Материнское счастье

Неожиданно пробравшиеся в комнату лучи тёплого, но именно в данный момент раздражающего солнца опустились на закрытые веки, опускаясь по оголенным плечам, продолжая прогуливаться до самых кончиков пальцев на ногах, заставляя жертву тут же занырнуть с макушкой под ранее отброшенное в сторону одеяло в поисках укрытия. На улице была солнечная погода, не характерная для Лондона, поэтому радостные жители города повылазили из своих домов и гуляли по залитой солнцем дороге, часто мелькая в окне. В светлой комнате на огромной двуспальной кровати голубоватого цвета спала Гарриет. Девушка еще минут пять лежала в кровати и пыталась заснуть, но, потерпев поражение в схватке с противным солнцем, освещающим всю комнату из-за тюля, резко откинула одеяло и села на кровати, свесив ноги в пол. Сонными глазами пробегаясь по спальне, Гарри на ощупь искала на прикроватной тумбочке очки, которые обычно лежали там. Нахмурившись, она поняла, что все вокруг было странно четким, будто очки уже на ней, или если бы она была в линзах. На всякий случай потрогав лицо и убедившись, что очков на лице нет, взгляд Гарри скользил по уютной спальне. Разглядывая уже который раз прикроватную тумбочку, ее глаза зацепились за календарь. Поттер распахнула глаза.Красный квадрат показывал тридцать первое июля тысяча девятьсот девяносто шестого года. «Да ладно!» — Гарри резко встала с кровати и уже было хотела заправить за ухо мешавшие волосы, как… — Что за хрень? — тревожно прошептала Гарриет разглядывая белоснежную прядь волос, лежавшую в ее ладони. Подозрительно бледной и явно меньше, чем вчера… Почувствовав тошноту, Поттер, заплетаясь в ногах, как можно быстрее направилась к недалеко стоявшему зеркалу. Плохое предчувствие образовалось комом поперек горла, мешая нормально дышать. Боязливо уставившись в отражение, Гарри резко распахнула глаза и отшатнулась от отражения, в легких будто не осталось воздуха. В нем была не она. Она смотрела на бледную блондинку с голубыми, словно лед, глазами. — Какого.?! *** В окно резко постучались и девушка испуганно подпрыгнула, уронив книгу себе на колени. Быстро положив «Смерть на Ниле» на тумбу и подскочив с дивана, она посмотрела в окно, откуда на нее в ответ сердито уставился филин, к лапе которого было привязан потрепанный конверт. — Ох, это ты! — облегченно вздохнула волшебница, и, спешно подойдя к окну, открыла его. Птицу своей «секретной» лучшей подруги она бы узнала из тысячи таких же, даже с закрытыми глазами по одному только уханью. — Шарлиз, ma douce, как ты? Цисси тебе не сильно докучала? — ласково произнесла девушка с едва заметным акцентом, отвязывая от лапы филина письмо. Взгляд птицы еще больше посуровел, выдавая его сердитость, и волшебница сунула ей печенье чтобы та успокоилась, — не волнуйся, я обязательно отомщу ей за твой нарушенный покой, — шутливо пригрозила она, игриво улыбаясь. Торопливо открыв письмо с родовой печатью рода Малфоев, девушка принялась читать его. Belle femme, Здравствуй. Извини, если я тебя как-то отвлекаю. Не против встретиться? Предлагаю встретиться сегодня в 17:00 у Фортескью. Пожалуйста, приходи, это очень важно для меня. Chère. Волшебница нахмурилась. И что случилось? Нарцисса бы на стала просто так просить так скоро встретиться, еще и так… Кратко. Решив расспросить об этом на встрече, девушка поспешила к недалеко стоящему столу и, найдя перо, взялась писать ответ: Chère! Привет, я с радостью приду в кафе, мы все же видимся нечасто! И, прими к сведенью, у меня к тебе очень много вопросов, на которые ты обязательно ответишь! Belle femme. Волшебница наскоро сложила его вдвое и засунула в конвертик, после чего привязала его к лапке филина и усилитель постучала того по головке. — В добрый путь, — птица что-то угрюмо ухнула и вылетела из окна, а девушка, облокотившись на подоконник, стала разглядывать припорошенную листьями улицу. Эх, дорогая Нарцисса Малфой… Слегка высокомерная блондинка была практически полной противоположностью своей подруге. Да и как они вообще могли подружиться? Кто-то бы не поверил, кто-то бы упомянул про банальное и обыденное чудо и волшебство, но виной всему стало всего-навсего происхождение волшебницы. Будучи чистой француженкой, она все детство, вплоть до лет десяти, прожила в центре Парижа. Впитывала вместе с молоком матери в себя моду и стиль, ароматы духов и парфюмов, вин и сыров разных сортов. Она знала наизусть всю биографию Коко Шанель, Кристиана Диора и Ив Сен-Лорана. По одному взгляду на костюм она точно могла сказать, из какой он коллекции. Она притаскивала домой бездомных кошек и кормила свежеиспеченным хлебом многочисленных голубей. Забиралась с местными ребятишками и сестрой на крышу дома в тайне от родителей и разглядывала звезды, все стараясь соединить их в созвездия. Обсуждала с каждым встречным недели моды и картины из Лувра. Мечтала забраться на верхушку Эйфелевой башни. На накопленные деньги любила покупать маме букеты ее любимых тюльпанов, а папе его горячо обожаемые круассаны. Любовалась Сеной и старым фотиком фоткала на фоне