Ты принадлежишь только мне

С ухмылкой проговаривая эти действия и ощутив твою ладонь на своей, Треш встал с подушки, положил кружку на стол и потянулся к девушке головой, затем, притворно опустив её перед чашкой собеседницы, принялся издавать довольно забавные, а может, и не очень звуки прихлебывания, будто содержимое начало поступать в его рот. Но не тут-то было, мужчина поднял свои очи прямо на изящную мордочку и броским взмахом руки приложил на подбородок, удерживая голову, а сам страстно впился в губы. Идея довольно необычная, однако сама цель уже так близка, вдобавок, дух уже понимал, как, совершая эти действия, лисица уже была чуть ли не в самом что ни на есть сонном состоянии, и мыслить будет для неё довольно тяжело. Какая-то странная усталость накрыла Ари. Но девушка пыталась с ней бороться, сосредотачивая своё внимание на Треше. Он теперь казался ей таким забавным. Всё плыло перед глазами. —Ты… не пугайся… Но я сплю… в форме лисы… потому что… не помню… Не только язык у девушки заплетался, но и голова не хотела нормально работать. — К чему… это… я? Хочу немного подремать… — кицунэ улыбалась, смотря на духа, который пьёт чай из её кружки. — Ты такой смешной, но у тебя глазки красивые… Ой… От неожиданности лиса откинулась немного назад, но потом… Ей даже понравилось это мягкое ощущение на губах. Такое тёплое и приятное. Хотелось его получше распробовать. Ари приобняла духа за шею и поцеловала сначала его верхнюю губу, а потом нижнюю. Она оторвалась от поцелуя, тяжело дыша и превращаясь в лису. Смутно понимая, где она и что здесь делает, лисичка из последних сил шла туда, где чувствовала тепло. На колени к Трешу. Свернувшись клубком, Ари провалилась в сон. Сладкие и мягкие губы. Было утончённо приятно, и ухмылка с лица Треша не спадала, ведь всё идёт точно так, как он хотел. Однако объятья и излишняя тактильность насторожили мужчину, и вместо того, чтобы сопротивляться таким изыскам, можно сказать, поддался кратким чарам, а затем, услышав сонные фразочки со стороны Ари, заметил, как она уже обратилась в лисицу, после чего расположилась на его коленях. На лице было видно некое недоумение, приподняв бровь, но всё же собравшись с мыслями, осознал, как всё прошло идеально. Дух аккуратно схватился двумя руками за туловище лисы, приподнимая и направляясь в сторону его кровати. Разместив да поудобнее, в голове было две идеи: либо дождаться утра и над ней хорошенько поиздеваться, подпитывая силы перед её же глазами, либо же заняться этим сейчас, правда её этот облик более безвредный, да и действие самого отвара будет длиться довольно долго, так что рациональнее станет выбрать второй вариант. Перед тем как это совершить, мужчина встал прямо перед ней и начал любоваться каждым участком тела, будь даже она лисицей, но внешние данные девушки всегда поражали Треша, даже когда происходили такие ситуации, где сам он был повержен в пух и прах. Ещё немного подпитывая свои очи удовольствием, в сопровождении с этим к нему лезли разные грязные мысли, и всё же о них чуть позже. Потянувшись к своему фонарю, приподнял прямиком перед ней и начал подпитывать силы, правда, не все, а лишь те, что позволяли давать отпор, а именно сферы, выпуск некоторой силы и скорость. У хитрой лисы достаточно выносливости, дабы покинуть эти хоромы, хотя без сил? Довольно странно бы с её стороны, однако не стоит забывать, что девушка еще того пылкого характера. Время обряда, из фонаря испускались демонические лучи, что в кои-то веки давало приятные ощущения, естественно, ведь садист обожал завлекаться со своими жертвами и одновременно получать жизненные силы. Всё это заняло ему около 30 минут, может, чуть меньше, учитывая реальность этого мира. Вздыхая от облегчения и насыщения новой, не такой уж и могущественной, всё же силой, начал осматривать себя на наличие возможных дефектов и, к счастью, не заметил. — План удался, как же