, — Но должен сказать, что это экономит кучу времени. Мы точно знаем, над чем им следует работать. Вы не против, если я сделаю копию и отдам классу? Мидория моргнул в замешательстве. Подождите… он имел в виду, что я поступил хорошо? Мидория не знал, что ответить, и тупо пожал плечами. Если Айзава хотел, чтобы класс увидел, Мидория не мог быть в восторге. Пока Айзава не передавал это злодеям, Мидория был совершенно согласен. Хотя, вероятно, он не получит обратно свою тетрадь. Он никогда ничего не получал обратно от учителей, когда они «конфисковывали» его вещи, кроме контрольных и экзаменационных работ. — Ладно. Теперь все вы идите и найдите место для практики. Поодиночке или парами, мне все равно, только не шумите слишком сильно. Мы с Владом придем и скажем вам, над чем работать, — Айзава приказал, — Мидория, ты можешь делать все, что хочешь, только будь осторожен, хорошо? Могут быть случайные атаки. Мидория кивнул в знак признательности, прежде чем отступить в сторону, внимательно осматривая окрестности, пока ученики расходились, чтобы найти свободное место.

***

Обучение шло довольно гладко. Мидория наблюдал за всеми учениками, пока они практиковали свои причуды, мысленно записывая все: от силы их причуд до их форм. Форма Бакуго хороша, но ему следует сконцентрировать силу своих взрывов. Тодороки тоже, но его форма полный отстой, и он не знает, как сражаться без своей причуды. Форма Шинсо в порядке, не так уж плоха, но ей нужны некоторые корректировки. Форма Оджиро хороша, Иида ускоряется не вовремя, а форме Урараки тоже нужны некоторые корректировки. Он повернулся туда, где должна была быть Хагакурэ, и подавил желание сделать фейспалм. Форма Хагакурэ была просто ужасной, хотя, если честно, никто не мог ее как следует рассмотреть и исправить ее форму, тем более, что она была практически голой. Какой идиот не сделал ей костюм?! А неспособность сделать невидимый костюм была просто чушью: тот третьекурсник, Лемиллион, заказал костюм, сделанный на основе его волос, чтобы он не оказался голым. Ему нужно было подойти поближе, чтобы лучше понять, как исправить ее форму, но она даже не указывала пальцами ног в правильном направлении: Мидория мог сказать это, по крайней мере, по спортивному фестивалю. Он собирался подойти поближе, чтобы рассмотреть получше, как вдруг что-то привлекло его внимание. Фиолетовый липкий мальчик медленно подкрадывался к Яойорозу. Все они были одеты в свои геройские костюмы, а геройский костюм Яойорозу был настолько откровенным, что было отвратительно думать, что его на самом деле сшили взрослые люди, которые считали, что для нее нормально иметь больше открытой кожи, чем закрытой. Минета медленно подкрадывался к ней, но Яойорозу была так поглощена попытками создать более легкие и прочные предметы, что даже не замечала, что делает извращенец. Мидория решил сначала сосредоточиться на этой проблеме. Хагакурэ может подождать. С этим нужно было разобраться сейчас. Мидория направился к Минете, и ни мальчик с фиолетовыми волосами, ни пользователь причуды Созидания не заметили его присутствия.

***

Минета подкрался ближе. Никто его не заметил: учителя были заняты другими учениками, а все остальные были заняты работой над своими причудами. Единственными людьми, которые были рядом с ним, были Яойорозу и Шоджи. Ему просто нужно было подойти немного ближе и… Внезапно из ниоткуда вырвалось давление, заморозив всех, кто находился поблизости, на месте. Он не мог дышать. Он чувствовал, как воздух силой выталкивается из его легких. И Минета медленно повернулся, чтобы найти источник ужасающей ауры, дрожа от страха. Он обнаружил холодные зеленые глаза, смотрящие на него, угрожающе мерцающие из теней. Воздух вокруг него, казалось, потемнел, волосы Мидории отбрасывали тень на его глаза, в которых можно было заметить пустоту небытия. Его жуткие зеленые зрачки были прищурены и устремлены прямо на него. Мидория выглядел так, будто хотел разорвать его на части. И каким-то образом Минета понял, что он двигается только потому, что ему это разрешено. Он мог только беспомощно поднять глаза на зеленоволосого мальчика, который смотрел на него сверху вниз, и в его глазах горело безмолвное пламя ярости. Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо… Мидории даже не нужно было ничего говорить. То, что он хотел сказать, было очевидно, его намерения легко понимал любой, у кого была хотя бы одна-единственная мозговая клетка: «Оставь ее в покое» И, как показалось, прошла целая вечность, прежде чем Мидория наконец ослабил давление, и Минета тут же упал на задницу, полностью ошеломленный и оглушенный. Что это было?! Кто этот монстр?! Мидория сделал шаг вперед, и Минета поспешно вскочил и спрятался за Шоджи, вытряхивая более высокого мужчину из его ступора. Он не был где-то рядом с Мидорией, и он даже не был целью Мидории, а давление, которое он мог оказать, уже грозило задушить его, парализовав, не давая ему сдвинуться ни на дюйм. Яойорозу тоже почувствовала давление, приковывающее ее к месту, и как только оно утихло, она обернулась, пытаясь понять, что происходит. — В чем твоя проблема?! — кротко заскулил Минета из-за спины Шоджи, но еще один взгляд Мидории заставил маленького беспомощного мальчика съежиться и пробормотать, — Прости, я больше так не буду, я обещаю, пожалуйста, не убивай меня, я обещаю, я больше так не буду! Я обещаю! Мне очень жаль! Мидория зарычал, целую минуту пристально глядя на Минету, а затем направился к Хагакурэ. Лучше бы фиолетовый карлик усвоил урок. Если бы он этого не сделал… — Э-э… что случилось?.. — спросила Яойорозу, совершенно сбитая с толку. — Он пытался дотронуться до тебя, пока ты сконцентрировалась на задании, — заметила Джиро, — я собиралась снова ударить его в глаз, но Мидория подошёл и опередил меня. — Ох… — пробормотала Яойорозу, осматривая окрестности. Она находилась между Джиро и Шоджи, и между тем местом, где они тренировались, и тем местом, где изначально стоял Мидория, было довольно большое расстояние. То, как ему удалось поймать Минету на месте преступления с такого расстояния, было удивительно. — Я думаю… это больше не будет большой проблемой… — рассмеялась Джиро, кивнув Минете. Яойорозу повернулась лицом к фиолетововолосому парню, но обнаружила, что он слишком напуган, чтобы даже смотреть ей в глаза, и вместо этого предпочел спрятаться за Шоджи.