реки старшую сестру, нежавшуюся в сочно-зеленой траве. Девочка думала, что если и пойдет работать, то только модельером. Потом по вынужденным обстоятельствам им пришлось переехать в Лондон, а там полгода и пришла МакГонагалл с удивительной новостью. Девочка, еще не до конца освоившая английский язык и Англию в целом, не всегда догоняла смысл того, что ей говорили, не всегда знала, как выразить свои мысли… В общем, ей было тяжко. Ну, а Нарцисса просто очень любила все, что связано с Францией, и когда она увидела (но сперва услышала) первокурсницу, речь которой больше смахивала на французскую, чем на английскую… Она решила брать быка за рога. Конечно, затащить на Слизерин девчонку не удалось, но узнавать новое из страны моды она могла всегда. Блэк тренировала с первокурсницей свой французский и помогала ей с английским, интересовалась жизнью французиков и рассказывала ей сплетни аристократии магической Британии или, например, как правильно заварить эрл грэй… Слово за слово, с каждой просьбой ее «выгодное знакомство» с малюткой-гриффиндоркой превращалось в настоящую крепкую дружбу, которую… Точно бы не одобрили ее родители. Зная, что случилось с ее кузеном этим летом, она бы не хотела для себя такой же участи. А если учитывать, что первокурсница не чистокровная, как тот же Поттер, а маглокровка, ей не стоит даже думать об этом. Никогда не знаешь, когда матери или отцу захочется залезть к дочери в голову… И вот, дружба Лилиан Поттер и Нарциссы Малфой продолжалась уже практически десять лет. Вздохнув, Лили побрела к дивану и плюхнулась на него, подбирая лежащую рядом книжку. Полежав с ней еще полчаса, девушка начала собираться на встречу. *** Лилиан стремительно шла по Косой Аллее, проклиная все, на чем свет стоял, и отплевывалась от волос которые из-за сильного ветра все время лезли в лицо и выглядели так, будто их ни разу в жизни не расчесывали. Лондон определенно не щадил своих жителей, что, в общем, было в его духе. В такие моменты Поттер особенно остро скучала по Парижу и его более благоприятной погоде. В очередной раз раздраженно пытаясь убрать волосы с лица (безрезультатно), Лили мысленно ругалась на себя, что не посмотрела в окно и решила в такой уютный осенний денек одеть юбку. Ей точно не избежать простуды… О Мерлин, Нарцисса, ну почему ты не могла попросить о встрече завтра? И почему маги до сих пор не придумали заклинание, защищающее от ветра?! Рыжая хмуро вышагивала по аллее, лавируя между свежими лужами и людьми, которые также пытались их обходить. Ну, хоть дождь не пошел, и на том спасибо. Хуже уж точно не станет. Бегом подойдя ко входу к кафе и открыв дверь, она буквально влетела в помещение и кое-как не снесла колокольчик на входе, сразу начала искать глазами столик, за которым сидела знакомая блондинка. За крайним у окна сидела мертвенно-бледная Нарцисса в шерстяном пальто кофейного цвета, нервно стучащая пальцами по столу. Если бы не пальто, она бы наверняка слилась со светлыми стенами кафешки. Ее глаза бегали от одного края улицы к другому, словно выжидая кого-то. Не будь она магом, Лилиан бы подумала, что у нее ломка… Разве что, она все же не такая дерганая. — Привет, Нарцисса! Как жизнь? Я клялась Шарлиз, что отомщу за него, так что тебе не избежать своей кончины! — наигранно-игриво произнесла девушка, плюхаясь за соседний стул. Вздрогнув, Малфой резко повернулась и увидев волшебницу, она как-то виновато потупила взгляд в пол. Продолжая молчать, она вскоре вновь уставилась в окно, разглядывая вывески магазинчиков. Ну, разрядить обстановку не получилось. Но явно видно, что произошло что-то серьезное, — О, ладно, извини. Я вижу, что что-то случилось. Ты выглядишь, ну… хреново, если честно. — Неужели все действительно так плохо? — блондинка грустно ухмыльнулась, — даже чары гламура не помогают, Мерлин… — она поморщилась, — Ничего страшного. Лилиан, ты, наверное, проголодалась? Хочешь что-то заказ… — Нарси, не увиливай, — резко оборвала ее Поттер, — сама же меня позвала. Будь добра, расскажи что произошло. Ты же знаешь, я переживаю. — Не думай, что мне легко просить тебя об этом, — Нарцисса раздраженно выдохнула, — я расскажу, просто я не слишком к этому всему успела подготовиться… Никогда бы не смогла, впрочем. Давай пока закажем что-нибудь, а я соберусь с мыслями. Договорились? — Ну, — рыжая поколебалась, раздумывая над ответом, — Хорошо. Как скажешь. — Отлично, спасибо, — Малфой благодарно взглянула на подругу и подозвала официантку. — Добрый день, добро пожаловать в кафе-мороженое Флориана Фортескью! Уже готовы сделать свой заказ? — Добрый день, да. Я буду капучино без сахара, а моя подруга… — она протянула, вопросительно глядя на Поттер. — Латте с карамельным сиропом, будьте добры, — Лили натянуто улыбнулась, смотря на девушку примерно их возраста. — Ожидайте в течении пятнадцати минут. Снова повисла тишина. Нарцисса отрешенно разглядывала пальцы рук, неподвижно лежащие на столике. Временами хмурилась, покусывала в раздумьях и волнении нижнюю губу, жмурилась. Лилиан же все это время угрюмо сидела, варясь в