Море волнуется...

Так просто забыть, что рождённые ползать, плавать, летать, плевать никак не могут ходить.

***

      На горизонте томилось солнце. Голое небо хвасталось свой красотой. Еле видимые вдалеке чайки кружили в пространстве. Они то поднимались ввысь, то проносились над самой колыхающейся водой, создавая ещё больше колебаний. Море, кристально чистое, ласкало своими волнами самое основания кораблика. Нет, это даже не было похоже на волны. Скорее, можно было сравнить с дрожью. Любознательные жители подводного царства подплывали поближе к кораблю, чтобы вновь изведать знакомый, но давно забытый объект.       Капитан регулирует паруса, хоть ветер совсем незначительный. Но кто знает, что может случится через секунду? Вот и он не знает, поэтому не позволяет себе как-либо отклониться от плана и правил. Капитан наблюдает за приближающемуся к линии горизонта солнцу. Вот-вот стемнеет, а пока этого не произошло, надо успеть свериться по картам.       О том, как ему досталась эта карта, Капитан не знал. А может и знал, но забыл. Но в попытках найти хоть немного информации о ней, он запутался ещё больше. И тут дело даже не в том, какая она была, а в её совершенном отсутствии. Карта была потрёпана, угол обожжён, казалось, одно дыхание и она превратится в пыль. Но Капитан обращался с нею аккуратно. Его не привлекали подобного рода вещи, но эта притягивала своей загадочностью. Спустя четные попытки узнать об этой старинной штуковине хоть малость, Капитан не выдержал и решил отправиться по зову карты.       Он был одинок. Ближе, чем штурвала, волн и синеющего горизонта, у него ничего не было. Капитан думал: «Если это зов на пути к смерти, значит, это судьба. Так тому и быть». Его ничто не держало, у него не было причин остановиться. Он попросту не смог бы уже спокойно жить от этого незнания.       С обратной стороны загадочной карты было послание: одно-единственное слово — клубника. Капитана, будто током, пронзила мысль о значении этого послания. И он во что бы то ни стало хотел выполнить условие и узнать, что же будет дальше.

***

      Капитан наконец оторвал глаза от почти опустившегося за горизонт солнца и решил, что следует именно сейчас, в эту самую секунду проверить свой груз. Ящики с ценным продуктом лежали в дальней, самой глубокой каюте. Там настолько менялась температура, что при входе мурашки покрывают всё тело и ты хочешь не хочешь, но неосознанно начинаешь укутываться в собственные руки, чтоб вернуть хотя бы часть того тепла.       Проверив весь корабль на наличие поломок или каких-либо других отклонений — которые, к счастию, не были обнаружены, — Капитан вновь вышел на нос корабля, сверился с картой и присел отдохнуть. Он наблюдал за гладью воды, слушал как где-то вдали кричат чайки, всматривался в горизонт, задерживал взор на пылающем на закате солнце и думал. Думал о том, что же будет, дойдя он до цели, не обман ли это, вдруг он пройдёт весь путь, но ничего не найдёт, останется в пустоте, которая поселится и в нём. Но нет, это лишь мимолётные мысли. Душа и сердце Капитана не просто подсказывали, они кричали, что там есть что-то такое, что сможет изменить его жизнь. И он ожидал этот момент прибытия. С трепетом ожидал.       Из собственных размышлений Капитана вырвал рой орущих чаек, которые, будто сговорившиеся, со всей скоростью полетели в сторону корабля. Морская вода начала волноваться. Сделалось как-то не так, как-то тревожно. Что-то определённо поменялось. Небо потемнело. Откуда не возьмись наплыли тучи. Облака размазывают кровь по непокорному горизонту. Крик чаек начал стихать, но вместо него появился соколиный. Нет, это точно не соколы. Капитан хорошо знал, какие те звуки издают. Этот же крик был чем-то иным. И тут в голову Капитана вновь ударила мысль, и он точно знал, что она правильная. Пилигримы. Это они, без сомнений.       К тому же вода всё сильнее и сильнее начинала бушевать. Поднялся ветер. Капитан, не ожидавший такой резкой смены погоды, начал хвататься за всё, что было рядом, чтоб хоть как-то взять ситуацию под контроль. Чуть успокоившись, Капитан взялся за карту и начал вглядываться в горизонт. Солнца уже не было видно, над водой собрался густой туман. Но Капитан всё же смог заметить еле видные края крутых скал. Они чёрными пятнами выглядывали из тумана. Теперь Капитан окончательно понял — обратного пути уже нет.       Ещё немного приблизившись к долгожданной точке, Капитан увидел, что скалы сцеплены и образовывают стену вокруг чего-то. Зоркие глаза заметили проход для корабля с одной стороны этого странного кольца. Капитан уже знал, что ему надо именно туда. Он повернул штурвал в сторону раскола и в небе раздался жуткий гром…

