Горечь последствий

      Уже около пяти часов утра на часах. Операция по спасению Сейран давно окончена, все участники действа вернулись домой и после долгих объятий обессиленные расползлись по комнатам. Кайя же еще долго не решался покинуть террасу. То, что произошло во время перестрелки, надломило его изнутри. Часть себя он оставил в том проклятом месте. Кайя сжимал зубы, борясь с волной ненависти, охватившей его сознание. Ненависти к самому себе. Чем теперь он лучше тех, кого сам осуждал? Теперь он даже хуже всех их вместе взятых.       Разъедаемый мыслями парень не решался пойти в спальню, в которой ночевал после разлада с женой. Страшно остаться одному в четырех стенах. Страшно закрыть глаза и услышать звук выстрела, вырвавшийся из зажатого в его руке пистолета. Кто был этот мужчина? Есть ли у него семья? Кто бы он ни был, Кайя собственными руками погубил жизнь этого человека. Конечно для дедушки это не проблема, конечно завтра или в любой другой день полиция не нагрянет к ним в особняк в поисках убийцы. Не проблема. Просто забудь об этом. Все решаемо. Но не для самого Кайи.       Как ему теперь жить с этим грузом? Темнота изнутри окутывала тело, сжимая цепкой хваткой. Такая ноша была не по силам этому парню.       Дождавшись пока Суна точно уснет, еле слышно Кайя осторожно заходит в их комнату. После возвращения в особняк они не говорили. Суна была слишком занята сестрой и, на его счастье, не заметила, в каком он вернулся состоянии. Кайя намеренно держался отстраненно от жены, чтобы ни словом, ни взглядом не показать в какое ничтожество он превратился за время отсутствия. Признаться же Суне обо всем, что произошло — равносильно попрощаться с ней навсегда. Как ей принять случившееся, если он и сам не в силах побороть нескончаемое чувство вины.       Медленно, совсем беззвучно пересекая комнату, Кайя устраивается на самом крае постели, чтобы никак не потревожить сон еще пока жены. Таким жалким он себя еще никогда не ощущал. Словно воришка украдкой крадет общество спящей девушки, потому что не в силах уснуть один. Даже не глядя в сторону Суны, Кайя забирается под одеяло и сразу поворачивается спиной к жене. Ему невозможно стыдно оказаться перед ней в таком положении, но по-другому сейчас он не может поступить. Иначе он свихнется от всего этого, если уже не свихнулся.       Звенящую тишину спальни нарушает шорох на другой стороне кровати, неужели разбудил. Стыдливо поджав губы, Кайя ждал, когда Суна с позором выставит его из спальни, ведь на это он уже не имел никакого права. На что он вообще рассчитывал, вторгаясь в спальню к девушке, с которой поставил точку в отношениях. Конечно они были не чужие и не оставили бы второго без поддержки, но делить постель это ведь другое.       Кайя так и не услышал голоса жены, а лишь почувствовал, как изящная девичья рука скользит объятьем вдоль ребер к груди, от чего сердце забилось ускоренным темпом. Простое прикосновение, исцеляющее эффективнее любого лекарства. Прикосновение его феи. Захватывая в плен объятий, Суна прижимается всем телом к его спине, чтобы невесомо коснуться кончиком носа к его шее, а после оставить нежный поцелуй, а потом еще один и еще...       Кайя зажмуривает глаза, на которых уже выступаю слезы. Смогут ли они пережить это вместе? Этой израненной девушке и без того досталось от жизни, кто он чтобы предлагать ей разделить свою ошибку. Но тепло маленькой руки на его груди и невесомые касания губ на его шее как панацея расслабляют и уносят от давящих мыслей. — Суна, прости, что я пришел так, без спроса, — единственное, что смог пропустить через себя ком в горле, прежде чем голос предательски надломится.       Суна ничего не ответила, лишь прижалась еще ближе, продолжая целовать и запуская нежную руку под его футболку.