этой угнетающей тишине, не дающей свободно вздохнуть, но, казалось, это было распространено только на нее одну. Пялилась в свои ноги и думала, что же такого случилось. Нарцисса внезапно, заговорила, заставив подругу вздрогнуть: — Да, мне кое о чем нужно тебя попросить. Я могу тебе показаться сумасшедшей, — Малфой нервно хихикнула, переведя взгляд на Лилиан, — но ты должна постараться меня выслушать. — Естественно, подруга. Я сделаю все, что в моих силах, — Поттер уперевшись в локти наклонилась ближе к блондинке, взволнованно заглядывая той в глаза. — Ты мой последняя надежда, правда, поверь, — у Нарциссы вновь в панике забегали глаза по кафешке. Она то глядела на картины, то на кассу со стоящими рядом витринами с выпечкой, то на всякие растения, растущие в разных уголках заведения. Глубоко вдохнув и выдохнув, зажмурившись, Цисси все же посмотрела на рыжую и, через силу, начала, — Это касается моих детей, — она очень спешно накладывала на их столик заглушающее. — Хорошо. — Ты же знаешь, что Гарриет, в отличии от Драко, очень часто болеет. Мы поэтому и не стали про нее говорить общественности, не дай Мерлин с ней что-то случится из-за этого… А я, я ведь так хочу чтобы мои дети были в безопасности, — сдавленно прошептала девушка, — Это желание каждой матери. Я же не много прошу, правда ведь… А Люциус мне рассказал такие ужасные вещи… Люц сказал мне, что Лорд на следующем собрании хочет объявить о смене целей. Советовался с ним, когда лучше будет преподнести эту новость, корректировали всякие детали… Лорд совсем сошел с ума, Лили. У него сумасшедшие цели, он хочет захватить весь чертов мир и господствовать, он хочет истребить всех-всех маглов и грязнокровок. Ты понимаешь, он тебя убить хочет, — всхлипнула Нарцисса, блестящими от слез глазами смотря прямо на Поттер, — А Драко с Гарриет… Лорд точно поставит им метки, когда вырастут, я просто не могу этого допустить! Я хочу чтобы они выжили. И даже если я смогу защитить только одного своего ребенка, я сделаю это, иначе я просто не переживу… — на этом моменте рыжая еще больше нахмурилась. — Постой… Почему только одного? — О Гарриет не знает ни Темный Лорд, ни Пожиратели, ни Орден Феникса. Только мы с Люциусом, Северус и ты. Значит, я могу попросить тебя… Об одной вещи, — Нарцисса поджала губы. С каждым сказанным ею словом у Лили усиливалось чувство тревоги, волнение водоворотом закручивалось у нее в животе. — Ты заберешь Гарри к себе и сотрешь мне память. Не всю, конечно, но про Гарриет я помнить не должна… Никогда не знаешь, когда Лорду захочется порыться в голове у меня или у мужа. Или у Северуса… — А тебе не кажется, что это ты сошла с ума… — побледневшая Лили смотрела на свою подругу, шокировано раскрыв рот и распахнув глаза до невообразимых масштабов. Уму непостижимо, как ей только в голову это пришло… — Не делай из меня чокнутую! Ты хоть знаешь, сколько сил, сколько нервов я потратила, чтобы решиться и написать тебе?! Да даже прийти к этой идее чего стоило… — гневно шипела на рыжую Малфой, и могла потягаться с настоящей змеей. Быстро остыв, она сдавленно проговорила, — Извини. Сама понимаешь, нервы уже совсем на пределе, а зелья не пью, не хочу же привыкания добиться… — Просто передашь мне дочь, и я сотру тебе память о ней? Скажи мне, ты идиотка? — Лили скептично разглядывала лицо блондинки, стараясь вообще не думать о том, что в целом все недавно сказанное Нарциссой звучит… сюрреалистично. — Конечно же нет! Я не дура… Я подкорректировала обливиэйт. Он временный. Люциусу память я уже стерла, Севу тоже. Нам осталось изменить внешность Гарри и стереть мне память. Ордену Феникса ты можешь сказать, что хотела скрыть дочь, — на последнем слове Малфой крупно вздрогнула, отведя взгляд в сторону, — от Волдеморта. Ну, пыталась. Если моя милая Гарриет будет в твоей семье, она будет в большей безопасности, чем рядом со мной. Я больше никому не могу доверить ее судьбу… Прошу, Лили, я тебе по гроб жизни должна буду. Сделаю все, что только захочешь, только попроси, — блондинка срывающимся голосом все умоляла подругу приютить свою дочь. Увидел бы кто сейчас Нарциссу, не узнал бы ее, не поверил бы своим глазам. Статная девушка, с вечно прямой осанкой и стальным взглядом. Она на всех смотрела свысока, держалась особняком и никогда не позволяла себе на публике хоть жалкую каплю слабости. Даже чертов взгляд… Ни разу. И эта образцовая аристократка, воистину воплощение ее в целом, сейчас смотрела на рыжую своими потухшими льдинками, что сейчас больше походили на грязную лужу, со своей нездорово бледной кожей и жуткими мешками под глазами. Умоляла Лили о невозможном. А Лили с самого детства любила помогать нуждающимся в этом людям. Бабушек через дорогу переводила, потом им же помогала сумки с пакетами до дома донести, снимала с деревьев котят, которым потом искала новый дом, если сама забрать не могла. Что уж говорить про родных и близких. Скажи они ей что, а Лилиан уже наготове броситься в самое пекло, рискнуть чем-то, но помочь. А иначе никак. Она по другому не умеет просто. Чертов Гриффиндор это