***

— Ладно, вы все свободны. Мидория, прежде чем ты вернёшься в лазарет… могу я поговорить с тобой? Мидория взглянул на Айзаву и остался на месте, не сдвинувшись ни на дюйм. В последний раз, когда он ерзал рядом с учителем, тот заставил его целый месяц мыть дно парт в своем классе. Дно парт было достаточно грязным, с заплесневелыми фантиками от конфет и жевательной резинкой, прилипшей повсюду, но когда его одноклассники пронюхали о его наказании, они начали оставлять всякие гадости и письма, чтобы Мидория увидел и убрал. Он не горел желанием идти делать это снова. Айзава терпеливо подождал, пока Кан проводил всех учеников обратно в классы, прежде чем повернуться лицом к зеленоволосому мальчику. — Мидория… Я знаю, что ты нам не доверяешь. Ни мне, ни Владу, ни Исцеляющей Девочке… черт, я почти уверен, что ты все еще не доверяешь Ииде, или Урараке, или даже Шинсо. Мне нужно сказать несколько вещей, ты выслушаешь? Я хотел бы попросить об одной вещи, — начал Айзава. Мидория просто тупо посмотрел на Айзаву и внутренне вздохнул. Конечно, его учитель чего-то от него хотел. Он не был уверен, к чему клонит этот разговор, и он был почти уверен, что его начал не один из трех упомянутых Айзавой учеников; они все выглядели одинаково сбитыми с толку, когда Айзава позвал его остаться на некоторое время. Его пустой, отсутствующий взгляд не изменился, но Айзава решил, что Мидория слушает, и продолжил. — Можешь ли ты дать нам шанс? Мидория в замешательстве посмотрел на своего учителя. Дать шанс? Для чего? — Я знаю, что ты через многое прошел, Мидория, и я не ожидаю, что ты будешь доверять кому-либо из нас в ближайшее время, — Айзава продолжил, стараясь тщательно подбирать слова, чтобы не напугать травмированного ребенка, хотя он чувствовал, что в своей просьбе он уже неправильно ее сформулировал, — Мы просто хотим, чтобы ты почувствовал себя лучше. Все, о чем я прошу, это чтобы ты дал нам хотя бы один процент своего доверия. Мы заслужим остальное. Пожалуйста, можешь ли ты дать нам только это? Если не мне или учителям, то хотя бы своим одноклассникам? Мидория подумал о просьбе Айзавы. Это было определенно странно. Никто не просил, не просил доверять им. Но почему Мидория должен доверять ему, даже рассматривать это, когда все, что люди сделали с его доверием, это сломали его, разбили вдребезги и перемололи осколки в пыль? Айзава может быть профессиональным героем, которым он когда-то восхищался, но Айзава называл его проблемным ребенком, как называли его все его предыдущие учителя, когда его преследовали сверстники. И Айзава хотел, чтобы он доверял им?! С другой стороны, Шинсо, Урарака и Иида заступились за него… но что из этого было фасадом, а что было правдой? Неужели они будут такими же, как все остальные, притворяясь его друзьями, и однажды, когда им окончательно надоест их маленькая игра, наконец скажут ему, что он бесполезен, никчемен и должен пойти и просто убить себя? Он притворялся. Притворялся, что доверяет им, проверял, насколько далеко они готовы зайти с его чувствами. Неважно, он уже выбросил все свои эмоции в окно. Он просто ждал, ждал, пока они не устанут от него, пока они не выбросят его, как бесполезный мусор, которым он и был. В конце концов, они могли притвориться, значит, и он мог притвориться, не так ли? Мидория не реагировал в течение долгого времени, и Айзава, как бы он не хотел нарушать границы Мидории, беспокоился, что что-то не так и что Мидория не реагирует, пока Мидория не кивнул, медленно, почти нерешительно, но это был, без сомнения, кивок. Мидория дал ему, или, что более вероятно, его сверстникам, то небольшое доверие, о котором просил Айзава, и это было начало. Им нужно было заработать остальное, но Айзава был с этим согласен. Он сделал это с Шинсо, он мог сделать это и с Мидорией, хотя и в гораздо более медленном темпе. Айзава внутренне вздохнул с облегчением, — Спасибо. Теперь ты можешь вернуться в лазарет или хочешь, чтобы я тебя проводил? Мидория покачал головой. — Ладно, тогда береги себя. Айзава мог только наблюдать, как парень направился обратно в здание школы, прежде чем взглянуть на тетради, которые дал ему Мидория. У него также была тетрадь 1-B, по просьбе Кана, чтобы помочь ему распечатать заметки Мидории, так как Кан был вызван, чтобы разобраться с кучей злодеев той ночью. Ему лучше побыстрее сделать копии этих записей и как можно скорее вернуть тетради Мидории.