***

      Раздался жуткий гром. Русалка взвизгнула, обернувшись. Она тут же бросила все свои подводные дела, вильнула хвостом и поплыла к поверхности. Вынырнув из воды, морская царица вдохнула полной грудью давно позабывшийся свежий воздух. За время ожидания она ни разу не поднималась на поверхность, занимаясь самобичеванием на холодном морском дне.       Услышав небесные раскаты, она поняла, что кто-то, наконец-то, вновь явился к ней. Шестнадцать тысяч лет она жила надеждами, грёзами и воспоминаниями, уже не надеясь, что когда-то произошедшее вновь повторится.       Она знала, это он. Именно он. Никто другой. Она вспомнила его лицо, глаза, в которых вечно утопала. Она помнила его, будто он являлся к ней вчера, и позавчера, и будто они всю вечность не разлучались.       — Прошу, останови бурю! — кричала Русалка ввысь. — Это он, он вернулся! Не разлучай нас больше, прошу!..       — Он человек, Русалка. Даже если ты захочешь с ним остаться, это всё равно будет невозможно, — молния осветила небосклон.       — Богиня Гроз, молю, остановись! Я не смогу больше без него, — проносился звонкий голос над водой, от чего та начинала колебаться. — Дай мне шанс. Я смогу что-нибудь придумать.       — Русалка!..       — Нет, Богиня, я уничтожу себя, если останусь без него! — перебила морская царица, но после вежливо, умоляюще добавила: — Богиня, дай мне обрести счастье.       Богиня Гроз ничего не ответила.       Шторм начал утихать.

***

      Капитан чуть справлялся со штурвалом. Редкие волны позволяли себе затоплять палубу. Ветер то и дело менял своё направление. У Капитана не было сейчас мысли о спасении своей жизни, лишь волнение за ценный груз. Он молился, чтоб всё осталось целым.       Пытаясь управиться с погодными условиями, Капитан потерял ориентир. Поворачивая в одну сторону, его заносило в другую. Такое чувство, будто корабль жил своей жизнью и шёл туда, куда ему захочется.       Последний раз ударила молния, и всё стало утихать. Капитан был удивлён не менее, чем тогда, когда это всё началось. Быстро сориентировавшись, он вновь отправился к расколу.       Входя в это защищённое кольцо из высоких скал, Капитан обратил внимание на чрезмерное спокойствие и тишину. Даже чересчур неугомонные пилигримы успокоились. Он дошёл до центра залива медленно и остановился, ожидая чего-то.       Из воды показался большой русалочий хвост. Серебристая чешуя переливалась в отблесках воды. Тут Капитан и понял, что же его так сюда влекло. Он как можно скорее спустился в ту самую мрачную каюту и вынес дорогой душе груз. Дорогой душе той, чей хвост сейчас мелькает вокруг корабля. Капитан берёт одну самую красивую и сочную клубнику и бросает её над водой. Русалка тут же выныривает, хватая то, что она ждала больше десятитысячилетия. И дождалась.       На какое-то время всё утихает. Капитан стоит, не шевелится. Спустя пару секунд он всё же решается подойти к краю мачты и видит её. Его Русалку. Он вспоминает всё, что было в прошлой жизни. И их обещание снова встретится.       — Я ждала.       — Я пришёл.