диагноз, а она, похоже, с самого рождения была предназначена только лишь для этого факультета. Даже этого не подозревая. Она словно была его воплощением. Рыжие волосы словно медь переливались на солнце, делались цвета огня. Казалось, если дотронешься — обязательно обожжешься. А чего только глаза стоят — ярчайшие изумруды, что изнутри светятся силой, внутренним стержнем, и манят к себе своей красотой. Годрик, наверное, так себе и представлял воплощение своего факультета? Факультет храбрых, благородных и честных львов? Сколько бы Лили не упрашивала про себя отнестись к ситуации более скептично, пытаясь подобрать более адекватный способ решения проблемы, только не то, что Нарцисса предложила. Вздыхала глубоко и закусывала губу, стараясь усмирить свое желание — сейчас же броситься к Гарри и помочь ей чем сможет, укрыть от Темного Лорда хоть еще на мгновение, но у нее не получалось. Ее желания также, всем нутром, упрямились и не желали выходить из головы, вышвыривали все другое из ее мыслей, оставляя только себя. Спустя секунды и думать осталось не о чем, кроме как об этом сумасшедшем плане. Надо выручить Нарциссу, надо выручить Гарриет… Иначе она не Лилиан Поттер. — Я тебе помогу, — тяжело вздохнула Лили, откидываясь на спинку стула. Нарцисса резко вскинула голову и выпучила глаза, и уже хотела что-то сказать, но Поттер не дала ей, — покажи мне где Гарриет. А еще я хочу знать как работает твой этот обливиэйт и как ты, черт возьми, собираешься изменить внешность Гарриет. Никогда не слышала о настолько долгосрочных зельях или заклинаниях… — Да-да-да, естественно, я тебе все расскажу, — Малфой все с таким же выражением лицо стала как болванчик быстро кивать головой. В глазах у нее появился блеск, они выражали неимоверную благодарность и надежду. Блондинка даже кое-как улыбнулась уголками губ, ощущая облегчение и хоть какую-то долю спокойствия за последние два месяца, — Я сняла номер в Дырявом Котле. Пойдем, — и девушка начала торопливо собираться. Схватив рыжую под локоть, она стремительно зашагала с ней к выходу, — Спасибо тебе, Лилиан. Спустя несколько секунд послышался хлопок аппарации, а спустя еще несколько минут раздраженная официантка распивала кофе со своей подругой, жалуясь на двух молодых девушек, которые так и не дождались своего заказа и куда-то убежали. *** — Вот. Люцу сказала, что погощу у Беллатрисы. Нарцисса открыла дверь в небольшой номер. Большинство вещей было сделано из дерева, слева стояла двуспальная кровать на которой лежала переносная кроватка в которой, видимо, лежала сама Гарри. Также в комнате был комод, напольное зеркало, ковер, на стенах висели картины, а на гардинах висели шторы приятного мятного цвета. Вдруг послышалось какое-то шуршание, а потом кто-то протяжно заплакал. Малфой поспешила к переноске, подняла оттуда Гарри — крохотную девочку с белым пушком на голове и пронзительными ледяными глазами. Наконец-то укачав и успокоив малышку, Нарцисса положила ее обратно в кроватку и сунула ей погремушку, а сама села на кровать. — Она все это время была здесь одна? — нахмурившись, спросила Лили и подошла к кровати, усевшись рядом с Цисси и поглядывая на Гарриет, которая слюнявила игрушку, пытаясь ее засунуть в рот. — Я бы ее оставила хоть с эльфом, но мне нельзя никому говорить про Гарриет. Ты ведь понимаешь, как сейчас важна полная секретность? Я ее еле пронесла сюда, чтоб никто не заметил. Поэтому да, я просто уложила ее спать и побежала в кафе. Оставалось только молиться, что она не проснется и не заплачет. — Нарси смотрела куда-то сквозь Гарри, ее руки на коленях лежали друг на друге, а глаза выражали лишь смирение и беспомощность. Лили еще никогда не было так больно смотреть на кого-то. Нарцисса сидела, сгорбившись, и просто смотрела в пустоту… Ее изнеможденность ощущалась физически, взгляд Малфой просто выражал вселенскую усталость. Смотреть на эту картину невозможно, сердце кровью обливается. Если бы кто сказал Поттер еще вчера, что уже сегодня ей придется разгребать вместе с подругой все это дерьмо, Лили бы рассмеялась этому человеку в лицо и послала бы его на все четыре стороны. И забыла бы все сказанное, как страшный сон. Сейчас, к сожалению, это не представляется возможным… Очень жаль. Она так сильно хочет, чтобы у ее родных и близких все было хорошо, но этому желанию не суждено сбыться. Других вариантов не было. Вот же блядь. — А план? Я наверное слишком тороплю тебя, но. — Нет, все в порядке. Действовать надо быстро, у нас не так много времени, — Нарси повернула голову и посмотрела на Лили, еле подняв уголки губ в попытке улыбнуться, — Севу и Люциусу я уже стерла память, если ты помнишь. Он даже не подозревает, что у него есть дочь, — с губ блондинки сорвался надломленный смешок, — я нашла сильное заклинание изменения внешности. Оно длится ровно шестнадцать лет после наложения. Наложим его, и она станет полной копией тебя с Джеймсом. А обливиэйт… Его я тоже подкорректировала. Я забуду все про мою Гарриет, но как только я увижу ее в своем истинном облике, я все вспомню. И Люциус с Северусом