давай встретимся на крыше многоэтажки

Идя в час ночи к чужому подъезду, парень периодически пытается заглушить свои мысли, стараясь представить, что в голове мелькает только белый шум, который почему-то начинает раздражать спустя пару секунд. Слегка замёрзшие пальцы нажимают кнопку в лифте. Самый последний этаж. Крыша. Ехать в лифте по паре минут для него является чем-то, что отстраняет от реальности. Забитая голова облокачивается о холодную стенку, смотря в большое, немного грязное зеркало. "Вот бы он сейчас остановился на пол пути..." Непонятные строчки пробегают в подсознании, но Брюнет всё-таки доезжает до верхнего этажа. Железные двери открываются с еле слышным грохотом, Парень ступает на бетонный пол, закрывая за собой, так называемый им "портал в ненавистную реальность". Он часто приходит на крышу этой многоэтажки. Вид тут особо ничем не отличается от других, но почему-то его тянуло именно сюда, ведь тут как-то слишком спокойно, слишком тихо и никогда нет людей, что очень радовало. Стоит возле входа около минуты, ветер путается в черных прядях, слегка целуя щеки и кончик носа. Наш герой думает об одном человеке....о человеке к которому он чувствует слишком много. На сердце присутствует небольшая тяжесть, ведь в какой-то момент два друга стали меньше общаться, но тем не менее не заканчивали общение с концами. Всё-таки такую связь нельзя просто так взять и разорвать... На самом деле Парень мог предполагать, что объект его обожания догадался о чувствах со стороны Брюнета и именно поэтому решил немного отдалиться. Запускает в лёгкие ночной воздух, который отдает холодом где-то в груди и наконец-то выходит из-за угла, чтобы увидеть давно выученный пейзаж. Один шаг и Минхо на секунду забывает как дышать. Он видит уж слишком знакомый силуэт, который, скрестив ноги сидит на бетоне, а руки сзади упираются в пол. — что ты тут делаешь? Среди холодной тишины раздается вопрос. Он даже не здоровается, т.к уж слишком удивлен. — хотел увидеть тебя....Хён Отвечает Младший, так же продолжая сидеть к Брюнету спиной. Не поворачивается, потому что узнает его голос из тысячи и точно знает, что это тихое мурлыканье принадлежит именно ему. — как ты узнал, что я сюда приду? Подходит немного ближе, по прежнему смотря на спину Блондина. — это сейчас так важно? Парень не отрывает взгляд от луны, такой одинокой, которая уже столько лет пытается встретиться со своим солнцем, но к сожалению им никогда не суждено быть вместе. Грустно. Да, Джисон тоже так считает. — видишь луну? и ни одной звезды нет. ты можешь представить насколько ей одиноко... Минхо наконец-то садится рядом, ставит колени перед собой и почти обнимает их собственными руками. — ты сказал, что хотел меня увидеть...зачем? Снова вопрос, в этот вечер из уст Старшего вылетает слишком много вопросов, но ответов по прежнему мало. — на самом деле...мне не нужна причина, чтобы скучать по тебе. я кое-что понял.... Вопросительный взгляд Хёна сразу же перевелся на Парня, который в свою очередь уже успел пожалеть о сказанном. — и что же? Смотрит в пол, он не может смотреть в глаза Минхо. Так сильно боится расплакаться и не суметь ничего сказать, а он настолько много чувствует, но просто не может описать свои чувства словами, его этому не учили. — ты мне снился, снился таким разбитым... я постоянно думаю о тебе перед сном, вспоминаю, как ты пахнешь, пытаюсь уловить этот фантомный запах и заснуть вместе с ним, чтобы увидеть во сне тебя, но тот сон, он был таким ужасным. я чувствовал, что терял тебя, ты с каждой секундой отдалялся, а мою жизнь заполняла куча незнакомых и ненужных людей... мне в какой-то момент стало настолько страшно. чувствовал эту боль сквозь сон, задыхался от слез, и у меня тряслось всё тело. в ту ночь, когда я проснулся от жутких мучений без тебя...тогда я понял, что ты есть в каждом моём шраме, в каждой моей мысли, и ты есть в моем сердце.... я боялся потерять нашу дружбу из-за своих чувств, всё время обдумывал как лучше поступить, но я больше не могу сдерживать душу. она так сильно жаждет тебя, твоих прикосновений, твоих слов, именно твоего сердца стук. Хён, мне правда очень сложно это говорить, я не привык к этому, ты же знаешь....я никогда не говорил с кем-то о чувствах, но с тобой мне всегда было комфортно. ты понимал меня без слов и сейчас говорю совершенно не я, а моя душа, моё сердце кричит об этом. Хён, ты же прекрасно знаешь, что именно я хочу сказать... Касается руки Хёна, мелкая дрожь проходится по телу, он словно щеночек, который замёрз на улице и нежится к тёплому Старшему. — скажи мне это в глаза Его глаза...Хан всегда боялся смотреть в них, всегда боялся увидеть слишком много, утонуть там с головой и больше никогда не вынырнуть. — я.... Минхо обхватывает лицо Младшего своими руками, поворачивает голову к себе и смотрит прямо в зеркало души. Джисон замер, весь дрожит и боится пошевелиться, он впервые больше двух секунд смотрит в глаза Брюнета. Смотрит как на 8 чудо света, будто видит в них всю свою жизнь, на самом деле...так и есть. Слезы в какой-то момент срываются на щеки Хана, он на секунду отпускает взгляд и так тихо, боясь, шепчет: — я не могу представить свой мир без тебя...я люблю тебя, Хён... Минхо вдруг приближается непозволительно близко, оставляя между ними до жути мизерное расстояние, едва касается чужих губ своими, они ударяются лбами. Так близко..... Чувствуют горячее дыхание друг друга, интимность момента настолько окутала всю эту крышу. Ощущение, что весь мир сейчас остановился, а они и не целуются, наслаждаются этой близостью, будто она намного приятнее поцелуев. У Джисона кружится голова, но рядом со Старшим уже и не страшно потерять сознание. Минхо заглушает остатки здравомыслия и на выдохе нежно прикасается к распахнувшимся бутонам сакуры, что так пахнут спелой вишней. А у Хани весь мир внутри рушится и заново собирается в красивую галактику, где звёзды начинают сиять и будто взрываться от ощущений, прикосновений и чувств. Настолько нежно... Губы Брюнета аккуратно сминают чужие, так трогательно и мягко, словно ветви хлопчатника. Этот поцелуй настолько невинный, смущающий, но такой желанный для обоих. Руки Минхо на щеках Джисона в один момент превратились в шелк, которым ласково проводят по невинной коже Младшего, слегка поглаживая. Блондин рассыпается от этих прикосновений, отдается им полностью. Ли на секунду отстраняется и прижимает к себе, так чтобы посильнее, шепча прямо в ухо — ближе.... Он буквально чуть ли не ломает парню ребра, желает чувствовать его у себя на душе. — ты не можешь залезть мне под кожу... Так же тихо шепчет Хани. Он прав. Старший никак не может физически слиться с ним в одно целое, но они обнимаются настолько крепко,..а вдруг....получится?... В этот вечер на этой крыше было всё: трогательные поцелуи, нежные объятия, был Хан, который так боялся, Минхо, что смог этот страх отогнать от Младшего, и была любовь, которая наконец-то перестала прятаться в самых крайних уголках их сердец....