чудесно, — подумал он про себя. — Теперь перейдём к финальной, одной из развратных частей. Мужчина устремился раздевать себя и расположился на кровати, только оставляя фонарь где-то позади себя и крюк, нависавший над полом. Аккуратно взявшись за её хрупкое тело, приблизил к себе, обволакивая так, чтобы способов выйти из грядущего удушения не было, даже будучи в человеческой форме. Теперь оставалось лишь ждать, да ещё как трепетно. Пробуждение лисы было болезненным. Почему-то её организм всегда реагировал на снотворное так, будто это алкоголь. Чувствуя своеобразное похмелье, кицунэ открыла тяжёлые веки и тут же куснула одну наглую морду за нос. Девушка перекинулась обратно. — Что ты со мной сделал? Я же доверилась тебе. Как ты мог? Ты же просто воспользовался моей добротой… Я хотела, чтобы мы жили в мире… А ты меня усыпил… И при такой слабости я не уверена, что смогу долго держать эту форму. Ты просто оставил меня без всего… Я просто хочу уйти. Мне теперь долго восстанавливаться. Ты меня полностью разочаровал. Я ненавижу тебя, Треш. Больше не будет никаких компромиссов. Я устала от тебя. Я… — девушка хотела произнести что-то ещё, но силы иссякли поддерживать эту форму. Она снова превратилась в лису и слабо ударила его лапой по лицу. За что он с ней так? Хотя нет. Это очевидно. Они враги. Зря Ари вообще пошла ему навстречу. Треш — это Треш. Никогда не изменится. Этот демон отвратителен. Хотя… Должен ли он был бежать по первому зову? Но дух видел, что Ари ему доверяет. Лицемер. — Просто скажи, зачем ты это сделал? Я не собиралась на тебя нападать. Я была полностью откровенна с тобой и не желала зла. Почему ты изначально мне не сказал, что не желаешь перемирия? Устроил спектакль, усыпил меня. Ради чего? Как бы сказали в театре — антураж совершён. Множество эмоций, и в основном подобающие характеру. Треш молча наблюдал за ней всё это время, воодушевляясь страданиями и прекрасным обличьем, пока она распиналась по поводу предательства. Однако долгому изумлению пришлось остановиться после размаха лапой по лицу, конечно, духу это было не особо-то и больно, ведь это удар мягкой лапы с не такими уж и большими когтями, но для выведения ситуации в нужное русло пришлось чуточку подыграть для совершения цели. — Ах, эти царапины, я бы мог банально промолчать, но они такие приятные, а ты слишком милая, чтобы мне держать на тебя злобу. Всё это проговорил с неким наигранным недовольством, которое не так уж и легко понять, поэтому выглядело всё убедительно, затем мужчина переключился на другую тему, немало важную для него, именно форму, Ари опять стала лисицей, и для полноты мандража, задействовал свой фонарь и одним лишь лёгким касанием пальца обратил её в человеческую, довольствуясь телом. — В целом, это не нападение, у тебя достаточно сил, чтобы меня уничтожить при желании. Так вот, о чём это я, разве тебе не понравились мои сладкие губы, изыски, всё то, о чём только ты могла мечтать за эти несколько сотен лет в мире духов? — заканчивая эти слова, дух одержимости приблизился максимально к её телу и обхватил своими руками талию, прижимая к себе, а сам принялся целовать шею, одновременно тихим голосом поговаривая рядом с ухом. — Поддайся изыску, вместе мы станем сильнее, ты, как и я, сможешь ухаживать за душами. Разве ты ощущала дискомфорт, когда я к тебе так бережно относился при входе ко мне в упокоения? Одна из его ладоней переправилась к ляжке, сжимая самую мясистую часть. — Ты получишь всё то, что пожелаешь, только стань моей. Фонарь, что нависал над кроватью, медленно, но уверенно переправлял силу по ладони, едва заметную на его фиолетовой демонической ладони, что занималась домогательством её тела, а другая до сих пор обнимала, не отпуская. Ари была шокирована таким поведением и подумала, что он пьян, если бы не её чуткий нос. Что же могло произойти с ним за столь короткое время? —Т-ты псих! Ты мазохист, раз тебе