Назад к любви

Реальность, Остров.

— Ведь это точно как… — Девушка, которую мы только что видели, — договорила я за неё. — Не может этого быть, — возразила Беллатриса. — Скорее всего это ее внучка или какая-то родственница. — Конечно, — сказала я. —это единственное объяснение. Но никто из нас в это не поверил. Просто ни она, ни я не знали, во что теперь верить.                    Утро,Остров. — Беллатриса, просыпайся. Нам еще нужно узнать про ту девушку. — Всезнайка, пожалуйста ,оставь меня в покое ! Я хочу еще поспать. — Ну, пожалуйста! Я не смогла спать узнав что мы не одни на этом острове.— сказала я обеспокоенным голосом. — Может она все время следила за нами? Если она услышала что мы… — Трахались? Целовались? — усмехнулась она. — Ты бы видела себя. —Реально. Лицо Гермионы не отличалась от цвета своего факультета. — Боже… Грейнджер не будь такой ханжой. Секс это все таки человеческая потребность. — Давай мы встанем , позавтракаем и все таки спросим что с ней случилась на том корабле и может быть подружимся? — Нет, мне здесь тебя хватает. А если ты про сделать это втроем, то я не против. — Что сделать? — Ну… — взглянув на ахриневшое лицо Гермионы согнулась от схема пополам. — Хватит надо мной издеваться! Тебе кажется нравиться меня смущать? — В яблочко. И потом я не собираюсь тебя с кем-то делить, так что не переживай. Перекусив манго и жареными орехами они начали искать маленький домик который нашли еще вчера. Казалось бы что он вполне пригодный и более искусный чем наш. И тут дверь со скрипом открылась и из неё вышла та же девушка . Беллатриса смотрела как ее девушка пытается понять и объяснить незнакомке о них. После нескольких попыток Гермиона говорит: — Беллатриса , познокомся. Это Эстелла. Мы должны ее поприветствовать. Беллатриса недовольно с этой затеей отвечает: — Гермиона, не думаю , что нам стоит тратить время на нее. Мы здесь вдвоем и нам хорошо. Эстелла все же не может понять о чем говорят две незнакомки но все же пытается поздороваться и машет рукой на черноволосую женщину на что она отвечает лишь недовольством. — Беллатриса, она ведь не знает нашего языка. Мы можем помочь ей, научить её. Вдруг она нам пригодится? Беллатриса вздыхает: — Ладно, но если она начнёт мешать, это на твоей совести. — Спасибо, Белла. Эстелла ,иди сюда , мы тебя научим — говорит Гермиона жестикулируя пальцами в строну нашей палатки. Беллатриса скрестив руки смотрит на Эстеллу. — Грейнджер, ты уверена , что это хорошая идея. - Да, уверена. Нам всем будет легче, если мы будем понимать друг друга. - Ладно, я помогу. Но только потому, что ты так хочешь. Беллатриса ведет Эстеллу к шалашу. - Ладно, Эстелла, давай начнем с простых слов. Это будет непросто, но ты справишься. Прошло около 3 дней - Эстелла, ты уже выучила несколько важных слов. Теперь попробуем фразу. (указывает на себя и Белатрису) Мы друзья. - Конечно, друзья с привилегиями - говорит с усмешкой Беллатриса. - Мы друзья. - повторяет Эстелла. - Хорошо. Теперь попробуй сказать: "Мне нужна помощь." - говорит Белла. Эстелла после паузы: - Мне... нужна помощь. - Прекрасно! Ты отлично справляешься, Эстелла. - Спасибо, Гермиона. - улыбается Эстелла. - Ладно, Эстелла. Что ты умеешь? Как ты выжила здесь одна? - спрашивает Беллатриса смотря на нее. Эстелла пытается объяснить жестами и на ломаном языке: - Я... ловила рыбу, строила шалаш. - А ты можешь нас научить строить? По твоему дому кажется ты неплохо владеешь инструментами. ***

Год спустя.

