Антихрист (молодая госпожа покоряет преисподню)

Да уж, не этого она ожидала в свои четырнадцать лет — стать жертвой для демона. Всему виной её безответственные и алчные родители, которым плевать даже на собственную дочь. С того момента, как Ирума впервые встала на ноги, её жизнь превратилась в настоящий ад, где приходилось выживать: спасаться от холода, голода, хищников. А когда она подросла, пришлось совмещать всё это с работой, чтобы обеспечивать себя и родителей, попутно выплачивая их долги. Когда родители сказали, что ей снова нужно где-то поработать, она ничуть не удивилась. Ей и раньше приходилось устраиваться в сомнительные компании из-за родительских долгов. Но когда уже в храме она узнала, что станет жертвоприношением для демона, её охватил шок. Впервые в ней возникло желание нарушить свой инстинкт — невозможность отказывать — и сбежать куда глаза глядят. Однако инстинкты снова взяли верх, и вот так она сейчас здесь оказалась. «Какого чёрта? Почему опять происходит какая-то ерунда?» — плача в мыслях, повторяла Ирума. «Это сон. Это всего лишь странный сон», — успокаивала она себя. В один момент Ирума услышала скрип, доносившийся с небольшого пьедестала. Сердце её остановилось. В течение нескольких минут от пьедестала то приближались, то отдалялись странные звуки. Как вдруг Ирума почувствовала, что на неё что-то давит, заставляя сердце выпрыгивать из груди. Через несколько минут давящая атмосфера начала утихать, но оставалась достаточно сильной. Вся покрытая мурашками, Ирума в страхе боялась пошевелиться. Послышался мужской голос. Мужчина что-то прошептал на незнакомом языке: — Χάι μα ζανγκ. По телу Ирумы ещё сильнее побежали мурашки. «Что происходит?! Это и есть демон?!» Вскоре скрипы стали приближаться к ней. «О нет! О нет!» — с ужасом думала Ирума. Сердце бешено колотилось, инстинкты кричали бежать, но всё тело окаменело от страха. Она осознала это, когда попыталась подняться и убежать — тело не слушалось. «Чёрт! Почему моё тело меня не слушается?!» — в страхе думала Ирума. — Чёрт… чёрт… чёрт… Она начала неосознанно шептать, закрывая глаза и снова успокаивая себя тем, что это сон. Мужской голос заговорил снова: — Καλά καλά όχι… Но Ирума не слышала. Она твердила себе, что это сон, и из-за этого пропустила момент, когда её подхватили как принцессу, а ощущение нахождения в помещении исчезло. Казалось, они то ли шли, то ли летели. «О Господи, что происходит? Мы что, летим?» — испуганно думала Ирума, ничего не понимая. Не успела она осмыслить происходящее, как поняла: по ощущениям, она уже не на улице, а в каком-то помещении. Вдобавок она сидела на чём-то мягком. «Очень мягко. Ничего мягче в мире не чувствовала. Но где я?» Вдруг Ирума почувствовала, что чьи-то руки аккуратно взяли фату и начали осторожно поднимать. Ирума в испуге прикрыла глаза. «Ну вот, мне конец!» — думала она, снова начиная дрожать от страха. Спустя пару минут она услышала над ухом чей-то старый, но ласковый голос: — Малышка, не бойся, открой глазки. Почему-то, услышав этот голос, Ирума не испытала страха, а наоборот, успокоилась. Ей самой хотелось бы задуматься над этим, но времени не было, по крайней мере, так она думала. Открыв глаза, она увидела сидящего перед ней на коленях пожилого мужчину. Окинув его взглядом, можно было понять, что он высокий. Голова его была лысой, но по бокам виднелись средние жёлтые изогнутые рога, а чуть ниже — вытянутые острые уши. На удивление, на лице мужчины не было морщин, которые, казалось бы, есть у каждого старика. У него были маленькие глаза, прячущиеся за круглыми очками (типичными для пожилых людей), седые усы в форме велосипедного руля и длинный нос. На мужчине был длинный пиджак кабачкового цвета с белым мехом у шеи, который держался на небольшой заколке в виде выточенного черепа; штаны были тёмно-синими. Внешний вид мужчины казался Ируме почему-то знакомым и заставлял в сердце появляться теплоту. «Этот мужчина выглядит так знакомо…» — в замешательстве, но с теплотой в сердце думала она. «Стоп! Почему этот мужчина стоит передо мной на коленях?!» Осознание этого вызвало у неё огромный шок. Как вдруг он с нежной улыбкой и лёгким румянцем схватил её маленькие руки. «Что происходит?» — удивлённо думала она. Вдруг из-за спины раздался хохочущий мужской голос: — О дьявол, Сали, отпусти