тоже. А… А людям скажешь, что вы с Поттером прятали ее от общественности. В целом от всех, из-за Волдеморта, а сейчас все-таки решились. Это все. — Заклинание изменения внешности можно снять преждевременно? — Я не знаю, в книге не было информации об этом, но это заклинание — единственный вариант. Наверное можно. Я надеюсь. — Давай… Давай, после того как изменим внешность Гарри мы отнесем ее ко мне домой, а потом я тебе там же сотру память. Скажем, что ты пришла ко мне на чай после гостей у Беллатрисы, — Лили перевела взгляд на пол, нервно сжимая кулаками край матраса, — Мы займемся этим прямо сейчас? Тебе не нужно как-то приготовиться? Или настроиться там, не знаю… — Прямо сейчас. Лили, я была готова это сделать еще две недели назад, когда мне рассказал про Лорда Люциус. Я просто все никак не могла признаться себе что это — единственный вариант и других не дано… Но я всегда была готова в глубине души. Это мой долг как матери. Семья для меня — самое главное, и ты это прекрасно знаешь, — Нарцисса твердо посмотрела на Поттер, через мгновение поднявшись с кровати, и, повернувшись к подруге лицом, заговорила, — мы начнем сейчас же. Больше медлить я не хочу. У нас, черт возьми, каждая минута на счету. Не смей говорить, что я преувеличиваю. — Я и не собиралась, — Лили закатила глаза. Нет, на самом деле, все же чуточку преувеличено. Зачем Волдеморту думать о том, что у Малфоев может быть еще один ребенок помимо Драко? Да, со временем он начнет подозревать и догадается, но не так быстро… Но Нарциссу не хотелось расстраивать еще больше, так что она решила держать рот на замке. Да и Малфой можно было понять, она вся на нервах, и, очевидно, уже довольно длительное время, — тогда начнем. Я нужна буду в этом, эм… Заклинании? Может, тебе нужен мой волос, или волос Джеймса, или еще что-то? — Черт, Лили, ну это же заклинание, а не зелье! Ничего мне от тебя не надо, просто сиди смирно и не дергайся, — прошипела девушка, наклоняясь к Лили, — И желательно позитивно настрой на все происходящее Поттера, но это позже. — Тогда начинай, — вяло махнула Лили рукой в сторону Гарриет, которая как будто чувствовала, что происходит что-то страшное. Малышка испуганными огромными глазами разглядывала мать с Лили, резко размахивала руками в разные стороны, запустив в полет игрушку, которую ей дала Нарцисса несколько минут назад; но заплакать она будто не решалась: по всему ее виду было ясно, что вот, с секунды на секунду в тишине номера раздастся пронзительный плач ребенка, который через тонкие стены обязательно услышат соседи и пойдут жаловаться администратору на шум, и тайна Нарциссы Малфой и Лили Поттер раскроется… Но этого не было. Гарриет не заплакала, и, видимо, не собиралась. В любом случае, поглядев выжидательно еще пару мгновений, облегченно вздохнув, Малфой засеменила к дочке и наклонилась над ее переноской. Подняв на уровень лица сильно дрожащую руку с палочкой, которая так и норовила выскользнуть от такой тряски, Нарцисса застыла. С ужасом глядя на свою дочь, она понимала, что, возможно, она последний раз ее видит. И помнит тоже… Сдерживаемые раньше слезы застелили мутной пеленой глаза, ком в горле раздирал его в клочья, лишая возможности дышать. Разглядывая лицо дочки, пытаясь отпечатать в памяти ее лицо с еще не проявившимися чертами, ее маленькие ручки, что сейчас так тянулись к ней, она тихо прошептала охрипшим голосом, глядя прямо в голубые глаза: — Прости меня, мой ангелок, — «Прости меня», — Mutatio aspectus. На мгновение Гарри окутала голубая вспышка, а уже через секунду с ней начали происходить изменения. Глаза медленно приобретали яркий зеленый оттенок, цвет кожи изменился на более смуглый, волосы тоже начали темнеть. Девочка, глядя в лицо матери, до сих пор тянулась к ней ручками, что-то тихо агукая себе под нос. Нарцисса, отшатнувшись от Гарриет, задушено вдохнула, не смея отвести взгляд и наблюдая, как медленно она теряет свой прежний облик. Свою прежнюю жизнь. Открыв рот в попытках не задохнуться, из ее рта вырывались странные звуки, высокие и тонкие, похожие на звук битого стекла. А с сердцем происходило именно это: кто-то воткнул осколок стекла в него, и издевательски крутил по кругу, причиняя все больше и больше боли, несравнимой с круциатусом. Прижав руки ко рту, чтобы хоть как-то заглушить рыдания, Нарцисса застонала от боли. Глаза застилали слезы, льющиеся по лицу ручьем. В комнате раздавались жуткие всхлипы и стоны. — Мерлин, что я натворила, — задыхающимся голосом прошептала Малфой, — Что я натворила, Лили? О, нет, блять, это ужас. Как я могла… Что… — Она шаталась из стороны в сторону, все еще глядя на дочь. Или, уже нет? — Я идиотка. Я ошиблась, нет, я не должна была этого делать! Она моя дочь, я сама должна ее защитить, сама! Да как же так. — Нарцисса посмотрела ошалевшими глазами на Поттер, — Лили, почему ты меня не отговорила, а? Ты же, черт возьми, знала, что я поступаю как последняя дура! Почему ты меня не отговорила, ну почему? — сквозь слезы, надрывистым голосом заскулила она. Очнувшись, будто ото сна, Лили в момент