Остров Я проснулась раньше Беллы. У меня ломило все тело, я чувствовала тошноту. Те грибы, которые мы нашли в середине острова под высокими деревьями, вероятно, были ядовитыми. Либо моллюски оказались несъедобными. А может, еще какая-нибудь пища, которую мы ели год и еще много месяцев. Я застонала, когда меня захлестнула новая волна тошноты. Я ужасно тосковала по дому, по чашке горячего кофе, мягкой постели, музыке, вину. И хотя по Драко я не скучала, уже не скучала, мои мысли невольно возвращались к нему. Как он там? Все еще горюет обо мне? Продал ли он тот маленький дом, который мы купили вместе? Я думала о родителях и друзьях, о Пэнси. Как они пережили мое исчезновение? Похоронили меня? Много ли присутствовало народу? Я вспомнила о моем боссе и поморщилась. Забавно, все это время я почти не вспоминала ту маленькую каморку, в которой я работала с понедельника по пятницу. Там пахло клеем. Я улыбнулась. Странно, что я этим утром не видела Мака. Обычно он ждет нас у костра. По утрам я угощаю его жареным моллюском. — Мак! - позвала я. - Кис-кис-кис. Я немного прошла по берегу, заглянула за мыс и увидела кота. Он лежал, растянувшись на песке. Грелся на солнце. — Вот ты где, лентяй, — сказала я и присела на корточки, чтобы почесать ему шею, это было его любимой лаской. Но не успела я дотронуться до его мягкой шерстки, как увидела на его животе кровь. — Мак! — закричала я, потрогав его. — Мак! - Он не шевелился. Я схватила его и понесла в лагерь. — Белла! — рыдала я. Она вышла из домика, еще сонная. — Что такое? - Смотри, — сказала я, обливаясь слезами. — Он... Беллатриса взяла у меня Мака и положила на песок. Присела возле него и коснулся того места в груди, где прежде билось его маленькое сердечко. — Он умер, Гермиона. Я была в отчаянии. - Нет, не может быть. Неужели ты не можешь спасти его? Неужели мы... Я упала на колени. - ПОЧЕМУ? — кричала я. — Почему он умер? Беллатриса взяла меня за руку. — Этот проклятый остров, это он виноват, - говорила я. — Он злой. Все тут злое. — Ты огорчена, - сказала Беллатриса. — Иди приляг. В последнее время ты неважно себя чувствуешь. — Я не хочу ложиться, — рыдала я. — Я... И тут мой глаз заметил в океане какое-то пятнышко. Поначалу оно было совсем маленьким. Вероятно, обломок дерева. Может, дельфин. Мы с Беллой видели дельфинов несколько раз. Я всегда испытывала к ним ревность, потому что они были свободные и плавали где хотели. Пятно становилось все больше. Нет, это был не дельфин. Я разглядела мачту. Я увидела, что это была лодка, и направлялась она прямо к острову. — Посмотри, - сказала я, показывая на океан. — Что за... — Это лодка! — Я вижу, - ответила она. Я неистово замахала руками, заорала, когда лодка приблизилась еще ближе. - Давай разожжем большой костер? — предложила я. — Пошлем дымовой сигнал? Беллатриса покачала головой: - Нет. Они уже видят нас оттуда. По-моему, они направляются к берегу. Мы смотрели, как лодка, белый парусник, покачивалась на волнах. Белла подошла к самой воде. — Странно, — сказала она. — Такое впечатление, что лодкой никто не управляет. Похоже, она плывет сама по себе. — Ты никого не видишь на борту? — спросила я, напрягая зрение. — Нет, — ответила она. — Сейчас я сплаваю туда и попробую забраться на борт. — Только будь осторожнее, Белла — сказала я, глядя, как она сначала шла по мелководью, потом поплыл. Она смогла залезть на лодку и осмотрела ее. — Никого нет! — крикнула она мне. У меня упало сердце. - В моторе осталось немного масла, — сказала она. — Сейчас я пригоню ее. Через несколько минут Беллатриса спрыгнула в воду и подтащила парусник к берегу. Я порадовалась, что на этом краю острова не было острых камней, как на восточном берегу, иначе они пропороли бы дно судна. — Иди посмотри , питомец — сказала Белла. Я забралась в лодку. — Скромненько, но приятно, конечно не поместье , но сойдет. — сказала она и спустилась по трапу в маленькую спальню под палубой. — Такая маленькая кухня... - Она открыла холодильник и показала на упаковку из шести бутылок сливочного пива — Гермиона, пришла наша лодка. Я улыбнулась, когда Белла открыла две бутылки и протянула одну мне. Пиво было теплое, но все равно мы наслаждались его вкусом. — Интересно, чей это парусник? — Кто знает — ответила Беллатриса. - Может, шторм просто унес ее из прибрежных вод и она плавала по волнам несколько месяцев. - Нет. — Я покачала головой. — Тогда почему тут лежит багаж? — Я перешагнула через два небольших чемода дежда — бикини, шорты, В нем лежала женская одежда - бикини, шорты, несколько маек и сексуальная ночная рубашка из черных кружев. Я подняла ее, чтобы определить размер. — Вот как раз о такой я и говорил, - игриво