нравится, когда я тебя бью. Тебе нравится быть снизу, не так ли? Ищешь мамочку? Я сильная и самодостаточная девушка. Но эта же кицунэ растаяла под ласками Треша. Его поцелуи были горячими, что хотелось отвечать ему тем же и утопать в нежности и страсти. Услышав про поцелуй, девушка мигом покраснела и села сверху на Треша, душа его подушкой. — Ничего мне не понравилось! Это было самое отвратительное ощущение в моей жизни! Не смей ко мне даже прикасаться! — кицунэ было стыдно от того, как она ему доверилась, как ей было хорошо от его прикосновений. — Почему ты вообще вдруг резко проникся симпатией ко мне? Как я могу тебе вообще доверять, если ты меня усыпил и украл силы? И голова ещё так шумит… Стоп… А как это возможно? Как ты смог управлять моими ипостасями? Ты можешь помочь вернуть третью форму? У меня плохой контроль над ней. И ещё. Убери свой дурацкий фонарь. Он меня напрягает и раздражает. Влюблённый взгляд не покидал лицо кицунэ, а лишь трепетно показывал намерения духа. Её извечный пылкий характер, который не мог молчать о любой оплошности и недовольстве, а локоны и как она сладко молит о пощаде. Рай для ушей и глаз, не иначе. Затем наблюдал за тем, как лисица переместилась на него самого сверху и пыталась придушить подушкой, Треш лишь легонько усмехнулся, после чего проговорил: — Разве ты не знаешь, что тому, кто сейчас держит тебя в западне, бесполезно сопротивляться? Впрочем, твой сладкий голосок действительно прекрасен в любых изречениях. Он ухватился за бёдра Ари, притягивая её еще ближе к своей грудной клетке, что оголена. Услышав возмущение по поводу фонаря, решился всё же уступить и убрать его на некоторое время. Щёлкнув пальцем, сознание фонаря в ту же секунду, грубо говоря, телепортировалось в другую комнату, скрытую от взора девушки. — Что ж, продолжим, лисица, — резким движением ухватился крепко за подбородок ладонью и чуть приподнял мордашку, однако, не сжимая, впоследствии мягким движением своих губ начал подступать к шее. — Ари, твоё тело — это сплошной изыск, характер и сила, изумительны, а сама ты идеальна для меня. Так поддайся изыску, в этой комнате только мы и никто другой. Все эти слова из уст мужчины звучали плавно, тихо, мягко, завораживающе, да так, чтобы одурманить разум лисицы и полностью подчинить себе. Изложив данные мысли, резко впился в шею губами, обрабатывая сладкими поцелуями и оставляя некоторые засосы, причём довольно неприятные, ему хотелось как вносить боль, так и удовольствие, получая идеальную примесь несочетаемого. Ари, тяжело вздыхая от удовольствия, понимала, что её защита спадает. — Ты же что-то хочешь от меня, правда? Или просто переспать? Ты мне правда нравишься, но из-за наших разных взглядов мы будем мешать друг другу, — но несмотря на это, решила начать целовать шею Треша. — Я готова отдаться тебе, но я думаю, что это ни к чему хорошему не приведёт. Девушка мягко поцеловала в губы, параллельно руками исследуя каждую частичку его оголённой груди. В перерывах между поцелуями кицунэ шептала ему на ушко различные приятные вещи: — Твоё тело такое мужественное… Я так долго мечтала прикоснуться к нему… Оно такое горячее… — едва дойдя до области тазового пояса, лисичка остановилась. — А ты бы точно хотел этого? У меня до тебя никого не было. Я не уверена, что правильно разобрала язык твоего тела, и… я не знаю, что мне делать, но почему-то очень этого хочется. В голове был некий диссонанс, ведь лисица поддалась чуть ли не сразу. Впрочем, его методы работают, и это успокаивало. — Такая стойкая и пылкая девушка, а всё ещё не очень-то и опытная. Как же мило, — Треш замолчал на короткое время, а затем продолжил, только опять же с более завораживающим и тёплым тоном. — Я буду твоим первым и истинным учителем в этом деле. Ты станешь слушаться меня, и мы оба станем вливаться в этот изыск предвкушений. Одновременно произнося эти слова, мужчина обхватывал её