Ты самое прекрасное создание в мире!

Наконец метро и улочки остались позади, я стоял у входа в дом Омара и волновался так, будто он меня сейчас выгонит. Нет, не выгонит, он же меня любит. Я это точно знаю. Нажимаю… — Омар, это я!!! — даже не дав сказать и слова, выпалил я. — Эдвин? Поднимайся! Я влетел на четвертый этаж быстрее молнии, дверь была уже открыта и я с ходу впечатался в Омара. — Почему ты не сказал, что это Фелиция помогла? Ты же знал! — Я подумал, что ты сам должен решиться или она сама тебе расскажет, — чуть прохрипел Омар, ведь я обнимал его достаточно сильно, — входи давай! Закрыв кое-как дверь, ведь я повис на Омаре и не хотел его отпускать. — Эдди, ну ты чего? — Омар пытался заглянуть мне в глаза, но я не мог его отпустить ни на секунду. — Омар! — набрав воздух, я наконец это сказал, — я люблю тебя! Я так тебя люблю, что забываю дышать рядом с тобой, мне тебя мало, всегда мало. Я обнимал своё чудо и шептал ему признания на ушко и услышал небольшой всхлип. Посмотрев на него, заметил влажные глазки. — Эдвин, я столько ждал этих слов. Я тоже тебя люблю. Очень. Ты — моя жизнь! Я был готов на всех языках мира говорить ему о любви. Мы начали целоваться в коридоре, не переставая этого делать, я скинул куртку и обувь и Омар потянул меня в комнату. Опустив его на кровать я хотел рассмотреть своего парня, но желание прикасаться к нему было сильнее. Руки бродили по всему телу, осознавать что теперь можно это делать, не мечтать, а дарить ласку своему любимому человеку. Я целовал всё куда попадали мои губы, сцеловывал маленькие слезинки, которые помимо воли вдруг стекали у Омара по щечкам. — Омар, ты самое прекрасное создание в мире, я люблю тебя! — Эдвин, любимый! Эти слова бальзамом лились мне в уши, я принимал ласки от Омара, его поцелуи, это было схоже с вулканом, внутри меня всё кипело и разрывалось от нежности, любви и желания к этому мальчику. — Я хочу тебя, Оми. Пожалуйста, хотя бы дотронься до меня, — моё дыхание было жарким, я не мог терпеть. — Почему хотя бы дотронься? — удивился Омар, — я хочу тебя залюбить и позволить тебе меня трахнуть, — засмеялся парень. Я не мог не засмеяться в ответ, так же мило хихикая, мы начали снимать с друг друга одежду, оставшись только в трусах, решили быстро сходить в душ. Но не смогли сделать это по одиночке. Мои скользкие от геля руки заскользили по его телу, оно мгновенно отозвалось новым приливом возбуждения, и я набросился на Омара с жаркими поцелуями. Я просто пожирал его губами, башню вдруг снесло напрочь, руки действовали отдельно от разума, до боли впиваясь в тело парня, прижимая к себе до хруста. Ладони обоих вдруг потянулись и обхватили твердые, тянущиеся друг к другу члены, пока еще нежно, изучающе лаская. Опасаясь, что все может закончиться слишком быстро, уж очень умело Омар дарил мне наслаждение, я отстранился и тяжело дыша, еле выдавил: — Пойдем в спальню. В спальне я уложил Омара на спину, и, поглаживая нежно по щекам, целуя их, и губы, и глаза, прошептал: — Я сделаю все, чтобы тебе было хорошо! Ты только скажи, как хочешь. Омар посмотрел на меня огромными от счастья глазами, и притянул к себе, глубоко целуя. Оторвавшись, повернулся на бок и прижался попой к паху: — Я так хочу! — Почему? — слегка удивился я. — Прижиматься к тебе хочу так крепко, как только возможно, и чтоб ты меня руками ласкать мог. — Ты только говори, если больно будет, но я постараюсь, чтоб не было. Где смазка? — Хорошо. Давай уже, я очень тебя хочу, — прошептал Омар, вытаскивая флакончик откуда-то и протягивая мне. Я потянул его к себе за подбородок, страстно целуя, просунул руку под шею Омара, чтоб дотянуться до его груди, а другой, изнемогая от желания, начал ласкать свой торчащий, уже влажный член, заставляя любимого тихо постанывать и сильнее прижиматься. Выдавив побольше смазки, начал осторожную подготовку, добавляя пальцы один за другим, Омар дышал глубоко, но не пытался вывернуться, лишь опустил руку, слегка лаская сам себя. — Давай сейчас! Только ты сразу до конца, — прошептал мой мальчик. Придерживая ему голову, не давая отвернуться, я прижался губами к его губам, и начал осторожно проникать в него внизу, аккуратно, но ни разу не остановившись, как тот и просил, заполняя его сразу. Омар шепотом стонал мне в губы и чуть их покусывал вместе со своими. Войдя, я замер, давая любимому привыкнуть и дождался, пока он сам начнет осторожно двигаться, и лишь тогда зашевелился, стараясь подобрать правильное положение, чтобы доставить ему настоящее удовольствие. Моё тело требует облегчения, но я, не обращая внимания на собственную потребность, продолжаю осторожно двигаться, одновременно лаская руками и губами, заставляя Омара сначала шептать моё имя, а затем уже просто скулить, извиваться, вжиматься, и наконец: — Эдви! Эдви! Эдвиннннн! Крик Омара прерывается, он захлебывается воздухом, сжимая меня внутри себя, в этот момент две пары глаз встречаются, и мы кончаем, не отводя взглядов, отдаваясь одновременно не только телами, но и душами, мои губы привычно выдыхают: — Омар!!! Я прижимался к лежащему рядом теплому телу, осознавая, что ему, наверное, уже тяжело, но я не находил в себе сил оторваться, шевелиться не хотелось, а хотелось вот так навсегда остаться: вдыхать его запах, слышать прерывистое дыхание, чувствовать любимого рядом, такого разомлевшего после близости, потного и… моего. — Мой.....