Рухнувшие небеса.

— Что значит тоже?! — с нажимом спросил Сергей. — Не смейте так со мной разговаривать, майор! — жёстко ответил Щеглов. Он продолжил говорить. — С этого дня у нас новый судмедэксперт, знакомьтесь, Вероника Селезнева. Белобрысая уволена. — Как так можно?! Я лучший судмедэксперт в городе — Валентина разозлилась. — Меня это не волнует — он ударил её по лицу — не возмущайся больше, пупсик, иначе будет плохо. Все сотрудники были в шоке от действий Щеглова. Никто из них никогда не позволял себе ударить кого-то, а в данном случае Валю. Да, у них бывали разногласия, но не так. Девушка расплакалась и приложила руку к щеке, которая сейчас была красной со следами пальцев Щеглова и болела. — Какого чёрта ты её трогаешь? — Майский разбил ему нос и обнял Валю, прижав к себе. — Уволен! — Да и пожалуйста, ухожу с радостью — Сергей вышел из кабинета, обнимая Валю. — Тише, Валечка, тише, всё хорошо. — Ладно. Пойду в морг, намажу щеку кремом. — Пошли, а то этот урод меня бесит. Только пусть попробует тронуть тебя еще раз, не носом одним обойдется, а в реанимации лежать будет — произнёс майор. — Спасибо, что заступился за меня. — Всегда пожалуйста, как я могу не заступиться, когда мою любимую бьют? — спокойно спросил Сергей. — Ну да… Валентина и Сергей зашли в морг. Антонова помазала щеку, и взяв свои вещи из кабинета, стала уходить. Майский остановил любимую. — Валюш, стой, дай я свои вещи возьму и вместе пойдем. Майский вышел. Через какое-то время зашла Селезнева. — Что ты тут делаешь, коза белобрысая? — злобно с хитрым прищуром спросила она. — Да пошла ты, шалава Щегловская, место себе через постель купила, как в тот раз, когда ты Севкина соблазнила и асссистировала так, что пациент умер! — закричала Антонова. — Что? Повтори — Вероника была в ступоре, она толкнула Валю так, что та упала животом на острый угол секционного стола, который был выложен чем-то похожим на кафельную плитку. — Ай! Больно — Антонова упала на пол, держась за место, дыхание прервалось, девушку сдавливала боль. Селезнева продолжила её бить ногами пока та не потеряла сознание. Валя кричала. — Вот так тебе и надо, тварь, не смей меня обижать, но что с тобой теперь делать? — Селезнева словно очнувшись, склонилась над бездыханным телом Вали. Она взяла её за воротник рубашки, ударила спиной об стену и выкинула за дверь. Девушка не понимала ничего. Жуткая боль пронзала блондинку, забирая все силы. Судмедэксперт не могла даже пошевелиться. Бледная и нежная кожа была покрыта сотнями жутких синеющих гематом, болевших так, что терпеть нельзя было ни секунды. Никто не видел её сейчас и не мог помочь. Где был Сергей и слышал ли он…она не знала. Девушка попыталась ползти, но поняла, что очень больно. Патологоанатом так и осталась лежать на полу, беззащитная и обессиленная нестерпимой болью. Грудь сдавливали слезы, а дыхание становилось частым и прерывистым. Она не могла ни заплакать, ни закричать. Селезнева вышла из морга. — Черт возьми, что с тобой теперь делать? Я статью на себя взяла, меня Егор убьёт и не сможет отмазать, а то и бросит, так что надо что-то предпринять. Селезнева просто ушла, дабы подумать, а то, что бездыханное тело Валентины лежало на пороге морга её не волновало. Вероника хотела лишь скрыть преступление и надеялась, что Валя там не умрёт. Она побежала туда, решив оттащить тело. Тут послышался голос Гали. — Стой! Селезнева остановилась в ступоре. — Галина Николаевна, вы не ушли — она глупо улыбнулась. — Что с Валей?! Говори! — Она просто упала. Я не знаю что с ней. Галя набрала Сергею, попросив его прийти. Майский взял её на руки и положил на стол в морге. — Тебя били? Тебе больно? — спросила Галина Николаевна. — Да — слабым голосом ответила девушка. — Куда? Где болит? Сил говорить у неё не было. — С…спина и живот. — Убери руки, а Сергей пусть расстегнёт рубашку. Парень выполнил просьбу начальницы. — О, Боже мой, я убью того, кто сделал это — сказал парень, увидев сотни синяков на теле Вали. — Спокойно, товарищ майор, мне нужно осмотреть её — голос начальницы дрожал от волнения за подругу. Галя осторожно надавила на живот девушки. — Аай, больно! — Валя заплакала. — Тише, лежи спокойно. В это время Селезнева отправилась в главный зал, где сидели остальные, еще не ушедшие, сотрудники. Зайдя в кабинет, она сказала. — Антоновой плохо. Сейчас она в морге. Все вскочили со своих мест. А Селезнева подошла к Щеглову. Оставшись наедине, Вероника сказала: — У нас проблемы. Я подралась с Антоновой, и теперь мне может грозить статья. Возможно, у неё внутреннее кровотечение из-за удара об угол стола. — Дура! Что ты натворила, теперь мне точно крышка! Спасибо скажи, что мне очень нужна, так бы я тебя выкинул из своей конторы сейчас же! — Валь, больно, когда нажимаю или отпускаю? — спросила Галя.