улыбнулась Белла. В другом чемодане лежали мужские вещи. - Похоже, у хозяина был большой размер, - сказала я Беллатрисе. Словно маленькая девочка в магазине , Беллатриса разглядывала содержимое лодки. - Миона, посмотри - ящик с инструментами, — сообщила она. — Как кстати! Он нам пригодится. А вот тут, — продолжала она, доставая из-под кровати большой ящик, - тысячи спичек. И кон-сервы, и консервный нож. И еще какие-то маггловские штуки. Все это напоминало рождественское утро. Но мое сердце упало. Впервые я поняла, действительно поняла, что Беллатриса не собиралась покидать этот остров. Для нее лодка была не средством, с помощью которого мы могли покинуть остров. Нет, для неё это был сундук сокровищ, которые облегчат здесь нашу жизнь. Я сидела и смотрела, как она складывала в кучки вещи, чтобы отнести их в лагерь. — В чем дело,любимая? — спросила она, заметив мое молчание. — Ты не хочешь уезжать, правда? Она села на корточки, держа в руках сковородку. — Гермиона, я... — Ты никогда не хотела уезжать. Скажи мне правду. Она отвела взгляд. — Ну а я хочу, - заявила я. - Ты что, серьезно? — спросила она. 一Aa. - Что, ты будешь дрейфовать вот так, бесцельно, сквозь штормы и бог знает что еще, пока, возможно, тебя случайно не обнаружит какое-нибудь судно? - Я подниму парус, — сказала я, показывая на мачту. - Ты не умеешь ходить под парусом. И у тебя нету палочки. — Я брала уроки, когда заканчивала школу.Так что все вспомню. — Не делай этого, Гермиона. Это безумие. Ты никогда не справишься с лодкой. Мои глаза наполнились слезами. - Ты хочешь сказать, что не поплывешь со МНОЙ? Она подошла ко мне: - Теперь это наш дом, питомец. Твой и мой. Мы больше не принадлежим к тому миру. - Нет, принадлежим, — возразила я. - И мы можем жить в доме. В красивом доме. Мы начнем все сначала... вместе. Глаза Беллы потемнели, в них мелькнула злость, ярость. — Я никогда не вернусь туда, — сказала она. — Почему? — взмолилась я. — Я тебя не понимаю. — Поверь мне, — сказала она, — я тебе говорю, что не могу туда вернуться. Холодок пробежал по моей спине, когда я подумала про секреты, которые хранила Белла. Неужели они настолько мрачные? Я отошла от неё на шаг. — Что ты утаиваешь от меня? — спросила я, вспомнив сны, которые я видела, страшные сны. — Какое это имеет значение? - небрежно бросила она. — Какое значение? — Я вытаращила на неё глаза. У меня бешено заколотилось сердце. — Это как-то связано с твоим мужем? Ты виноват в его смерти? Ее лицо стало таким, как в тот вечер, когда я увидела ее на лайнере. Мрачным и раздраженным. — Вот что ты думаешь? Я всплеснула руками. — А что я должна думать, Белла? Она бросила на берег ящик с инструментами и несколько спичечных упаковок из ящика. — В океане они тебе не понадобятся, остальное останется у тебя. — Постой, что ты делаешь? —Я отпускаю тебя, потому что ты этого хочешь. — Пожалуйста, Белла, - взмолилась я. - Не надо так.  — Это твой шанс. Ты всегда хотела покинуть остров. — Я хочу, чтобы ты отправилась со мной, — проговорила я сквозь слезы. — Нет, ты не хочешь, — сказала она. — Не очень хочешь. — Хочу, — возразила я. — Очень хочу. — Но ведь ты сказала, что не знаешь меня. — Не знаю? Очевидно, что не знаешь. — Она выпрыгнула из лодки. — Я упакую твои вещи. Тут на лодке есть вода, но тебе понадобится больше, а еще манго, орехи. Я дам тебе вяленую рыбу, которую сделала вчера. Я откинулась на спинку сиденья в лодке и разрыдалась. — Вот, — сказала она, возвращаясь с припасами. — Я положил туда письма с корабля и тот дневник. — Спасибо, — сказала я.  — Будь осторожнее, — напутствовала меня она, и ее голос слегка дрогнула. — Белла, — прорыдала я.  — Плыви, — сказала она. Не отпускай меня. — Ты сама знаешь, что я вынуждена это сделать. — Она столкнула лодку в прибой. — Запусти мотор. Он нужен тебе, чтобы выйти за линию прибоя. Я повозилась с мотором, он завелся, сначала с перебоями, но потом выпустил облачко дыма. Я уплывала. Я на самом деле уплывала. Этого мне хотелось? Я повернулась к Белле. Она стояла и смотрела, как я уплывала от острова, который стал нашим ДОMOM. Она помахала мне рукой. — Я люблю тебя, — сказала я сквозь слезы. Они ручьем текли по моим щекам. — Я всегда буду тебя любить. Я видела, что шепчут ее губы. Это были ее последние слова. — Я люблю тебя. Мы долго смотрели друг на друга, пока она не превратился в точку на горизонте, и я тоже. Это был последний миг когда я увидела эти глаза. Я заглушила мотор и поставила парус. Был полный штиль, и я просто плыла куда-то среди океана. Я почувствовала новый приступ тошноты и глубочайшее одиночество, глубочайшую печаль, какую я еще никогда в своей жизни не испытывала. Господи, что я наделала?