плечи, аккуратно снимая с них кимоно, попутно притягивая к своим губам, после чего впился, прикрыв глаза. Однако за очами еле заметно проходили тёмные сгустки силы, это напоминало что-то вроде воодушевления или же мелкого оргазма, ведь дух одержимости смог подчинить к себе кицунэ, которая являлась давним врагом для него. Девушка смущённо опустила глаза. — Не хотела поддаваться соблазну любви. Хотела быть сильной и… одна. Поэтому как-то не приходилось испытывать наслаждение от другого существа. Ари страстно отвечала на поцелуи, но когда её тело стало оголённым, лисица вдруг ощутила внутреннюю борьбу между обычным состоянием, где чувства других духов ей были не нужны, и второй, глупой и влюблённой, которая испытывала сильную симпатию по отношению к Трешу. — Ты уверен, что мы всё делаем правильно? Я переживаю, что после этого что-то может случиться… Кицунэ взволнованно посмотрела на духа, после чего, дожидаясь его ответа, начала расцеловывать шею, наслаждаясь своей сбывшейся фантазией. — Я как никогда прежде уверен в своих действиях и знаю, что нам нужно. Опустив полностью кимоно с лисицы, аккуратно сложил одежду и поместил на верхушку белой деревянной тумбы, выполненной в узорах японских традиций. Разместившись поудобнее, он некоторое время охотно любовался телом, после чего прижал лисицу спиной к своему торсу. Ладони Треша пробирались по всему телу, охватывая сначала бёдра и плотно их сжимая, затем приподнялись к животу, который обрабатывал своими поглаживаниями, ну и в конце приступил к груди. Пальцы прижали нижнее основание груди и, немного пожимая, начали ими болтать, то вверх, то вниз. — Мягкие, сочные, увесистые и, самое главное… Аппетитные. Такого духа-спасителя я еще не видел… — произнося мягко, сладко и плавно, дух одушевлялся грудью кицунэ, в последствие поднялся чуть выше, ладонями сжимая всю грудь. От некой эрекции, хоть и неполноценной, демон одной лишь мыслью воплотил фиолетово-тёмную демоническую ладонь, пробирающуюся между ног девушки. Разжимая пальцы, воплощение вонзилось двумя внутрь, теребя там же, однако медленно и ласково, одновременно поглаживая лицевую часть киски другими оставшимися. Некогда внешне уверенная в себе лисица под руками Треша стала мягкой и пластичной. Словно она была глиной, а он — её скульптором. — У нас только одна ночь, так что давай насладимся ею сполна. Конечно же, Ари не хотелось, чтобы эта ночь была для них первой и последней, но кицунэ понимала, что, скорее всего, они не смогут сойтись из-за душ. Но… так хотелось хотя бы раз почувствовать руки любимого на своём теле… его жаркие поцелуи… снова и снова… И вот дух оказался за её спиной. Девушку накрыло возбуждение, внизу живота что-то сладко потянуло. Такие необыкновенные ощущения Ари испытывала впервые. Неужели он правда тот, кого она всегда искала? Почувствовав руки на своей груди, девушка с интересом посмотрела на лицо мужчины, ожидая его реакцию. Она не заставила себя долго ждать, лисица радостно улыбнулась. — Я счастлива, что они тебе нравятся. Что же мне сделать, чтобы ты тоже был счастлив? Девушка со всей своей нежностью и любовью, которую вынашивала долгие годы к Трешу, поцеловала духа в губы. Сначала целуя верхнюю, после чего нижнюю губу, и завершила всё это долгим поцелуем в обе губы. Оборотень простонала. Что-то снизу ей давало удовольствие и тепло по всему телу. Ненадолго Ари отвлеклась от поцелуя и посмотрела вниз. После чего удивлённо посмотрела на возлюбленного. — Что это? Это точно не опасно? Это что-то делает мне очень хорошо… о да… Видимо, рука тронула эрогенную точку, что лисица сразу закатила глаза и начала стонать. Демон жадно и хищно пожирал взглядом грудь, что не давала ему покоя. Даже полноценно прощупав очаг души девушки, мужчину невозможно было остановить в своих действиях, ведь мало того, что они были мягкими, так всё это сопровождалось слащавым стоном лисицы. Именно поэтому его