- мне так хотелось это сказать. Омар поднял на меня свои глазки и я снова не могу не согласиться, что это чудо с мокрыми, прилипшими ко лбу кудряшками, самое прекрасное создание на земле. — Твой, — был мне ответ, — только твой. Омар обнял меня и руками и ногами, а я просто уткнулся лицом в его волосы. В прекрасные волосы, которые сейчас принимали мои тихие слезы. Но сейчас уже от счастья. Так мы и заснули. Утром я проснулся один, но уловив запах кофе, я понял, что Омар колдует где-то на кухне. Через минут пять он вошёл в комнату и улыбнулся, смотря на меня. Присел рядом на кровать и взял за руку. — Мне показалось или ты плакал вчера? — осторожно спросил он. — Не смейся, Оми, — я смутился. — Я не смеюсь, ты что? Я лишь надеюсь, что это сейчас от счастья, — заволновался парень. — Сейчас от счастья, — кивнул я. — Прости, родной, если были и другие слезы из-за меня, — Омар уткнулся лбом в мою руку. — Ты не виноват, это я тогда всё испортил. — Знаешь, Эдвин, может нам и нужны были эти месяцы. Наши чувства только укреплялись, и даже если Фелиция пошла на такое, чтобы нас соединить. Но я правда тогда не собирался на Бали, хоть и знал, что вы там, но где именно, нет. Потом меня уговорили, и я летел с мыслью, что это мой последний шанс. Я похожу по туристическим местам и это будет такой мой шаг навстречу судьбе и всё, я не буду узнавать где вы точно, я понадеялся на судьбу. Наша встреча у водопада была реально случайной. Я тогда чуть с ума не сошел от неожиданности, — говорил Омар, потираясь щечкой о мою ладонь, — Но сильно намеренно я разрывать вашу пару не планировал, я же помню твои слова. Эдви, сначала я просто был счастлив рядом быть, один закат наблюдать, на воду смотреть, в океане купаться. А потом.....потом я зашёл и увидел тебя спящим и у меня всё остановилось. Я не мог отказать себе дотронуться до тебя, я так сильно скучал по тебе. И решил попробовать показать хотя бы касаниями, что я тебя люблю. — Любимый мой! Какое счастье, что ты оказался смелым, — я снова уложил Омара рядом и стал тихо и нежно целовать, — родной мой, любимый, лучший, самый красивый, моё солнце, моя жизнь. Поток ласковых слов не кончался, Омар счастливо смеялся, но потом сказал: — Иди в душ, Эди, а то кофе остынет и я сделал сэндвичи. — Я ничего не хочу, только с тобой быть рядом, — промычал я, уткнувшись ему в шею. — Мы всегда теперь будем рядом, позавтракаем и вернёмся сюда, — подмигнул Оми. Вроде бы ничего необычного, мы сто раз ели вместе, но сейчас воздух был пропитан такой любовью. Омар сидел у меня, представляете, на коленях и завтракал. Одной рукой я обнимал его, второй пытался держать чашку или бутерброд. В итоге есть было не слишком удобно, но очень вкусно! Утолив первый голод, смущенно улыбаясь и не отводя светящихся все еще робким счастьем глаз, мы принялись кормить друг друга и пить из одной чашки, то и дело начиная хихикать. Это было восхитительно! — Слушай, Эд, как думаешь, а если мы отправим Фелиции цветы? Или сладкое? Не слишком? — предложил Омар. — Я согласен, Оми. Я никогда бы не подумал, что она будет способствовать тому, чтобы её парень сошёлся с её другом, — я закрыл лицо рукой. Омар взял телефон и спросил точный адрес, показав мне красивый сборный букет и большую коробку вкусного печенья. — Что мы будем сегодня делать? — спросил я. — Давай погуляем где-нибудь, посидим в парке, походим за руки, поцелуемся где нам хочется, — предложил Омар. — Как превосходно, Оми! Но сначала мне бы хотелось повторить то что было ночью, я соскучился уже. Омар смотрел на меня, водя взглядом по моему лицу: — Я люблю тебя, Эдвин! Я люблю тебя! Очень люблю! Омар говорил и говорил признания, поглаживая моё лицо и руки, а я чувствовал, что меня просто разрывает от счастья. — Люблю тебя, Омар. Люблю так, что я способен запустить новые звёзды, которые будут носить наши имена. — Какой ты у меня романтик, — улыбнулся Омар и я понял, что не надо мне новые звёзды открывать, я увидел эти звёзды в глазах моего любимого. Моего Омара Рудберга.