девочку, хватит её смущать. Нам ещё надо с ней договориться. Сали отпустил руку, поднялся с колен и отошёл от кресла, на котором сидела Ирума, со словами: — Как скажете, Деркила-сама. Голос его стал заметно холоднее, чем в первый раз. «Получается, этого старого мужчину зовут Сали? Хотя это, наверное, сокращение. А мужчину, которого не видно, — Деркила. Наверное, он старше по статусу, раз к нему обратились с суффиксом «-сама», — рассуждала она, опустив голову и совсем забыв о мужчинах. Она пришла в себя только после того, как перед ней раздался бодрый голос: — Ну что ж, юная леди, нам надо обговорить с вами одно срочное дельце. «О чёрт! Как же я могла о них забыть?» — думала она, поднимая голову. Но стоило ей увидеть мужчину, как кровь застыла в жилах. Перед ней стоял огромный мужчина. Он стоял на коленях, но было заметно, что он намного выше неё. Да что там — он был как пятиметровый шкаф, а может, и больше. Его можно было назвать титаном. В отличие от пожилого мужчины, у него были очень длинные тёмно-фиолетовые волосы (как говорится, компенсация). Половина была распущена, а вторая заплетена в шишечку золотой лентой, находившуюся почти на лобной части головы. На середине височной части виднелись изогнутые под прямым углом белые рога. Глаза у мужчины были такого же цвета, как волосы. На теле — чёрная майка с золотыми краями и такого же цвета чёрный длинный рукав, золотой пояс и белые объёмные штаны, закреплённые золотыми браслетами; на ногах — чёрные мужские туфли. — Ну-ну, не пугайся так, я не кусаюсь, — посмеиваясь, сказал мужчина с дружелюбной улыбкой, легко поглаживая Ируму по голове. — Д-да… Т-так о чём мы должны обсудить? — слегка встревоженно спросила она. Как вдруг мужчина встревоженно воскликнул: — О дьявол! Где же мои манеры? Извините, я совсем забыл представиться. Король демонов Ичиро Деркила. «К-король демонов?! О Господи, я точно умру!» — в страхе думала она. — А теперь позвольте узнать ваше имя, юная леди. — А? Простите… Ирума. Судзуки Ирума. — Что ж, в любом случае эта фамилия вам больше не понадобится. А нам надо вернуться к главной части нашего разговора. Мужчина стал заметно серьёзнее, дружелюбная улыбка исчезла. — Я-я… с-согласна. Т-так что мы должны обсудить? — нервно спросила она, потирая левую ладонь. — Ирума, согласна ли ты… стать моей дочуркой? — спросил он с бесстрастным лицом, но со сверкающими глазами, смотрящими прямо в обескураженные глаза Ирумы. — Ч-что? Простите? Сделав слегка смущённое лицо и повернув голову вправо, приложив зажатую в кулак ладонь к губам, мужчина смущённо сказал (как часто делают аниме-тян): — С тех пор, как я стал королём, мои советники твердили, что я должен сойтись с какой-нибудь сильной демоницей, чтобы получить сильного наследника. Мол, будет жалко потерять такую редкую и сильную способность, которая идеально подходит для короля. Но по юности я был слишком раним и обидчив, поэтому вертел носом, а после стало слишком много работы с дебилами, — сказал он усталым голосом, но быстро пришёл в себя и повеселел. — Ну так что, ты согласна, малышка? — Малышка? Нет, постойте. Родители же меня продали? Разве я имею право выбора? — растерянно спросила Ирума. — Я король демонов и обучен правилам этики, поэтому не собираюсь никого заставлять, — сказал он, гордо подняв голову и закрыв глаза, сохраняя задорный тон. — Особенно таких хрупких малышек, — проговорил король, посмотрев на неё насмешливым взглядом. — Итак, твой ответ? — спросил он тем же тоном, но добавив нотку азарта. Ирума была в сильном замешательстве. «И как мне ответить? Отказать ему — смерть, а согласиться — чистое безумие! Он скорее всего разозлится, если я скажу, что не знаю, как реагировать. Эх, была не была…» — Извините, пожалуйста, но я… — Но перед тем, как ты ответишь, я прошу: подумай хорошенько. Я дам тебе всё, что захочешь: богатство, власть, любовь, заботу, статус! Прошу тебя, помоги мне, пожалуйста! Молю, помоги… — вдруг неожиданно начал кричать мужчина. Он схватил её за плечи и приблизился к её лицу. С его лица пропало высокомерие, теперь его украшала жалость и печаль, а по щекам катились лукавые слёзы. Всё это привело к полному уничтожению воли Ирумы. Особенно учитывая, что сломить её можно было тремя словами: «прошу тебя», «помоги, пожалуйста», «молю, помоги». — Да… — пропищала