шаловливый ротик направился к сиськам, обрабатывая сначала одну своими слюнями, при этом пропитав их своим естественным выделением так, словно самый голодный пёс в этом мире лакомится заветным куском мяса, а затем с другой провернул всё то же самое. После всего этого Треш, можно сказать, разинул свой рот максимально, как смог, и впился в левый сосок, излизывая всю мясистую часть. Попутно ко всему этому его демоническая ладонь не оставалась без дела и, высунув два пальца, спустилась к поясу духа одержимости. Раскинув нижнюю часть кимоно в разные стороны, она принялась удовлетворять самого господина, медленно, но решительно подрачивая член. Вследствие чего дух всячески пыхтел, однако это происходило от удовлетворения и занятостью рта, нежели еще каких-либо других условностей. Девушка наслаждалась своим возбуждение, в которое привёл её Треш. Как сладко звучит это имя… Да… Именно его не хватало в серых буднях. Его ласки. Когда странная рука полностью оголила духа, кицунэ с интересом начала рассматривать его половой орган. Конечно, в прошлой жизни Ари видела член, но вживую было впервые. Так хотелось его пощупать и хорошо рассмотреть. Но нужно было подождать, когда наиграется Треш. Он ведь тоже этого давно ждал. По крайней мере, он создал такое впечатление… Эх… Скорее всего, он просто использует тело лисы, чтобы подавить её политику работы с душами. Да… наверное, чувства оборотня всё-таки не взаимны. Грустно… Но она уже не могла отказаться… Хотелось немного тепла его тела… Нужно просто представить, что любовь настоящая, и всё будет хорошо. Девушка задумчиво погладила его по голове и грустно улыбнулась. По щелчку пальца демоническая рука прекратила все излишки похоти, что предоставляла мужчине. Лицо демона буквально было расслабленным и довольным, а ствол тёплым и твёрдым. Естественно, на этом не заканчивалась его поэзия похоти, он лишь придал антураж для начала действительно страстного и горячего секса. Ладонь лишь по мгновению мысли телепортировалась сзади лисы и, уперевшись к её сочной заднице, буквально опрокинула на тело духа одержимости. Недолго думая и потянувшись своими руками к члену, садист принялся горизонтально водить своим членом по её промежности всячески дразня и дивясь. Сопровождая это хитрой ухмылкой, решительно нацелился и медленно, но уверенно вставил свой член, а затем закрепил ладони на талии лисицы. Всё это сопровождалось тяжёлым дыханием и броскими похлёстываниями по ягодицам дамы. Упав на Треша, девушка почувствовала неловкость и уже хотела начать извиняться, но движения члена по клитору заставили её остановить свои извинения. Почему ей было с ним так хорошо? Ари посмотрела в глаза Треша и принялась снова целовать его шею. Она видела там только похоть: нужно ли сближаться с ним ради полноценных отношений или оставить только свободные? Хотя, может, он вообще не захочет второго раза. Кицунэ выпрямилась. Нужно заставить его захотеть второй раз, а потом уже разобраться, нужен ли он ей. Девушки спят с кем хотят, а парни — с тем, кто даёт. Именно лисица решит, будет ли она с ним спать. Нужно создать только нужные для этого условия. Ари поправила волосы и хищно посмотрела на Треша, облизываясь. Когда Треш вошёл в неё, девушка медленно села на него, постанывая, чтобы ещё больше раздразнить духа. Такую дерзость со стороны лисицы мужчина не мог стерпеть, да и возбуждение буквально вскружило ему голову. Становясь всё более похотливым и свирепым, когтистые ладони медленно проходились по телу, и вот уже соприкоснулись с грудями Ари, сжимая и одновременно впиваясь кончиками ногтей, а после разжимая податливый очаг души. Сопровождалось всё это ненасытным взглядом, чуть прикушенной нижней губой и уже прерывистым дыханием. Трешу так и хотелось всеми возможными способами обработать и взволновать её тело. Ощущалось, как таз заигрался пуще прежнего и ускорился в своём осаждении, садист буквально не