преодолела расстояние между подругами и крепко обняла Цисси, стискивая ее руками, не давая вырваться сопротивляющейся девушке, шепча ей на ухо успокаивающие слова. «Милая, все будет хорошо, мы пройдем через это вместе, мы обязательно справимся, ты самый сильный человек из всех что я видела, Нарцисса, ты такая храбрая девочка» — Почему, — уткнувшись в плечо подруги, блондинка хваталась за плечи, как за спасательный круг, — Лили, я ведь всего лишь хочу, чтобы все мои родные и близкие были в безопасности. Почему так происходит? Нам не суждено жить счастливо, да? — уже тише всхлипывала Нарцисса, успокаиваясь от истерики. — Дорогая, все будет в порядке, обязательно, — Поттер гладила подругу по волосам, уставившись в стену стеклянным взглядом, — И ты обязательно будешь счастливой. Я обещаю. По щеке скатилась одинокая слеза. *** За окном были сумерки и пустые улицы. В безграничном небе были еле видны появляющиеся звезды и луна, небосвод окрашен в синий, красный, розовый, оранжевый! Лили никогда не понимала, почему в Годриковой впадине так мало жителей. Ведь, вы только посмотрите какие здесь виды! Аж дух захватывает. А в гостиной стояла гробовая тишина, среди которой было слышно только потрескивание камина. Казалось, воздух можно было резать ножом, а температура в комнате понизилась на несколько градусов. Поттер поежилась. Может, камин неисправен? Оглядывая красно-коричневого цвета обои с разными узорами, напоминающими гостиную родного Гриффиндора, больше не вселяющими спокойствие и уют; горшки с цветами на полке камина, на тумбочке рядом с ним, на кофейном столике около диванов с двух сторон от него; на прошлогоднюю фотку стоящую около цветов на полке, где она с Джеймсом счастливо-неуклюже танцевали вальс, сзади был фонтан, а вокруг них лежали листья; Лили все же не смогла выдержать тяжелого взгляда, которым Джеймс смотрел на них с Нарциссой, и перевела глаза на него. — То есть, вы просто ставите меня перед фактом. Не предупредив, — напущено-легко сказал Поттер глядя на девушек. Он сидел, накинув ногу на ногу, сцепив руки на одной из коленок в замок и откинувшись на спинку дивана. Он всем своим существом выражал напряженность. Тяжело выдохнув, он расцепил руки и провел ими по лицу, помассировал виски и вновь посмотрел на подруг, — Вы настоящие идиотки. Ни дать, ни взять, — он нервно рассмеялся и перевел взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. В переноске рядом с Малфой тихо ворочалась Гарриет, агукая и разглядывая все вокруг. — Джеймс, я сама узнала не так давно. Как бы я тебя предупредила? Да и вообще, почему это я должна спрашивать у тебя разрешения? — Лили упрямо посмотрела на мужа, скрещивая руки на груди, — ты сам прекрасно понимаешь, в какой ситуации Нарцисса. Мы должны ей помочь, не думаешь? — О, Мерлин, — он на мгновение уставился в потолок, — ребенок, это, черт возьми, просто огромная ответственность, понимаешь? Тем более, ребенок Пожирателя, — он покосился на Нарциссу, которая нервно сглотнула, — тем более, ребенок Малфоев. Помимо того, что за ним нужен чуткий уход, мы будем в большой опасности. Ты это понимаешь? Как по мне, тебе, Нарцисса, стоит отдать Гарри в приют. Думаю, так будет лучше для всех, — раздраженно закончил брюнет, глядя на блондинку. Услышав этот бред, Поттер пораженно открывала и закрывала рот, глядя на мужа, и словно видя перед собой совершенно чужого человека. — Скажи мне, ты совсем больной? Какой, черт его дери, приют? Мы с Нарциссой уже все сделали для проживания Гарри в нашем с тобой доме! И скажи мне, где Нарцисса будет искать Гарриет через шестнадцать лет? Пока девочка будет у нас, ее жизнь в относительной безопасности! А тебя, видимо, волнует только своя, жалкий ты трус! — Лили гневно повысила голос, нахмурив брови, — Давай сделаем так. Если тебя это не устраивает, то я с Гарри просто переедем к Петунье. Может, она и недолюбливает волшебство, но, думаю, нас она приютит, — Лили откинулась на спинку дивана, все также смотря на мужа, который широко раскрыл глаза. — Что? Нет, Лили, ты не можешь так поступить! — Лили, на самом деле, не надо быть такой… радикальной. Если Джеймс не согласен, то я придумаю что-то другое, — видя, что подруга собиралась что-то ответить Поттеру, она решила их разнять. Все же, она не хотела, чтобы все дошло до ссор. Нарцисса не считала свою проблему достойной этого, и чувствовала большую вину за свою просьбу. — Нет, Цисси, я сама решу, как мне поступить, — Поттер посмотрела на Нарциссу горящими ярким изумрудным огнем глазами и накрыла ее ладонь своей, чуть сжав, — ну так что ты выбираешь, а, Джеймс? — волшебница знала, что, ставя такой ультиматум, ставит Поттера в безвыходное положение. Она была довольна этим решением: видя, каким отчаянием светяться глаза брюнета, она вкушала вкус победы, и была безумно счастлива, что сможет помочь Нарциссе. Все таки, хитрость во благо это хорошая штука, если пользоваться в меру! Прошло пару минут, прежде чем Джеймс, беспомощно вздохнув, ответил. — С кем поведешься, от того и наберешься, вот ведь. А детская где будет, а мебель