она, полностью побеждённая и умирающая от собственной жалости. Лицо мужчины вмиг озарила детская радость. Он подхватил Ируму в стиле принцессы и прижал к себе, всё так же сидя на корточках. — Салииии! — в озорном тоне прокричал мужчина. Ирума слегка приподнялась, чтобы посмотреть через правое плечо короля. За плечом она увидела невысокий, но длинный комод чёрного цвета с резьбой в виде каких-то цветов — с шестью вытянутыми лепестками, расположенными в два ряда по три и проступающими друг между другом. Перед комодом стоял тот самый старичок, что-то подготавливающий. «О Господи, я уже успела забыть про него», — подумала она. Дедушка уже закончил приготовления и, повернувшись, начал подходить к ним. Ирума заметила, что он несёт поднос, на котором лежали скрученный свиток и ручка с какой-то иголкой на хвостике. Старик подошёл к королю с левой стороны, и, поскольку Ирума наблюдала за ним через правое плечо, ей пришлось вернуться в исходную позу. Только сейчас она заметила, что король всё это время наблюдал за ней. Её смутил этот факт, но она решила не показывать этого. — О! Сали, всё уже готово? — Да, Деркила-сама. Мужчина взял с подноса свиток и ручку (одной рукой). — Держи, милая, — сказал он, кладя свиток и ручку на живот Ируме. — Это наш договор и ручка для контрактов кровью 201. Она нервно кивнула. Ирума взяла ручку и начала её рассматривать. — П-простите, но как ею пользоваться? — А, да, всё легко: укалываешься иголкой и пишешь. Всё понятно? — Д-да, с-спасибо. Мысленно вздохнув и собравшись, она взяла свиток и развернула его. Не читая, она нашла место для подписи и, взяв ручку, уколола средний палец об иглу. — Ха-а… Фух, — выдохнула она, успокаивая лёгкую боль. Она написала: «Ирума Судзуки». Как только она оторвала руку от пергамента, бумага засияла и начала подниматься между лицом и грудью Деркилы. Она стремительно уменьшалась, а потом и вовсе исчезла, оставив лишь немного мелких блёсток на ногах Ирумы. Она была в сильном шоке — смотрела, как исчезает пергамент, затем перевела взгляд на ноги, где лежали блёстки. Вывел её из шока новоиспечённый отец, поцеловав в лоб: — Ну что ж, пора спаточки. — А?.. Ага… Деркила, ещё немного посмотрев на Ируму, заулыбался ещё шире. Затем он начал подниматься, неся Ируму. Она ойкнула и прижалась к нему крепче, обнимая за шею. — Ну что ж, подготовку я оставлю на тебя, Опера, — сказал он, опускаясь и передавая Ируму кому-то другому. Ирума без сопротивлений перешла в чужие руки. Ещё немного посмотрев в бескорыстные глаза Деркилы, она решила взглянуть на того, в чьи руки её передали. Это был мужчина? Нет, скорее женщина. Она не обладала ни женственной, ни мужественной внешностью: овальное лицо, лисьи глаза, переходящие от огненно-красного к насыщенному жёлтому, а зрачки были белыми. Огненно-красные волосы были заплетены в короткую косичку, а наполовину распущены и подстрижены под горшок. Ещё у неё были эльфийские уши, а на голове — звериные. Одета она была в белую рубашку, красный жакет, синие штаны, а на шее был завязан маленький красный бант. «Чёрт, я всё это время смотрела на неё», — спохватилась Ирума. Но женщина, видимо, решила не обращать на это внимания. Кажется, они уже пришли, раз она остановилась. Ирума отвела взгляд, чтобы осмотреться, но, переведя внимание на комнату, замерла в шоке. «Это ещё что за хоромы?!» Комната была просто роскошной: большой, полумрак, стиль барокко. Мраморный пол с искусственными разводами, ажурные окна, высокие потолки, с которых свисали огромные старинные золотые люстры, богато украшенные. Выход на веранду и ещё одна дверь. Посередине комнаты — огромная ванна, по краям — изысканные ящики, туалетный столик, раковина. «Не ванная, а настоящие хоромы», — подумала она. Её удивление прервало то, что её посадили на стул и начали снимать одежду. Ирума была в таком сильном шоке от происходящего, что просто не знала, что делать, и сидела с изумлением. Через пару минут, когда она осталась без одежды, её подняли и перенесли в ванну. Та оказалась средней глубины, но для неё — в самый раз. Тёплая вода, усталость от сегодняшних приключений — всё это заставило её расслабиться и задремать. Сквозь дрёму она ощущала, как ей моют голову, достают из воды, вытирают, переодевают, переносят, передают в руки отца и кладут на мягкую кровать.