Я снова возьму ладонями, нежные щёки, залитые алыми реками.

Темноватые доспехи заёрзали на массивном теле стражи. Его взгляд вонзился в девушку крюком, и с каждым тяжёлым, угрожающе громким шагом, разгневанный силуэт становился ближе. Глаза Мао Мао открылись, она только очухалась, голубой взгляд с тревогой устремился на женские пальцы, которые начали ёрзать в попытке протрезвить занемевшую руку. Но тут, на тонкую изящно маленькую спину полетела железная дубинка, которая тут же зажгла всё внутри Мао Мао, конечности тут же резво раскинулись в нелепом положении. Нижняя губа залилась кровью. Только успев поёрзать, конечности занемели, массовая дрожь по всему телу медленно превращалась в тысячу мелких игл, паралельно с наступающей болью, обжигающей словно кипяток. Мужские пальцы подняли тяжёлую дубинку с раздавленной спины травницы, Мао Мао вдавилась телом сильнее к земле, напуганно заморгав, из её уст протянулся низкий, хриплый стон. Поджав колени, огромные руки закинули дубинку наверх, и уверенно опустив оружие на спину девушки снова. Алые брызги жидкости раскидывались в разные стороны, взлетали фонтаном, и опускались делясь на трое разнообразных струек. В какой-то момент за кожей всколыхнулись белые кончики чего-то, что начало вылезать из юного тела всё больше, завораживая стражу продолжать своё деяние.

***

Положив недоверчивый взгляд на травницу, мужчина повернул голову назад, быстро побежав ко входу в храм, переступив порог, до ушей евнухов дотянулся неожиданный топот. Мужчины ставили изумлённые взгляды на мужскую фигуру, несущуюся в сторону принца, но действовать никто не смел. Подбежав к силуэту нарядного юноши, стража раскинул руки, за миллисекунду обхватывая кистями предплечья принца. Мужчина подхватил Джинши, и в полу-полёте кинулся на пол, положив принца на тёплый кафель. Обернув лицо на служащего, Джинши моргал в течении минуты, после чего его губы приоткрылись, а до ушей как случайный, но чёткий шёпот долетел крик, Верхние веки потянулись к бровям, тень в глазах сразу исчезла, красивые уста сжались в непривычную точку. Выдохнув, со случайным свистом он только успел издать звук, Как дрожащее тело евнуха накрыло звуком, страшно огромной темной балки, неожиданно прилетевшей с потолка, дым вылетал из под дна прямоугольной формы, а палённые концы наверху впитывали в воздух намёки того, как и что вообще только что произошло. Только на секунду разглядев место, откуда сорвалась конструкция, Джинши повернул лицо на своего спасителя, —Кто ты?— спросил Джинши. Мужчина только успел приподняться на колени перед юношей, как до обоих долетела звонкая битва голосов. Кто-то громко и звонко кричал, кто-то хрипел, кто-то выкрикивал неразбериху серьезным тоном, словно заклинания. Но самое громкое, яркое что услышал евнух, было знакомым голосом стратега. —Что ты сделал!? Ты видишь что ты сделал!— Силуэт с зеленоватой бородой, и моноклем дёргал жестами в воздухе, проводя ими у огромной фигуры стражи. Лакан решительно налетел на мужчину, но мужские крепкие руки, придержали господина на одном месте. Мужчина со сползшим моноклем бешено задёргал конечностями, из рта вылетали то брызги слюней, то малейшие капельки крови. Зубы бешено стукались, ранили нёбы, ранили язык. Но из-за рта вылетали вещи отвратительнее чем слюни и кровь из уст. Джинши поднялся, стража следом незаметно приподнялся в поклоне, лицо в недоумении повернулось к выходу, тело дернулось вперёд, юноша судорожно зашагал, а когда разглядел силуэт стратега, он решительно побежал к чудаку, сердце заболело, всё тело, и даже душа бежала к выходу с ужасной тревогой во всем теле, из-за которой даже нарастала тошнота. Проморгав оставшееся время, Джинши остановился на пороге, от его взгляда отделились все, кроме размазанного тела девушки, чья алая кровь смешалась с грязью на полу. Всё начиная от сердца занемело, покрылось тяжёлой дрожью, резко зашагав вперёд, юношеское тело бросало в жар, то в холод, пока не почувстовалась тошнота в груди. Топот ускорился, глаза окутал толстый слой солёной воды, настолько, что моргнув, по векам юноши полились слёзы, когда Джинши остановился у бездыханно лежавшего тела, как волны перешагивая нижние веки, на размазанную алую жидкость упали капли, размером с голубой взгляд бездыханной Мао Мао. Опустив колени в не массивную лужу крови, его кисти вальяжно прильнули к макушке, и бедру девушки, медленно, но дико дрожа нависая над мертвым телом. До ушей чудака долетели звонкие, женственные вскрики и стоны ревущего юноши. Но сейчас он не был в состоянии, уделить этому весомое внимание. Евнухи и охранники перемешались в толпе, кто-то толкался, кто-то отлетал. Но стоящим силуэтам на лестнице, дали публичное внимание, и свободное место. Юношеские, красивые руки скользнули по лицу, на котором были растерты капли, струйки, и брызги крови. Ладони скользнули чуть ниже весков, руками синхронно взяв маленькую голову в руки, Джинши нежно положил свои розоватые губы, на сухие, грязные, измазанные застывшей кровью губы, бездыханного тела Мао Мао.