мы где возьмем? — это было завуалированное согласие, которое Поттер произнес скрепя зубами, в его глазах читалось «Неужели я действительно соглашаюсь на это безумие?». — Что-нибудь придумаем, дорогой, — с довольной улыбкой сказала рыжая. Уломать мужа оказалось проще, чем она думала, но это нисколько не плохо. Но, вспомнив про следующий шаг их плана… Стало не до смеха. Улыбка моментально спала с ее лица, а глаза потускнели, — Нарцисса… Получается, уже пора? — Да… Мы уже на финишной прямой, осталось совсем немного, — блондинка стыдливо улыбнулась, глядя подруге в глаза, — я думаю, переноску лучше спрятать… А Джеймсу с Гарри уйти, чтобы ты мне потом раскрыла «тайну». В итоге, так и решили. Но, вместо того, чтобы взять люльку и уйти вместе с ней наверх, Джеймс подошел и встал около Нарциссы. — Встань, пожалуйста, — он смотрел прямо ей в глаза. Напрягшись, Малфой медленно поднялась с места, стараясь не отвести взгляда от глаз брюнета. Внезапно, он крепко обнял ее, прижимая к себе. Опешив, блондинка застыла, но спустя мгновение слабо ответила на объятия, — Мне жаль, — он отстранил девушку и теперь держал ее за плечи, — Мы защитим Гарриет, не сомневайся. Она в надежных руках, — скупо улыбнулся он. — Да, спасибо… Подойдя к переноске и аккуратно ее подняв, заглядывая внутрь и проверяя Гарри, Джеймс последний раз посмотрел на девушек перед тем, как подняться на второй этаж. Тоскливо смотря ему вслед, Лили понимала, что теперь пути назад нет точно. Хотя, его не стало уже тогда, когда Нарцисса изменила Гарриет внешность. Выдохнув, Малфой повернулась к подруге и протянула руку, предлагая встать. Зависнув, Лили какое-то время тупо пялилась на ее изящные пальцы, а потом, опомнившись, резко приняла руку и спешно поднялась, отряхивая одежду от несуществующих пылинок. Посмотрев на Поттер, Нарцисса улеглась на диван и вперила свой взгляд в потолок. Зажмурившись до белых вспышек под глазами, он резко распахнула из и посмотрела на Лили, которая просто стояла перед ней и глядела. — Давай. — Я не смогу… — Лили, ты сможешь. Я не знаю никого храбрее тебя, — в кое-то веки за этот день она по настоящему искренне улыбалась, смотря прямо на Лили. Она прошептала, — Давай. Слепо заведя руку назад и шаря ею по кофейному столику, Поттер нашла волшебную палочку. Стиснув ее в трясущихся руках, рыжая медленно подняла ее прямо на Нарциссу. Уставившись мутным взором на все еще улыбающуюся подругу, она скривила губы, беспомощно надеясь, что все может изменится. Что вот, прямо в это мгновение, кому-то из них в голову взбредет идея лучше этой, и все останутся счастливы. Вместе. Но время шло дальше, и ничего не происходило. Ноль. Как будто время остановилось. Шумно выдохнув и зажмурившись на секунду, Лили стиснула зубы, и произнесла: — Temporaria oblivio, — всю Малфой охватила голубая вспышка. Блондинка, проморгавшись, недоуменно уставилась на подругу. Та выглядела самой, что ни на есть, несчастной, и, казалось, сейчас расплачется. Оглянувшись, она поняла, что находится дома у Поттер. Но что она здесь делает? Как она тут оказалась? Спустя некоторое время, Нарцисса спросила: — Лили? Что я здесь делаю? — та словно проснулась ото сна. Вздрогнув, она ошалело уставилась на Малфой, ее рука с палочкой повисла вдоль тела. Сморгнув с глаз пелену слез, она, запинаясь, ответила. — О, ну, знаешь, ты просто упала в обморок. Я очень испугалась, ты не просыпалась. А ты… ты не помнишь? — рыжая поджала губы. На нее смотрела Нарцисса, но уже не та, которую она помнила. Она больше не знает, что родила близнецов, она не помнит, как они вместе с Лили играли с Драко и Гарриет, как Гарриет смешно пыталась самостоятельно перевернуться на живот и как она любила слушать, как Люциус ей пел колыбельную перед сном. Нарцисса этого не помнит. Но она — все еще она. Мерлин, как же сложно… — Нет… Странно. Последнее, что я помню, это что я куда-то собиралась идти, — нахмурилась Малфой. — Ты говорила, что была в гостях у Беллатрисы. После них ты собралась к нам, ну, и хотела потом пойти обратно домой, — Лили как-то странно попыталась улыбнуться, показывая, что все в порядке. Судя по настороженному взгляду Нарциссы, она поняла, что лучше бы даже не пыталась. Когда блондинка уже хотела что-то сказать, она ее опередила, — Ты в порядке? Нормально чувствуешь себя? — Лучше всех, дорогая, — весело улыбнулась Малфой, забыв про свои подозрения. Мысленно облегченно выдохнув, Лили предприняла еще одну попытку улыбнутся. С горем пополам, она еле еле устало подняла уголки губ, — Раз уж теперь все в норме, выпьем чаю? — Да, точно, — Поттер, в знак согласия, кивнула, — А, постой! Я кое-что давно хотела тебе рассказать, — Лили замолчала, не решаясь сказать эту… тайну. — Что? Лили, не томи, рассказывай! — У меня есть дочь. — О мерлин. И ты все это время молчала? — пораженно выдавила Малфой. Она шокировано уставилась на подругу, — Поверить не могу. И ты все время молчала! О мерлин! И когда же родилась моя чудесная крестница, как ее зовут? — Цисси смотрела на Лили горящими голубым пламенем глазами. — Гарриет, — Поттер в