сдерживал этот животный инстинкт, что накинулся на него, и принялся долбить её узкое пространство. Были слышны присущие постукивания его огромных яиц и хлюпанье в киске, которая вся кишела естественными выделениями члена и некоторой сальностью. Демоническая рука от одурманенности его носителя вытворяла неладное, отшлёпывая девушку сначала до красноты, а после до крови. Ари невольно вскрикнула от боли, и её зрачки сузились. Она ему отомстит. Треш не знает, с кем связался. Ногти начали становиться когтями, а клыки удлиняться. Кусая его плечи и царапая его спину, девушка получала неимоверное удовольствие от соития. Кицунэ казалось, что они оба потеряли свою человеческую сущность. Но лисице было комфортно, ведь изначально её сущность была животным. Ари оторвалась от своего занятия и прошептала на ухо вкрадчивым шёпотом: — Ты станешь моим. Ты будешь подчиняться мне. Я всё сделаю ради этого. Говорила она это отрывисто, так как её слишком сильно долбили и шлёпали. После этого лиса поцеловала духа. В этом поцелуе больше не было нежности и любви. Только страсть и животное желание. Ощущая оставшиеся от проворной лисы следы укусов на шее и больные царапины на спине, что останутся на довольно долгий промежуток времени, мужчина чувствовал два конфликтующих перед ним ощущения. Злоба и блаженство. Эти яростные, точные и кропотливые проникновения в промежность лишь всё ближе и ближе подводили Треша к оргазму, из-за чего притуплялся его мстительный характер. Вместо этого, демоническая рука сделала всё за хозяина и своими двумя пальчиками проникла в рот, а именно к левой стороне щеки, сжимая её в бок, дабы Ари было больнее, и слащавые стоны слышались еще чётче. Член чувствовался словно каменный, пылающий и пульсирующий, всё это вкупе передавало киске безудержное блаженство. Садист уселся поудобнее, откинув голову на подушку и смотря глазами куда-то вверх, а рот был расслаблен, из-за чего неосознанно держал его приоткрытым. Похоже, такая подготовка предвещала получение неистового оргазма. Остановившись тазом внутри вагины, из наружного отверстия ствола вытекали резкие прыски спермы, постепенно покрывающие стенки, а затем и стекающие обратно к выходу. Уста Треша издавали грубые стоны, а фиолетовые глаза загорелись демоническим пламенем, но это было лишь на пару десятков секунд. И всё же большее удивление, что мог предоставить партнёр лисе, так это отсутствие каких-либо порывистых движений в теле, ведь демонический иммунитет имел долгую и проверенную выдержку. Ари уже ничего не осознавала. Скорое приближение оргазма сводило её с ума. Ей было всё равно, что делал с ней её заклятый враг и его демоническая рука. Боль отошла на задний план, и на её место пришло удовольствие. Закатывая глаза и высовывая язык, девушка решила помочь духу кончить вместе с ней, и поэтому тоже начала двигаться. После они одновременно кончили, и девушка на пару секунд превратилась в свою инициированную форму, тело начало содрогаться, а вагина сокращаться, будто забирая себе всю сперму без остатка. Слезая с члена, её тело обмякло и превратилось в лису из-за недостатка магии и сил. Прижимаясь к мужчине и поскуливая от боли, которая вернулась, мысли лисицы путались, и она посмотрела на Треша мутными глазами. Приподняв голову с подушки, мужчина с разинутыми глазами от удивления лицезрел перед собой мгновенные превращения от одной формы к другой. Поражаясь такой бурной реакцией от оргазма, демон заулыбался и, уже увидев бессильную лисицу, хотел было еще поиздеваться, но сейчас они оба расслаблены, даже слишком. Взяв на руки, он поместил её на свой пресс и, медленно поглаживая, дух одержимости ни капельки не сбрасывал свою мордашку, которая прямо-таки блистала от хитрости. — Никогда не думал, что заимею своего личного питомца, причём в виде могущественного духа-спасителя. Ты, оказывается, бываешь такой послушной, особенно на моём огромном и твёрдом члене.