панике металась взором от одного конца комнаты до другого. Да ладно, день рождения! Как они могли забыть? Вдруг, увидев едва виднеющийся календарь через арку, ведущую на кухню, она выпалила, — Она родилась тридцать первого июля. Два месяца назад. Может, все не так уж и плохо? *** — Лили, это… блять, это он, — Джеймс напряженно перевел взгляд с двери, в которую несколько мгновений назад стучали, на свою жену, — иди к Гарри. — Как он нас нашел? Фиделиус… — рыжая с болью и непониманием смотрела на Поттера. Как же их нашел Темный Лорд, если об их местоположении было известно только ей с Джеймсом и… Она в шоке распахнула глаза, — Питер? — Лили, нет времени думать об этом, — брюнет оборвал девушку. Сжав ее плечи, он мягко на нее посмотрел и продолжил, — Прошу, поднимайся к Гарриет. Я потяну время, сколько смогу. — Нет, — беспомощно прошептала Лили, — Джеймс, мы что-то придумаем, ты не можешь.! — она запнулась, страшась произнести это ужасающее слово. — Умоляю, Лили, поднимайся наверх, — с нажимом произнес Поттер. Его взгляд был тверд, он знал, на что шел, — не думай обо мне, думай о Гарри. О Нарциссе. Поттер всхлипнула, глядя на мужа глазами, полными слез. Дрожащей рукой она провела по гладкой щеке, вглядываясь в лицо Джеймса. Перед смертью не надышишься. — Я так тебя люблю. — А я тебя сильнее. Иди, — он склонил голову в бок, стараясь улыбнуться как можно более успокаивающе, чтобы хоть как-то облегчить ношу любимой. Про себя думать он считал ненужным. Он счастлив, когда счастлива его дорогая Лили. — Elle survivra, je le jure, — напоследок порывисто поцеловав в щеку Джеймса, она быстро направилась в сторону лестницы. Застыв на одной из ступенек, она обернулась назад, чтобы в последний раз взглянуть на мужа, который уже отвернулся от нее, идя в сторону парадной двери. Судорожно вздохнув, она продолжила свой путь, перепрыгивая через ступеньки, пробегая через коридор к заветной двери. Распахнув ее, она забежала внутрь. В кроватке сидела маленькая девочка, играющая с плюшевым драконом, который время от времени рычал еле слышно. За окном, скрытым желтыми шторами, светила луна. Заперев дверь самым мощным заклинанием из своего арсенала, Лили бросилась к кроватке. — Привет, малышка, — она скорее взяла девочку на руки, — так, а Бена придется отложить… — бормотала Лили, мягко вытягивая игрушку из рук ребенка. Гарри протестующе захныкала, но дракона отдала, — Тиш, тиш, тиш, не плачь, все в… — она замолкла, когда внизу особенно сильно раздался грохот, — Гарриет, ange, все хорошо. На первом этаже опять что-то упало, что-то разбилось. Стоял неимоверный шум, казалось, будь волшебница там, внизу, то потеряла бы на время слух. На мгновение все затихло. Лили бросило в холодный пот, мысли путались, будто варились в каком-то тумане, обжигая своими ужасающими догадками. Усиленно пытаясь не думать ни о чем, девушка прижала сильнее к груди маленькую Гарри, качала ее, а сама зажмурила глаза. Раздались громкие шаги. С каждой секундой они становились все громче и ближе, вселяя ужас и желание зарыдать и убежать. Но бежать-то некуда. Вот кто-то уже твердо шел по коридору, направляясь в детскую. Лили распахнула глаза и посмотрела на малышку Гарриет, что сейчас смотрела на нее своими глазами-изумрудами, ярчайшими малахитами, лесной чащей, что зимой и летом всегда одним цветом, но Поттер же знала, что они на самом деле цвета замерзшего озера посреди этого самого леса, такие же голубые, почти на ощупь ледяные, но такие пока наивные, что моментами поражаешься, каким образом такое может быть? — Маленькая, ты будешь жить, обязательно будешь, — шептала она не переставая, как заколдованная, глотая слезы отчаяния и горя, игнорируя застрявший в горле ком и бешено бьющееся в грудной клетке сердце, которое так и норовило оттуда выскочить. Прямо за спиной раздался взрыв бомбарды, выбивая дверь, отлетевшую в конец комнаты недалеко от Лили. Та вскрикнула, инстинктивно еще сильнее прижимая Гарри и отходя ото входа на несколько шагов, жмурясь. Рвано дыша сквозь стиснутые зубы, она повернулась лицом ко входу, сталкиваясь с темными глазами, в которых сверкали красные искры безумия. Лили смотрела в глаза своей смерти, собрав все силы в кулак. «Будь сильной, ты обещала Джеймсу, обещала Нарциссе!» — Отдай мне девчонку, — человек в мантии шипел, его рука с палочкой были направлены прямо на Гарриет, которая на удивление затихла, не издавая ни звука, — и останешься жива. — Нет, не надо, не убивай ее! Лучше убей меня, умоляю! — ее голос дрожал, она еле стояла на ногах в панике, но упрямо продолжала смотреть в глаза ему. Казалось, Лили даже не моргала. — Отдай мне девчонку! — раздраженно повторил мужчина, его взгляд становился все яростней с каждой секундой. — Убей меня, умоляю, прошу, только не убивай ее, не надо, прош… — Авада Кедавра! — зеленый луч понесся в грудь девушке, чьи глаза могли потягаться со смертельным проклятием в способности завораживать. Лили Поттер еще думала о своей подруге и данном ею обещании, но вдруг все осталось позади. Ее мыслей просто не стало. Как и ее самой.